Алексей Сергеевич Фомичев 
Спаситель по найму: Истинный враг

Форс-мажор – 5

«А. С. Фомичев / Спаситель по найму: Истинный враг»: АСТ; Астрель; М.; 2010
ISBN 978-5-17-066293-7;978-5-271-27667-5
Аннотация

Когда-то этот мир был практически уничтожен – но его обитатели нашли в себе силы начать все заново. Однако теперь новым королевствам, выстроенным на руинах исчезнувших, вновь угрожает гибель. Лучший из оракулов предсказывает: спасение принесет только выходец из другой реальности – Человек Войны с камнем в сердце и отвагой льва, продающий свое воинское искусство за звонкое золото… Посланники, сумевшие пройти между мирами, уверены: этот избранный – наемник Герман Ветров, только что вернувшийся на родину после службы за границей. Поначалу Герман попросту принимает их за сумасшедших. Но сумасшедшие эти готовы заплатить любую цену, которую он назначит… И тогда Ветров и его лучший друг Кирилл Шилов решают рискнуть. В конце концов, не все ли равно наемникам, где и за кого сражаться?

Алексей Фомичев
Спаситель по найму: Истинный враг

Ошибки бывают двух типов: те, что можно исправить, и те, о которых приходится жалеть всю жизнь. 

Часть 1
Без вариантов

Скупой свет двух свечей едва разгонял тьму в небольшом помещении. Закутанные в плащи фигуры отбрасывали уродливые тени, прыгавшие по стенам в такт движениям. Воздух в помещении был спертым, затхлым, но никто не жаловался на неудобства. Все внимание собравшихся было сосредоточено на сидевшем в углу человеке. 
– Первый этап операции в целом проходит неплохо. Кочевники вторглись на приграничные территории королевства и отвлекли на себя значительную часть армии. 
– Простите, старший мастер, – вставил сидевший неподалеку человек в синем плаще. – Кочевники несут большие потери и долго наступать не смогут. 
– Мы и не рассчитывали, что кочевники добьются большого успеха, – спокойно произнес старший мастер. – Однако свое дело они делают. Второй мастер, как действует особый отряд кочевников? 
Сидевший у стены человек чуть привстал, тронул край капюшона. 
– Особый отряд уже севернее Рамбера. Он с боями пробился сквозь заслоны и сейчас маневрирует в лесах. Местный гарнизон пока не справляется с ним. 
– Отлично! – обрадовался старший мастер. – Вот что значит вооружить степняков современным оружием! К сожалению, мы успели создать только один такой отряд. Но и его хватает. Повторяю, мы не ставим целью победу или даже какой-то значимый успех кочевников. Их задача – отвлечь на себя как можно больше сил армии. Если кочевники будут продолжать активные действия хотя бы еще неделю, можно считать, что мы не зря потратили золото и время. А теперь перейдем к делам на юго-востоке. Пятый мастер, вы поддерживаете контакты с племенами Кренвуу. Каковы успехи? 
Еще одна фигура в плаще привстала и тут же опустилась на скамью. Приглушенный голос произнес: 
– Пока ничего конкретного. Глава их совета старейшин от золота не отказался, но предупредил, что двинуть на Хартемен даже один отряд без одобрения всех членов совета сложно. 
– Они в курсе, что нападение должно быть демонстрационным? 
– Да. Но даже демонстрационное нападение повлечет за собой жертвы. А в землях Кренвуу только в прошлом году прошла черная лихорадка. Погибло много народу. 
Старший мастер помолчал. Потом сказал: 
– Вступление в дело племен Кренвуу является одним из важных этапов нашего плана. Так что следует выделить совету старейшин еще золота. Жалеть его не стоит, достигнем главной цели – окупим затраты стократно! 
– Старший мастер, – раздался голос от двери. – Даже если племена Кренвуу двинут свои отряды к границе, их без труда разобьют войска прикрытия. Что от этого выгадаем мы? 
– Только одно. Войска прикрытия останутся на месте. И не смогут участвовать в дальнейших событиях. 
Старший мастер встал, явив высокий рост и хорошую осанку, заметную даже под просторным плащом. Поправив капюшон, он откашлялся и заговорил сильным властным голосом: 
– Кочевники на юго-западе, племена Кренвуу на юго-востоке – это хороший натиск на границы и привлечение значительной части армии для отражения нападений. Я получил обнадеживающие сведения: Макермат уже начал военные действия против королевства Зенчич. А значит, надежный союзник Хартемена выведен из игры и не сможет послать помощь соседу. Все это ослабляет Хартемен. Но это пока начало. Как вы помните, вторым этапом будет восстание недовольных королевской властью крестьян и части дворянства. Восстание позволит обезопасить нас от полиции и тайного департамента. Они будут заняты бунтом. 
– С ближними планами все ясно, – раздался громкий голос – Но что будет дальше? Сколько нам ждать сигнала об общем выступлении? 
Старший мастер поднял руку, требуя внимания. 
– Всему свое время. О том, чего мы ждем и как именно будут развиваться события, я расскажу в свое время. Пока же напомню: строжайшая дисциплина и соблюдение всех правил конспирации. Только это обеспечит нам успех! 

1

– Хорошая ситуация! Драпанули из оплота, толком ничего не узнали, не разведали! Сами едва не влипли! Просто класс!
Кир злым взглядом смотрел вперед, выстукивая по торпеде частую дробь. На скулах желваки, брови нахмурены. Губы искривлены в едкой усмешке.
– И прям наугад черт-те куда! Ведь как чуял тогда! Слишком хорошо все начиналось!
Герман молчал. У самого настроение пакостное, а причитания Кира вызывали только раздражение.
– Ты чего разошелся? – спросил он, когда Кир завел новую песню. – Выскочили и хорошо. Доедем до бурга, узнаем, что к чему. Первый раз, что ли?
Шилов усмехнулся.
– Если бы первый!
– Тем более! И перестань долбить! Барабанщик хренов!
Кир снял руку с торпеды, качнул головой.
– Дардавер имеет плохую репутацию. Если уж в Имтернаре влипли, то здесь это проще простого!
– Прорвемся. И вообще, давай за руль! А то от ничегонеделания язык мелет черт-те чё!
– Сколько мы отъехали от оплота?
– Тридцать. До Дардавера еще сто тридцать.
– Ну давай сяду.
Герман сбросил скорость и остановил внедорожник на обочине. Мимо пронеслись несколько машин.
Движение на трассе было не очень оживленным, но машин хватало. Большей частью проезжали грузовики и внедорожники с прицепами. Один раз проехала полицейская машина. Копы проводили внедорожник наемников пристальным взглядом, но останавливаться не стали.
Герман уселся на пассажирское место, достал карту.
– До железнодорожного переезда, а там вдоль ветки в обход Нобирантака.
Кир мельком глянул в карту.
– Объедем. А вдоль железки дорога хорошая?
– Кто знает? Доедем – увидим.
Бург, в который они держали путь, стоял всего в трех километрах от границы. Размерами и количеством населения он мог посоперничать с некоторыми оплотами. Здесь постоянно жили около семидесяти тысяч человек.
Дардавер был своеобразным перевалочным центром. Сюда свозили товар из-за границы, а потом он уходил дальше в конфедерацию по автомобильным и железным дорогам. А также речным транспортом.
Бург был под особым контролем полиции, что, однако, не мешало ему именоваться одним из самых бандитских бургов страны. Слишком уж большие деньги ходили здесь, слишком много соблазнов и способов наживы.
Долгое время сохранялся статус-кво, но после недавних решений властей конфедерации к бургу было привлечено особенное внимание как полиции, так и преступных группировок.
И вот в этот клубок проблем и противоречий направлялись земляне…

К железнодорожному переезду они подъехали через час. И впервые на этой планете увидели железную дорогу. Через переезд как раз проползал небольшой состав, ведомый маневровым паровозиком. Вагоны не очень длинные, всего по две колесные оси, автосцепки незнакомой конструкции.
Паровоз дважды посигналил и исчез за поворотом. Дежурный на переезде потянул шлагбаум за веревку, открывая дорогу машинам. Скопившийся транспорт дружно рванул вперед. Внедорожник землян тоже миновал переезд и свернул направо.

Объездная дорога была не такой широкой, как основная трасса. И не такой ровной. Она шла вдоль одноколейной ветки, огибая Нобирантак по периметру.
Вскоре с двух сторон выросли кустарники, а потом и деревья. Дорога вышла к лесу. Стала чаще нырять вниз и вилять.
Кир сбросил скорость и повел машину осторожнее, объезжая неровности.
– Тут редко ездят, – заметил Герман. – Асфальт старый.
– Все через бург прут, – отозвался Кир.
Он хотел сказать что-то еще, но в этот момент раздались звуки выстрелов.
Кир от неожиданности остановил машину, и наемники несколько секунд слушали тишину.
– Вроде где-то левее и впереди, – неуверенно проговорил Герман.
– В лесу, – уточнил Кир. – Стреляли из пистолет-пулемета.
Они еще подождали, но больше ничего не услышали.
– Давай двигать, – предложил Герман и достал пистолет. – Только не гони.
– А здесь весело, – хмыкнул Кир. – Вон какой трелью встречают.

Машина пошла по дороге, постепенно углубляясь в редколесье. Железнодорожная ветка ушла вправо, насыпь исчезла.
Наемники держали оружие наготове, внимательно глядя по сторонам. Места для засад здесь неплохие, по обочинам идут кустарники, дорога часто петляет, что за поворотом – не видно.
– Знали бы, что тут такая глушь, махнули бы через бург, – проговорил Герман.
– Вон смотри! – Кир кивком указал налево. – Просвет. Лес заканчивается. Сейчас выедем на открытое место.
Впереди была неглубокая низинка. Машина съехала вниз, набрав инерцию, выскочила наверх и выбралась к просвету.
Кир прибавил скорость и почти тут же ударил по тормозам.
– Твою мать! – сорвалось с его губ.
На обочине поперек дороги на боку лежал «сомнар» – легкий трехдверный внедорожник с брезентовой крышей. Сквозь разбитые окна и крышу пробивалось коптящее пламя. В борту машины видны круглые отверстия и вмятины.
В стороне у кустарника лежало тело мужчины. Сильно обгорелое. Некогда приличный костюм превратился в почерневшие лохмотья, кожа с рук и лица слезла. Под телом лужа крови.

Герман вылез из внедорожника и пошел вдоль кустарника вперед. Кир заглушил мотор и поспешил за другом.
Машину обошли по дуге. Герман склонился над телом, а Кир прошел чуть дальше, внимательно глядя по сторонам.
– Тело еще теплое. Его добили здесь.
– Вон второй.
Герман подошел к стоявшему у обочины Киру, посмотрел вниз.
Второе тело лежало под откосом в высокой траве. Взорам наемников предстало кровавое месиво на месте лица и груди.
– Похоже, в него выпустили целый магазин, – заметил Герман. – Кто-то был очень зол на этих ребят.
– Вот эту злость мы и слышали, – хмыкнул Кир. – Все произошло минут двадцать назад. Место удобное, можно подойти вплотную. И никаких свидетелей. Бандитские разборки.
– Может быть…
Герман спустился вниз к трупу, осмотрел залитое кровью тело, потом присел рядом и двумя пальцами отогнул полог пиджака.
Кир тоже спустился вниз.
– Что там? – спросил он.
– Ствол. «Коумра».
– Неплохая машинка!
– Он даже не достал ее.
Герман отступил от тела и повел взглядом по сторонам.
– Чего ищешь?
– Знаешь, что странно? Этот парень успел выскочить из машины, добежал сюда и даже не попытался выхватить оружие. Почему?
Кир пожал плечами.
– Не успел. В шоке был.
– А может быть, не стрелял, потому что был занят?
– Чем?
Вместо ответа Герман отошел в сторону и стал шарить взглядом по траве.
– Кир, глянь в кустарнике.
– Что глянуть?
– Не знаю. Что угодно. Мне кажется, этот парень потратил последние секунды жизни, чтобы спрятать что-то ценное. Иначе бы он достал пистолет.
Кир с недовольной физиономией спустился еще ниже, к орешнику, и с неохотой пошевелил кусты. Потом обогнул заросли и исчез из виду.
– Да нет тут ничего, – донесся его ворчливый голос. – Время только теряем.
– Ну тогда вылезай!
– Тут ручей. Черт, ботинки испачкал!
Кусты зашевелились, треснула ветка. Потом Кир что-то бормотнул и выдал соленую руладу.
– Твою мать! Загнал, блин… О, а это что за хрень?
Через минуту он вылез из-за кустарника, потирая левую ногу и стряхивая с ботинка налипший песок. В правой руке у него был небольшой пакет серого цвета.
– Вот. Лежал под лопухом. Если бы я не оступился, не заметил бы.
Наемники вылезли на дорогу, отряхнули брюки и пошли к своей машине. Герман на ходу разорвал верх пакета и заглянул внутрь.
Там лежало несколько тонких листков бумаги и небольшой картонный прямоугольник черного цвета. На одной стороне номер, на другой – стилизованный рисунок и надпись «Сата Марена».
– Что это такое? – Кир взял картон, повертел в руках. – Похоже на визитную карточку. Только без телефонного номера. Впрочем, может, вот это и есть номер? Только короткий, всего четыре цифры.
– Карточка заведения?
– Может быть. – Шилов глянул по сторонам и добавил: – Давай-ка сваливать отсюда. А то еще кто нагрянет…
Герман без слов сел за руль и завел мотор.
– Ты там больше ничего не видел?
– Ничего. Но ты был прав, этот парень выбросил пакет.
– Заплатив за него жизнью. Значит, в нем было что-то очень важное.
– Нам только чужих загадок не хватает, – хмыкнул Кир. – Со своими бы разобраться!
Герман объехал горевшую машину и прибавил скорость.
Через полчаса они выехали на трассу. Нобирантак остался позади. Наемники перестали оглядываться и спрятали оружие.
Кир занялся пакетом и его содержимым.
– Какой-то ребус, – проговорил он спустя несколько минут, разглядывая листки.
– Что там?
– Имена или клички. Напротив каждой значки. Крестики, полукруги, точки.
– А еще?
– Схема вроде.
Кир поднял лист на уровень глаз.
– От руки рисовали. Дорога… лес или посадки… мост однозначно. Три квадратика. И стрелки.
– Карта клада? – пошутил Герман.
– Да хрен его знает! Похоже, ребенок рисовал.
– Из-за рисунка ребенка взрослый мужик не будет подставлять себя пулям.
Кир развернул третий лист. Фирменный бланк некоего учреждения. Верхняя часть обрезана, названия не прочитать. Но есть эмблема. На бланке выведены цифры, две строчки несвязанных между собой букв и небольшой текст.
«…место никто не знает. Повторная попытка проникнуть туда стоила жизни двоим людям. Внедрение невозможно ввиду замкнутости их группы. Подкуп или шантаж затруднены. Предлагаю отправить усиленную…»
– Похоже на донесение, – вздохнул Кир.
– Видимо, эти парни агенты полиции.
– Или Корпуса внутренней стражи. Кстати, цифры и буквы – наверное, код.
– Зачем кодировать сообщение, если его еще написали открытым текстом?
Герман пожал плечами.
– Понятия не имею.
Кир вертел в руках картонный прямоугольник.
– «Сата Марена».
– Может, в Дардавере есть заведение с таким названием?
– Да хрен его знает! Нам оно надо?
Герман уклончиво пожал плечами.
– Надо же с чего-то начинать сбор сведений.
– С визита в эту «Сата Марену»?
– Хотя бы. Опа!
Герман глянул в зеркало заднего вида. Кир стремительно обернулся.
Их нагоняла длинная колонна грузовых машин. Все выкрашены в темно-зеленый цвет, все с брезентовыми чехлами на кузовах. Впереди колонны внедорожник. На капоте флажок с эмблемой Корпуса внутренней стражи.
Колонна шла на приличной скорости, вскоре догнала машину наемников. С внедорожника просигналили.
Наемники видели, что другие машины уступают дорогу колонне, сами сбросили скорость и подали вправо.
Грузовики стали уверенно обходить «дектор». Земляне разглядели в кузовах грузовиков солдат. С оружием, в полной амуниции.
– Хороши попутчики! – пошутил Кир. – Батальон целый прет. Интересно, куда это они?
– В Дардавер, куда еще? Что-то веселое затевается! Как бы не повторение ночи в Имтернаре.
– Тьфу, тьфу, тьфу! – сплюнул Кир. – Тогда нам там делать нечего. Второй раз можем так легко не соскочить.
– Батальон, – задумчиво проговорил Герман. – Многовато.
Кир удивление друга разделял. Прибытие целого батальона Корпуса – событие знаменательное. Такие силы перебрасывают только в преддверии каких-то событий.

Основной единицей Корпуса внутренней стражи был батальон. Эта довольно крупная и совершенно самостоятельная часть обычно действовала на определенной территории. В состав батальона входили четыре линейных и одна штурмовая роты, эскадрилья вертолетов, транспортная группа, группа связи, оперативная команда и тыловая группа. Батальон насчитывал до девятисот человек.
В задачи батальона входили поддержание порядка на определенной территории, поимка и уничтожение преступных групп и бандитов, помощь полиции при проведении спецопераций.
Обычно для усиления в каком-то регионе конфедерации Корпус перебрасывал пару взводов, роту, иногда роту с усилением. Но переброска целого батальона, да еще со всей техникой, могла означать только одно: на северной границе готовится нечто особенное.
– Чем быстрее мы покинем Дардавер, тем будет лучше, – проговорил Кир, глядя вслед колонне. – Что-то мне совсем не нравится такая активность.
– Узнаем, что надо, и поедем, – угрюмо отозвался Герман. – Лезть за кордон совсем без сведений глупо.
– Лучше глупо, но там, чем умно, но здесь. А ну как перекроют все пути?
Герман не ответил, но сильнее вдавил педаль газа в пол.

Из рапорта агента-наблюдателя «Скорез» начальнику направления «Север» Мадунару.

…повторный запрос о выходе на связь старшего агентурной группы «батест» мною был передан. После чего я передал сигнал об экстренном сеансе связи. Сеанс должен был состояться сегодня в восемь часов утра. Однако в указанное место никто не прибыл. Попытки навести справки ничего не дали. Допускаю, что агентурная группа «батест» была вычислена и уничтожена или покинула этот район из-за угрозы уничтожения. Однако никакого сигнала на почтовый ящик номер три не поступало. Прошу указаний по дальнейшим действиям… 

Распоряжение начальника направления «Север».

Провести расследование по факту пропажи агентурной группы «батест». К расследованию подключить службу внутреннего контроля полиции. Поиск вести с соблюдением всех мер конспирации. 
Если группа перешла на нелегальное положение, необходимо не разрушить их игру. 
Также необходимо выйти на след контактов группы с представителями преступных группировок с целью восстановления потока информации. Полицию к этому делу не привлекать… 

Из сводки полиции бурга Дардавер.

В последние дни резко возросла активность преступных группировок в плане выезда за кордон и вывоза запасов оружия, автотранспорта, средств связи. Главари преступных группировок вполне закономерно ожидают ужесточения контроля над границей и попыток предотвращения ухода тех, кто объявлен в розыск. Зафиксированы случаи попыток прямого подкупа должностных лиц полиции, Корпуса, кордонной службы и чиновников управления бурга… 

2

Дардавер встретил наемников хмурыми лицами прохожих и еще более хмурой погодой. На подъезде к бургу начал накрапывать мелкий дождь. Небо заволокло черно-серыми тучами, поднялся пронизывающий ветер, а над головой заиграли извилистые ветви молний. Под аккомпанемент дождя наемники отыскали подходящую гостиницу, поставили машину на стоянку и прошли в номер. Побросав вещи, уселись в кресла и минут десять сидели молча, отходя от дороги. Монотонный стук за окном навевал дрему, не хотелось ничего делать, никуда идти, ничего искать.
– Ладно, – нарушил молчание Кир. – С чего начнем?
Герман достал из кармана черную карточку.
– Далась тебе эта бумажка! – фыркнул Кир.
– Есть другие идеи? – спросил Герман.
– Нет.
– Тогда не все ли равно?
Кир развел руками.
– Как хочешь. Где будем искать это самое «Сата Марена»?

* * *

«Сата Марена» оказалось клубом, расположенным в восточном районе на площади. Удобное открытое место, рядом парк и большая автостоянка.
Заведение занимало трехэтажный особняк с широким парадным входом, ярко освещенным подъездом и тремя охранниками у дверей.
«Сата Марена» объединяла в себе собственно клуб, ресторан и номера. В клубе были залы и кабинеты для игры в карты, бильярд, домино, а также курительная и винная комнаты. На втором этаже находился ресторан. На третьем – отдельные номера. Здесь проводили время компании, парочки и просто любители посидеть вдали от шума.
Заведение пользовалось успехом, хотя все знали, что здесь бывают бандиты. В клубе действовало правило: никаких разборок. Помимо прочего, такое миролюбие объяснялось соседством со зданием Корпуса внутренней стражи.
Вход в «Сата Марену» был строго по билетам и пригласительным. Билет надо покупать за двое суток, а пригласительные раздавали учредители клуба.

Перед визитом в клуб наемники сменили гардероб. Надели костюмы, рубашки, галстуки. На головы – шляпы. На ноги – тупоносые туфли. И превратились в типичных гангстеров образца сороковых годов или в агентов частных сыскных бюро.
Пистолеты спрятали под полами пиджаков. Деньги – во внутренние карманы. Взяли такси и поехали к клубу.
– А если это просроченный билет? – шепотом спросил Кир. – Как внутрь попадем?
Герман пожал плечами.
– Купим новый, если есть. А нет – поедем в другое место.
Кир покачал головой – план сметан на авось. Зря так лезут без разведки. Можно и влипнуть.
Герман словно подслушал его мысли.
– Влипнуть, конечно, можем. Но не забывай, здесь полно копов. Стрелять в таком заведении мало кто решится.
– Ладно, – махнул рукой Кир. – Если там и впрямь есть карточные игры, хоть в накладе не останемся.
– Опять ты за свое? Хватит и эпопеи с поставками инструментов в армию Денёрвина!
– Так там ерунда. А вот если здесь нужного информатора добыть – считай полдела сделано.
Такси подъехало к центральному входу. Наемники расплатились с водителем и вылезли из машины.
– Добрый вечер! – склонил голову швейцар в черном мундире. – Рады вас видеть. Куда изволите пройти?
– В ресторан.
Швейцар открыл центральную дверь и вновь склонил голову.
– Лестница справа, лифт слева. Приятного отдыха!
Охрана заведения проводила гостей внимательными взглядами. Фигуры прибывших внушали уважение.

У входа в фойе ресторана была стойка, где посетители сдавали оружие на хранение. Здесь тоже действовало правило Имтернара: в заведения без стволов.
Наемники сдали «стечкины», получили карточки и сверили их с добытой в лесу. Фасон был не тот. Черная карточка раза в полтора больше, сделана из хорошего картона явно не ручной работы.
– Пошли перекусим, – предложил Герман. – А то потом времени не будет.
Герман кивнул, и сам хотел есть.
Это было, наверное, их сотое заведение подобного типа за все скитания по планете Тахамар. Залы разной степени освещенности, мебель разной степени изношенности, интерьеры разного уровня и публика разного пошиба. А вот готовили везде примерно одинаково.
Наемники выбрали по жаркому и легкой закуске. Взяли по стакану пива. И пока несли заказ, осмотрели зал.
– Публика небедная, – заметил Кир. – Но гуляют как-то тихо. Без шика.
– А чего шиковать? Да еще каждый день. Так никаких барышей не хватит. Завсегдатаи сидят.
– И тут много не узнаешь. К столу просто так не подойдешь. Надо в клуб идти, там хоть играют.
– Хочешь и здесь засветиться? – хмыкнул Герман. – Впрочем… возьмешь банк, отыграться не дашь, тебя и захотят пришить.
– Но-но! – поднял бровь Кир. – Я тебе не приманка! Тоже нашелся рыбак! Поиграю, перекинусь парой слов с партнерами, может, что и интересное услышу.
Подошел официант с подносом, расставил тарелки, положил приборы, бормотнул под нос, что горячие блюда сейчас будут готовы и исчез.
Герман проводил его взглядом.
– Надо узнать, для чего эта карточка.
– Официант вернется – спроси.
– А если это черная метка?
Кир удивленно посмотрел на друга. Тот хмыкнул.
– Шутка.
– В детстве надо было меньше мультфильмов смотреть.
Через несколько минут вернулся официант. Поставил тарелки с жарким. Герман небрежно махнул рукой и скучающим тоном спросил – Послушай, мы здесь в первый раз, друзья посоветовали прийти. Не скажешь, с этим куда надо?
Он выложил у локтя карточку и вперил взгляд в официанта. Тот равнодушно посмотрел на черный прямоугольник и спокойно сказал:
– Это не к ресторану. Это в номера. Второй уровень, шестнадцатый кабинет, в шесть часов вечера.
– А на какой день?
Официант позволил себе удивленно изогнуть бровь.
– Карточка действительна сегодня.
– Благодарю. – Герман глянул на часы. Было без четверти четыре.
Официант с поклоном отошел.
– Вот так! – шепнул Кир. – Номера! Не думаю, что эти парни спасали пакет ради встречи со шлюхами.
– Да уж, наверное! Ну что делаем?
– Главное, что карточка действительна. Но раньше времени туда идти глупо.
– Ладно, я понял, куда ты гнешь. – Герман отрезал от толстого ломтя мяса кусок и обмакнул его в соус. – Поедим, сходим в клуб, а там видно будет.
Кир последовал его примеру и тоже взялся за мясо.

* * *

Чтобы пройти в клуб, пришлось выложить по двадцать соверенов. В обмен на деньги им выдали карточки для свободного прохода между рестораном и клубом. Карточка была зеленого цвета. А эмблема такой же, как и на черной карточке.
Наемники перешли в клуб. Здесь было несколько залов и кабинетов. И один большой центральный зал для общих собраний. Сейчас он пустовал.
– У нас сегодня очень мало посетителей, – пояснил сопровождавший наемников сотрудник клуба. – Такое редко бывает. Всему виной события на границе.
Земляне переглянулись. Из-за спешного бегства из Имтернара они как-то не успели отследить обстановку. А здесь оказывается что-то произошло.
– Вы имеете ввиду… – лениво протянул Герман.
– Бой в роще, – тут же договорил сотрудник. – Сорок только убитых боевиков из группировки Дашелды. Корпус стражи и кордонная служба устроили засаду. И еще около двадцати человек задержаны. В городе ждут обысков и облав. Так что сами понимаете…
Он развел руками. Наемники переглянулись. Вот так новость!
– Благодарю, – сказал сотруднику Герман. – Мы сами выберем зал или посидим здесь. Напитки тут подают?
Сотрудник указал на барную стойку в углу зала.
– Если у вас есть членская карточка…
– Нет.
– Тогда оплата наличными.
Сотрудник отошел, а наемники прошли к угловому столику, что стоял рядом с одним из игровых залов.
– Из огня да в полымя! – сдавленно прошептал Кир. – Куда теперь-то драпать?
– За кордон.
– Ага! Вон одни удрали! Всех положили.
– Так неизвестно, куда они шли и зачем.
– Зато известно, куда пришли. – Кир встал. – Сейчас я кое-что спрошу.
– Сиди, – остановил его Герман и показал на кнопку вызова, вделанную в стену. – Сами подойдут.
Сотрудник явился через полминуты. Замер в двух шагах от столика в легком полупоклоне.
– Газеты сегодняшние есть? – спросил его Кир.
– «Трибуна Имтернара», «Голос».
– Неси.
– Вряд ли там что есть, – заметил Герман. – Если все произошло только недавно.
– Может, какой намек найдем.
Ветров с сомнением пожал плечами. О таких бойнях не намекают, пока не заработают стволы.
Тем не менее они внимательно изучили принесенные газеты. Нашли несколько заметок и статей, хоть как-то связанных с сегодняшним боем.
После обобщения данных нарисовалась следующая картина. Из-за возросшей активности властей в приграничных территориях, представители преступных группировок начали срочную переброску людей и техники за кордон. Налицо попытка увести из-под удара основные боевые силы и сохранить их для действий на свободных от конфедерации землях. Наверняка имел место и вывоз ценностей. Не исключено, что вот на такой подвижной «банк» и напали бойцы Корпуса.
Еще газеты отмечали некий спад товарооборота закордонных территорий с конфедерацией. Это тоже волновало власти, ибо на некоторые поставки была завязана промышленность приграничных оплотов и бургов.

– Тут посложнее, чем в Денёрвине, – пожаловался Кир. – Вроде данных больше, но все общие сведения. А наобум не сунешься, можно под стволы залететь.
– Ну вот и ты понял, что нам как раз нужен какой-то контакт, – хмыкнул Герман.
– Не подкалывай! Я это сразу понял. Непонятно только, что нам даст этот контакт.
– Скоро увидим. Осталось меньше часа.
Играть Кир даже не пробовал. Людей мало, все компании старые, знают друг друга и новичка могут не пустить. Да и подозрительно так навязываться. Было бы больше народу, было бы легче.
Наемники досидели до срока, потом оставили на столе деньги и двинули к переходу в номера.
В хранилище им выдали оружие, оказалось, в номера можно с ним. Однако надо было доплатить еще по тридцать соверенов.
Это уж был грабеж, Кир хотел было возмутиться, но тут Герман достал деньги, а вместе с ними и черный прямоугольник. Сотрудник охраны увидел его и тут же отступил в сторону.
– У вас билет? Что же вы молчали? Проходите, пожалуйста!
Герман первым шагнул в открытую дверь. Кир проследовал за ним. Спину царапнул острый взгляд охранника.

Пол коридора был устлан толстыми коврами, полностью заглушавшими шум. На стенах висели картины. Свет приглушенный. Воздух на удивление свежий: видимо, кондиционеры работали на всю катушку.
Шестнадцатый кабинет находился в дальнем конце коридора неподалеку от второй лестницы. Прислужник провел наемников к нему, открыл дверь и отступил в сторону.
– Прошу, господа. Спиртное в баре, закуски в холодильнике. Если будет что-то нужно – позвоните два-сорок.
– Благодарю, – уже в который раз за день сказал Герман и отпустил прислужника.
Наемники вошли в помещение. Это был обычный гостиничный номер. Гостиная, туалетная комната и крохотный закуток для обуви и верхней одежды.
В одном углу гостиной широкий диван, в другом – два кресла и столик. У окна тумба с цветами, у противоположной стены подставка с радиоприемником и шкаф.
Кир прошел по гостиной, покрутил головой и шумно вдохнул воздух. Потом нагнулся к дивану и еще раз вдохнул.
– Духами пахнет, – с некоторым удивлением сообщил он.
– Да и ладно, – отозвался Герман. Он стоял у окна и рассматривал улицу.
– Ты не понял. Диван пахнет духами.
– Может, тут до нас бабы были.
– Были. Несомненно. И неоднократно.
Кир прошел в туалетную комнату. Вернулся через минуту.
– Там тоже пахнет духами?
– Угу.
Германа заинтересовали две легковые машины, затормозившие у входа в клуб.
– Гера, – позвал его Кир. – Ты не понял. Этот номер снимают для свиданий с бабами.
– Да понял я.
– Да? Подумай сам, кто будет назначать в таком месте серьезную встречу? Или эти парни спасали билет на свидание со шлюхами?
Герман наконец оторвался от окна, посмотрел на друга и пожал плечами.
– Может, для конспирации? – Он глянул на часы. – Без трех минут шесть. Сейчас мы узнаем, за каким чертом была нужна эта картонка и с кем хотели говорить убитые парни.
Кир развел руками: мол, не понимаешь, потом достал пистолет из кобуры, снял его с предохранителя и сунул обратно.
– Мы с тобой с разгона влетели в чьи-то игры, даже не подумав, каким боком это может выйти.
Герман повторил его манипуляции.
– Мы влетели в эти игры, когда дали добро на спасение мира.
Кир недовольно скривил губы. Герман излишне оптимистичен. А сам только недавно призывал к осторожности. Как люди под стрессом меняются!

Часы показывали пять минут седьмого, когда в дверь осторожно постучали. Потом она открылась и на пороге возник среднего роста мужчина в коричневом костюме. Оглядев гостиную, он нашел взглядом Германа и кивнул.
– Вы пришли. Хорошо. Надеюсь, все при вас?
– Все при нас, – ответил Герман. – А ваше при вас?
Человек едва заметно улыбнулся.
– Тогда сделка пройдет как надо.
Кир, стоявший за второй створкой двери, шагнул вперед и встал за спиной визитера. Тот почувствовал движение, резко обернулся.
– К-как? Зачем?
– Что зачем? – спросил Герман.
– Зачем здесь второй человек? Мы так не договаривались! Вы сказали, что будете один.
– Условия сделки изменились, – жестче сказал Герман. – Мы не доверяем вам.
Визитер перевел взгляд с Кира на Ветрова.
– Вы не должны были менять условия сделки. Мы договорились об этом. Теперь я должен доложить старшему…
– Доложи, – все так же невозмутимо проговорил Герман.
Визитер осторожно обошел Кира и вышел в коридор. Наемники переглянулись.
– Ты что-нибудь понял? – спросил Кир.
– Только одно. Убитые назначили кому-то стрелку. И этот кто-то очень опасается за свою безопасность.
– А я понял, что лучше бы нам свалить.
– Поздно. Надо идти до конца. Если поймем, что ситуация выходит из-под контроля, перейдем к запасному варианту. Но вот что он имел в виду под «наше»?
Герман потер переносицу. Вообще-то он и сам чувствовал себя не в своей тарелке. Действительно, влезли в непонятную схему без всякого плана. Интуиция подсказала, что можно попробовать. Но интуиция отвечать за ошибку не будет.
Однако жалеть поздно, они ввязались в игру.
Невзрачный визитер вернулся через двадцать минут. Не отходя от двери буркнул:
– Через два часа на Милигере. У ворот.
– И что там? – спросил Герман.
– Посмотрим ваш товар. Подойдет – возьмем.
Совсем интересно! Еще и товар надо показать.
– Лады. Через два часа на Милигере у ворот. Только без фокусов!
Визитер глянул на Германа как на идиота и не прощаясь исчез за дверью.
Наемники смотрели в окно, но так и не заметили, куда делся этот проходимец.
– Ми-ли-гер! – задумчиво проговорил Кир. – А картой мы так и не обзавелись…
– Время есть, успеем. А вот что за товар?
– Что-то, что может принести один человек, не особо привлекая к себе внимание. Что-то, чего нет здесь, но есть где-то у кого-то. Образец, одна штука из партии.
– Партии чего? – прервал размышления Кира Герман. – Не перебирай с логическими выкладками.
– Одно ясно точно: они назвали хорошо знакомое им место. И выгодное им время. И сколько их там будет – никто не знает.
– Надо разведать, где этот Милигер и с чем его едят.
Герман вытащил из кармана карточку, покрутил ее между пальцев.
– С этой загадкой все ясно. А вот с остальными…
– По ходу дела. – Кир надвинул шляпу на лоб. – Пошли…

3

Из-за сплошных черных туч, намертво закрывших небо, в бурге стемнело раньше обычного. Вязкая полутьма расползлась по улицам и кварталам, погрузив Дардавер в некое подобие киселя. Ощущение усиливал туман, упавший на землю словно купол парашюта.
Фонари и свет окон немного разгоняли тьму, но с туманом ничего поделать не могли. Люди и машины передвигались медленно, нащупывая дорогу в молочно-белой каше.

Неяркий свет двух фонарей давал возможность разглядеть кирпичную кладку ворот и асфальтовую площадку перед ними. И не спотыкаться о толстую проволоку, торчащую из-под земли рядом с воротами.
Герман сделал круг от ворот до края площадки и посмотрел на часы. Ровно половина девятого. Вот-вот должны подъехать неведомые покупатели неизвестного товара. А к разговору он так и не был готов. Да и не будет никакого разговора, как только те поймут, что их дурят, начнется совсем иная «беседа». И дай бог, чтобы покупателей было не слишком много. А то вся эта авантюра закончится для наемников печально.
Ветров провел рукой по лицу, стирая капли влаги, и опять посмотрел на часы. Тридцать одна минута. Сколько еще ждать? Эта площадка – не лучшее место для свиданий.

Милигер – название озера, некогда существовавшего на окраине бурга. Лет тридцать назад озеро внезапно обмелело. Большая часть высохла, а меньшая превратилась в мелкий пруд, заросший тиной и травой.
Потом здесь построили гаражный комплекс, а поблизости организовали автомобильный рынок. Они и унаследовали название озера, а вслед за ними и весь район стали называть Милигер.
Вечером Милигер пустел, даже сторожей не было. Шантрапа по гаражам не лазила, они принадлежали частной конторе и контролировались одной из преступных группировок. А с ними иметь дело никто не хотел.
Так что неведомые покупатели знали, где назначать встречу. Место тихое, пустое, но с хорошими подъездами. Огромный навес над воротами позволял проводить беседу в относительно комфортных условиях. И до ближайшего отделения полиции далеко. Типичная точка для «стрелок».

…Прошло еще три минуты, прежде чем с дороги послышался приглушенный звук моторов. А потом на площадку вырулили две машины. Легковая «трасерда» и внедорожник «дектор» – точно такой же, как у землян.
Машины встали в центре площадки прямо под кроной высокого дерева. Из них вышли четыре человека и направились к воротам.
«Четверо здесь, плюс двое за рулем и, может быть, еще один-два прикрывают тылы, – прикинул Герман. – Что ж, мы ожидали худшего…»
Он сделал шаг к арке ворот и стал рассматривать шедших к нему людей.
Впереди здоровый амбал в типичном полувоенном наряде. Голова брита наголо, черты лица крупные, нос мясистый, свернут набок. Куртка слева топорщится, там явно скрыто оружие.
Следом идет господин лет сорока пяти в приличном костюме. На носу очки, на голове шляпа. Через руку перекинут свернутый плащ. На фоне амбала господин смотрится английским лордом.
Последними топают двое. Тоже в костюмах, в шляпах, но без плащей. Оба молодые, лет по тридцать – тридцать пять. Один из них несет небольшой чемоданчик.
Да, это не мелкая шушера. По крайней мере средний уровень. А скорее всего и повыше. Непонятно только, почему они не захотели говорить в клубе? Так испугались еще одного человека? Но ведь здесь можно посадить в засаду хоть роту! Или они знали, что никакой роты нет?
Сложно играть вслепую партию, когда не знаешь, какие у тебя фигуры, а правила назначает противник.

Не дойдя до Ветрова трех метров, амбал свернул в сторону и встал сбоку. «Приличный господин» – главный среди приехавших – остановился перед наемником. А за его спиной замерла парочка помощников.
Четыре пары глаз смерили Ветрова пристальными взглядами. Потом главный отрывисто произнес:
– Почему не пришел Робер?
– Он погиб.
– Значит, о нашей сделке прознал кто-то еще.
– Да. И этот кто-то убил Робера и его напарника, сжег их тела и машину.
Главный прищурил глаза. Явно об этом слышал впервые.
– Но он гарантировал, что будет полная секретность.
Герман усмехнулся.
– Ты что, вчера родился? Когда речь идет о таких делах, полную секретность могут обеспечить только мертвые.
Главный покосился на своих людей. Те хранили молчание, но их глаза смотрели с недоверием.
Амбал разговор почти не слушал, зато постоянно вертел головой. Правая рука спрятана за пазухой. Парень был готов открыть огонь в любую секунду.
– А где твой напарник? – спросил главный.
– Ждет моего возвращения.
Сомнения и недоверие отражались на лице собеседника. Но видимо, Герман сильно из схемы не выпадал, говорил в тему. И собеседник решился.
– Хорошо. Покажи товар.
Вот и ключевой момент. Ибо что за товар, наемники так и не поняли. Не помогли и долгие размышления над лежавшими в пакете листками бумаги. Никаких версий. Так что они приготовились импровизировать. Зная, что за этим неминуемо последует разоблачение.
Ветров сделал вид, что копается во внутреннем кармане пиджака, потом извлек из него небольшой сверток и протянул его на ладони главному.
Тот взял сверток, скинул тряпку и зажал в пальцах золотой брусок.
Если бы в руке главного оказалась живая змея, он бы, наверное, не так изумился, как при виде золотого слитка.
– Золото… – несколько растерянно произнес он.
И его клевреты синхронно посмотрели на брусок. Выражения их лиц тоже были далеки от восторга.
Главный поднял глаза на Германа.
– А где страбиокс?
Как только он произнес это слово, Герман понял, что служило настоящим товаром сделки и что они ошиблись.
Страбиокс – синтетический наркотик, получаемый химическим путем. Очень сильный препарат, однако, не вызывающий быстрого привыкания. Производство страбиокса требует хорошей технической оснащенности и определенного уровня знаний.
Наркоторговля – один из самых доходных видов подпольного бизнеса, и за право участвовать в нем сражается большинство преступных группировок. Очевидно, убитые в лесу каким-то образом вышли то ли на производителей страбиокса, то ли на продавцов и хотели заинтересовать им вот этого лощеного типа. Но конкуренты узнали о предстоящей сделке и обрубили все концы. Вернее, они думали, что обрубили.

– Где страбиокс? – уже громче повторил главный, прищуривая глаза. – Мы как договаривались?!
– Мы договаривались, что ты тоже покажешь товар, – попер наобум Герман, делая при этом резкий жест левой рукой. – Но пока я его не вижу.
Главный громко задышал и потряс рукой с зажатым в ней бруском.
– Зачем мне это…
Он вдруг замолк и посмотрел на брусок.
– Этот слиток весит грамм четыреста с лишним.
– Пятьсот.
– Но какое отношение он имеет к страбиоксу?
– Самое прямое. Это – цена небольшой партии. И как видишь, хорошая цена.
Герман сделал паузу и с нажимом сказал:
– А теперь покажи свой товар!
Главный вдруг бросил брусок Ветрову. Тот успел поймать его и сжать в кулаке.
– Золото – это хорошо. Но мне нужен товар! Я должен оценить качество. Чтобы знать, связываться с вашим каналом или поискать другой.
Герман, поймавший волну, начал импровизировать на ходу, видя, что пока все идет в масть.
– А других-то нет. Все занято! Не пролезешь! А тут новый канал, новый рынок сбыта, новая цена, которую ты установишь. Страбиокс – редкость, больше идет конопля и ее производные. Да опий из-за кордона гонят. А тут свои поставщики сдают товар без накруток! Разве не устраивает?
И не дав собеседнику ответить, с нажимом проговорил:
– Твой товар?
Главный вдруг отступил на шаг, нахмурился и отрывисто бросил:
– Как Робер называл меня?
– Что? – слегка растерялся Герман.
– Как Робер называл меня при встрече?
Это был конец разговора и переход к продолжению встречи в ином формате. Ибо ответить на такой вопрос Герман не мог. Значит, этот тип что-то заподозрил и теперь проверял собеседника самым простым способом.
– Он назвал тебя комплексующим гением с неограниченным самомнением, – насмешливо выдал Герман и чуть отодвинул полу пиджака. – А еще называл земляным червяком.

И время словно остановилось. Кривил рот главный, синхронно вскидывали руки к поясу его помощники, тянул из-под куртки оружие амбал. Все происходило словно в замедленной съемке.
А потом Герман сделал большой шаг вперед и вытащил «стечкин» из кобуры. И картинка завертелась с прежней скоростью.
Первые две пули прошили грудь амбалу. Третья ударила в правое плечо первого помощника, четвертая – в грудь другого.
Главарь попытался выхватить оружие из-за ремня, но не сумел. Герман накрыл его руку и ударил лбом в переносицу. А потом сделал по одному контрольному выстрелу каждому из лежащих.
Со стороны машин раздался негромкий свист. Герман аккуратно опустил обмякшее тело главного на асфальт и тоже свистнул.
Из мрака выступила здоровая фигура Кира.
– Чисто!
– И у меня.
– Ну и славненько!
…Когда Ветров отдал золото главному и сделал незамысловатый жест рукой, Шилов перешел ко второй части плана. К тому моменту он уже обнаружил наблюдателя, стоявшего у поворота на дорогу.
Наблюдатель и лег первым. С пробитым ножом сердцем. Потом пришла очередь водителей. Они вели себя слишком самоуверенно, считая, что контролируют ситуацию. И с этой иллюзией расстались, только когда перестали дышать.
Сделав дело, Кир занял позицию у машин и приготовился вступить в дело, если у Германа что-то пойдет не так. Но все прошло как надо, и теперь пора переходить к третьему этапу плана.
Пленного связали и погрузили в «дектор». Убитых оставили у ворот. С собой взяли только чемоданчик. После чего покинули площадку, держа курс к противоположной стороне пруда, где был пустырь. Самое подходящее место для четвертого этапа.

…Человек по имени Робер вышел на Ленарда Шукра на прошлой неделе. Предложил организовать рынок сбыта страбиокса в Дардавере и соседних бургах.
Шукр и сам давно хотел приобщиться к крайне выгодному делу наркоторговли, однако все места уже были заняты, а начинать войну с влиятельными группировками, не имея поддержки, безрассудно. Однако сходу принимать предложение незнакомца не стал. Потребовал объяснить, откуда пойдет наркотик и по какой схеме.
Человек объяснил, что наркотик производится не здесь, но схема доставки проста и дешева, так что себестоимость небольшая. В обмен человек захотел оружие. Причем не самоделки кустарных мастеров, а настоящее оружие со складов.
Шукр имел кое-какие завязки в полиции бурга и в принципе мог организовать несколько партий стволов. Тогда человек предложил снизить закупочную цену на страбиокс, за что Шукр должен будет свести его со своими контактами в полиции.
Эта идея понравилась Шукру меньше, но он решил подумать. Окончательная договоренность должна была произойти при личной встрече. Обе стороны продемонстрируют свой товар, а потом обговорят дополнительные условия.
В назначенное время Шукр с охраной подъехал к клубу «Сата Марена», но его посыльный сказал, что Робера там нет, а есть два каких-то здоровых парня и они вроде бы не совсем в теме.
Робер упоминал о помощниках, и Шукр не особо напрягся. Однако встречу перенес в удобное место и приехал с солидным прикрытием. Считал, что против двоих его хватит.
Как оказалось, не хватило. И теперь Шукр пел соловьем, выкладывая все, что знал и что слышал. Он бы и рад был промолчать, но эти люди умели спрашивать и заставлять отвечать.
После первой части исповеди Шукр вынужден был рассказать об обстановке в бурге, на границе и за ней. Назвать имена главарей преступных группировок, сферы их влияния, а также еще массу самой разной информации.
К концу «беседы» главарь уже понял, что эти люди не только не имеют никакого отношения к производству наркотиков, но и вообще не из этих мест. Ибо обнаруживали огромные пробелы в самых элементарных знаниях. Но поделиться своими догадками с кем-либо ему было уже не суждено…

В чемоданчике лежали два пистолета и пистолет-пулемет. И по запасному магазину к каждому. Оружие новое, еще в заводской смазке, воронение блестит, ни следа пыли или грязи.
Отдельно лежали патроны. Всего две пачки для тестовых стрельб. Тоже новые, маркировка упаковок датирована началом этого года.
– Прямо со склада, – констатировал Кир. – Наверное, еще и на учет не поставили.
– Хорошо налаженный канал сбыта. Кто-то в полиции здорово греет руки на таких сделках.
Герман повертел в руках новенький «коумра» и добавил:
– Вот их, видимо, и искали те парни.
– Да. Только подставились сами.
Теперь картина произошедшего стала ясна как стеклышко.
Секретная группа (видимо, из службы внутреннего контроля) искала выход на нечистоплотных сотрудников полиции. Обнаружила связь между ними и главарем преступной группы Ленардом Шукром и решила зайти с другой стороны. Был выдуман несуществующий канал сбыта страбиокса и план его реализации через Шукра. Шукр на заманчивое предложение купился и в обмен был готов сдать своих «друзей» в органах.
Но в последний момент агенты секретной группы прокололись и их убрали. На этом операция бы завершилась, если бы не два чужестранца, случайно попавшие на место расстрела.
Они оказались настолько безрассудны, что влезли в чужую схему и перебили бандитов. Счастье сопутствует смелым. И тем, кому нечего терять…

Утром по радио начали крутить обращение властей бурга к гражданам. Просили воздержаться от поездок к границе. А разного рода торговцам, посредникам и прочим – временно прекратить контакты с закордонными территориями. Потом было объявлено о временном приостановлении работы пропускных пунктов.
Причину столь резкого изменения политики никто не называл, но о ней знал весь бург – вчерашнее сражение на границе. Как только в бурге стало известно об этом, его в спешном порядке начали покидать те, кто опасался застрять здесь навсегда.
Наемники сами сидели на нервах. Ночное сражение с бандой Шукра не могло пройти бесследно. Кто-то из его людей жив и может рассказать, куда и зачем ездил главарь с охраной.
Известие о закрытии границы заставило подумать об уходе за кордон другим путем. Но каким?
Земляне сидели в номере, перебирая варианты и тут же отметая их. После исповеди Шукра они более или менее представляли себе обстановку по ту сторону границы и понимали, что легко могут попасть из огня в полымя.

В десять утра вдруг объявили о начале работы нового пропускного пункта. И обязательной проверке всех, кто пересекает границу.
Герман, до этого вышагивающий от стены к стене, вдруг поднял голову.
– Надо попробовать проскочить. Пока опять все не перекрыли.
– Ты о шмоне слышал? Проверять будут всех. Засветим оружие – хрен выпустят!
– Спрячем. Оставим пулемет, пусть берут, если хотят.
Кир сидел на диване поджав ноги и точил нож. Лезвие давно уже было бритвенной остроты, но он все водил им по оселку.
– Могут найти. И главное – куда сунемся? На север, на восток или на запад? Толком не знаем.
Герман остановился напротив Кира.
– Что-то я не узнаю твой голос. А кто вечно лезет на рожон? Кого приходится всегда осаживать?
Кир поднял голову.
– Меня. Но сегодня на рожон лезешь ты. Так что я волей-неволей осаживаю. – И сменив тон, продолжил: – Гера, сунемся сейчас, можем влететь.
– А не сунемся, влетим здесь. Хорошо, если чисто ушли с Милигера! А если все же видели? Бандиты будут искать убийц их главаря. Нам шум ни к чему.
– Хороший аргумент. Но мы по улицам не разгуливаем, найти нас не так просто.
– И сколько еще будем сидеть? У нас ограниченный запас времени.
Кир вздохнул, спрятал нож и встал с дивана.
– Убедил. Собираемся?
– Да.
Через сорок минут они были на подъезде к пропускному пункту. К тому моменту наступательный порыв Германа изрядно иссяк. Он мрачно смотрел на дорогу и барабанил пальцами по рулю.
– Тридцать три, тридцать четыре, тридцать пять… И как минимум столько же еще впереди. – Кир выглянул в окно и прищурился. – Или даже больше.
– Вижу, – сквозь зубы проговорил Герман.
Впереди дорога была забита машинами, ожидающими очередь. А по другой части дороги возвращались те, кого не пустили через кордон. Их было много.
– Подождем, – вынес вердикт Герман, сворачивая к обочине и вставая за грузовиком. – Очередь вроде хорошо идет.
Кир развел руками: мол, как скажешь.
Очередь и впрямь пошла быстрее. Теперь осматривали сразу три машины. Видимо, сотрудники пропускного поста поняли, что так организуют пробку до бурга, а то и дальше.
Наемники с интересом смотрели по сторонам, подмечая, кто едет за границу.
В основном это были те, кто имел торговые контакты с местным населением. Еще часть – жители закордонных земель, возвращались домой. Конечно, есть в очереди и представители преступных группировок. Именно из-за них и организовали усиленный контроль.
– Думаю, эти парни используют другие варианты перехода через границу, – заметил Кир.
– А кордонники такие идиоты – не слышали о них. Да их в первую очередь перекрыли.
– Но не все же.
Герман пожал плечами. Увидел, что очередь тронулась, и нажал на газ. Внедорожник подкатил к пункту еще метров на сто.
Когда впереди оставалось шесть машин, Герман решил сходить на разведку. Оставив Кира в машине, он прошел вперед, к самому пропускному посту.
Вернулся через двадцать минут, когда Кир успел проехать с очередью еще метров сорок. Без слов выгнал друга из-за руля, сел сам, развернул машину и погнал к бургу.
– Что случилось?
Герман неопределенно махнул рукой и после паузы ответил:
– Увидел, как досматривают машины. Наш груз найдут быстро. Ты был прав. Вот черт!
Он с силой ударил по рулю, потом взял себя в руки и чуть сбавил скорость.
– Надо искать другой путь. Что у нас поблизости от Дардавера?
Кир достал карту.
– Хутор Вашарам, двадцать кэмэ на восток. Но чует мое сердце, там тоже кордонники сидят! Обложили!
Герман бросил взгляд на карту. Кир прав, вряд ли кордонная служба перекрыла только границу у Дардавера. Так что нечего метаться, надо все спокойно взвесить.
Ветрову вдруг стало стыдно за срыв с поспешным выездом. Все на Кира грешил, а сам слетел с нарезки.
– Извини, брат, – сказал он спустя несколько минут. – У меня тоже нервы ни к черту.
Кир с некоторым удивлением посмотрел на него.
– Бывает. Куда сейчас?
– В гостиницу. Только давай сперва перекусим, а то после этих скачек аппетит разыгрался.
Шилов с готовностью кивнул.
– По пути мы проезжали какое-то заведение. «Катартис» или «Карантис»…
– «Катарантис». Я видел.
И Герман свернул на первом же светофоре налево.
Небольшой ресторанчик, расположенный в подвале трехэтажного дома, оказался весьма уютным и приличным заведением. Два маленьких зала, отдельные кабинки, неяркий свет и тихая музыка. И кормили здесь вполне прилично.
Наемники выбрали мясо в горшочках и наваристый бульон с яйцами и сыром. Заказ принесли неожиданно быстро. Кроме него официант поставил высокий графин с узким горлом.
– Фирменный квас. Специально для тех, кто за рулем. Не хуже пива.
Наемники ели молча, по сторонам не смотрели и на проходящих мимо посетителей не реагировали. Настроение у обоих было подавленным.
Покончив с бульоном и мясом, перешли на квас. Тот и вправду оказался хорош. В меру охлажден, с приятным вкусом, чем-то напоминавшем вкус свежесваренного пива.
– Разве что попробовать ночью, – произнес Герман так, словно продолжал уже начатый разговор. – Вряд ли они так хорошо контролируют границу в темное время суток.
– Выставят секреты, перекроют все дороги, – сказал Кир. – Они местность знают. А мы с машиной лесными тропинками не уйдем.
– Вычислим график движения патрулей и обнаружим секреты.
– Уйдет масса времени. И не факт, что не налетим.
Герман отставил пустой бокал и невесело констатировал:
– Тупик!
Кир кивнул.
– Только если с боем. Но можем завязнуть.
– Тогда остается найти человека, который смог бы перетащить нас через границу. Какой-нибудь местный старожил. Заплатим ему как следует, он выведет за кордон.
– Мы уже заплатили один раз рыбакам! Их кости, наверное, давно обглодали крабы.
– Значит, надо искать иной выход, – развел руками Герман. – Но сидеть здесь бессмысленно, центр сам нас не найдет.
В зал ресторана вошла прилично одетая женщина лет двадцати пяти, мазнула взглядом по кабинкам. Заметила наемников и едва заметно улыбнулась.
Наемники посмотрели на нее как на пустое место, девушка тут же перестала улыбаться и прошла дальше.
– Будем искать, – сказал Кир. – Только давай это сделаем после обеда. А то у меня сейчас в голове туман.
«И у меня», – подумал Герман. Но вслух не сказал. Гнетущее состояние давило на нервы и вышибало из головы все мысли.
Впервые они застряли так… наглухо. Да еще без всякого просвета. Конечно, можно попробовать пойти напролом. Но шансов на успех кот наплакал. А искать обходной путь – потерять много времени. Судя по газетам и радио, сейчас по всему кордону идет укрепление системы контроля. Конфедерация спешно выстраивает госграницу.
– Я счет прошу, – перебил его мысли Кир. – Пора двигать.
– Проси.
Шилов кивком подозвал снующего неподалеку официанта. Тот подошел, выслушал посетителя и мгновенно исчез.
Вновь мимо наемников прошла женщина, опять посмотрела на них и направилась к выходу. Шилов проводил ее взглядом, отметил хорошую фигуру и упругую походку. Да, с такой познакомиться бы. Но только не теперь.

Расплатившись, наемники вышли из ресторана и свернули в переулок, где припарковали внедорожник. И увидели еще две машины, вставшие вплотную к «дектору». Одна – зеленый «фарентар» – довольно дорогая тачка, на каких катаются местные богачи. Вторая – внедорожник «ВЕН» – один из самых мощных в своем классе.
Возле машин стояли пять человек. Судя по одежде, повадкам и манере разговора – самая настоящая братва.
Герман, все еще погруженный в невеселые мысли, протиснулся между бортом «ВЕНа» и стеной дома и встал возле задней дверцы «дектора». Выехать нереально, внедорожник обязательно зацепит кого-то.
– Парни, двиньте тачку в сторону, – попросил подошедший Кир.
На нем скрестились пять пар глаз. Взгляды наглые, пренебрежительные.
– Закрой табло! – лениво бросил один из бандитов – невысокий крепыш в коротком черном плаще и шляпе на голове. – И свали отсюда!
Его сосед – высоченный парень в полувоенном наряде – невзначай дернул полой куртки, показывая рукоятку пистолета. Остальные откровенно скалились.
– Вот мы и хотим свалить, – подал голос Герман. – Дорогу освободи.
– Еще один! – деланно удивился крепыш. – Вы чё, тараканы, не понимаете слова? Понаехали черт знает откуда и лезут куда не просят! Увяньте!
Ветров подавил вспыхнувшее в груди раздражение и повторил просьбу:
– Дайте нам уехать!
Видимо, тот факт, что наемники пропустили оскорбления, подзадорил бандитов. Они подошли к «дектору» и встали рядом с Германом. Четверо сосредоточили внимание на нем, а еще один косил глазом на Кира.
Крепыш вышел вперед, задрал голову и с расстановкой произнес:
– Слышь, говноед! Мы сейчас твою драную лайбу на куски разнесем! Вместе с тобой! Чтобы не вякал больше, когда серьезные люди разговаривают! Понял?
– Понял, – кивнул Герман. – Мы поедем. Только проезд освободите.
Крепыш вдруг выдернул из-за спины пистолет и сунул его под нос Ветрову.
– Все, падаль! – сорвался он на крик. – Ты меня достал! Сейчас огребешь со своим дружком по полной программе, а потом отдашь нам ключи от машины! Не то…
Подавленное, угнетенное состояние как-то разом испарилось, когда перед глазами мелькнул ствол оружия. Герман мгновенно пришел в себя. Левой рукой он перехватил правую руку крепыша, рванул чуть в сторону, а своей правой выхватил пистолет. Крепыш неожиданно тонко вскрикнул, когда спусковая скоба сломала ему указательный палец. И не заметил, как ствол пистолета уперся ему в грудь.
Выстрел прозвучал глухо из-за плотно прижатого к телу дула оружия. Крепыш вздрогнул и обмяк в руках Германа. А тот мгновенно перевел пистолет на второго бандита и дважды выстрелил ему в лицо.
Кир ударом ноги достал стоящего ближе бандита. Рукояткой выхваченного «стечкина» шарахнул его по затылку и резко присел за телом, уходя с линии огня. Высокий бандит успел извлечь оружие и почти направил его на Шилова. Но тот опередил противника и вогнал ему пулю меж глаз.
Пятый бандит отпрыгнул в сторону и спрятался за «фарентаром». Оттуда закричал:
– Не надо, парни! Не стреляйте!
Герман одним прыжком перемахнул через передок легковушки и ногами сшиб бандита на асфальт. Тот так и упал с засунутой за пояс рукой. Пистолет вылетел из-за ремня и покатился по дороге.
– Не надо! Я сдаюсь!
Герман усмехнулся и с разгона врезал ногой в грудь бандиту. Тот крикнул и замер, обхватив место удара худыми руками.
Кир успел проверить трупы и добавить одному пулю в голову. И только потом различил негромкий крик.
Он поднял голову и заметил на переднем сиденье «ВЕНа» женщину. Это была та самая красотка, что смотрела на них в ресторане. Теперь она орала как резаная, и красивое лицо исказила гримаса страха.
Кир подмигнул ей и подошел к внедорожнику. Открыл дверь со стороны водителя, сел за руль и тронул ключ в замке зажигания.

– Поедем, красотка, кататься?
Женщина влипла в дверцу и смотрела на наемника круглыми от страха глазами.

4

Переулок они покинули под вой сирены полицейской машины. Рванули прочь с места боя, а потом еще двадцать минут плутали по узким улочкам, обрубая возможную погоню.
Внезапная короткая схватка разом выдернула их из заторможенного, прибитого состояния и вернула былую уверенность и спокойствие. Стало гораздо легче.
– Надо менять номера, – отрывисто бросил Герман, – наши наверняка запомнили.
– Кто?
– Да хотя бы эта красотка!
– Эта красотка кроме трупов и меня не запомнила ничего! – хмыкнул Кир. – Видел бы ты ее глаза.
– Хрен с ними! Тачку мы засветили по полной! Теперь за нами будут гоняться и бандиты, и полиция.
Кир пожал плечами. Что поделать, так вышло.
– Куда сейчас?
– На Паталате есть рынок. Там полно точек, где торгуют с рук запчастями. Попробуем купить номер.
– Продавцы растреплют кому попало и толку никакого.
– Не успеют. Нам сутки нужны, чтобы слинять отсюда, пусть двое. А потом пусть хоть объявление в газету дают…
Кир взглянул на друга.
– Думаешь, за это время сможем уйти?
– Надеюсь. В противном случае вообще встанем.
– Может быть… Только к магазину подойдем пешком. И лучше я один.
– Хорошо. Возьмем номер, а потом сменим гостиницу. Лучше вообще снять квартиру.
Кир обреченно вздохнул.
– Опять переходим на нелегальное положение! И когда это только кончится?..

Рынок Паталат специализировался на торговле машинами, запчастями, комплектующими и всем, что связано с автомобилями. Здесь постоянно бродил народ, смотрел, выбирал, продавал, обменивал. Так что появление еще одного человека прошло незамеченным.
Кир потолкался среди прилавков, прошел вдоль ряда подержанных машин, выставленных на продажу, посмотрел запаски к внедорожникам. Потом забрел в небольшой закуток, где стояли всего два человека. Перед ними на лотке были разложены инструменты, провода, фары.
Кир коротко переговорил с ними о ценах, качестве лампочек и проводов, потом закинул удочку относительно «специальных запчастей». Продавцы сначала вроде как не понимали визитера, потом задали пару наводящих вопросов. А потом посоветовали пройтись дальше, к палатке номер сорок.
Шилов совершил короткий вояж и обнаружил за собой хвост. Виду не подал, дошел до указанной палатки. Невзрачный мужичок выслушал его, повздыхал и сказал, что такого товара у него нет и, видимо, его не туда послали. И предложил вернуться переспросить.
Кир послушно повернул обратно, но до закутка не дошел. На полпути его перехватил один из продавцов инструмента. Отвел в сторону и коротко бросил:
– Сто монет. Номер реальный, с разбитой машины. Машина снята с учета.
– А не в розыске? – показал знание вопроса Кир.
– Нет. Мы такими не торгуем, иначе…
Кир кивнул, что иначе – и так ясно. За такую подставу голову снимут.
– Где номер?
– Пройдись до лотка с пирожками, там стоит парень. Отдашь ему деньги, а продавец пирожков отдаст тебе пакет.
– Ясно.
Все произошло так, как и сказал продавец. Кир заплатил за «пирожки», а продавец сунул ему сверток. Шилов усмехнулся – конспирация блин! С другой стороны все верно. И хотя в конфедерации нет особого контроля над автомобильными номерами и регистрацией в целом, все же теневые дельцы вполне закономерно соблюдают элементарные правила безопасности.

Номера переустанавливали в глухом проезде, где небольшая асфальтированная площадка была скрыта от посторонних глаз высоким кустарником.
Нехитрая операция заняла несколько минут, после чего «дектор» поменял место прописки и стал местным. При любой проверке обман вскроется, так что все усилия только ради обычной уличной ситуации. Наемникам сейчас и этого хватало.
На всякий случай они сделали небольшой полукруг по улицам, заодно посмотрев обстановку в бурге. Дардавер вроде бы выглядел спокойным, однако изобилие полиции на перекрестах, частое мелькание машин с бойцами Корпуса и летающие над домами вертолеты выдавали скрытое напряжение.

– Съезжаем отсюда, – сказал Герман, когда они подъехали к зданию гостиницы. – Найдем что-то попроще и подальше.
– Что-то не вышло у нас в этом бурге, – с досадой заметил Кир. – Все сразу навалилось.
– Бывает. Не все коту масленица. На сборы пять минут.
Они оставили машину на стоянке и поднялись на второй этаж, где были их номера. Герман глянул на часы и повернулся к Киру.
– Жду у себя.
– Я быстро, – кивнул тот и исчез за дверью.
Герман тоже открыл замок, шагнул в коридор, хлопнул дверью, прошел в гостиную и… встал как вкопанный. На диване, закинув ногу на ногу, сидел хорошо одетый джентльмен в сером костюме с белым шарфом на плечах и с черной тростью в руке. Внимательный взгляд серых глаз смотрел на Ветрова.
– Добрый день, – вежливо произнес незнакомец, едва заметно кивая головой.
В ту же секунду дверь в ванную открылась, и на пороге возник здоровенный парень в черном костюме. В правой руке «виррес».
Герман мгновенно оценил обстановку и нашел ее весьма хреновой. Парень готов стрелять, опередить его сложно, тем более свой ствол под курткой.
Но кто это? Люди убитого Шукра? Полиция? В любом случае придется импровизировать и рвать жилы в попытке успеть выстрелить первым.
– Приношу извинения, что зашел без приглашения, – продолжил незнакомец, с интересом глядя на Германа. – У нас к вам разговор.
Тон был ровным и холодным, на лице легкая улыбка, а глаза смотрят прицельно. Неприятный тип. А Кир вот-вот зайдет. И тоже попадет под прицел. И предупредить его никак. Разве что ценой своей жизни. Хотя… раз не стреляли на улице, значит, что-то хотят услышать.
Стукнула входная дверь, на пороге возник Кир с баулом в руках. Хотел было что-то сказать, но взгляд вычленил лишних людей. Рука слегка дернулась, но тут же замерла. Шилов понял, что просто не успеет.
Входная дверь опять открылась, следом за Шиловым вошел еще один здоровый парень с «вирресом» в руке.
– Все в сборе, – довольно кивнул незнакомец. – Теперь можно и поговорить.
– Кто вы? – спросил Герман.
– Человек, которому вы доставили некоторые неудобства. И прежде чем перейти к обсуждению этого вопроса, я хотел бы понять, кто вы!
«Бандиты, – мелькнуло в голове Германа. – Полиция вела бы себя иначе. Значит, речь пойдет о перестрелке у ресторана. Оперативно сработали, хотя прошло всего три часа. Вот это разведка у ребят! Будет туго…»
– Может быть, представитесь? – продолжил игру в вежливость невежливый гость. – А то как-то сложно говорить с людьми, не зная, как к ним обращаться.
– Воспитанные люди, придя в гости, сперва называют свое имя, – парировал Герман. – Или здесь не так?
Незнакомец чуть нахмурился. Явно не привык, чтобы ему перечили.
– Это когда как. Друзьям представляться не надо, они и так знают, кто я. А остальным… по необходимости.
Он сделал паузу и продолжил еще более мрачным тоном:
– Я пока не знаю, есть ли необходимость сейчас…
«Броник в принципе, должен выдержать пулю „вирреса“. Хотя с ног снесет, как пить дать. Успеет Кир с разворота уложить второго бугая? И сколько их еще здесь?»
Теперь только выбрать момент для старта и дальше уповать на прочность бронежилетов, свою ловкость и скорость. И на удачу. Ах, как же глупо все вышло! Расслабились и проморгали простой визит.
Герман уже прикидывал, что сказать, какой жест сделать и чем хоть немного отвлечь парня с пистолетом. Кир наверняка занят тем же.
Незнакомец скривил губы и бросил взгляд куда-то за спину своего клеврета. В этот момент открылась дверь в спальню, и в комнате возник высокий человек в строгом костюме. Левая рука покоилась на черной перевязи. На знакомом лице сияла радостная улыбка.
– А я все-таки был прав! – воскликнул человек, поднимая правую руку в приветственном жесте. – Это вы!
Герман качнул головой и с усмешкой произнес:
– Привет, Недамир.
Менее двух суток назад этого парня наемники вытащили из-под стволов полиции в Имтернаре. Земляне и не думали тогда, что когда-нибудь еще увидят его. Но судьба выкинула новый фортель и свела их уже в Дардавере.
Недамир легкой походкой пересек комнату и подошел к наемникам.
– Хочу еще раз поблагодарить за помощь, парни! – сказал он, пожимая руки Герману и Киру. – Я ведь говорил, что не забуду, как вы спасли мне жизнь.
Он повернулся к незнакомцу и сказал:
– Позволь представить тебе моих спасителей! Только вот… ха! Парни, я так и не узнал ваши имена.
– Герман.
– Кир.
– Да? Никогда таких не слышал. Итак, Зевур, это Герман и Кир. Люди, которым я обязан жизнью.
Незнакомец кивнул и уже приветливо посмотрел на наемников.
– А это весьма уважаемый человек в Дардавере и не только – Зевур Дашелда.
Это имя наемники слышали. Один из самых влиятельных главарей преступных группировок бурга и его окрестностей. Имеет интерес во многих делах, контролирует подпольный бизнес и успешно расширяет сферы влияния. Вроде бы даже наладил контакты с властями бурга.
А вот теперь этот человек сидит в гостиничном номере и смотрит на наемников с некоторым удивлением. Что же успел рассказать ему Недамир, что вызвало такую реакцию?
– Давайте, парни, – Недамир сделал приглашающий жест рукой, – садитесь, поговорим!
По его взгляду стоявший у ванной боевик убрал оружие и принес от окна два стула. Потом посмотрел на Дашелду и направился к выходу.
Недамир проводил боевиков взглядом и вновь оживился.
– Как я понимаю, вы в тот раз удачно добрались до вокзала! Мне тоже повезло, друзья встретили. Отправили к врачам, те и достали пулю. Кстати, они сказали, что если бы не перевязка, я бы потерял много крови и неизвестно, выжил бы! Так что повторю – я ваш должник.
Наемники поставили стулья в нескольких шагах от дивана и сели так, что Кир держал под контролем входную дверь, а Герман дверь в спальню. На всякий случай.
– Зачем ты искал нас, Недамир? – задал вопрос Герман.
– Вы, ребята, за это время успели здорово наследить в Дардавере. Да так, что пошел большой шум. И не только в деловых кругах.
«Деловые круги» – это самоназвание криминального мира. Обтекаемое такое выражение с претензией на респектабельность.
– Что ты имеешь в виду? – уточнил Кир.
Недамир усмехнулся.
– Едва приехав в бург, вы успели убрать Большого Шукра и его людей.
Увидев удивление в глазах наемников, Недамир засмеялся.
– Вас видели в «Сата Марене». А потом к вам в номер зашел Бунгер – мелкая шестерка на побегушках у Шукра.
Герман вспомнил взгляд охранника в клубе. Видать, этот малый был осведомителем Недамира или Дашелды.
– Вы лихо положили всех, хотя в охране у Шукра не новички. Не знаю, что именно вы с ним не поделили, но видимо, решить проблему иначе было невозможно. Потом вы рванули к границе, но не могли ее пересечь. Опять удивлены?
– Нет, – скупо ответил Герман. – В этом бурге, похоже, ничего не ускользает от вашего взгляда.
– Верно мыслишь, приятель! – радостно кивнул Недамир. – А вот потом вы сцепились у «Катарантиса» с другими людьми. И вновь показали себя хорошими бойцами.
Недамир согнал улыбку с лица и уже другим тоном продолжил:
– Видимо, вы не знали, что «Катарантис» у нас объявлен местом переговоров, и там никогда не бывает конфликтов и разборок.
– Это произошло за пределами ресторана, – сказал Кир. – И первыми начали не мы.
– И это знаю. Вы были не в курсе, что там не стреляют. И еще вы не знали, что это – люди Дашелды.
Вот это новость! Выходит, лично Дашелда пришел разбираться с виновными в гибели его людей!
Герман перевел взгляд на Дашелду и ровным голосом спросил:
– Ты предъявляешь?
Такое выражение тут было незнакомо, местный жаргон имел кое-какие отличия от земного. Здесь больше пользовались словами в их прямом смысле. Однако Дашелда сообразил, о чем идет речь.
– Н-нет, – сказал он после паузы. – Все было честно! На вас напали, вы защищались.
– Это точно, – вставил Недамир. – Шемрик всегда имел взрывной характер. И мало кого слушал в таких ситуациях.
Шемрик в переводе на русский – порох. Смысл клички ясен – вспыхивал по любому поводу.
Наемники промолчали. Если претензий нет, тема закрыта, если есть – они услышат это.
– Знаете, – нарушил молчание Недамир, – вы странные люди. Появились из ниоткуда, с разбега влезли в местные дела и разворошили муравейник. Честно говоря, мы сперва приняли вас за копов. И даже думали прихлопнуть. Но после того, как узнали, кто пришил Шукра, передумали.
– Почему?
Дашелда вдруг кашлянул и впервые после появления Недамира заговорил сам:
– Мы слышали, что Шукр якшается с полицией. Были у него какие-то темные делишки с ними. Если бы вы были из полиции, то трогать своего человека не стали бы.
– Да. А еще мы знали, что Шукр подбирается к наркотикам, – добавил Недамир. – Он засветился в Имтернаре, и Салавар хотел поговорить с ним сам. Но Шукр уехал.
Герман взглянул на Недамира и с некоторым трудом сдержал удивленный возглас. Так вот кто такой их «крестник»! О Салаваре они слышали – это лидер преступного мира Имтернара. По своему рангу и влиянию он стоял выше Дашелды. В переводе на земной язык – законник и смотрящий.
А еще они слышали о его правой руке, человеке, решающем самые острые проблемы Салавара. Этой рукой был некий Недамир. Вот же угораздило с кем познакомиться! И вот почему Недамир так свободно себя ведет в присутствии Дашелды. Да, тут расклад серьезный. И одна ошибка может стоить очень дорого.
Недамир оценил заминку наемников и вновь улыбнулся. Улыбался он много и охотно, такой вот характер у спеца по острым проблемам.
– После стычки с Шемриком мы и вовсе не знали, что подумать. Но когда узнали, что вы хотели пересечь границу, причем неудачно, кое-что встало на свои места.
– И что же встало? – осведомился Герман, гадая, к чему ведут эти «деловые люди».
– Мы знаем, кто вы, – улыбаясь, проговорил Недамир.
– И кто же?
– Кейперы, «ночные крысы»!
Недамир продолжал улыбаться, но в его глазах мелькнули неприязнь и уважение.

Кейпер на местном языке – похититель. Кейперами называли тех, кто похищал людей. А еще их называли «ночными крысами». В преступном мире конфедерации это была самая закрытая, самая ненавидимая и, пожалуй, самая мощная группировка.
Кейперы занимались похищениями людей. Во всех уголках конфедерации. В основном работали на заказ. Крали подростков для какого-нибудь состоятельного извращенца, крали женщин для сластолюбца. Крали младенцев для богатых пар. Крали должников, за которых потом получали огромный выкуп. Иногда крали стариков, когда речь шла о баснословном наследстве.
Еще с катаклизма похищение человека считалось одним из самых страшных преступлений. Особенно во времена, когда была высокая смертность детей, а средняя продолжительность жизни не достигала и пятидесяти лет. С тех пор так и пошло – к кейперам никакой пощады и снисхождения.
Бандиты относились к кейперам более терпимо, ведь это тоже дело, пусть и довольно грязное. Во всяком случае, не мешали и полиции не сдавали. Хотя старались дел с ними не иметь. А если кто и имел – никогда не афишировали это.
В таких условиях группировка «ночных крыс» могла выжить только при строжайшей дисциплине и соблюдении всех мер секретности.
Верхушка группировки никак и никогда не проявляла себя, все приказы и распоряжения передавались через посыльных. Тех, кто контактировал с заказчиками, именовали посредниками. Эти люди уже не имели доступ к работе группировки, но обладали немалым весом и владели приличными деньгами.
Исполнителей подбирали очень тщательно. Их проверяли и оценивали, следили за каждым шагом и при малейшем подозрении либо отказывали в приеме, либо устраняли.
Так как в конфедерации хватало людей с самыми разными запросами и пожеланиями, группировка не простаивала и не бедствовала.
Полиция за кейперами охотилась особенно рьяно. Но далеко не всегда удавалось накрыть не только среднее звено цепи, но и рядовых исполнителей.
Еще одной отличительной чертой кейперов было их полное нежелание признаваться в принадлежности к группировке. Даже если им грозит смерть. Хотя зачастую сам факт принадлежности к «ночным крысам» сильно помогал при разборках с бандитами.
Одним словом, быть кейпером – быть избранным изгоем. Уважение, страх, неприязнь и опасение.

Герман продолжал сверлить Недамира тяжелым взглядом, не спеша отвечать. Почему их приняли за кейперов, какие подозрения были у бандитов и что последует за этим – он не знал. Но спешить опровергать догадку или, наоборот, подтверждать не хотел. Возможно, это как-то поможет им в разговоре. Ведь явно Дашелда и Недамир пришли не только похвастать своими умозаключениями.

– Думаю, мы угадали, – кивнул Недамир.
– И что вы хотите? – спросил Кир.
Дашелда и Недамир переглянулись. Такой ответ о многом говорит.
– Нам нет дела до ваших проблем и забот, – проговорил Дашелда. – Мы никогда не сталкивались и наши интересы нигде не пересекаются. Просто сейчас наступил момент, когда мы можем помочь друг другу.
Наемники не спешили задавать вопросы, ждали. «А» бандиты уже сказали. Теперь очередь «б».
– Вы приехали сюда восстановить работу в приграничье и за кордоном, – скорее утверждал, чем спрашивал Недамир. – Ведь за последнее время кейперы потеряли почти всех своих людей.
– С чего вы взяли? – Герман все-таки решил подыграть бандитам.
Недамир вновь растянул губы в улыбке.
– Бросьте. Мы в курсе, что две охотничьи команды «ночных крыс» почти поголовно уничтожены. Одна в стычке с саймитами, вторая – при попытке перейти границу с добычей. В тот же день, когда была бойня у рощи. Я так понимаю, ваши парни просто случайно угодили в переплет. А может, их и ждали. В любом случае команды уничтожены. А в Имтернаре был разгромлен пересыльный пункт.
Герман промолчал. Если дело обстоит так, как сказал Недамир, кейперы понесли действительно тяжкие потери. Ведь их группировка довольно малочисленна. А охотничьи команды выезжают на место только под заказ. И гибель двух команд, а также потеря пересыльного пункта фактически оголила целый регион.
– То, что вы не отсюда, и так ясно. Попытка напрямик проникнуть за кордон это наглядно показала. Да еще уничтожение Шукра. Ведь кроме работы с полицией, мы его подозревали в связи с кейперами. Видимо, он оказывал вам кое-какие услуги, а потом решил сдать.
И опять Герман не стал подтверждать или опровергать догадку. Пусть этот улыбчивый бандит сам выстроит легенду, а они подыграют.
– Вам надо срочно покинуть конфедерацию, дела не ждут. И вас подгоняет активность полиции. Ведь если перекроют все пути, вы не сможете доставлять товар по обе стороны границы.
Ветров наконец разлепил губы:
– Что вы хотите?
– Мы хотим помочь вам и просим, чтобы вы помогли нам.
– Каким образом?
Дашелда вдруг начал шарить взглядом, увидел шкаф с баром и с некоторым сомнением проговорил:
– Там хоть что-то есть?
– Пусто, – ответил Кир. – В таких гостинцах сервис хромает.
– Не беда, – сверкнул лучезарной улыбкой Недамир и извлек из внутреннего кармана пиджака плоскую флягу. – Это всегда при мне.
Кир принес из бара стопки, и Недамир разлил в них зеленоватую жидкость.
– Не «прадован», но все же хороший умокс.
Он первым выпил стопку и едва заметно поморщился. Его примеру последовали остальные.
Умокс – местный вариант коньяка, но градусов на пять меньше. И помягче.
Дашелда отставил свою стопку и шумно вдохнул воздух.
– Хорошо! А теперь к делу. Судя по всему, вы не в курсе того, что сейчас происходит в соседних с конфедерацией землях. И какие планы относительно тех территорий у самой конфедерации.
– Кое-что о планах мы знаем, – вставил Кир.
Дашелда отмахнулся.
– Что пишут в газетах и болтают по радио – малая часть происходящего. Да и нет у них точной информации. А та, что есть, проходит строгую цензуру. На самом деле за кордоном уже началась война. И ее исход нас очень заботит.
Видя удивление на лицах наемников, глава преступного сообщества невольно улыбнулся, продемонстрировав ровный ряд зубов.
– Вдаваться в подробности сейчас нет смысла. Вы все узнаете немного позднее. А пока главное. За кордоном встали несколько партий различных грузов. Мы потеряли своих людей. После того как кордонники и Корпус перехватили два моих каравана, а потом закрыли границу, я не могу влиять на обстановку там. И все это приносит огромные убытки. Кроме того, есть еще две причины. И одна из них – вот.
Дашелд извлек из нагрудного кармана пиджака какой-то небольшой предмет и протянул его Герману. Тот взял. Многогранный кристалл, почти прозрачный. Ветров подобные уже видел и без труда определил.
– Алмаз.
– Верно. Алмаз. Один из тех, что недавно были найдены в горной шахте рудокопов.
– Кого?
– Так иногда называют жителей общины Энегард.
– Недавно нашли, – повторил Кир, принимая от Германа алмаз. – Выходит, месторождение только обнаружили?
– Да. И еще мало кто знает. Наши друзья убедили рудокопов не поднимать шум раньше времени. Но эта тайна не проживет и недели. И тогда туда хлынут все кому не лень. А потом придет и конфедерация. Ведь земли рудокопов формально все еще числятся как временно отторженные.
– И вы хотите…
– Не упустить свой шанс и войти в долю. Однако это часть дела. Следует отыскать все партии грузов и отправить их по местам. И наконец, надо узнать, какое настроение у местных, что они будут делать дальше.
Герман переглянулся с Киром. Тот пожал плечами.
– И ради этого вы хотите нанять нас?
– Да.
– Но почему именно нас? У вас не хватает людей? Или так воспылали к нам доверием?
– Здесь все просто. Наших людей там знают. Знают, кто они, какое положение занимают. А вы незнакомые, приехали в первый раз. И вас вполне логично примут за влиятельных персон, посланных с особой миссией. Тем более ваши полномочия будут подтверждены. Сразу другое отношение к людям.
– Может быть…
– Это взаимовыгодная сделка. Вы поедете туда не одни, а под охраной наших людей. Вам не придется плутать по лесам, горам и степям. А по ходу дела можете восстанавливать свою сеть. Ведь хорошо известно, что охотничьи команды состоят в большинстве своем из выходцев закордонья. Только старшие представляют центр. Вот и займетесь вербовкой новых бойцов.
Герман смерил Дашелду суровым взглядом.
– Своими делами мы занимаемся сами.
Дашелда усмехнулся.
– Само собой! Я в них и не лезу. Просто показываю, насколько выгодно взаимодействие. И еще. То, о чем вообще мало кто знает. Сюда, на север, скоро будет переброшен недавно созданный армейский легион. После подготовки части легиона будут отправлены за кордон. Конфедерация готовит возврат прежних территорий.
Вот это была новость! О том, что в конфедерации воссоздается армия, наемники слышали. Но чтобы ее части уже пошли в дело, не знали. Откуда у этого «вождя краснокожих» такая информация? Неужели, связи в верхушке полиции? Вполне возможно…
– Как видите, спешить надо и нам, и вам.
Недамир, до этого молчавший, вновь встрял:
– За помощь мы заплатим. Хорошие деньги.
Герман усмехнулся, и Недамир тут же добавил:
– Знаю, что не работаете на стороне, но в данном случае это не противоречит вашему делу.
Повисла пауза. Бандиты, что хотели – сказали. А наемники соображали. Потом Герман взглянул на Дашелду.
– Нам надо подумать.
– Думайте! До утра. Хватит?
– Вполне.
– Если надумаете, позвоните по этому номеру и скажите: «Привет из гостиницы».
Герман взял протянутый лист бумаги, посмотрел на цифры.
Дашелда встал.
– До встречи.
– До встречи, парни, – подмигнул Недамир и тоже встал. – Мы еще встретимся!
Это прозвучало как дружеское приглашение, однако за веселостью тона можно было различить нотки угрозы. Мол, примите неверное решение, и поговорим за все.

Пару минут они сидели в полной тишине, не глядя друг на друга. Было стыдно смотреть в глаза товарищу. Так проколоться в простейшей ситуации могут зеленые щенки, но никак не псы войны. А их переиграли на раз-два.
И дело не в том, что наемников обнаружили в бурге, на границе или в клубе. Но проморгать слежку в гостинце!
– Сваливаем отсюда! – нарушил наконец молчание Ветров.
– Куда?
– Куда угодно. Хоть в притон. До утра пересидим там, а дальше видно будет.
– Что с предложением?
Ветров встал, зло посмотрел на диван, где еще недавно сидел Дашелда, и скрежетнул зубами.
– Решим.
Кир тоже поднялся, поправил воротник куртки и подошел к брошенному у порога баулу.
– Паршиво все вышло. Но этот делец прав. Иным способом нам отсюда не выбраться. Зависнем хрен знает на сколько. А откажемся – они натравят на нас полицию. Те с удовольствием возьмут двух братков из группировки кейперов.
Герман прошел в спальню, покидал в баул одежду и вышел в гостиную.
– Наше счастье, что машину не шмонали. Нашли бы оружие и снаряжение, разговор был бы иным.
Кир хмыкнул.
– Ну хоть в этом повезло. Едем?
Гостиницу они покинули через десять минут. Сделали на машине два круга по соседним улицам, проскочили пару переулков, и выехали к центру. За ними никто не следовал, но это не значит, что не следили. В бурге, нашпигованным пособниками бандитов, уйти от наблюдения сложно. В этом наемники уже убедились.
Еще через полчаса они нашли небольшой отель на краю бурга и сняли там двухместный номер. Машину оставили на стоянке. А все вещи прихватили с собой. В кафетерии взяли ужин, наказали портье не беспокоить их, пока сами не выйдут, и поднялись к себе.
Двери номера забаррикадировали, поставили растяжку. Окна заложили. Две кровати установили в одной спальне. Приготовили оружие. Потом поужинали, выпили по сто грамм водки и легли спать не раздеваясь. Только обувь сняли.
О предложении бандитов по обоюдному согласию не говорили. Утро вечера мудренее.

Третий месяц на задании. Постоянный стресс, повышенные физические и моральные нагрузки. Тяжкое бремя ответственности, сложности адаптации. И ко всему прочему – все это за много миллионов километров от дома, в чужом мире.
Тут у кого угодно наступит спад. Чудо, что еще оба на ногах и действуют. Бесстрастные железные супермены бывают только в дешевых романах и голливудских штамповках. А в жизни любой самый крепкий боец в какой-то момент теряет контроль над собой и совершает ошибки.
Вот и у наемников наступил эмоциональный спад. Снижение внимания, потеря концентрации, сбой в способности оценивать ситуацию.
Тут нужен курс реабилитации, отдых, крепкий сон, режим дня, отсутствие раздражения. Но где все это взять? Вот и приходится лечить себя дозами спиртного, чтобы помочь организму расслабить сведенные судорогой нервы.
А на утро накрутить себя так, чтобы в ближайшие дни быть в полном порядке. Иначе никак. Иначе срыв и…

Дашелду и Недамира у дверей гостинцы ждал «фарентар». Они сели в него и только там позволили себе обсудить ситуацию.
– Думаешь, они согласятся? – спросил Дашелда, когда машина отъехала от гостиницы.
– Думаю, – кивнул Недамир. – У них нет выбора. Границу они не знают, связей в бурге нет. По пятам идет полиция. И они знают, что ты не забыл об убийстве твоих людей.
– Соскочат. Уйдут в другой бург, поднимут старые связи.
Недамир опять улыбнулся. Эта улыбка иногда бесила Дашелду, но он держал себя в руках. Ближайший помощник Салавара имел право на многое. В том числе и демонстрировать ему свое превосходство.
– Ты много знаешь о кейперах. Но не в курсе, что они никогда не отступают от намеченного. Если этим двоим поручено попасть за кордон, они попадут. И точно в срок.
– Если не влипнут на границе.
– Они найдут способ попасть туда. А в этот раз мы подсказали им самый простой путь. И даже наше предложение не особо влияет на их планы.
Дашелда постучал пальцами по трости. Взглянул на собеседника.
– Странно, что послали двоих. Для такой мясорубки маловато.
Недамир согнал улыбку с лица. В нем вдруг проглянуло то, что обычно скрывалось под маской весельчака. Холодный расчет, жесткость, властность и беспощадность. Салавар знал, кого выдвигать на роль первого помощника. И те, кто видел Недамира таким, надолго теряли покой и сон.
– Зевур, ты разве не понял, кто они такие?
– И кто же? – удивленно спросил Дашелда.
– Ликвидаторы.
Главарь группировки проглотил едкое замечание и сжал губы. Кто такие ликвидаторы кейперов, он знал.

Это была небольшая группа, подчиненная лично главе «ночных крыс». Она вступала в дело только в самом крайнем случае и выполняла самые деликатные поручения.
Когда кто-то из заказчиков упорно не платил за доставленный товар, или распускал язык, или ставил под угрозу тайну кейперов, или сдавал посредников полиции. Вот тогда и начинали работу ликвидаторы. Они устраняли источник угрозы самым радикальным способом. Иногда наглядно расстреливая жертву, иногда маскируя все под несчастный случай.
Ошибок и накладок у ликвидаторов не бывало. И если они когда-либо не выполняли задание, то только по одной причине – когда погибали.

– Отправить ликвидаторов восстанавливать сеть – странный ход, – заметил Дашелда.
– Как раз наоборот. Кейперы в курсе обстановки и посылают тех, кто сможет выполнить задание. Вспомни, как легко эти парни расправились с бандой Шукра. И как быстро перебили твоих ребят. Это боевые машины. Но с хорошо работающими мозгами. Если честно, я бы не отказался от таких парней. И отдал бы за них половину своего воинства.
Дашелда помолчал, оценивая услышанное, и уважительно склонил голову. Мнение Недамира он ценил. Раз тот так говорит, значит, так оно и есть.
– И все же… а если они копы?
Недамир немного подумал и растянул губы.
– Ну если они копы, то мы скоро узнаем это. Только что-то мне подсказывает, что полицию они избегают больше, чем нас. В любом случае ничего такого они знать не будут. Пройдут по цепочке, кому надо свернут шею, кому надо заплатят. С ними будут наши ребята, проконтролируют. Зато эта парочка отвлечет на себя все внимание. Ты ведь знаешь, ни рудокопы, ни саймиты, ни скотоводы сейчас не соблюдают прежних договоренностей. И наш отряд соберет на себя все, что только можно. А уж по их следам пойдут эмиссары.
– Но товары, грузы…
– Даже если потеряем что-то, потом вернем сторицей. Главное – застолбить место. И убедить весь этот вольный сброд выступить единой силой. Только тогда мы можем рассчитывать хоть на какое-то будущее.
– Но они попутно восстановят свою сеть.
– Сколько угодно! Она нам не помешает. А когда станет поперек горла – сами и разорвем!
Дашелда покачал головой.
– Ты меня почти убедил. Лишь бы они позвонили.
– Позвонят! – успокоил Недамир. – Им некуда деваться!
Конспиративная квартира службы внутреннего контроля полиции в Имтернаре. Совещание представителей службы внутреннего контроля и Корпуса внутренней стражи.
Референт отдела оперативно-агентурной работы Корпуса Жалерэ:
– Последнее сообщение от Робера было получено двадцатого числа вечером. После чего он пропал. Из-за особых условий работы поиски не велись. Сотрудники его группы Наденал и Сорвернар пропали из виду двадцать второго числа. В тот день от них ждали сообщения. Однако почтовый ящик был пуст.
Начальник направления «Север» Мадунар:
– Насколько нам было известно, группа «батест» искала выход на полицейских, замешанных в связях с бандитами. Они провели какую-то хитроумную комбинацию и доложили, что готовят операцию. Однако никаких подробностей дела не сообщали.
– Таким образом, вся группа пропала. Есть мнение, что полиция вычислила их и сумела уничтожить, – вставил Жалерэ. – Я имею в виду продажных полицейских. Считаю необходимым провести расследование и попробовать отыскать хотя бы тела агентов.
Представитель службы внутреннего контроля Ишенга:
– Каким числом датированы последние сведения о группе?
– Двадцать вторым.
– В таком случае позвольте ознакомить вас с выпиской из сводки преступлений в Дардавере за двадцать второе и двадцать третье числа. «В ночь с двадцать второго на двадцать третье число в районе гаражного комплекса и авторынка Милигер произошла перестрелка, в результате которой погибли восемь человек. Результаты опознания позволили определить, что среди убитых главарь преступной группировки Ленард Шукр. Остальные – члены его группировки. Все убиты выстрелами из пистолетов и заколоты ножом. Проведенные розыскные мероприятия позволили выяснить, что люди Шукра тремя часами ранее встречались с неизвестными в клубе „Сата Марена“. По словам сотрудников клуба, неизвестные – два человека в возрасте двадцати семи – тридцати лет – посетили клуб и побывали во всех заведениях поочередно. После встречи с человеком Шукра покинули заведение».
– Вы хотите сказать, что эти двое и есть агенты Наденал и Сорвернар? – задал вопрос Мадунар.
– У нас есть сведения, что Шукр активно сотрудничал с некоторыми лицами из центрального отдела полиции бурга. Возможно, через него агенты и пытались выйти на них. Но, видимо, что-то пошло не так, и они вступили в бой.
– Не так – это нападение бандитов, – вставил Жалерэ. – Почему те напали? И был ли там кто-то еще, кроме агентов и бандитов?
– Нам неизвестно, – сказал Ишенга. – Но если считать, что на Милигере действовали ваши люди, то стоит признать – они мастера своего дела! Вдвоем против восьмерых!
– Ну хорошо, – перебил его Жалерэ. – Это наши парни перебили бандитов! А почему потом не вышли на связь?
Ишенга пожал плечами.
– Трудно сказать. Может быть, они действуют по легенде, может, вошли в контакт с другой группировкой. Во всяком случае, ясно одно – группа работает. Вот только куда делся Робер?
– В нашем направлении работают три группы, и еще одна приступает к заданию завтра утром. Срывать кого-либо с дела ради поиска пропавшего агента мы не можем. И выступать инициаторами связи тоже. Придется ждать.
– Может быть, имеет смысл провести тайную проверку полиции? – предложил Мадунар.
– Пока рано. Подождем несколько дней. А поиск Робера будем вести сами. Вполне вероятно, что он тоже перешел на нелегальное положение.
– Тогда на этом и закончим…

5

Утром Герман минут пять стоял под холодным душем. Вода жгла кожу и наполняла тело зарядом бодрости. И мозги хорошо прочищала.
Есть совершенно не хотелось, и он буквально заставил себя выпить полчашки мутного чая и проглотить два бутерброда.
Киру тоже кусок в горло не лез, но и он добросовестно набирал калории, не особо обращая внимание на то, что ест.
– Надо решать, – сказал он, когда тарелка с бутербродами опустела.
Герман отставил чашку и выложил руки на стол. Тяжело вздохнул.
– Решаем. За кордон нам все равно надо. Проще это сделать с помощью бандитов. Выберемся, а там посмотрим, что да как. Меня другое удивляет. Как далеко не глупые люди так ошиблись, приняв нас за кейперов?
– А может, игра?
– А смысл?
– Никакого, – признал Кир. – Но считая нас «ночными крысами», бандиты будут соответственно выстраивать линию поведения. А вот к чему приведет эта линия, неизвестно.
– Кейперов здесь не любят. Но с ними не связываются.
– Это здесь не связываются. А там вполне могут. Тем более команды охотников за людьми здорово потрепаны, и помощи нам ждать вроде как неоткуда.
Герман отнес чашку и тарелку к раковине и ополоснул посуду. Потом поставил ее на стол.
– Они что-то затевают, – задумчиво проговорил он, глядя, как капли воды падают с края тарелки на стол. – Алмазы – это ерунда. Рудокопы наверняка уже привезли сюда пару партий, для них такая находка как манна небесная. Там что-то более серьезное.
Кир тоже подошел к раковине, ополоснул свою чашку. Встал рядом с Германом.
– Вполне может быть. Во всяком случае, этого нельзя исключать. Но то не наши заботы. Нам надо прорваться к центру управления.
– Тогда даем добро?
– Даем. И будем следовать договоренности, пока все не прояснится, либо пока не отыщем центр.
Герман еще несколько секунд с сомнением смотрел на друга. Потом подошел к столу и снял трубку телефона.
– Но теперь надо глядеть в оба! И больше ляпов не допускать.
Кир усмехнулся.
– Да уж, лимит везения мы исчерпали.
Герман дождался, пока длинные гудки сменит мужской голос и отчетливо произнес:
– Привет из гостиницы!
Через два часа на одной из окраинных улиц бурга они встретились с Недамиром. На сей рас этот улыбчивый тип был без Дашелды, но с каким-то здоровым хлопцем лет тридцати.
– Тонак, – представил его Недамир. – Он поведет вас через границу и будет сопровождать за кордоном. После перехода к вам присоединяться еще три человека. Все люди опытные, те земли неплохо знают.
Наемники окинули Тонака внимательным взглядом. Крепкое телосложение, массивные плечи, крупные черты лица. Взгляд уверенный, мрачноватый. Не рядовой боевик, это ясно.
– Заодно введет в курс дел за кордоном, – добавил Недамир.
– Когда переход? – спросил Герман.
– Ночью. Есть одно место, где можно проскочить.
– Речь шла об оплате за помощь, – напомнил Кир.
Недамир улыбнулся.
– Конечно! Как предпочитаете получить? Положить в банк на ваше имя или наличными?
– Половину в банк, половину на руки.
– По двадцать тысяч каждому, – огласил Недамир сумму. – Это аванс. И столько же после дела.
– Идет.
На деньги наемникам было наплевать, но выходить из роли нельзя. Раз подрядились выполнить задание, надо получить оплату.
– Оружие у вас еще есть, кроме пистолетов? – спросил Недамир.
– Найдется, – уклончиво ответил Герман. – Но если дадите – не откажемся.
Недамир кивнул.
– Дадим. Кое-какой запас есть.
Тонак при этих словах не сдержал улыбки, и Герман понял, что «кое-какой запас» – это скромно сказано.
– Кстати, – произнес Недамир, – а чего это вы вчера из гостиницы уехали? Да так быстро.
– Решили сменить место, – спокойно отозвался Герман. – На всякий случай. Что теперь?
– А теперь… – Недамир бросил взгляд на машину наемников. – Вы в гостинице что-то оставили?
– Нет, все забрали.
– Это правильно. Возвращаться туда вам не стоит. Поедете с Тонаком в Фербалер.
– Куда?
– Поселок неподалеку от бурга. Там дождетесь ночи.
– Переход в том районе?
– Верно. И в бурге вам не стоит светиться. Я приеду в Фербалер к вечеру, привезу деньги и квитанцию из банка.
Недамир взглянул на часы.
– Пора.
Он кивнул наемникам и повернулся к Тонаку.
– Будь на связи. Из поселка никуда.
– Ясно.
Когда Недамир уехал, Тонак повернулся к наемникам.
– Двигайте за мной. На выезде из бурга могут остановить. Вы из машины не выходите, я сам разберусь с копами.
– Как скажешь, – кивнул Герман. – Ехать далеко?
– До поселка пятнадцать километров, быстро доедем.
– Ну поехали.
Небольшой поселок Фербалер стоял в окружении леса. Это было тихое, спокойное место, вдалеке от дорог. Местные жители в чужие дела нос не совали и на приезжих не обращали внимания.
Небольшой деревянный домик у самых деревьев стал приютом наемникам до ночи. Тонак показал его землянам и велел со двора никуда не уходить. Дабы не светиться лишний раз.
– Наши парни следят за обстановкой на границе. Как только будет удобный момент – перейдем.
– Переедем, – поправил его Герман. – Мы машину не бросим.
– Да, переедем. Здесь можно. В других местах не советовал бы.
Тонак вытащил из сумки свертки с едой.
– Обедать будете?
– Потом.
– Как хотите. Я пожую, а затем расскажу о том, что вас ждет за кордоном.
– Нас.
– Что?
– Нас, – повторил Кир. – Нас ждет.
– А-а… ну да.
– А карта тех земель есть?
– Карта? – Тонак почесал затылок. – Есть, но самодельная.
– Сойдет, – одобрил Герман. – Жуй, потом расскажешь. А мы пока во дворе посидим.
– Только не выходите на улицу.
– Хорошо.
Во дворе стоял прозаический колодец. Все как обычно – сруб, ворот, цепь, ведро. Кир бросил ведро вниз и неторопливо вытащил его. Ладонями выбросил щепки и мусор и сделал несколько глотков. Вытер губы, сел на сруб рядом с Германом.
– Как ощущения?
– Никак.
– А меня больше волнует, смогут ли эти ребята пройти границу, если там и впрямь сейчас стража лютует.
– Пройдут, не пройдут… Не пройдут они – пройдем мы. Вряд ли здесь сплошные заграждения. Максимум секреты да патрули. Найти брешь несложно.
– Твоими бы устами… Да, мы пройдем. Но технику засветим. А нашим новым дружкам совсем необязательно знать о ней.
– Ничего. Этот вопрос как раз решаем. Меня сейчас больше другое волнует. Точное местоположение центра. Данные компьютера могут не совпадать с реальностью. Тем более после стольких тектонических подвижек.
– На месте разберемся.
– Если успеем.
– Ну вот теперь тебя хандра разбирает, – вздохнул Кир. – Пошли. Наш Иван Сусанин закончил прием пищи и жаждет поведать о предстоящем вояже. И еще, Гера…
– Да?
– Помнишь старую пословицу: что ни делается, все к лучшему.
– Это ты к чему?
– Выпал нам шанс пройти дальше с помощью бандитов, значит, используем его. А там видно будет.
Герман хлопнул его по плечу.
– Мне нравится твой оптимизм. Только не растеряй его.
– Не беспокойся, не растеряю!
Назвать это творение картой можно было только при богатой фантазии. Масштаб не соблюден, обозначения невнятные, много раз исправленные. Дороги, реки, мосты, поселки нарисованы в произвольном стиле, отчего лес легко спутать с болотом, а дорогу с рекой.
Все это изображено на большом сероватом листе бумаги, который от многократного свертывания-развертывания истерся на сгибах и потемнел.
Однако кое-какое наглядное представление о местности «карта» давала.

– Это Хапронский массив. Начинается прямо от границы. Занимает огромную площадь. Лес не сплошной, полно открытых мест, опушек. Много озер и болот. Населен. Хватает лесных хуторов, мыз. Жители содержат пасеки, охотятся. Еще собирают корень ярмина.
– Какой корень?
– Ярмина. Редкая вещь, очень хорошо помогает при многих болезнях. Сами жители из него делают мазь и настойки. Продают здесь. Идет по бешеной цене.
– Ясно. Что-то вроде женьшеня.
– Чего?
– Не важно. Давай дальше.
– Живут обособлено, но связь держат. Чужих терпят, но, если кто хочет поохотиться или найти ярмину, – нападут. В лесу с ними сладить сложно, они там каждый куст знают.
– Да. Эти лесовики прирожденные егеря. С ними не забалуешь. А как ладите вы?
– Кое-что покупаем у них, иногда оставляем грузы за плату. Стараемся без шума. Большинство дорог дальше на север идет через массив, будет война – все встанет.
– Разумно. Кстати, а как вы называете земли за кордоном?
– Смотря какие. Массив Хапрон. Земли за ним – Старанские прерии. Восточнее гряда Негем. Дальше на север территория саймитов. Общего названия нет.
– Ясно. Тогда давай по порядку. Что за массивом?
– Старанские прерии. Вообще-то все намешано: степь, леса. Владения скотоводов.
– Чем занимаются?
– Скотом. Огромные стада коров, быков, буйволов. Торгуют молоком, мясом, шкурами.
– Заповедник ковбоев.
– Что?
– Не важно. И где они живут?
– У них множество поселков, есть бурги. В Акраоре самый большой за кордоном торг. Туда раз в месяц съезжаются со всех земель.
– Чем торгуют?
– Всем.
– Меняют или покупают?
– По-всякому. Но соверены там в ходу.
– А это что за горы?
– Гряда Негем. Там земли общины Энегард. Их все называют рудокопы.
– Это оттуда идет уголь?
– Да. Они гонят машины к границе. Поговаривали, что власти хотят проложить туда железную дорогу. А вообще рудокопы снабжают топливом все закордонье.
– Богато живут. Нефть там еще не нашли?
– Не слышал. А вот серебро вроде бы есть, но мало.
– Ладно. А вот это что?
– Земли саймитов. Три большие общины. Граница их владений начинается от Пыльного треугольника и идет до озер. Там, где живут саймиты, когда-то были промышленные районы. Кое-что уцелело.
– А они чем живут?
– Кто как. Но они больше между собой воюют. Иногда и с соседями. А последнее время…
– Ну?
– В общем, саймиты первыми начали. Напали на пару поселков рудокопов. Словом, там сейчас жарко.

Наемники переглянулись. Похоже, Недамир и Дашелда не все им рассказали. И это «не все» может стать определяющим в турне по новым местам. Надо потрясти Тонака, может, скажет что-то еще интересное.
– Ну-ка, выкладывай, что там с саймитами и какого хрена они полезли к соседям! – потребовал Герман.
Тонак нахмурился. Тон незнакомцев был ему не по душе, но отшить их он не мог. Дашелда дал четкий приказ: помогать им.
– Саймиты выращивают мак и коноплю, – хмуро сказал Тонак. – Сами перерабатывают и гонят товар в конфедерацию.
– Ага! – воскликнул Кир. – Вот где собака порылась!
– Раньше, когда только начинали, соседи не возражали. Но сейчас саймиты не только гонят транзит, но и продают наркотики там. А это никому не нравится.
– А зачем саймиты лезут к соседям?
– Рядом огромные поля и степь. Можно засеивать их. У саймитов подходящих земель мало.
– Все ясно. А теперь коротко – что нам предстоит?
Тонак немного подумал, потом показал на карте несколько точек. – В этих местах наши грузы. Застряли из-за последних событий. Тех, кто должен был перевозить их и охранять, повыбили на границе. Не всех, конечно, но зато вместе с транспортом. Нам надо найти людей, машины и доставить все грузы на места. А кроме того, договориться о новых поставках. И забрать то, что должны отдать.
Кир вдруг перебил Тонака.
– Вы помогаете саймитам провозить наркотики сюда?
– Поставки идут по нашим каналам.
– Ясно. На западе два озера. Почему так обозначены?
– Озера стоят недалеко друг от друга. Но в Стесме вода пресная, а в Джаре – соленая. Почему так, никто не знает. Везде полно рыбы, в Джаре даже креветки есть.
– Кому они принадлежат?
– Никому. Это общая земля.
– А Пыльный треугольник?
– Это тоже ничейная земля на стыке границ общин. Там очень странное место, его вообще обходят.
– Понятно. А теперь рассказывай, как поедем.
До вечера они маялись бездельем. Лежать надоело, болтать не о чем, все уже обговорено. Да и особо не разболтаешься при чужом. А Тонак почти все время просидел в доме. Дважды звонил по телефону, выходил покурить во двор (в доме наемники запретили). Нервничал лихой хлопец, сразу видно. Хоть и часто переходил границу, но ни разу не лез, когда лютовали кордонники.
Его машина – старый, дышащий на ладан «хог» – для спурта через границу готова не была. Так что он дважды переспрашивал наемников, как их «дектор» себя чувствует. Первый раз ему объяснили, второй раз посоветовали закрыть пасть.
Тонак внушение понял. Вообще, судя по поведению, он знал, кто его спутники. И держался очень корректно. Кейперов здесь боялись.

Где-то в десять вечера приехал Недамир с двумя парнями. Познакомил их с наемниками и сразу перешел к делу.
– Через два часа выходим. Парни доведут вас до границы. А дальше сами. С той стороны встретят. Главное – преодолеть овраг и взгорок. Кордонники обычно там устраивают секреты. О договоренности помните?
Герман вперил в бандита суровый взгляд и несколько секунд смотрел прямо в глаза, нагнетая момент. Потом с расстановкой сказал:
– Недамир. Ты догадался, кто мы. Значит, сообразишь, что сюда мы приехали не по кабакам шастать и девок щупать. И те, кто послал нас, обязательно проверят, как и что было. Поэтому подумай, стоит ли играть нас в темную и подставлять под разборки. Ведь за все надо будет отвечать.
Ветров использовал кое-какие словечки из земного жаргона, здесь незнакомые. Но смысл Недамир уловил. И скрытую угрозу понял. Но обострять не стал. Растянул губы в улыбке и легкомысленно проговорил:
– Насчет девок хорошая идея. Можем привезти. Расслабитесь перед дорогой, а?
Герман покачал головой.
– В другой раз.
Погода под стать моменту. Градусов двенадцать, ветрено. Луна где-то за облаками, с неба накрапывает. Условия на пять с минусом. Был бы ливень и ураган, было бы с плюсом.
Со двора выезжали двумя машинами. На «декторе» наемники и Тонак. На «хоге» пара прикрытия. Недамир остался в хате. Не по рангу ему бегать как пацану. Пусть и в такой момент.
Тонак еще днем вооружил наемников «литмерами». К каждому дал по два запасных магазина. И по паре гранат. С его точки зрения, такого запаса хватит для дела. Наемники спорить не стали. Оружие проверили, разобрали и очистили от гари и ржавчины. Видимо, стволами не пользовались года полтора.
Где-то в половине первого доехали до поляны. Отсюда, как сказал Тонак, дальше только вперед, но осторожно.
– Они секреты меняют каждый день. А патрули ездят по ту сторону оврага, уже, считай, за кордном. Но им наплевать.
– А поселения местных далеко?
– До ближнего километров десять. Но они кордонников не трогают. Боятся.
– Ясно. Куда теперь?
– Вперед. Левее будет овраг, вдоль него и пойдем.
Пара сопровождающих оставила свой внедорожник у поляны и дальше пошла пешком. «Дектор» буквально полз по неровной дороге, и боевики спокойно поспевали за машиной.

Дождь немного усилился, а минут через десять стих. Но землю он немного размочил, и идти стало сложнее. Внедорожник сбавил скорость еще больше. А потом Тонак подал сигнал.
– Все. До границы около пятисот метров. Скоро пойдет овраг. Вдоль него дорога.
Герман вылез из машины, посмотрел по сторонам. Тьма кромешная. Хорошо еще деревья стоят не вплотную к дороге, а то бы фары повыбивали и стекла. И не объедешь – не видно ни черта.
Кир тоже вылез, встал рядом. Шепнул:
– Если здесь и сидят кордонники, то без приборов мы их не обнаружим.
– Показывать технику нельзя, – также шепотом ответил Герман. – Придется рискнуть. Тонак вроде знает дорогу.
Кир пожал плечами, понял, что жест не виден, и добавил:
– Кордонники ее тоже знают.
Через минуту подоспели немного отставшие парни. Тонак коротко переговорил с ними и подошел к наемникам.
– Ребята разведают обстановку, а мы двинем следом.
– Впереди есть дорога? – спросил Кир.
– Есть. Идет вдоль границы. Ее специально проложили как раз для патрулей.
– Асфальтированная?
– Грунтовка со щебнем. Под дождем не размокает. Проехать можно.
– Сколько до нее?
– Она почти на самой границе. Полкилометра.
– Тогда пусть твои ребята ее не переходят.
– Они знают.
Герман посмотрел вверх. Выставил руку. Уже не лило. Только порывы ветра сбрасывали с листьев капли. Плохо, под шумом даже несильного дождя легче было бы пройти.
– Ладно, двинули. У вас сигналы какие-нибудь есть на случай тревоги?
Тонак достал небольшой фонарик.
– Вот.
– Прекрасно! – фыркнул Кир. – Как раз чтобы всем видно было. Как вы обычно переходили здесь границу?
– Здесь переходили только два раза. Но тогда было спокойно.
Герман почувствовал раздражение. Тоже мне организация дела! Сунули в неподготовленное и непроверенное место! И даже не отработали схему перехода!
– Так, – сказал он, усмиряя гнев, – твои парни идут в ста шагах впереди нас. Пройдут метров сто – докладывают, что путь чист. Ждут, пока подъедем, и опять идут вперед. Если что… сами знают, как быть.
– Хорошо.
Тонак вновь исчез. Кир попытался рассмотреть его фигуру, но та растаяла в темноте: дальше двух метров ничего не видно.
– Метров через триста я пойду с ними, – сказал он. – Возьму прибор. Они ничего не заметят.
Герман спорить не стал, Кир предложил единственный верный в этой ситуации вариант. Надеяться на бандитов нельзя, они могут проморгать засаду. Эти лихие хлопцы, может, и не плохи в стычках, но как солдаты не представляют собой ничего.
Ветров проверил оружие и с какой-то отрешенностью подумал, что в любом случае надо прорываться через границу. Второй попытки может и не быть.

6

Овраг, о котором вскользь упоминал Тонак, оказался настоящим каньоном с отвесными стенами. Глубина метров сорок. Шедшая вдоль него дорога была узкой, неровной, да еще размокшей от дождя. Чтобы проехать по ней ночью и не улететь в «овражек», требовались мастерство и везение.
Опять поднялся ветер, зашелестел листвой, наполняя лес гулом. Из-за него ничего толком не расслышать. Герман велел Тонаку сказать сопровождающим, чтобы шли метрах в тридцати впереди.
Ветров вел машину крайне осторожно. Впереди шел Кир и показывал, куда рулить. Тонак шел вместе с ним, высматривая на дороге препятствия.
Потом овраг резко сдал влево, ушел от дороги, а впереди возник взгорок.
– От него до границы метров сто, – шепнул Тонак. – Вот с другой стороны и могут быть кордонники.
Кир достал из ранца бинокль ночного видения, спрятал его за полу куртки и вышел вперед. Подозвал проводников.
– Идем к взгорку. На подступах вы остаетесь, а я пойду вперед. Никакого движения, пока не вернусь. Ясно?
Парни, наверное, одарили его не самыми добрыми взглядами, но Кир их не видел в такой темноте. Да и плевать на взгляды!
– Никакого шума! Даже если начнется стрельба. Уяснили?
– Да, – послышался ответ недовольным голосом.
– И то ладно.
И Кир исчез.
Герман вылез из машины и встал рядом с Тонаком. Тот смотрел вперед и нервно сглатывал тягучую слюну.
– Что за взгорком? – едва слышно спросил Герман.
– Пустошь. Метров двести открытого места. Левее болото, правее бурелом. А потом опять леса.
– Где нас ждут?
– В лесу. Вахар с парнями. Они на машине. В случае чего прикроют.
Герман поморщился. Если их накроют на самой границе, то прикрытие с расстояния в двести – триста метров ничего не даст. Еще своих же зацепят.
Он глянул на часы. Минут пятнадцать Кир уже ползет. Если неподалеку и сидят кордонники, он их заметит. А дальше как пойдет.

Кир вернулся через двадцать минут. Дал знак сидевшим у подножия боевикам и пошел к машине. Возник возле нее незаметно, Тонак от неожиданности даже поднял «литмер», но Герман вовремя пригнул ствол и шикнул.
– Значит, так, – прошептал Кир, – левее нас триста – в кустарнике сидят трое. Под навесом. Справа на таком же удалении никого. Но они могут сидеть еще дальше.
– Как ты их обнаружил? – изумился Тонак.
– Не важно. Главное, что они там сидят. Значит, либо просто пост в том месте, либо раньше вас здесь видели.
– Мы не пользовались этим переходом недели три.
– Вот тогда и засекли. Словом, если хотим пройти – ни звука!
Словно в ответ на его слова поднялся сильный порыв ветра. Зашелестели кроны деревьев.
Герман толкнул Тонака.
– Давайте все к задку машины.
– Зачем?
– Затем. Без вопросов.
Потом повернулся к Киру.
– Следи за дорогой.
Бандиты встали возле кузова машины, толком не понимая, что от них хотят. Но спорить не решились, не тот момент.
– Взгорок пологий? – уточнил Герман.
– Так себе, – отозвался Тонак.
– Ясно. Будем толкать машину.
Тонак сообразил, в чем дело, но с сомнением посмотрел вперед. Хоть подъем и пологий, но будет сложно. Однако иного выбора нет.

К подножию машину выкатили довольно быстро. Потом она пошла чуть тяжелее, а к середине пути уже ползла с трудом. До вершины было еще метров сорок. Останавливаться нельзя, даже слабая инерция помогала, а страгивать с места будет сложнее.
Ветер задул сильнее, остужая распаренные лица и тела. Погнал по земле листья и мелкий мусор. Шум листвы усилился, скрадывая шаги и тяжелое сопение людей.
Наверх машину тащили из последних сил. Колеса слегка вязли в намокшем грунте и заставляли всех напрягаться по максимуму. Когда внедорожник наконец достиг вершины, минуты две все только дышали, приходя в себя. Потом Кир шепотом сказал Герману, что идет на разведку, и исчез.
– Он что, в темноте видит? – глотая слова, спросил Тонак.
– Типа того. Мы уже на границе?
– Она внизу. На поле.
Герман хмыкнул. Вряд ли здесь так уж точно провели границу. Кордонники нанесли на карту линию, но согласовывать ее с другой стороной не стали по причине отсутствия этой стороны. Значит, граница на самом деле может быть как здесь, так и метров через пятьсот.
– Сколько они еще будут с нами? – опять спросил Тонака Герман.
Тот понял, что речь идет о боевиках, отошел к ним, коротко переговорил и вернулся.
– До леса доведут.
Вернулся Кир. Опять возник бесшумно, но на этот раз на его появление все отреагировали спокойно.
– Секрет на месте. Больше в округе никого. А вот в лесу кто-то сидит. Но не на краю, а в глубине.
– Ты и там был? – поразился Тонак.
– Где я только не бывал. Разве что в Овальном кабинете! Что дальше?
– Идем вниз, к лесу. Осталось немного.
– Тогда слегка подтолкните машину. Я на тормозах спущусь. А потом дотолкаем до деревьев.
С этой стороны дорога была ровнее. Машина шла без проблем, только успевай тормозить. Кир слегка расслабился и дал скорости чуть больше, чем следовало. Передние колеса вдруг нырнули в ямку, салон ощутимо тряхнуло.
Шилов помянул всю родню и резко вдавил тормоза. Он явственно услышал какой-то посторонний звук, но что именно это было, понять не смог.
– Что тут? – подскочили Герман и Тонак.
– Яма! Блин, ни черта не видно!
– Давай фонариком посвечу, – предложил возникший из-за борта боевик.
– Не вздумай! Кордонники под боком.
Кир на ощупь попробовал определить в чем дело и неожиданно уколол палец обо что-то острое. Сдержал мат, провел рукой.
– Провод. Оголенный.
Он нырнул головой вниз, едва ли не носом рассматривая ямку. Опять провел руками. Пальцы нащупали провода, какой-то брусок, пластинку.
– Кир, брось, – прошептал над ухом Герман. – Давай сваливать. Колеса целы?
– Целы. Гера, это сигналка!
– Что?
– Реле на замыкание. Я колесами пластину придавил, цепь замкнулась. И где-то сейчас…
Он вскочил на ноги.
– Валим отсюда живо! Это сигнализация кордонников.
Тонак и боевики ничего не поняли, но Герман сообразил сразу. И даже успел подивиться сообразительности местных вояк. А также подумал, что эти хитрые стражи границы не стали ставить сюда мину, а сунули реле, дабы взять нелегальных туристов живыми.
Кир запрыгнул в машину, боевики и Герман навалились и покатили ее вперед. Внедорожник зашелестел шинами, но этот звук потерялся в гуле ветра. А потом вдруг треснули небеса от чудовищного грохота. И среди черных облаков змеей проскочила молния.
Разряд был столь ярким, что на миг возвратил день. И предательски высветил внедорожник и людей рядом с ним. Молния пропала, снова стемнело. А потом где-то позади вдруг засверкал яркий пульсирующий огонь. И шум ветра был перекрыт грохотом работы пулемета.

Пули свистнули над машиной, потом прошли левее. Боевики резво присели. А Герман скатился в неглубокую обочину. Кир, плюнув на все, завел мотор и погнал машину к лесу.
В этот момент слева на идущей вдоль границы дороге появились огни и заурчал мощный мотор. Видимо, этот звук боевики знали, потому что резво вскочили и побежали за машиной. Тонак тоже вскочил.
– Бронетранспортер!
Герману дважды повторять не надо было, он рванул вдоль обочины, забирая чуть в сторону. Бежать рядом с машиной просто опасно, по ней, вернее, по звуку ее мотора, и лупит пулемет.

Каких-то сто пятьдесят метров внедорожник проскочил бы за десяток секунд. Но столь большой форы ему просто не дали.
На обочине, идущей вдоль границы дороги, вдруг запылал приличных размеров костер. Еще один вспыхнул ближе к лесу. И теперь дорога на ту сторону была у стрелков подсвечена. А тут еще подоспевший бронетранспортер добавил огоньку. На нем был установлен прожектор. Не самый яркий, но и его хватило, чтобы осветить машину и людей.
Это была классическая и прекрасно исполненная ловушка. Простейшая сигнализация, костры и стоявшая наготове броня. Не ясно только, ждали ли кордонники конкретных людей или ставили ловушку на авось?

Кир крутанул руль, уходя с дороги, проскочил колдобину и пошел через поле наискосок к лесу. Пулемет стриг траву правее, но в любой момент мог нащупать внедорожник. Хотя Кир специально уходил за костер, чтобы его не видели. Попутно он смотрел по сторонам, ища Германа. Но видел только мелькавший силуэт Тонака. А вот боевики пропали.
Герман наподдал, перевалил через дорогу и упал прямо на боевиков. Те водили стволами по дороге, выбирая цель.
– Не вздумайте! – рявкнул Герман. – Они засекут выстрелы и разнесут здесь все! Уходить надо!
Боевики вроде поняли, но удирать не спешили. Может, не хотели идти на ту сторону? Разбираться некогда, Герман прополз несколько метров, вскочил на ноги и рванул прочь.
Бронетранспортер уже вполз на перекресток, повел прожектором вправо-влево, ища цель, и вдруг выдал длинную очередь.
«Дектор» преодолел еще две колдобины и подошел к лесу вплотную. Однако деревья здесь стояли плотно, Кир видел это в зареве костров и теперь шел вдоль леса, выбирая подходящее место. А метрах в трехстах бормотал пулемет бронетранспортера. Пули летели в стороне от внедорожника, видимо, кордонники нашли другую цель. Ему вторил пулемет секрета. Но он гонял кого-то в поле.
Кир проскочил еще метров сорок, когда из леса вдруг заработал еще один пулемет. Он бил по бронетранспортеру.
Вот и комитет по встрече! Решил помочь своим и сбить напор кордонников. Пламя огня мелькало метрах в двухстах, и Кир попер в ту сторону, ища взглядом просвет в деревьях.

На Тонака Герман наткнулся случайно. Тот перебежками уходил к лесу, но впопыхах перепутал направление и пер вдоль него. Этот парень, как ни крути, нужен наемникам, и оставлять его здесь нельзя. Герман схватил его за куртку и поволок за собой. В этот момент за спиной заработали две самозарядные винтовки.
– Идиоты! – не сдержался Герман. – Подставятся!
А в голове мелькнула мысль, что это и к лучшему – отвлекут внимание на себя.
Стрельбу из леса они услышали через десяток секунд. А потом вновь рванул ветвистый разряд в небе, и Герман увидел и дорогу, и бронетранспортер, ползущий к лесу, и несколько фигурок рядом с ним. А еще увидел внедорожник, скрывающийся за деревьями. Кир нашел-таки лазейку!

Дорога среди деревьев была узкой, и Кир поначалу только чудом не влетел ни в какое дерево. Потом в слабом отблеске огней разглядел полянку и направил внедорожник туда. Пулемет работал где-то неподалеку, но Кир не видел вспышек и пока пер наугад. Наскочил колесом на пенек, но скорость была небольшой, и кроме легкой встряски ничего не произошло.
Кир остановил машину и высунул голову наружу. Бой разгорался. К трио пулеметов добавился сухой бой самозарядок и стрекот пистолет-пулеметов. Эти стволы работали в поле. Бронетранспортер ссадил десант, а значит, кордонники решили брать нарушителей живыми или мертвыми.
Бивший из леса пулемет Кир засек и теперь думал, как туда попасть. И стоит ли спешить, если Герман невесть где? Немного поколебавшись, Шилов подхватил «литмер» и побежал к полю.

До леса добежали в три приема. Пулемет секрета стриг воздух почти над головами. Били наугад, но довольно точно. Пулемет бронетранспортера обрабатывал лес, стараясь забить пулемет бандитов. А вот десант разделился на две части. Одна перебежками шла к лесу, вторая зажимала залегших в низинке боевиков. Те так и стреляли с места, не понимая, что демаскируют себя и загоняют в угол.
Герман дважды бил по рукам Тонака, когда тот хотел открыть огонь. Боевик слегка охренел от столь яростного боя и мало что соображал.
А потом они влетели в заросли кустарника. Герман сразу забрал в сторону и пробежал еще метров сорок. Немного пришедший в себя Тонак махнул рукой.
– Туда! К завалу.
– Какого хрена он лупит? Уже некого прикрывать…
Тонак не ответил, прибавил шаг, оббежал кустарник и нос к носу столкнулся с высокой фигурой, вышедшей из-за дерева. Тонак вскинул «литмер», схлопотал оплеуху и сел на землю. «Литмер» перекочевал к новому владельцу.
– Прешь, как лось, – пророкотал суровый голос. – Глаза протри!
Герман узнал фигуру раньше, чем услышал голос. Спросил:
– Сам как?
– Порядок! – отозвался Кир. – Машина цела, я тоже. Давайте сваливать.
– Давайте. Десант идет сюда.
Кир помог встать Тонаку, вернул ему оружие и прошипел прямо в лицо.
– Куда идти?
– К завалу. Наши там.
Он уже пришел в себя и теперь соображал быстро.
– Проехать можно, я покажу дорогу. Но наше прикрытие…
– Выполнило свою задачу, – перебил его Герман. – А теперь нам пора выполнять свою. Ходу!
Выстрелов самозарядок он уже не слышал. Видимо, парни полегли. Глупо повели себя хлопцы, но спасибо им за эти минуты!

Огонь с поля не стихал. А стрекот пистолет-пулеметов приближался. И бронетранспортер катил к лесу, не переставая бить короткими.
Под эту канонаду наемники и Тонак прибыли к завалу. Герман с трудом разглядел это сооружение и понял, почему бандиты так смело вступили в бой.
Завал состоял из сложенных в несколько рядов толстенных бревен высотой метра в два. Пробить его из пулемета, даже крупнокалиберного, проблематично.
Тонак пошел к завалу первым. Свистнул, привлекая внимание, и крикнул:
– Вахар, свои!
Ответ раздался не сразу.
– Дуйте сюда!
Судя по голосу, человек говорил с некоторым трудом.
Наемники выгнали машину на полянку за завалом и увидели всю картину обороны.
За бревнами стоял небольшой внедорожник незнакомой конструкции. Его фары немного освещали обстановку и позволяли не спотыкаться на каждом шагу. У переднего колеса лежал убитый – молодой парень в форме зеленого цвета. Чуть в стороне сидел еще один человек – лет тридцати пяти, плотный, коренастый. Левая часть куртки залита кровью. Рука висит плетью.
На небольшой подставке у завала стоял пулемет, из которого короткими очередями бил третий боевик. А четвертый с винтовкой в руке выглядывал из-за бревен.
– Вахар, серьезно ранен? – спросил Тонак.
– Ничего, – прохрипел раненый. – Не подохну. Кто на поле остался?
– Ты их не знаешь, парни Дашелды.
– Надо уходить, – вступил в разговор Герман. – Кордонники идут сюда.
Вахар перевел взгляд на него и спросил:
– Это те, о которых говорил Недамир?
– Да, – подтвердил Тонак. – Они правы, надо сваливать.
Пулеметчик дал еще одну очередь и обернулся.
– Вахар, они уже у деревьев. Мы их тут не удержим.
– Тогда уходим, – приказал Вахар. – Карека заберите.
Бандиты быстро без суеты свернули бой. Убитого загрузили в багажник, Вахара усадили вперед рядом с водителем. Пулемет спрятали. Пока они собирались, Кир колдовал у завала.
Потом подбежал к «дектору» и махнул рукой Герману.
– Заводи.
– Ты что там делал? – спросил Тонак.
– Да так… небольшой сюрприз гостям. Может, передумают за нами идти…

Обе машины покинули завал и пошли по лесной дороге. Боевики хорошо знали местность и прибавили скорость. Герман осторожно шел сзади, внимательно глядя перед собой. Фары он включил и теперь хоть немного видел дорогу.
Машины отъехали от завала на километр, когда рванула граната.
Тонак сразу обернулся и встретил довольный взгляд Кира.
– Вот и сюрприз!
Герман толкнул друга локтем и спросил:
– Растяжка?
– Ага. Но с обратной стороны…
Ветров усмехнулся.
Кир крови кордонников не жаждал. И поставил растяжку в щадящем варианте. Нитку натянул с одной стороны дерева. А гранату привязал с другой. Так что неловкому бойцу в худшем случае грозит контузия.
Все верно, кордонники не враги наемников. Они выполняют свой долг. Что ж теперь поделать, раз наемники играли на их поле? И не такое бывает.

Поездка по лесной дороге напоминала гонки по пересеченной местности. Ухабы, колдобины, ямы, сучки и корни под колесами, повороты, подъемы и спуски. Только на скорости в тридцать кэмэ в час и при полной темноте. Фары выхватывали небольшой кусок дороги, но не позволяли видеть обстановку.
Более привычные к такому маршруту бандиты могли бы уйти вперед, но помнили, что за спиной новички, и не давили на газ.
Езда заняла минут двадцать. А потом машины выскочили на открытое место, проехали какой-то водоем и встали у высокого деревянного забора. Раненый Вахар с трудом выбрался из внедорожника, подошел к воротам и крикнул:
– Юрхон! Открывай! Не видишь, что ли, кто приехал?
Ворота медленно пошли в стороны. В проеме показалась коренастая фигура. В свете обычной керосиновой лампы и фар можно было различить местного хозяина. В плаще с капюшоном, в сапогах и с дробовиком наперевес.
Тонак тоже вылез из машины, указал на навес за воротами.
– Там поставьте машину. И давайте в дом.
Герман отогнал «дектор» под навес. Рядом машину ставил один из парней Вахара. Видимо, хозяин не пускал никого во двор. И бандиты терпели. Это о многом говорит.
За воротами был дом, три сарая и еще какое-то строение, напоминавшее огромный колодец. Тут же во дворе машина – копия той, на которой приехали бандиты. И два огромных пса, смотревших на гостей с неподдельной злобой. Псы не лаяли, но бандиты обходили их стороной.
Два раза громыхнула молния, и в свете ярких вспышек наемники разглядели фасад дома. Это было большое двухэтажное строение из бревен. Выглядело оно весьма впечатляюще – как лесной дворец в миниатюре. С открытым крыльцом, длинным навесом и прямоугольными окнами.
Хозяин дома пропустил внутрь Вахара и его людей и обернулся к Тонаку.
– Сейчас ливанет. Скорее.
И впрямь, по крыше, листьям и траве закапали крупные капли дождя, быстро переходящего в ливень.
Наемники поспешили за Тонаком, взошли по лестнице и нырнули в дверь. Едва она закрылась за ними, громыхнул гром.
– Это надолго, – пояснил Юрхон.
– Отобьет у кордонников охоту лезть сюда, – хмыкнул Тонак и повернулся к наемникам: – Вот теперь можно и отдохнуть.

7

Было впечатление, что они угодили в русскую деревню к какому-то зажиточному крестьянину. Полное совпадение обстановки и интерьера.
Просторные комнаты с высокими потолками, бревенчатые стены, покрытые штукатуркой и покрашенные в белый цвет, неистребимый запах стружек и смолы, до блеска надраенный пол. Мебель тоже деревянная, никаких ДСП. Столы, стулья, скамейки, шкаф, полки – все сделано добротно, на десятилетия.
На стенах, на шкафах, на столе вышитые полотенца, закутки закрыты узорчатыми занавесками. Большая печка, от которой пышет жаром. На потолке люстра, по углам керосиновые лампы.
Сразу видно, дом в надежных и заботливых руках. И хозяева умеют поддерживать порядок. Кстати, боевики, войдя в прихожую, поснимали ботинки и сапоги и надели войлочные тапочки. А у дверей лежат толстые половики, дабы никакая грязь внутрь не проникла.

Уже при свете люстры наемники разглядели жильцов дома. Хозяин – Юрхон – молодой еще мужчина лет сорока, чуть выше среднего роста, коренастый, с неспешной походкой, несуетливый, уверенный в себе человек. Приятное лицо, большие серые глаза, аккуратная бородка и усы. Одет традиционно для таких мест – легкие сапоги, брюки из плотной ткани, просторная рубашка навыпуск, длинная безрукавка из шкуры медведя. Обнаженные по локоть руки принадлежат человеку, знающему, что такое физический труд. Мозоли на широких ладонях, мускулистые предплечья, смугловатая кожа. Такие руки с одинаковой ловкостью держат лопату, топор, рубанок, дробовик, рогатину, нож.
Буквально образец главы семейства, умный, сметливый, основательный.
Жена под стать мужу. Лет тридцати пяти, тоже рослая, крепкая, довольно красивая. И красоту свою не прячет. Смотрит уверенно, как и положено женщине, оберегаемой любимым мужем. Это она содержит семейный очаг в таком порядке, на ней вся домашняя работа.
И дети у этой пары хороши. Старший сын пятнадцати лет вымахал почти с отца, светлые, как у матери, волосы стрижены под горшок. Младший сын десяти лет. Этот ведет себя скромно, на глаза гостям не лезет, но смотрит с любопытством.

Гостей хозяйка сразу отправила в дальний закуток, там умывальник, мыло, полотенца. А кому надо – деревенский душ. Бочка с водой, лейка и кувшин. Грязными за стол не пустят.
Раненого Вахара Юрхон отвел в другую комнату. Спустя минуту туда прошла жена Юрхона – Стенея. В руках у нее была небольшая шкатулка. Видимо, хозяйка имела какое-то представление о врачевании. Может, лекарка?

* * *

Тонак сел на стул, кивнул наемникам.
– Отдыхайте. Скоро будет ужин.
– Это ваша база? – с легкой усмешкой спросил Герман.
– Это хутор Юрхона. Мы иногда ночуем здесь, оставляем кое-какие вещи. Платим за приют. Юрхон обеспечивает ночлегом, едой. Кордонники сюда не лезут, да и не пройдут сквозь лес. А пройдут – нахлебаются…
Герман кивнул. Да, в этом гигантском массиве хозяйничают его жители. Они знают каждую тропку, каждый куст. С детства привыкшие бродить по лесным дорогам, охотится на зверя и птицу, способные незаметно подойти к кабану или лосю.
В Хапронском массиве сидит целая дивизия егерей, способных похоронить здесь любого врага. Если тот вдруг вознамерится идти напролом.
– Вы со всеми лесовиками договорились? – спросил Кир.
– Нет, конечно. Со всеми и не надо. Но там, где мы бываем, стараемся жить в мире. Хотя и среди наших есть идиоты. Нападают на местных, крадут, убивают зверя.
– А вы не убиваете?
– Редко. Но тогда говорим об этом и платим. Зачем нам у границы проблемы? Их хватает по ту сторону.
Кир понимающе покачал головой.
– Юрхон не бедствует.
– У него пасека, – вставил один из людей Вахара. – Еще рыбу ловит, рядом озеро. Свой сад, огород. Ярмину собирает. Ну и…
Он вдруг кашлянул и замолчал. Но наемники поняли и без слов. Юрхон неплохо зарабатывает на помощи бандитам. И тем, кто везет товары в конфедерацию. Дом-то великоват для четверых, значит, часть комнат специально для гостей.

Юрхон с женой вернулись через двадцать минут.
– У него прострелено левое плечо. Пуля прошла навылет. Рану мы промыли, заражения быть не должно. Стенея напоила его отваром. Он скоро заснет.
– Хорошо, – кивнул Тонак. – Завтра мы доставим его к врачам. Спасибо, Юрхон.
– Не за что. Давайте ужинать.
На улице вновь громыхнуло. Свет мигнул пару раз. Юрхон посмотрел на люстру и позвал старшего сына.
– Панрит, зажги лампы.
– У тебя же два громоотвода, – удивился Тонак. – Говорил, никакая молния не возьмет.
– На всякий случай. Не хватало мне еще движок сжечь. Да и лучше так, при ламах. Глаза меньше устают.

Ужин был обильным, вкусным и сытным. Печеная и жареная лосятина, котлеты, мятый картофель, квашеная капуста, свежие и соленые огурцы, маринованные грибы, зеленый лук, яичница с салом и помидорами, душистый хлеб. На закуску мед в сотах. Из напитков: квас, легкий хмельной мед, молоко, родниковая вода.
Простая пища без нитратов, пестицидов, добавок, консервантов. Без примеси химии. С такой еды прибавляется сил и не убавляется здоровья.
После ужина люди Вахара ушли отдыхать. Тонак и наемники сидели за столом с хозяином. Тот пересказывал последние новости и слухи и сам спрашивал о конфедерации и о происходящем там.
– У нас пока тихо. Последние дни почти никто не ездит по дороге. Только с десяток машин к границе прошли.
– Граница перекрыта, – пояснил Тонак. – Был большой бой, ты, наверное, слышал.
– Слышал и видел, – кивнул Юрхон. – Ваши парни, кто уцелел, уходили через нас. Кордонники за ними не пошли, но кое-кого настигли. Стреляли еще долго.
– Мы потеряли много грузов. Все встало.
Тонак махнул рукой и сменил тему:
– Что слышно в прериях?
– Там неспокойно. По радио болтают о каких-то чужаках. Кое-где постреливают. Но толком ничего не ясно.
– А откуда чужаки?
Юрхон пожал плечами.
– Не говорят. Сами толком не знают. Да и радио не всегда работает.

О том, что в Акраоре есть свое радио, наемники уже узнали от Тонака. Несколько энтузиастов организовали точку и гонят поток новостей и сплетен вперемешку с музыкой из конфедерации. Правил и графика передач никаких. Когда захотят – выходят в эфир, о чем хотят, о том и говорят. Хоть о ценах на мясо, хоть о собачьих боях. Вышка в Акраоре невысокая, сигнал не очень сильный. У кого приемники помощней, слушают и на ста километрах, у кого нет – узнают новости от знакомых.
Бандиты как-то привезли Юрхону хороший мощный приемник с дополнительным блоком усиления, и тот мог слушать передачи даже из леса.

К столу подошла Стенея.
– Вахар заснул, – сообщила она. – Жара вроде нет. Но все равно нужен врач.
– Завтра отвезем, – ответил Тонак. – Дотерпит.
Юрхон прислушался к шуму за домом и покачал головой.
– Давно такого ливня не было. Если к утру не стихнет, вы отсюда завтра не выедете. Дорогу развезет.
– Стихнет. Ливни с молниями долго не идут.
Тонак посмотрел на часы, встал.
– Давайте, парни, на боковую. Завтра вставать рано. А нам еще крюк сделать надо.
– Какой крюк?
Тонак улыбнулся.
– Увидите. Пошли.
Им отвели место в просторной комнате на втором этаже. Здесь стояли две кровати, а на полу разложен лежак – местный вариант раскладушки. Кроме скамейки и вешалки в углу иной мебели не было. Зато на кроватях и на лежаке толстые матрацы, пуховые подушки и теплые одеяла. Правда, они лишние, в доме и так натоплено.
Наемники пристроили оружие у изголовья, поскидывали одежду и попадали в кровати. Тяжелая ночь отняла много сил, требовался хоть короткий, но отдых. Судя по всему, завтра будет еще тяжелее.

Проснулся Герман от забористого мата, раздававшегося буквально над ухом. Сквернословил Тонак, причем во сне. Зато рулады выводил вполне связно, даже выразительно. Герман смутно помнил, что и ночью их проводник бормотал что-то нецензурное. Либо сон кошмарный видел, либо вспоминал кого.
Часы показывали восьмой час утра. По идее пора вставать, но раз Тонак все еще в объятиях Морфея, можно не спешить. Герман подумал немного, потом все же встал. Как только ноги коснулись пола, на соседней кровати ожил Кир. Еще сонный взгляд скользнул по фигуре Германа.
– Салют.
– Привет. Как спалось?
Кир повел взглядом на Тонака и промолчал. Ночью тоже слышал бред боевика.
Тот все дрых, чуткости наемников у него не было. Не будя его, наемники вышли из комнаты и направились на улицу.

Ветер разогнал тучи, и сейчас небо было чистым, без единого облачка. Светило уже начало подсушивать землю и листву, но слабые пока лучи тепла не давали.
Во дворе у сарая возился Юрхон. Рядом сидел пес. Выглядел четвероногий страж более чем внушительно.
– Первыми встали, – поздоровался хозяин. – Ваши еще спят.
– Надо машину проверить, – сказал Герман первое пришедшее в голову.
– Что ее проверять, водой не смыло, – хмыкнул Юрхон. – А чужие здесь не ходят. Да еще по такой погоде.
Кир задрал голову вверх, с прищуром посмотрел на светило.
– Ну хоть проехать можно будет.
– Можно, но не везде.
Юрхон зашел в сарай и вышел оттуда с капканом в руке.
– Волков, что ли, ловите? – спросил Герман.
– Волков, – с улыбкой ответил хозяин. – И всяких там…
Герман подошел ближе, желая посмотреть на капкан. Пес вдруг встал, сделал несколько шагов вперед и замер прямо перед Германом.
– Сай! – строго позвал Юрхон пса и посмотрел на Ветрова: – Осторожно! Он почти никогда не лает, но нападает сразу.
Герман скосил на пса взгляд и едва заметно улыбнулся. Этот страшный зверь его совсем не пугал.
Ветров стоял спокойно, не делая движений и глядя в глаза псу. Тот, не видя агрессии, тоже замер. Герман медленно присел. Пес не отреагировал, потом отвел взгляд в сторону. Тягаться с человеком ему было трудно.
Юрхон с интересом смотрел за ними, не делая попыток вмешаться. Он знал своих верных четвероногих друзей, ходил с ними на медведя и на лося. Они спуску не дадут, но зря даже не тявкнут. И напрасно этот чужак пытается заигрывать с псом. Ничего у него не выйдет.

«Как же! Не выйдет! Видали и не таких волкодавов…»
С собаками Герман раньше дело имел. Знал их сильные и слабые стороны. Хорошо обученная собака – опасный противник. На ее стороне реакция, мертвая хватка челюстей и готовность идти до конца. Но есть и слабые стороны. А реально угрозу представляют только зубы.
Это человек может преподнести сюрприз: ударить рукой, или ногой, или вообще головой. Может достать нож, палку, пистолет. А пес всегда угрожает зубами. Да, есть разные хватки: за ногу, за руку, на пах. Иногда за горло. Есть принцип перехвата, когда собака начинает с ноги и идет к горлу. Да, боль от сильного, с ломанием костей, укуса адская. Но все же есть немало способов защиты от нападения собаки.
Герман эти способы знал. И пару раз ему приходилось противостоять хорошо выдрессированным собакам, натасканным на уничтожение и на охрану.
А еще он знал, как решить все споры с собаками мирно. Не доводя до схватки. Вот и сейчас Герман вел себя предельно спокойно, не делал резких движений и постоянно контролировал пса. Тот уже потерял острый интерес к человеку и посматривал назад, на хозяина.
Герман медленно отвел руку в сторону и медленно повел ее вперед. Пес среагировал на движение, но угрозы не почуял. Когда рука подошла ближе, тихонько заворчал. Рука ушла в сторону. Опять вернулась и замерла.
Спустя минуту пес уже обнюхивал руку. А потом едва заметно склонил голову. Герман смело провел ладонью по загривку пса.
– Вот это да! – потрясенно вымолвил Юрхон. – Я никогда не видел, чтобы Сай подпустил кого-то чужого к себе. Как ты это делаешь?
– Да так, – пожал плечами Герман. – Я люблю собак. Они это чуют.
– А с волками так тоже можно? – раздался голос с крыльца.
Герман обернулся. Там стояли бойцы Вахара и с любопытством смотрели на Ветрова.
– Можно, – кивнул Герман. – Если жить надоело.
Юрхон рассмеялся, стоявший у ворот Кир растянул губы в усмешке. Потом позвал хозяина.
– Откроем ворота?
Юрхон подошел к нему и помог вытащить из пазов мощный брус. А затем отодвинул одну створку.

Завтрак был почти таким же обильным, как и ужин. Хозяйка уставила стол блюдами и тарелками и с удовлетворением наблюдала, как гости, довольно восклицая, уничтожают все подряд.
Вахару утром стало немного лучше, и он сам вышел к столу. Правда, ничего не ел, но выпил две кружки отвара. Вид у него был мрачным.
После завтрака стали собираться в дорогу. Предстояло забрать спрятанный на заимке Юрхона груз и довезти его до Булейда. А там сдать заказчикам.
– Оттуда выйдем на связь с Недамиром, – добавил Тонак. – Он скажет, как быть дальше.
– А сразу нельзя сказать?
– Это не я решаю, – развел руками Тонак.
– Ясно, – кивнул Герман. – Ну поехали…
«Дектор» первым вырулил со двора, следом пошел внедорожник боевиков. Размокшая дорога здорово снижала скорость передвижения. Местами машины буквально ползли, то и дело соскальзывая к обочине.
Светило было скрыто за кронами деревьев, так что ехали в полутьме, подсвечивая путь фарами.
Через пару километров машины свернули на повороте и поехали по совсем узкой дороге. Скорость упала еще ниже, ползли на десятке километров в час.
Юрхон ехал в машине наемников. Когда они миновали поворот, он открыл окно дверцы и выглянул наружу.
– Еще немного. Но впереди вообще дороги нет.
– А что там? – спросил Герман.
– Поляна. Но там сухостой лежит.
– Объехать можно?
– Можно.
И в этот момент впереди раздались выстрелы.
Кир выскочил из машины еще до того, как Герман остановил ее. Тонак обалдело посмотрел на пустое сиденье, потом опомнился и тоже открыл дверцу.
Внедорожник боевиков едва не задел бампер «дектора», колеса повело на скользкой земле. Боевики вылезли, держа самозарядки наперевес, и тревожно озирались.
Герман обернулся к Юрхону.
– Это у тебя?
– Нет. Заимка справа, а стреляли левее. Километрах в двух.
Словно в подтверждение его слов хлопнули еще несколько выстрелов.
– Кто это может быть?
– Не знаю. Там территория Агрона, он мой сосед.
– У вас и границы владений определены?
– А как же! Где бьем зверя, ставим ловушки и капканы…
– И с кем он воюет?
Юрхон пожал плечами, с лязгом передернул затвор дробовика и полез из машины.
Тонак стоял на дороге, озираясь по сторонам. Явно не ожидал услышать здесь звуки боя. Видимо, в лесу такое бывало редко.
Боевики Вахара подошли к «дектору».
– Что делать будем?
Вместо Тонака ответил Герман:
– Не спешить. Нам пока ничего не грозит.
Выстрелы больше не повторялись. Стало так тихо, что все услышали стрекот кузнечиков в траве.
«Десять – пятнадцать патронов в первый раз и пять – шесть во второй. На бой не похоже. И на засаду тоже. Если только ее не ставили на двух человек, – прикидывал Герман. – Наверное, столкнулись две группы по два – три бойца, с испугу вдарили друг по другу и разбежались… Но кто может бродить по лесу и палить во встречных?»
На дороге возник Кир. Бесшумно вынырнул из-за дерева, тихонько свистнул. Боевики разом повернули на него оружие, но Кир показал им кулак, и те опустили стволы.
– Лупили километрах в двух-трех отсюда, – сказал он, подходя к Герману. – А еще вроде как работал движок. Но это уже неподалеку.
– Значит, кто-то уходил после стычки, – констатировал Герман. – Уже легче. Нечего ждать, поехали дальше!

Небольшой домик стоял посреди поляны. А метрах в двадцати под деревьями был сарай, скрытый от случайного взгляда высоким кустарником. Это была запасная точка Юрхона. Здесь он ночевал во время охоты, когда идти домой не имело смысла. Место тихое, незаметное. Забрести сюда случайно невозможно, да и некому. Соседи на чужую территорию не лезут, а посторонние и не найдут дороги.
Тонак с Юрхоном сразу прошли к сараю и скрылись в нем. Через две минуты Тонак вышел и махнул рукой наемникам.
В сарае стоял внедорожник. Такой же «дектор», как и у наемников. Только кабина двухместная, а длинный багажник скрыт под тентом.
Тонак развязал веревку и откинул край брезента. Взглядам наемников предстали деревянные ящики темно-зеленого цвета.
– Оружие? – спросил Герман.
– Да. Винтовки, пистолет-пулеметы, патроны.
– Для кого это?
– Увидите, – уклончиво ответил Тонак. – Надо к завтра доставить машину заказчику. Первый срок уже прошел, нельзя пропустить и второй.
– Куда доставить?
– В Булейд.
– Доставим.
– И главное: нельзя, чтобы о грузе узнали скотоводы.
Ветров смерил боевика пристальным взглядом.
– Это еще почему?
Тот усмехнулся.
– Потому что это им очень не понравится…
…Сферы работы в закордонье были строго поделены между преступными сообществами. Оружие, боеприпасы, снаряжение, амуницию, военную технику поставляли группировки Салавара и Дашелды. Кроме оружия, они гнали за кордон лекарства, медицинские препараты и инструменты.
Группировка Брамера занималась поставками автомобилей, комплектующих, запчастей, бензина, масла. Люди Тещека переправляли радиотехнику, электроприборы, оборудование, станки. А группировка Ненерга – мебель, одежду, обувь, инструменты и прочие мелочи.
Такое положение дел устаканилось после долгой кровопролитной войны между группировками. Но потом уже никто не нарушал договоренности. Слишком большую цену заплатили за мир.
Впрочем, иногда появлялись залетные «поставщики», выполнявшие отдельные заказы. Они работали на свой страх и риск, связей за кордоном не имели, зато имели все шансы налететь на конкурентов и сгинуть в безвестности. Хотя их редко трогали. Если засекали – отбирали товар и транспорт и опускали. Второй раз незадачливые поставщики уже не лезли.

Расплачивались общины закордонья каждый на свой лад. Лесовики Хапронского массива платили медом, мясом лесного зверя, корнем ярмина. А еще услугами: хранение товара, предоставление ночлега.
Скотоводы отдавали главное достояние – скот. А также молоко, молочные продукты. Рудокопы Негемских гор переправляли в конфедерацию уголь. На нем сидел почти весь север страны.
И только саймиты не могли похвастать подобными богатствами. Но у них был иной товар. Наркотики. Огромные плантации мака и конопли, цеха по переработке дурмана, лаборатории по созданию новых, более сильных препаратов.
Этот товар по своей цене перекрывал все остальные многократно. А раз так, то и выгоду саймиты имели большую, нежели соседи.
Таким образом, практически вся торговля с закордоньем была в руках «деловых людей». Соответственно, они сами накручивали проценты на цены в конфедерации и получали огромную прибыль. Власти обо всем знали, но до сих пор не имели легальных рычагов давления на преступные группировки. Во всяком случае, так было до недавнего времени.

– …Саймиты все чаще переходят границы соседей, нападают на фермы, угоняют скот, разрушают поселения. Крадут людей. Конечно, другие общины недовольны этим и вынуждены отражать нападения. А так как все оружие идет на север через них, они хотят ограничить поток. Уже несколько раз наши транспорты задерживали и поворачивали назад. Общины скотоводов грозят в следующий раз забрать груз. Рудокопы тоже недовольны, обещают прервать поставки. Пока это слова, но если обнаружат крупную партию, то могут перейти и к делу.
– Тогда на хрена вы гоните оружие саймитам? Если остальные перекроют свои земли, вы туда не пройдете. И рынок потеряете!
– Не знаю. Это старшим решать. Я только выполняю приказы.
Тонак развел руками и потупил глаза. Но наемники в показную смиренность не поверили. Этот парень уже показал, что отнюдь не простой боевик. Голова у него работает, и кругозор пошире, чем у громил. Наверняка, он здесь за смотрящего. С таким надо держать ушки на макушке.
– Все грузы, что мы должны сопроводить, предназначены саймитам? – довольно жестко спросил Герман.
– Почти, – кивнул Тонак.
– А они передадут наркотики?
– Да.
Чушь полная! Ради такого дела не станут подряжать посторонних, тем более, если в них опознали кейперов. Тут справится сам Тонак с десятком головорезов. Лжекейперы нужны для другого. Но для чего? Пока наемники на этот вопрос ответа не нашли.
Кир подошел к Тонаку вплотную, несколько секунд сверлил взглядом, катая под скулами желваки.
– Попробуешь сыграть нас в темную или подставишь – пожалеешь, что на свет родился! А если что-то скрыл – лучше скажи сейчас. Потом будет поздно. Ты знаешь, кто мы?
– Знаю, – кивнул Тонак. – Недамир считает, что вы ликвидаторы кейперов.
Опа! Ничего себе догадка! Ну Недамир! Сам сказку придумал, сам поверил и других заставил. Вот что с людьми делает подозрительность и самоуверенность. Считает себя умным и хитрым. Вот и перехитрил себя. Но легенда хороша. Если кейперов боятся, то ликвидаторов боятся втройне.
– Значит, мы друг друга поняли. Так?
– Так.
– Тогда продолжим дело. Сажай за руль «дектора» кого-то из этих пацанов, а мы с тобой по дороге потолкуем.
Тонак неохотно кивнул.
– Хорошо. Нам пора выезжать.
– Как скажешь.
Вахару стало хуже. Тряская дорога разбередила рану, а примочки и отвары Стенеи только приглушали боль.
– Оставим его на каком-нибудь хуторе, – предложил Кир. – С кем у вас еще хорошие отношения?
– Донатар. Его владения километрах в семидесяти. Но Вахар не хочет оставаться. Ему нужно в Булейд.
– Ну нужно, так нужно, – пожал плечами Кир. – Значит, попадет… трупом.
Шилов мог бы облегчить страдания бандита, но два урока он хорошо выучил. Если этот идиот упорно не желает следовать здравому смыслу, так тому и быть.

От заимки выезжали уже тремя машинами. Впереди шел «дектор» с грузом оружия. Следом внедорожник боевиков «тагерт». А замыкал колонну «дектор» наемников.
Юрхон остался на заимке, у него еще были дела в своих владениях. Машины провожал невеселым взглядом. Чувствовал, что наступают трудные и опасные дни. А недавняя стрельба неподалеку от заимки только укрепляла в этой мысли.

8

В лесу дорога просыхала плохо. Солнечные лучи не проходили сквозь густые кроны, а ветра в такой глуши никогда не было. И только на полянах, проплешинах и возле водоемов влага с травы и земли испарялась быстро, насыщая воздух своими молекулами.
Колонна потратила почти час на объезд длинного извилистого оврага, преградившего путь на север. Обычно его проскакивали по дну, но сейчас крутой подъем не одолеть, колесам просто не за что зацепиться.
Несмотря на черепашью скорость передвижения, наемники не скучали. Их развлекал Тонак рассказом об обстановке на закордонных землях, обычаях местных жителей и перечислением самых последних новостей.
В этот раз он был более словоохотлив. Сил придавали мрачные выражения лиц наемников. Таким просто нельзя соврать. Впрочем, ничего особенного он и не сказал. Просто дал конкретную информацию в несколько расширенном виде.
Наемников и это радовало. Подобные сведения в жизни гораздо важнее секретов и тайн. Во время беседы наемники и расставили некоторые точки на «i».
– Командуем здесь мы. Без нас никаких шагов не предпринимать. Когда нужна будет консультация или твое мнение – спросим. Договор помним, выполним, ваш бизнес не завалим. Однако никаких фортелей за спиной. Если не знаешь, как поступить, – свяжись с Недамиром. Понятно?
– Понятно, – хмуро ответил Тонак.
– Людям Вахара расскажешь, что к чему. Кстати, Вахар старше тебя по положению?
– Нет. Он старший группы проводки. А я – контролер приема товара. Раз Недамир и Дашелда послали меня с вами, значит, теперь за кордоном я старший. Но есть еще представитель группировки. Он сидит в Акраоре, либо в Стомвере.
– Это где?
– Бург общины рудокопов. Представитель держит связи с общинами, собирает заказы, договаривается о ценах. Вот он старше меня. Если я не смогу выйти на связь по радио с Недамиром и Дашелдой, приказы будет отдавать он.
– Как его зовут?
– Ленц.
– Понятно. Долго еще ехать по лесу?
– Километров девяносто. Я же говорил – массив огромный.
– Говорил… уже три часа в дороге, надо делать привал. А?
– Да, можно.
Привал организовали на берегу небольшого озера. Тонак утверждал, что местный хозяин никогда не возражал против подобных визитов. Тем более ему приплачивали за это.
На капоте первого «дектора» развернули импровизированный стол и достали большой сверток, что дала в дорогу Стенея.
Вахар из машины не вышел и есть не стал. Его начинало знобить. Пришлось боевикам перевязывать его заново. Тонак кривил губы: по всему выходило, что Вахара надо оставлять на каком-то хуторе. Иначе точно не доедет живым.
Запас Стенеи уничтожили быстро, минут пятнадцать отдыхали, а потом собрались в дорогу. Кир пошел к озеру набрать в бутылку воды для омывателя. Едва присел на берегу, как с противоположного берега ударила длинная очередь. Ей вторила другая. А потом разом захлопали выстрелы самозарядок и дробовиков.
Кир отпрыгнул в сторону, перекинул со спины «литмер» и осторожно выглянул из-за камыша.
Ни черта не видно, стрельба идет за деревьями.
У машин уже никого. Только ствол винтовки торчит у первого внедорожника. И видны ноги присевшего за колесом Тонака.
В лесу опять застрочил пистолет-пулемет. Ему ответила винтовка, потом дробовик. Камыши метрах в пяти от Кира вздрогнули, несколько стеблей упали в воду, срезанные пулями.
Кир перебежал дальше, упал в выемку и выставил ствол «литмера» наружу.
– Кир, сваливаем! – раздался приглушенный крик Германа.
Кир рванул к дороге, но на полпути прыгну влево и крикнул:
– У кустарника!
Две тени мелькнули метрах в ста от машин, раздалось несколько выстрелов. Пули хлестнули по траве, одна прошла под носом у Тонака. Тот от неожиданности упал на спину и лежа переполз за машину.
Кир привстал, вскинул «литмер» и вдавил спусковой крючок. Пистолет-пулемет издал короткий металлический стук и… не выстрелил.
– Твою мать!..
Он снова упал, отстегнул магазин, рванул на себя затвор. Тот заклинило. Кир рванул сильнее. Лязгнула сталь, в траву упал патрон с помятой гильзой.
От кустарников стрельнули еще несколько раз. Герман и боевики ответили. После чего напавшие скрылись.
– Кир, где ты там? – опять крикнул Герман.
– Иду.
Герман уже сел за руль и заводил мотор. Кир подбежал, со злостью бросил «литмер» на заднее сидение и достал «стечкин».
– Эй, на дороге! – раздался громкий крик.
Наемники дружно посмотрели в сторону озера. Возле камышей стоял высокий человек с самозарядкой наперевес.
– Вы под прицелом! – продолжил человек. – Будете стрелять – перебьем всех.
В подтверждение угрозы со стороны леса раздались два выстрела. Одна пуля ударила в землю перед колесами «дектора», вторая прошла над головой стоявшего на обочине боевика. Тот испуганно присел.
Тонак, до этого сидевший за машиной, вдруг встал, вышел вперед.
– Жез! Это Тонак! Не узнал? В чем дело?
Человек на миг запнулся, потом с подозрением произнес:
– Это я хотел спросить, в чем дело? Зачем вы начали стрелять?
– Мы ни в кого не стреляли, Жез! Мы только приехали сюда.
Неведомый Жез опять замолчал, оценивая услышанное. Затем махнул рукой.
– Бросайте оружие. Там разберемся.
Тонак хотел что-то ответить, но подошедший Герман остановил его.
– Пусть идет сюда, скажи, что стрелять не станем. Представишь меня как старшего. Я буду говорить.
Тонак хотел отмахнуться, но глянул на Ветрова и передумал. Вспомнил о недавней договоренности.
– Жез. С тобой хочет говорить наш старший. Сам придешь или нам подойти?
– Старший? Ну иди с ним сюда.
– Идем, – кивнул Герман. – Кир, прикроешь.
– Прикрою, если дашь другой ствол. Мой что-то барахлит.
Герман забрал у Тонака его оружие, потом стянул с плеча «литмер».
– Держи оба. Мы встанем рядом с Жезом. Если что – падаем вправо.
– Ясно.
Кир проверил «литмеры», один забросил на плечо, второй взял в руки. И подозвал стоявших позади боевиков.

* * *

Хозяин этих земель был выше среднего, сухощавого телосложения, с покатыми плечами и хорошо развитой грудной клеткой. Волосы на висках седые, но лицо не старое. Скорее всего седина преждевременная.
Одет Жез в типичный для этих мест наряд – брюки из плотной ткани, толстовка, вязаный жилет, куртка с капюшоном. На ногах – сапоги.
В руках он держал самозарядную винтовку «омни» старого образца с неотъемным магазином на восемь патронов. Такую винтовку предпочитали охотники из-за сильного патрона калибра восемь и три десятых миллиметра, способного свалить и лося, и медведя.
Тонак успел коротко описать характер Жеза и предупредить, что у того большая семья: два брата, сын, зять дочери и двое племянников вполне боеспособного возраста. Хутор Жеза состоит из пяти дворов, где проживает почти тридцать человек. Так что у озера могло быть человек пять-шесть из большого семейства.
– Представишь меня, – предупредил Тонака Герман. – Если увидишь, что Жез врет, или заметишь мою явную ошибку, кашляни и скажи сам.
– Хорошо.
– Плохо! Плохо, что влетели по-дурацки! Говорим спокойно. В случае осложнения падаем в камыши. Ты сразу отползай к воде. Пистолет есть?
– Конечно.
Они подошли к Жезу и увидели еще одного человека, стоящего в нескольких шагах в стороне. У того в руках дробовик «наяц», мощная штука, калибром чуть меньше двадцати миллиметров.
– Привет, Жез! – вскинул правую руку Тонак. – Ты что, не узнал старого знакомого?
– Много сейчас кто крутиться в лесу, – буркнул Жез, не утруждая себя приветствием. – Зачем вы напали на нас?
– Что? – изумился Тонак. – Да ты в своем уме? Да мы…
Герман локтем задел Тонака и тот сразу утих. Кивнул на наемника.
– Знакомься. Это Герман. Приехал из конфедерации по делам. Он здесь старший.
Ветров ощутил на себе два внимательных взгляда и чуть склонил голову.
– Добрый день. Тонак прав, мы ни на кого не нападали. Только подъехали к озеру. Стрельбу услышали пять минут назад. Нас самих обстреляли. Толком даже не увидели кто.
Жез недоверчиво прищурил глаз.
– Хочешь сказать, это были не ваши парни?
– Какие парни?
– Не знаю. Одеты почти как вы, приехали на «тагерте». Заскочили на пасеку, обстреляли моих. Мы ответили, поехали за ними. Настигли у озера, но задержать не успели. Они ранили моего племянника. Я думал, они с вами и вы их здесь ждете.
– Мы никого здесь не ждали, – повторил Герман. – Сами спешим в Булейд. У нас в машине раненый.
– Да? – подозрительно спросил Жез. – И давно он ранен?
– Ночью. На границе. У Юрхона его перевязали, но дела плохи.
– Тогда кто напал? – мрачно осведомился Жез. – Ребята похожи на вас. Вооружены так же.
– Не знаю, Жез, – пожал плечами Герман. – Может, залетные? Сбагрили товар и на обратном пути решили поживиться. Больше напасть не мог никто. Нашим это не надо.
– Да кто знает? – с какой-то непонятной усмешкой произнес Жез. – Теперь здесь можно ждать даже саймитов.
– А они при чем?
– Ты что не слышал? – усмехнулся Жез. – Еще вчера по радио сказали, что саймиты объявили о создании свободной республики! Призывают соседей присоединиться. И лучше, мол, добровольно. Мол, теперь мы сами станем страной и будем торговать с конфедерацией на равных.
Герман от удивления едва не раскрыл рот.
– О новой республике мы ничего не слышали. Только ночью перешли границу, был бой, мы потеряли несколько человек, Вахар ранен.
– Вахар? – нахмурился Жез. – Он с вами?
– В машине. Что еще слышно по радио?
– А ты сам послушай! Акраора передает, что старанские общины не готовы дать ответ сразу, но точно не приемлют никакого насилия и будут защищать свои земли от любого врага.
«Эти два проходимца наверняка знали об идее саймитов! – помянул недобрым словом Недамира и Дашелду Герман. – И даже не предупредили! Идиоты! Влипнем здесь, все их товары накроются!»
– Это не самая хорошая новость, – произнес он. – Саймиты могут устроить резню, но заставить соседей у них не выйдет.
– Может быть! – хмыкнул Жез. – Но говорят, кое-кто из скотоводов не против создать республику вместе с саймитами.
– Ладно! Это мы скоро узнаем. А сейчас нам надо уезжать. Ты претензий не имеешь?
Жез помедлил, потом пожал плечами.
– Если это не ваши люди…
– Не наши. Наши на вас никогда не нападали.
– Это так, но времена меняются. Ладно, езжайте.
– Если хочешь, мы твоего племянника заберем с собой. В Булейде есть врачи, они помогут ему. Места хватит.
Жез посмотрел в глаза Ветрову, словно размышляя, потом покачал головой.
– Мы сами. Советую ехать осторожно. Эти гады могут обстрелять кого угодно.
– Благодарю, будем смотреть в оба!
– К Донатару заедете?
– Обязательно.
– Скажите, чтобы ждал меня завтра.
– Передадим.
Жез взмахнул рукой, прощаясь, и повернул назад. Его напарник пошел следом. Герман проводил их взглядом и повернул голову к Тонаку.
– Значит, саймиты решили создать республику?!
До владений Донатара добрались во второй половине дня. Скорость по-прежнему была невысока, да еще вероятность попасть под обстрел давила на нервы и заставляла ехать осторожнее.
Больше остановок решили не делать, а отдохнуть у Донатара. Тот должен встретить гостей не хуже Юрхона. По крайней мере так утверждал Тонак.
Тонаку по дороге досталось от наемников. Те насели на него с двух сторон, выпытывая подробности странного фортеля саймитов с созданием республики и ролью в этом деле бандитов.
Тонак клялся, что ничего не знал, хотя о чем-то подобном не так давно говорил Дашелда. Но вскользь и без конкретики.
Кир пытался найти по радио волну, на которой вещали из Акраоры, но безуспешно. А жаль, свежая информация была бы кстати.
На хуторе повторилась процедура опознавания. С недавних пор лесовики встречали любых гостей закрытыми воротами и винтовочными стволами над ними.
Герман вздохнул и вслед за Тонаком полез наружу, договариваться. Видимо, к такой картине надо привыкать, судя по всему, дальше будет только хуже…

Донатар – здоровенный мужик, ростом почти на голову выше Германа, необычайно широк в плечах и тяжелее раза в полтора. А ходит бесшумно словно кот. Лицо скрыто под бородой, торчит только мясистый нос и веселые зеленые глаза.
Его жена ростом мужу по грудь. Маленькая, стройная, с роскошной косой. А вот характер у нее неважный. Взгляд пронзительный, резкий, губы всегда поджаты.
Бандитов явно не любит, но терпит из-за мужа. Свою неприязнь показывает демонстративным игнорированием гостей. Даже когда накрывает на стол, смотрит мимо. Правда, кормит отменно.
Живут Донатар и его жена одни. Он следит за владениями, она за домом. Территория леса Донатара не столь велика, зато богата. Озеро, пруд, пасека, сад, огород. Полно ягод, грибов.
Но основной доход Донатару приносит помощь бандитам. Он держит перевалочный пункт. Здесь бандиты ночуют, часто оставляют товары, иногда устраивают встречи. Платят щедро, далеко не все лесовики терпят у себя подобных гостей, надо беречь доброхотов.
Вот и в этот раз все было готово к приему гостей. Баня натоплена, стол накрыт, в большой комнате расставлены лежаки.
Раненого Вахара жена Донатара перевязала, напоила отваром и уложила у печки. Все это проделала с обычным отстраненным выражением лица, но качественно.

– Соседи говорят, в прерии появились отряды саймитов, – басил Донатар. – Нападают на поселения, на стада. Уже несколько человек убиты.
– Это они так агитируют за вступление в союз? – хмыкнул Кир. – Странный подход.
– Радио передавало, рудокопы больше не пускают к себе соседей с севера. И чего только саймитам надо? Торговали всегда, проблем не имели. А теперь как с цепи сорвались!
«Саймиты спешат, – слушая лесовика, рассуждал Герман. – Хотят образовать республику как можно быстрее. И причина такой спешки есть. Конфедерация! Ведь переброска вновь созданного армейского легиона к северной границе уже идет. И силы кордонной службы стянуты сюда же. А саймитам о планах конфедерации рассказали. Кто рассказал и ежу понятно. Те, кому пребывание армии Вендеслана здесь поперек горла. Те, кто разом может потерять рынок сбыта, а вместе с ним влияние и прибыль. Те, кто послал нас сюда. Видимо, все группировки выступают единым фронтом. Но право представлять их интересы отдали Дашелде и Салавару. Почему саймиты? А потому что у них наркотики. Самый прибыльный вид нелегального бизнеса. И потом саймиты более склонны к активным действиям. Остальные привязаны к месту, живут им. А саймитам все равно, где сеять мак и коноплю, где строить лаборатории и цеха по переработке сырца. Теперь понятно, что на самом деле происходит в этих краях. Остается неясным одно – за каким хреном наняли нас?..»
– Не знаю, как быть, – сетовал Донатар. – Вдруг и сюда пожалуют? Мы, конечно, отобьемся, соседи помогут. Но кому нужна война?
Герман посмотрел на Тонака. Тот слушал Донатора, и по его лицу нельзя было сказать, что он в курсе настоящих планов хозяев. Видимо, и его втемную задействовали. А ведь Тонак не рядовой исполнитель. Странно…
– Мы заночуем у тебя, – перебил Донатора Герман. – Скоро темнеть будет, по лесу не проедешь, да еще по такой дороге. И раненый хоть немного отдохнет. А то не довезем.
– Ночуйте, – кивнул Донатар. – Места полно. А за ночь дорога подсохнет. Дождя вроде не ожидается.

После ужина и помывки наемники вывели Тонака во двор. Герман заставил его сесть на скамейку, опустился рядом и спросил:
– О появлении саймитов в прериях ты знал?
– Ну? – несколько настороженно ответил Тонак.
– Дашелда и Недамир предупредили?
– Да.
– На случай внезапного столкновения с саймитами сигнал какой сказали? Или пароль?
Тонак побледнел. Проницательность наемников его пугала. Они и так догадались о многом. Теперь еще и об этом. Неужели все ликвидаторы кейперов такие? Неудивительно, что их боятся даже бандиты.
– Есть условный сигнал.
– А есть гарантия, что те, на кого мы налетим, – поймут сигнал?
Герман заглянул в глаза Тонака и раздельно произнес:
– В прерии вышел всякий сброд. Не факт, что все до единого знают о сигнале. И не факт, что поймут его. Понял?
– Ну понял. Не полезем наобум, будем настороже.
– Это верно! Кто-то из старших саймитских общин тебе знаком?
– Кое-кто.
– Они могут быть здесь?
– Не знаю. На рискованное дело они не пойдут, уровень не тот.
– Ясно. Потом расскажешь о них подробнее. И еще, Тонак.
– Ну?
– Подумай, что еще ты можешь нам рассказать, что облегчит нам жизнь и убережет от глупой пули. Ведь вместе едем, если что – попадет и тебе.
– Я понял.
– Отлично. А теперь давай на боковую. Завтра вставать рано. Надо доехать до Булейда до утра. Больше шансов проскочить без приключений.
Проводив Тонака взглядом, Герман сказал:
– Мы опять влезаем в самую гущу событий и опять не можем увильнуть. Как назло.
Кир пожал плечами и деланно спокойным голосом ответил:
– Зато нескучно! Кстати, завтра надо достать пулемет. Хватит ему в багажнике пылиться. Отдадим парням, пусть поставят у себя.
– Пусть. С ними надо срочно искать общий язык. Судя по всему, еще долго вместе кружить. Я не хотел бы получить от них пулю в спину, когда Недамиру и Дашелде вдруг придет в голову избавиться от нас.
– На свою сторону мы их не перетянем. Но улучшить отношения можно, – согласился Кир. – А вот с Тонаком сложнее.
– С ним легче! Его худо-бедно знаем. А вообще как определим точное местонахождение центра, исчезнем. Пусть играют в свои игры без нас.
– Вот это верно!
Кир встал, потянулся. Резко выдохнул и свел руки.
– А ты заметил, что у жены Донатара под передником пистолет?
– Нет, – удивился Герман. – Как-то не смотрел на нее особо.
– А я заметил! Эта мегера всегда настороже.
– Неплохое правило.
– Ага. Но как-то неуютно ночевать в доме, где хозяйка таскает с собой ствол, что не так – пулю в лоб.
– А ты не допускай этого «не так», – хмыкнул Герман. – И пуля тебя не достанет.
– Спасибо за совет! Пора спать.
– На здоровье. Пора так пора. Пошли.
Расширенное совещание с участием представителей Корпуса внутренней стражи и службы внутреннего контроля полиции вел полковник Гревс. Первый заместитель командующего Корпусом специально прилетел в Имтернар, чтобы лично проконтролировать ход работы оперативно-агентурных групп, а также подготовку подразделений Корпуса к предстоящим действиям.
Когда были заслушаны доклады всех участников, Гревс взял слово.
– Господа, все вы знаете, что принято окончательное решение вернуть соседние с конфедерацией территории под юрисдикцию Вендеслана. Это отвечает и исторической действительности, и требованиям времени. Высший Совет утвердил план интеграции новых территорий и уже выделил средства. В связи с этим перед нами стоит задача очистить от преступных элементов не только окраинные территории конфедерации, но земли за границей. А также навести порядок в полиции, вычистить ее ряды, избавив от предателей, отщепенцев, пособников бандитов. Поэтому я приказываю активизировать деятельность оперативно-агентурных групп! Необходимо как можно быстрее выявить все каналы утечки информации и арестовать тех, кто связан с бандитами. Для этих целей во всех оплотах и бургах создаются отряды быстрого реагирования, которые будут оказывать силовое прикрытие всех операций агентов. В отделах и отделениях полиции будут сидеть представители Корпуса и службы внутреннего контроля. Их задача – оперативное вмешательство в дела сотрудников полиции в случае выявления нарушений.
Полковник сделал небольшую паузу, промокнул лоб платком и заглянул в лежащую перед ним папку.
– Кроме того, принято решение о задержании и аресте, а в случае неповиновения и уничтожении всех членов преступных группировок, особенно их главарей. Конечно, проводить аресты мы будем только на законных основаниях, но без всяких исключений. Таким образом, мы выбьем у бандитов почву из-под ног и лишим возможности действовать. Как сами понимаете, такая работа требует четкости и слаженности всех подразделений и служб. Поэтому прошу приложить все силы для достижения максимального результата в кратчайшие сроки!

…После совещания референт Жалерэ и представитель службы внутреннего контроля Ишенга вышли в коридор управления.
– Об объявлении саймитами республики слышали? – спросил Ишенга.
– Еще вчера. Радио Акраоры раструбило эту новость чуть ли не ночью.
– Подозрительное совпадение сроков принятия решений Высшим Советом и верхушкой саймитских общин.
– Никаких совпадений, – качнул головой Жалерэ. – Саймиты знали обо всем.
– Да, у них есть каналы информации. Больше чем уверен, что это бандиты.
– Действительно, бандиты могли передать им новости. Но вот идея о создании страны – это не их уровень.
– Что вы имеете в виду?
– Я имею в виду, что это слишком хорошая идея – буферное образование по соседству с конфедерацией. Независимое, легитимное, враждебное нам. Нет, тут работала мудрая голова. А скорее всего головы.
Ишенга глянул по сторонам и понизил голос.
– Полагаете, что кто-то в столице играет против конфедерации?
– Думаю, налицо личный интерес. Вот только с чем он связан?
– Опасная догадка.
– Оттого и не докладываю ее наверх. Одно дело кулуарные беседы, другое – официальный документ.
Ишенга вновь оглянулся.
– А что слышно о пропавших агентах? – сменил он тему.
– Пока ничего. Мадунар разбирается. Кое-что интересное нашел, но докладывать не спешит. Хочет собрать как можно больше информации. Впрочем, скоро это не будет иметь никакого значения. Если планы руководства будут осуществлены, работу оперативно-агентурного отдела остановят.
– Видимо, да, – кивнул Ишенга. – Но чисто по-человечески интересно, что там у них вышло. И кто на самом деле перебил банду Шукра.
– Придет время – узнаем, – усмехнулся Жалерэ. – Я доверяю усердию и профессионализму Мадунара. Уверен, он в конце концов раскроет все тайны.
– Такая уверенность радует! Буду ждать результат!

Часть 2
Это мы проходили…

Встречи, как всегда, проходили ночью и как всегда при минимальном освещении помещения. Словно собравшиеся здесь не выносили вида друг друга. Хотя на самом деле все следовали жестким правилам конспирации и не нарушали их ни при каких условиях. 
В этот раз собрание началось с неприятностей. 
– Восьмой мастер! 
Одна из сидевших возле стены фигур встала, колыхнув полами длинного плаща. 
– Ваш человек был схвачен в северной провинции агентами тайного департамента. Как это произошло? 
– Случайно, старший мастер, – глухо ответила фигура. – Он шел на встречу с лидерами одной из групп, готовых выступить по вашему слову. На подходе к дому его обнаружили и задержали. Мой человек не успел принять яд сразу, но сделал это после того, как его доставили в полицейский участок. Он не сказал ни слова. 
– Но при нем нашли золото и бумаги. 
– Золото было, но в бумагах ничего конкретного. Ни имен людей, ни сроков. 
– Однако это не оправдывает вас, господин восьмой мастер! Почему вы не объяснили своему человеку элементарные правила конспирации? А если бы он не сумел принять яд? Все наше дело было поставлено под удар! 
Сидевшие в помещении люди повернули скрытые капюшонами лица к восьмому мастеру и взирали на него с немым укором. Тот стоял опустив голову и сложив руки перед собой. 
– Подобные проколы могут дорого стоить нам, – продолжил старший мастер. – Всем известно, что провалилась миссия седьмого мастера в южных провинциях. Люди, которым он доверял, схватили его и сдали в полицию. Это сильный удар по нашему делу. К счастью, седьмой мастер успел принять яд. Однако дело не было сделано, и мы пока не можем рассчитывать на юг. Хотя именно там и должны были выступить основные силы. 
– Тайный департамент и полиция не дремлют, – подал голос второй мастер. – Хотя у них нет никаких сведений о нас, но обстановку на местах они отслеживают четко. 
– Верно. Однако это не повод впадать в панику и опускать руки. В принципе, дела идут нормально. Кочевники все еще терзают границы королевства. Два отряда племен Кренвуу вступили в бой с пограничными частями, и теперь там тоже пылает очаг войны. Король вынужден держать на местах большие силы и не способен маневрировать ими. 
– И кочевники, и племена Кренвуу не смогут долго продержаться, – сказал четвертый мастер. – Еще несколько дней, и они побегут. 
– Пусть бегут! – повысил голос старший мастер. – Настал момент начала мятежа! Третий, пятый, шестой мастера! Отдавайте приказы своим людям! Пусть они поднимают крестьянские отряды и бандитов! Пора начинать восстания, погромы, налеты. В первую очередь надо разгромить полицейские участки и блокировать армейские гарнизоны. А также захватить оружие. 
– Будет сделано, старший мастер! 
– Десятый мастер! Что с кирасирским полком? Есть результаты? 
– Завербовать удалось только двоих, – ответила фигура в черном плаще. – Солдат и офицер. У обоих личные мотивы отомстить командирам. 
– Кирасиры преданы королю, – вставил второй мастер. – Вряд ли мы сможем рассчитывать на большое количество сторонников. 
– Прошу прощения, – перебил его десятый мастер. – Но у меня есть надежда, что два офицера тыловой службы полка пойдут на сотрудничество. Мы сейчас проводим их обработку. 
– Это хорошая новость, – кивнул старший мастер. – Надеюсь, к началу третьего этапа вы сделаете это. А пока сосредоточим все силы на мятежах. И не будем забывать о кочевниках и варварах Кренвуу. Пока их участие еще играет огромную роль! 
– А когда будем переходить к третьему этапу? – раздался хриплый голос четвертого мастера. 
– Уже скоро! Я знаю, как велико ваше терпение и прошу подождать еще буквально несколько дней. 
Старший мастер взмахнул рукой, останавливая поднявшийся гул восторга. 
– Повторяю: надо подождать еще несколько дней. Как только я получу важные сведения, сразу сообщу точную дату выступления. Так что будьте наготове! 

1

Утром встали затемно, когда светило даже не показалось из-за горизонта. При неярком свете лампы во дворе готовили машины. Потом наскоро позавтракали, благо заспанная хозяйка быстро собрала на стол.
Наемники слегка задержались в комнате и вышли во двор, когда Тонак и боевики уже заводили моторы машин. При виде возникших на пороге фигур бандиты замерли. И смотрели на землян полными удивления глазами.

…Полчаса назад Кир стащил с себя куртку и рубашку, расстегнул ремень и пуговицы брюк.
– Баста! Хватит игр в прятки!
Герман с интересом следил за действиями друга.
– Ждать, когда второй раз откажет местное оружие, я не намерен, – продолжил Кир. – Да и в форме удобнее, чем в этом наряде. А?
Герман в принципе думал так же. Нужда в маскировке по большому счету отпала, а на все вопросы типа «а что это?» можно дать один ответ: «Не ваше дело!» Безопасность превыше всего, и если в конфедерации переодевание имело какой-то смысл, то за кордном уже нет.
Наемники переоделись в свою форму, натянули на себя бронежилеты, разгрузки. В резко похудевших баулах остались только приборы ночного видения, подствольники, боеприпасы и аптечки.
Ненужную одежду оставили хозяевам. Найдут, куда приспособить, а то и продадут.
Подсчитали запас патронов, гранат и выстрелов к ГП. Раньше расход был небольшим, так что хватит на всю дорогу. Если, конечно, не воевать каждый день.
Покончив со сборами, вышли на улицу. Где и попали под взгляды бандитов.

Тонак первым пришел в себя. Подошел ближе, осмотрел наемников с ног до головы, особое внимание уделил автоматам, скользнул взглядом по биноклям незнакомой конструкции, по рукояткам пистолетов.
– Это форма такая у?.. – благоразумно оборвал он вопрос.
– Можно сказать, – лаконично ответил Герман. – Вы готовы?
– Да.
– Вахар где?
– Уже в машине. Ему немного получше.
– Значит, дотерпит до врачей.
Герман посмотрел на одного из боевиков. Керм его звали, только вчера удосужились узнать. Этот парень вел «тагерт» с раненым Вахаром.
– Езжай впереди, показывай дорогу. Только не гони.
Керм кивнул. Старшинство наемников уже признал, как и его приятель Старлед. И больше не оглядывался на Тонака и Вахара.
Герман повернулся к Тонаку:
– У нас в багажнике «боккер» и две коробки патронов. Пользоваться умеешь?
– Умею. Откуда у вас такое богатство?
– По наследству перешло. Надеюсь, не пригодится, но если что – будешь главной ударной силой.
Тонак улыбнулся, опять скосил взгляд на автомат и пошел к «дектору».
Через пять минут колонна выехала со двора и пропала в темноте леса. Едва последняя машина исчезла за деревьями, на востоке небосклона проступила светлая полоса. Начинался новый день.

Как и предупреждал Донатар, последние километры пути по массиву оказались самыми сложными. Сплошные буераки, глубокие овраги, скрытые от глаз плотной зеленой завесой, завалы сухостоя. Дорога петляла, как заяц, то уходя вниз, то взмывая вверх. Были места, где одно неосторожное движение гарантировало падение под откос.
Имелся и объездной путь, но крюк составлял около семидесяти километров. По нему обычно гоняли грузовики с товаром. А эта дорога была короче, как раз для тех, кто едет налегке.

К окраине массива выбрались, когда светило уже взошло над горизонтом и величаво воспаряло к зениту. После долгого лицезрения сплошной завесы из деревьев вид открытого места вызвал чувство радости. Хоть что-то иное!
– Вот и конец лесным владениям, – с долей патетики произнес Кир, глядя по сторонам.
– Не совсем, – сбил его настрой Тонак. – Владения лесовиков идут еще несколько километров. Сам лес фактически позади, но небольшие гаи и рощи будут. А вот за Тавиртой уже прерии. Владения скотоводов.
– Чьи там земли?
– Булейдская община.
О территориальном делении в Старанских прериях наемники уже знали. Всего было три общины, имевшие родственные связи. Что, впрочем, не мешало им иногда устраивать разборки по поводу границ владений, самовольного визита стада к соседям и девушек.
В прериях хватало горячих голов, желавших показать удаль и силу. Чаще всего это делалось на праздниках, где устраивали соревнования. Но бывало всякое. И слухи о лихих наездниках, устраивавших налет к соседям, зачастую имели под собой реальную почву.
Так что встреча с местными ковбоями вполне могла обернуться заварушкой. Особенно теперь.

* * *

– Их любимые развлечения: скачки, ловля, стрельба. А еще гриндо!
– Что?
– Гриндо! Яблочная водка. Ее пьют с соком. После скачек эти парни отмечают победы и поражения гриндо. А когда мозги от нее закипают, идут искать приключений. И зачастую их находят.
– Драки?
– Это обыденность. Хотя дерутся чисто, без ножей, хлыстов, разбитой посуды и прочих вещей. А вот вояж за невестами – это уже интереснее.
– За кем?
Тонак непонятно чему усмехнулся и пояснил:
– Общины живут обособленно. Смешивать кровь внутри до бесконечности невозможно, нужен приток со стороны. Самый простой способ – брать женщин у соседей.
– Приток свежей крови нужен всему закордонью, – заметил Ветров.
– Верно, – кивнул Тонак. – Поэтому браки между общинами бывают довольно часто. Скотоводы берут женщин у рудокопов, лесовики – у скотоводов. Только с саймитами мало кто хочет иметь дело. Поэтому те чаще всего крадут женщин. И детей. Вернее, для них крадут кейперы.
Кир обернулся и посмотрел на Тонака. Тот взгляд выдержал.
– Это всем известно. «Ночные крысы» выполняют заказы саймитов. Хотя иногда работают и на других. Но скотоводы и рудокопы просят украсть женщину. А саймиты заказывают и детей. У них там что-то с рождаемостью, много больных. Так что свежая кровь не помешает. Кстати.
– Что – кстати? – сдавленным голосом произнес Кир.
– Кстати, в закордонье довольно давно действуют несколько самозваных охотничьих групп. То ли парни из конфедерации, то ли местные. Но они тоже охотятся на людей. Слышал, у кейперов были с ними стычки. Но сейчас кейперов нет.
– Ясно. Это действительно кстати, – проговорил Кир.
Пока наемники держались прежней легенды, следовало проявить заинтересованность в делах такого рода.

* * *

Местные прерии напоминали гигантских размеров луг. Высокие травы, оазисы деревьев, кустарники. Земля изрыта руслами речушек и ручейков. Кое-где высятся холмы, тоже укрытые зеленью. Впрочем, сейчас зелень с желтизной – подступает осень.
Небо чистое, прозрачное. Ветер несильный, приятный. Светило дарит нежаркое тепло земле. Воздух насыщен ароматами трав.
Кстати, было довольно свежо. Днем температура не поднималась выше пятнадцати – семнадцати градусов. Ночью падала до пяти-семи.

Грунтовка здесь была ровной и широкой. Машины сразу прибавили скорость и покатили вперед, поднимая за собой тучи пыли.
Герман морщился – явная демаскировка. Но поделать ничего не мог. Их так и так скоро увидят. Тонак сказал, что в этих краях кочуют сразу несколько стад. И в каждом до тысячи голов.
Наемники такого количества крупного рогатого скота никогда не видели. И подумали, что Тонак преувеличивает. Но через полчаса их сомнения были рассеяны. Когда машины, миновав взгорок, выехали к берегу узкой речки.
Половину свободного пространства занимало стадо. Сотни коров неторопливо двигались по полю в хаотичном порядке. Воздух был наполнен мычанием, ревом и щелканьем кнутов в руках пастухов.
Всадников наемники заметили сразу. С десяток конных следовали неподалеку от стада, охватывая его полукругом. В руках у них были кнуты и хлысты, за спинами винтовки и дробовики.
– Вот и скотоводы, – хмыкнул Тонак.
Наемники рассматривали всадников в бинокли, подмечая детали одежды, обувь, оружие. Судя по виду, перед ними были типичные ковбои. В натуральном, так сказать, виде.
В принципе мирные пастухи, какие в русских деревнях испокон веков были. Только эти вооружены до зубов. Словно обороняют рогатое богатство от неисчислимых полчищ кровожадных зверей.
В какой-то мере так и было: степной волк, камышовый леопард – хищники опасные. Но настоящий враг «ковбоев» ходит не на четырех ногах, а на двух. А чаще ездит на колесах.
– Здороваться с ними нам необязательно, – констатировал Кир, опуская бинокль. – Посмотрели – и дальше. Не думаю, что и они горят желанием побрататься.
– К нам не поедут, – подтвердил его догадку Тонак. – Но своим передадут. Если прерии встревожены, нас могут перехватить в любом месте.
– Успокоил, – нахмурился Герман. – Ладно, показывай дорогу. Объедем этот самоходный склад мяса.

Объехали. Тонак показал другую дорогу через брод. Правда, дали небольшой крюк, но к таким зигзагам наемники привыкли.
Кир умудрился отыскать волну, на которой вещала станция Акраоры.
– Как доносят слухи, из-за Нетеяжа уже трижды появлялись машины саймитов, – сообщал жизнерадостный голос. – Была стычка, незваные гости ушли, но вполне могут вернуться.
– Вообще-то саймиты могут вылезти где угодно, – появился в эфире второй голос, пониже и посерьезнее. – Надо быть наготове. Пока совет общин не примет решение об охране границы прерий.
– Но и тогда надо тоже быть наготове! – прервал коллегу первый голос. – А теперь новости из конфедерации.
Кир сделал звук погромче.
– Наши соседи из Хапронского массива рассказывают, что власти Вендеслана перекрыли границу и почти никого не выпускают. Погонщики рассказывают, что приграничные территории конфедерации кишат от переизбытка полицейских. Похоже, в этом саймиты не врали – конфедерация действительно готовит вторжение к нам.
– В западной части прерий могут пройти ливни, – сменил тему обладатель более низкого голоса. – Лучше свалить оттуда пораньше, иначе опять половина стада увязнет в трясине, и парни пропустят соревнования в Акраоре…
– Что может быть и к лучшему! – вторгся в рассказ второй ведущий. – Увидим нового чемпиона! А то старый порядком надоел…

И еще минут десять в том же духе. Важные новости перебивались всякой ерундой. Потом врубили музыку, и из динамиков пошла смесь рок-н-ролла с народными татарскими напевами.
Кир убавил звук и растянул губы в усмешке.
– Понятно, почему у них нет графика работы. Как насочиняют новостей, так и бегут к микрофону.
– Вообще-то ребята не врут, – вставил Тонак. – Мы сами кое-что от них узнаем.
Кир пожал плечами.
– У нас бы таких ведущих выкинули с радио в первый же день.
– Где – у вас? – удивился Тонак.
Кир покачал головой, обругал себя мысленно добрым словом и сменил тему:
– Долго еще до Булейда?
– Час. Если не остановят.
– Кто?
– Стража. Капитан со своими помощниками. И раньше, бывало, останавливали наши машины. А теперь и подавно.
– А может, пронесет?
– Может.
…Остановили через полчаса.
Удобное место – небольшой оазис посреди огромного поля. Несколько ветвистых деревьев, кустарники, родник, обложенный камнями. Хорошая точка для отдыха. И для засады.
Когда передовой «дектор» выкатил к деревьям, дорогу ему перегородил «тагерт». А из-за кустарника неторопливо выехали трое всадников.
Все в обычной одежде, никаких знаков отличия или нашивок. Но у каждого самозарядка в руках. И стволы смотрят на путников.
Первый всадник – тучный немолодой мужчина лет пятидесяти – заставил коня сделать шаг вперед и дернул стволом винтовки.
Старлед жест понял верно и заглушил мотор.
– Это Барк, – вздохнул Тонак. – Капитан стражи общины.
– Они могут останавливать нас? – спросил Герман.
– Их земли, их право…
– Ясно.
Герман поправил кобуру пистолета и посмотрел на Кира.
– Машина на тебе.
– Понял.
Тонак обеспокоенно завозился.
– Их трогать нельзя. Иначе мы не проедем дальше.
– Никто их трогать и не собирается. Если сами не полезут.
Герман вылез из машины, вышел вперед и облокотился на капот внедорожника. Кир тоже вылез, но отошел чуть в сторону, чтобы «тагерт» стражи был под наблюдением. Последним покинул «дектор» Тонак. Махнул рукой, приветствуя Барка.
Тот узнал, кивнул.
– Объезжаете территорию, Барк? – спросил Тонак. – Или ждете кого?
– Смотрим за порядком, – ответил уверенный баритон. – Время непростое, бродит непонятно кто. Парни передали, что едут три машины в сторону Булейда. Вот и решили посмотреть…
Тонак поймал взгляд Германа, кашлянул и кивнул на того.
– Это Герман. Специально приехал сюда, чтобы узнать, что происходит.
Острый взгляд Барка прошелся по фигуре наемника. Задержался на автомате и ботинках.
– Проверка, значит. Выходит, старший здесь ты?
– Я, – лаконично подтвердил Герман.
– А что в машинах?
Вопрос был, мягко говоря, нагловат. Хотя скотоводы в своем праве знать, что везут через их земли, но раньше таких вопросов не задавали. Однако время меняется…
– Во второй машине раненый. Вахар, ты его должен знать.
Барк кивнул.
– А в той груз.
– Какой?
Герман сделал паузу, потом насмешливо произнес:
– С чего это вдруг заинтересовался грузом? Мы всегда проезжали здесь спокойно. Или ты решил снять дополнительную плату за проезд?
– Раньше на наших землях было тихо, – нахмурился Барк. – А теперь по прерии разъезжают чужие. Стреляют в людей и скот, поджигают дома. Раньше саймиты приезжали, только чтобы что-то купить. А теперь устраивают налеты на поселения.
– Я похож на саймита?
– Ты с ними торгуешь. Продаешь оружие.
– Верно, продаю. Им, вам, рудокопам, лесовикам. Всем, кому нужно и кто платит.
– А этот груз кому везешь?
Герман развел руками и бросил взгляд на Кира. Тот стоял на обочине, катая во рту травинку и беззаботно глядя на стражей. Правая рука свободно висела вдоль тела, изредка касаясь рукоятки автомата. В случае чего, нужна будет доля секунды, чтобы вскинуть оружие и выстрелить.
– Этот груз я везу покупателю. В Булейд, – сказал Герман. – Вроде бы право на торговлю там еще не отменили?
– Не отменили, – кивнул Барк. – Но саймитов в бург не пускают.
– Бывает, – пожал плечами Герман.
Капитан несколько секунд молчал, потом отрывисто бросил:
– Я не могу пропустить вас дальше.
– Почему?
– Вы передадите оружие саймитам, и они придут сюда.
– Они придут сюда даже если мы не передадим груз. Дело не в этом.
– А в чем?
– Ты ведь знаешь, Барк, наш принцип: мы держим слово и честно ведем дело. Не важно с кем. Важно, что никто никогда не мог упрекнуть нас в невыполнении обещания. И вам мы продавали оружие. Разве хоть раз не выполнили условий?
Капитан вынужденно кивнул, но потом добавил:
– То было раньше.
– Верно. В то время, когда здесь был мир. Когда все могли ездить где угодно и торговать как угодно. Хорошее было время?
– Его уже нет.
– Разве это хорошо? Подумай, Барк, что будет, если и мы установим карантин на границе! И не станем пропускать ваши товары в конфедерацию! Будете есть своих коров и быков сами, пока не лопнете? Станете пускать стада под нож и закапывать трупы, чтобы ветер не разнес заразу? Или будете сжигать? А на что покупать одежду, лекарства, еду, оружие, инструменты?
Барк помрачнел. Слова задевали его за живое. И что возразить, он не знал, незнакомец ловко повернул разговор на больную тему.
– А куда рудокопам девать уголь? Жрать вместо отбивных? Топить свои дома, пока они не лопнут от жара? А лесовики станут потчевать медом медведей? Или ты хочешь, чтобы саймиты стали спускать дурь вам по бросовой цене?
Барк раскрыл было рот, чтобы ответить, но Герман не дал тому сказать ни слова.
– Вы подсели на рынок конфедерации, как наркоман на иглу. А перестроить его не сможете. Тем более сейчас.
– К чему ты это говоришь? – хрипло осведомился Барк.
– Не надо рушить то, что строилось годами. Это не принесет ничего, кроме проблем. Нам тоже не нужна свора здесь. Мы теряем время, поставщиков и каналы связи. Когда говорят ружья, торговля прекращается. Это большие убытки. Для всех.
– И что дальше?
– Ничего. Я так понимаю, сами вы договориться не можете. А мы вполне сможем выступить посредником между вами, саймитами, рудокопами. И помочь прекратить стрельбу. Но для этого нужна одна мелочь: посредника должны уважать все. А как его будут уважать за невыполненный контракт? За сорванные поставки?
Барк вдруг наклонился в седле и негромко произнес:
– Ты хорошо говоришь, Герман. Но ты забываешь об одной мелочи. Саймиты объявили свои земли республикой. Государством! И хотят, чтобы мы были заодно с ними. Как ты отговоришь их от этой затеи? Тем более что, возможно, вы сами подтолкнули их к такому решению.
Ветров мысленно помянул Дашелду и Недамира по матери. Те даже не сказали, что могут возникнуть такие проблемы и отвечать за действия главарей придется им. А ведь этот коровий мальчик прав, бандиты явно поучаствовали в заварушке с республикой.
– А ты знаешь, что конфедерация хочет подмять ваши земли под себя? – спросил Герман.
Барк недоверчиво качнул головой.
– Значит, не слышал. Целый армейский легион прибывает в Имтернар. В курсе, что такое легион?
– У конфедерации нет армии, – хмыкнул Барк.
– Не было. А теперь есть. Если не слышал, спросил своих. Это далеко не новость. Конфедерация хочет вернуть земли, некогда принадлежавшие Вендарту. И если вы не войдете в состав добровольно, то… А в легионе, кроме винтовок и пулеметов, есть бронетехника, артиллерия, может быть, авиация. Никогда не видел результат одного залпа гаубичной батареи?

Похоже, Барк был слегка ошарашен словами Ветрова. И не знал, как на них реагировать. А тот продолжал нажимать.
– Саймиты не хотят попасть под власть конфедерации. И действуют на опережение. Уверен, что и в вашей общине есть те, кто хочет независимости. И среди рудокопов есть, и среди лесовиков.
– Мы сами решим, как быть! – отрезал Барк.
– Конечно. Но если решите сопротивляться вторжению конфедерации, вам нужно будет оружие. А кто его доставит? Кто снабдит боеприпасами?
Герман обернулся и показал взглядом на второй «дектор».
– Там винтовки и пистолет-пулеметы. Это заказ саймитов, старый заказ. Из-за событий на границе груз застрял. Не знаю, приедут ли они за ним? Если не приедут, можем продать вам. А можем вернуть обратно. Но мы свое слово держим. Мы рискуем своими жизнями. Но так же рисковали бы, если бы везли груз вам.
Герман оборвал речь и замолчал. Барк смотрел на него, прищурив глаза. Оценивал услышанное и прикидывал, что делать. Ссориться с бандитами он не хотел. От тех и впрямь многое зависит. И отправка скота в конфедерацию, и покупка нужных товаров. Если они прекратят контакты, за ними могут последовать и остальные. А вдруг перейдут на сторону саймитов? Тогда общине станет вовсе туго.
– Найдете в Булейде главу совета, скажите ему о грузе, – после паузы произнес Барк. – Пусть он решает. И не вздумайте обмануть, я проверю!

Герман кивнул.
– Благодарю, капитан!
Тот ожег его свирепым взглядом и дал шпоры коню.

2

Булейд напомнил наемникам города Денёрвина. Те же деревянные строения, те же широченные улицы, мощенные досками. Только столбы с проводами выбивались из образа. Да наличие автотранспорта.
Формой Булейд походил на неровный овал. С севера он очерчивался руслом реки, с востока – небольшой рощей. С других сторон было ровное поле.
Вокруг бурга находилось с десяток фермерских хозяйств. Но ни одно не стояло ближе десяти километров. Предосторожность вполне закономерная – едкая вонь могла отравить жизнь не только приезжим, но и коренным жителям, привыкшим к запаху коровьих стойл.

Неподалеку от одной из таких ферм колонна и встала. Наемники подозвали Тонака.
– Где должен ждать человек саймитов?
– В трактире «Белый хвост». Там обычно и происходят встречи.
– Тонак, очнись! – потряс его за плечо Герман. – Какой трактир? Если он саймит, его вычислят на раз-два! Кто сейчас пустит саймита в бург?
– Вообще-то сюда может приехать каждый, – не очень уверенно возразил Тонак. – Хотя действительно вряд ли кто полезет в бург.
– Верно. Где запасная точка?
– У нас нет запасных точек, – огрызнулся Тонак, сам уязвленный такой ошибкой. – Кто мог подумать?..
– Кто мог, с того не спросишь! Ладно.
Герман задумался: груз немалый, саймиты обязаны его забрать, Но как они пройдут через заслоны скотоводов и отыщут нужных людей? Если только не пошлют кого-то, кто может выйти на связь без опасения засветить себя.
– Куда ты хотел отправить Вахара? – спросил Кир.
– К Барежику. Это наш человек, давно здесь сидит и всех знает. Он поможет найти врача.
– Вот через него и узнаем новости. А также прикинем, где может быть покупатель. До этого пересидим в тихом месте, осмотримся.
– Насчет тихих мест не знаю, – ответил Тонак. – Но отдохнуть есть где.
Герман вздохнул. Работа у этих «деловых людей» поставлена хреново. Никаких запасных схем, никакой конспирации. А чего ждать от бандитов?
– Едем. Второй раз шмонать вроде не должны, если что на Барка сошлемся. Кстати, он один здесь капитанит?
– Да. Еще есть старший помощник.
– Лейтенант, что ли?
– Нет, просто старший помощник. Остальные – стражники.
– Ясно. Поехали.
Еще с прежних времен въезды в бург охранялись блокгаузами. Совсем недавно они пустовали, но теперь на каждом несли дежурство по несколько человек. Ничего конкретного они не делали, следили за окрестностями и изредка останавливали проезжавшие машины.
Наемников и боевиков пропустили без досмотра. Тонак махнул кому-то рукой, увидел ответный взмах, и на этом опознание закончилось.
– На первом повороте направо, – сказал он Киру, который сидел за рулем. – Третья улица, двухэтажный дом с вывеской «Аптека».
В бурге было всего несколько улиц. Назвали их не мудрствуя лукаво по номерам, от первой до шестой. Заплутать здесь невозможно, но если вдруг у кого и выйдет, всегда подскажут.
На улицах было малолюдно. Днем праздный народ не шатался, все были при деле. Мужчины либо в прерии, либо работают в бурге. Женщины кто дома, кто в магазинах. Дети тоже или дома, или во дворе.
В бурге была всего одна школа, в которой учились пять лет. Дальнейшее образование зависело от родителей. Обычно они приставляли детей к работе. Но изредка отправляли их в конфедерацию в учебные интернаты. Там охотно брали учеников из-за кордона.

– А народ смотрит недобро, – заметил Кир, глядя по сторонам. – Всегда такие хмурые?
– Раньше не были, – пояснил Тонак.
– А где здесь самые злачные места?
– Трактиры, клуб и синематограф.
– Что?
– Синематограф. Фильмы крутят. Там же ресторан, там же и гостинца. Одна на весь бург.
– Ну да, – усмехнулся Герман. – Синематограф – это место, где настоящему мужчине всегда есть что сказать.
Кир засмеялся, а Тонак, не понявший смысл выражения, удивленно посмотрел на обоих.
– Где эта аптека? – спросил Кир. – Уже пол-улицы проехали.
– Дальше. Вон, за деревьями.
Кир послушно проехал вперед, свернул к указанному зданию и остановил машину под раскидистым деревом. Следом затормозили «тагерт» и «дектор».
– Надеюсь, он дома, – проговорил Герман, вылезая из машины. – А то весь наш вояж впустую.
– Дома, – уверенно заявил Тонак, глядя на окна здания. – Вон, свет горит. Можно идти. Только сперва я один. А то Барежик шумных компаний не любит.
– Значит, не дурак. И то радует. Иди, мы следом…
Доверенному лицу Дашелды и Салавара было около пятидесяти. Среднего роста, лысый, худощавый, хромой на левую ногу. При себе всегда носил толстую палку и пистолет.
Взгляд пронзительный, недобрый. Голос с хрипотцой. Повадки старого мошенника. Ко всему прочему немалый опыт жизни за кордоном и общения с местными жителями. Отсюда цинизм, резкость суждения и вечный сарказм.

– Связь с Дардавером есть. Но нерегулярная. Полиция и Корпус там бушуют, наши скрываются.
– Нужно связаться с Дашелдой.
– Зачем?
– Саймиты должны забрать груз. Но как они попадут сюда? Надо установить контакт.
– Саймиты здесь.
– Где – здесь?
– В Булейде. Я с ними виделся вчера.
Барежик с насмешкой посмотрел на слегка обалдевших наемников и добавил:
– Они ждут вас по вечерам в доме на пятой улице. На восточной окраине бурга.
– Вот это фокус, – проговорил Герман. – Смелые парни, раз приехали сюда в такой момент. Но как они собираются забирать груз и как платить?
– Это вы с ними и обговорите. Как стемнеет, двигайте на место. А пока отдыхайте.

Появление новых представителей из конфедерации Барежик встретил сдержанно. Выслушал объяснение Тонака, смерил наемников пристальным взглядом и развел руками: мол, все ясно. Но свой сарказм в общении с ними придержал. Понял, что прибыли не совсем простые люди.
Жилье приехавшим организовал в этом же доме на первом этаже. К Вахару вызвал знакомого врача. А после разговора с ним заявил Тонаку и наемникам:
– Вахар выбыл из игры на месяц. Пуля задела что-то внутри, лечение будет долгим. Так что на него не рассчитывайте. И вообще наших людей здесь мало. Несколько человек в Акраоре и еще несколько должно быть в Эхагане.
– Если мы продолжим вояж, нужно будет как минимум еще два человека, – сказал Герман. – Чтобы было по паре на машину.
Тонак озадаченно почесал затылок. В такое время найти двух надежных парней тяжело.
– На встречу пойдем втроем, – продолжил Ветров. – Парни пусть сидят здесь, стерегут машины и вещи. И будут готовы выехать.
– Куда?
Ветров строго посмотрел на Тонака, и тот сообразил.
– Ах да! Не в бугре же товар отдавать.
– Именно. А сейчас отдыхать. Кто как, а я ночью не выспался…
В каждом доме Булейда были небольшие бензиновые движки, которые давали свет. А вот улицы освещались самыми обычными фонарями. Проводить центральное освещение дорого, да оно особо никому и не нужно. Ночная жизнь бурга проходила либо дома, либо в трактирах. Так что после наступления сумерек на улицах было тихо и безлюдно.
В небольшом доме на пятой улице располагался частный пансионат из трех комнат. Владелец дома сдавал их заезжим гостям за небольшую плату. Сейчас из трех комнат две пустовали, так что нежелательных свидетелей визита не было.

* * *

Посланцем саймитов оказался рослый крепыш лет тридцати. Внешне он ничем не отличался от жителей бурга. По повадкам было видно, что парень ловок, ухватист и не новичок в своем деле.
Герман заподозрил в нем бандита, работавшего на саймитов. Как говорил Тонак, десятка три лихих парней из конфедерации сейчас служили саймитам. Возможно, этот – один из них.
Посланник был лаконичен и сух. После представления спросил о грузе:
– Все на месте?
– Все, – отвечал Герман.
– Машина?
– «Дектор». Хочешь ее забрать?
– Как и было договорено.
– Идет. Оплата?
– На месте.
– Ваш товар полностью готов?
– Готов.
– Где проведем сделку?
Посланник достал лист бумаги, на котором была изображена карта. Ничуть не лучше той, что имелась у наемников.
– В семи километрах на восток от Булейда есть овраг. Хорошее место, скрыто от глаз. Стада туда редко гоняют, а сейчас точно не погонят, всю траву вытоптали. Будем ждать в семь утра.
– Сколько вас?
– Две машины, семь человек.
– Не мало? – усмехнулся Герман. – Рискованно тащить товар через земли скотоводов.
Посланник убрал лист бумаги, позволил себе легкую усмешку.
– Ничего. Пройдем.
«Значит, неподалеку есть прикрытие, – подумал Герман. – Смело действуют…»
«Коллега» взглянул на часы.
– Расходимся. Вы первые.
– Хорошо. До завтра.
– Постой, – посланник сделал небольшую паузу и добавил: – Когда вы выйдете на связь с Дардавером?
– После сделки.
– Тогда передай: все идет по плану. Но рудокопы не спешат признавать нас. А скотоводы вообще ничего не желают слышать. Придется переходить к другому варианту.
– Передам, – кивнул Герман. – Я так понимаю, эта встреча не последняя.
– Все может быть. Оружия нам нужно много.
На выходе из дома, отпустив Тонака на несколько шагов вперед, Герман негромко сказал Киру:
– Все же эта заварушка с республикой – идея не саймитов.
– Зато они эту идею так быстро подхватили.
– Наркотики! Возможная потеря рынка сбыта заставила рискнуть. Да и вожди саймитов тоже не дураки. Лучше править страной, пусть даже надо будет разделить власть. Чем править общиной.
Шагавший впереди Тонак вдруг остановился и влип спиной в стену дома.
– Патруль!
– Твою мать!
Наемники тоже стали у стены дома и напряженно выглядывались в неясные силуэты на дороге.
О патрулях предупреждал еще Барежик. Мол, второй день капитан со стражниками патрулируют улицы бурга и хватают тех, кого не опознают. До выяснения. Мера вынужденная, но необходимая в таких условиях. Заодно и за порядком присмотрят. А то только вчера на фермы вернулись несколько стад, и получившие отдых пастухи наверняка захотят отдохнуть от работы. Отдыхают они бурно, с шумом.
Шум не страшен, лишь бы не перешел в стрельбу. Вот капитан и его люди за этим и присмотрят.

Встреча с патрулями в планы наемников не входила. Пусть их и видел лично капитан, пусть придраться не к чему, но все равно, чем меньше контактов со стражей, тем спокойнее.
– Сюда, – шепнул Тонак и потащил наемников в узкий проход между домами. – Выйдем на четвертую улицу, там освещение еще меньше.
– А не застрянем? – с сомнением проговорил Кир, протискиваясь между хлипким забором и стеной дома.
– Живот втяни, – посоветовал ему Герман.
– Куда ж дальше?
За спиной застучали копыта лошадей. Приближалась стража.
Мимо забора они протиснулись. Кир оставил там пуговицу и десятка два горячих слов. Герман расцарапал запястье. Но от патруля ушли.
Тонак точно вывел на соседнюю улицу, где и впрямь было темнее. Фонарей совсем мало. Впрочем, из окон домов и заведений на дорогу падал свет. Так что ломать глаза в попытках разглядеть, что впереди, не надо было.
Как назло патруль ехал и по этой улице. Тонак уже по наитию потянул вперед, к вывеске трактира «Жаркое под соусом». Название незамысловатое, но судя по размерам заведения и шуму, популярное.
Среди выкриков и воплей наемники различили звуки музыки. Похоже, что там еще и танцы…
– Сворачивай, – хлопнул по плечу Тонака Кир.
Тонак быстро дошел до входа в трактир, пролез под бревном коновязи и толкнул дверь. В лицо ударил острый букет жареного мяса, сигарет и пота.
Наемники вошли в тамбур и наскочили на двоих рослых парней, загораживавших проход. В руках у обоих дробовики.
Кир от неожиданности едва не выхватил пистолет, но тут же опустил руки. Это была местная охрана.
– Привет, парни! – махнул рукой Тонак. – Как дела?
Один из охранников смерил его подозрительным взглядом и задал вопрос:
– Откуда?
– Из Дардавера, – улыбнулся Тонак.
– Оружие есть? – продолжил спрашивать охранник.
– Стволы.
– Правила знаете?
– Знаем.
– За выстрел штраф – полсотни! За ранение – пять сотен…
– За убийство – смерть, – продолжил Тонак, знакомый со здешними порядками.
Охранник перевел взгляд с него на наемников. Наткнулся на встречные взгляды, далекие от радушных, и крепче сжал цевье дробовика.
– А вы откуда?
– Они со мной, – ответил Тонак.
Незнакомая форма смутила охранников, но больше задавать вопросов они не стали. Отошли в сторону и пропустили гостей.

Трактир имел всего один зал, зато огромных размеров. У дальней стены был помост для музыкантов, в центре свободная площадка для танцующих. По углам стояли столики. Справа от входа – бар. Под потолком и на стенах висели электрические лампы, дававшие ровный яркий свет.
В трактире оказалось довольно много народу. Кто-то сидел за столиками, кто-то танцевал под магнитофон. Еще одна группа стояла у помоста, там шел оживленный разговор.
В основном здесь были местные. Скотоводы, жители бурга. Но хватало и приезжих из соседних общин. Были и женщины, одетые ради такого случая в платья. Наряды не сильно отличались от тех, что носили в конфедерации. Ведь большинство одежды привозили именно оттуда.

– В зал не пойдем, пересидим у бара, – предложил Герман. – Тонак, патруль может сюда зайти?
– Может. Такие заведения обычно посещает сам капитан.
– А сколько их всего?
– Четыре.
– То есть очередь до нас дойдет не скоро.
– Если только в патруле на сам Барк, – вставил Кир.
Они прошли к барной стойке. Отыскали свободные стулья и сели в углу так, чтобы держать под контролем вход и зал.
– Закажи что-нибудь не очень крепкое, – попросил Тонака Герман.
Тот кивнул и сказал подошедшему бармену:
– Три водки с соком.
Кир поморщился, водка с соком – гадость!
Бармен – дородный мужик лет сорока пяти – посмотрел на гостей так, как могут смотреть только работники подобных заведений. Сразу и рассмотрел, и оценил. Налил в три бокала наполовину водки и добавил на треть сока. Судя по цвету – апельсиновый.
Тонак заплатил, подвинул бокалы наемникам. Те без большой охоты попробовали пойло. Вкус не ахти, но пить можно.
– И часто здесь так гуляют? – спросил Герман.
– В основном когда пригоняют стада. А так тихо. Такого скопления нет.
– Веселая жизнь! – хмыкнул Кир. – Погонял стадо по полю, приехал, погулял и опять в поле. С коровами и быками общаются больше, чем с женами.
– Обычная, – ответил Герман. – Не хуже, чем рабочий на заводе. Здесь хоть на свежем воздухе.
– Насчет свежего воздуха я бы не сказал. Вечно возле коров. И лепешки под ногами. Никаких одеколонов не хватит, чтобы отбить амбре.
Тонак вдруг чертыхнулся, поставил бокал на стойку и недовольно скривил губы.
– Проклятие! И этот гад здесь ошивается!
– Кто именно? – спросил Кир, оглядывая зал.
– Ветондар. Местный торгаш. Одно время хотел обойти нас и продавать мясо в Дардавер напрямую. Мы его прижали на границе через копов. А он попытался сорвать нам пару сделок здесь. Дошло до драки. С тех пор как может вредит нам.
Герман проследил за взглядом Тонака и заметил высокого широкоплечего парня лет тридцати пяти в традиционной одежде скотоводов. Только вместо шляпы у него на голове кепка, а сапоги сильно обрезаны и больше напоминают ботинки. Под полой куртки видна кобура пистолета.
Ветондар стоял в компании молодых парней и что-то увлеченно рассматривал. Увидев Тонака, нахмурился, затем засиял улыбкой и неожиданно кивнул.
– Надо уходить, – просчитал ситуацию Кир. – Конфликт некстати. Надеюсь, патруль уже свалил с улицы.
– Пошли, – согласился Герман и поставил недопитый бокал на стойку. – Этот торгаш может устроить бучу?
– В любой момент, – хмуро подтвердил Тонак. – С ним никто и дела иметь не хотел из-за взрывного характера. Сколько сделок сорвал по своей глупости.
У выхода из зала они немного замешкались, пропуская внутрь толпу мужчин с женщинами в обнимку. А когда Кир уже выходил в тамбур, за спиной пробасил насмешливый голос:
– Что, Тонак, старых приятелей не узнаешь? Или вспомнил, что должен мне порцию сельдерна?
Сельдерн – местный вариант виски, сделанного из кукурузы.
Тонак развернулся и с досадой проговорил:
– Ты мне не приятель, Ветондар. А за сельдерн я расплачусь прямо сейчас.
Тонак сделал два шага назад, бросил на стойку бара несколько мелких купюр.
– Налейте ему порцию за мой счет.
Герман, стоявший неподалеку от Ветондара, заметил, как тот потемнел. Тонак все сделал верно, но теперь этот тип не отвяжется. А с ним человек пять лихих ковбоев. И рядом целая толпа таких же. Дойдет до дела – будет весело.
– Принять выпивку от такого подлеца, как ты, Тонак, значит, стать таким же! – повысив голос, произнес Ветондар. – А ты кусок дерьма, решивший разорить меня!
Тонак побледнел, но смолчал. Однако еще несколько слов торговца, и бандит не выдержит.
Герман понял, что пора вмешаться на правах старшего и погасить конфликт. Ненужный никому.
– А теперь ты являешься сюда с наглой рожей! – продолжил Ветондар. – И думаешь, я испугаюсь плюнуть в нее только потому, что ты бандит?
Торгаш в запале как-то забыл, что вся торговля с закордоньем идет через бандитов, в том числе и его бизнес завязан на них. Он набрал в грудь воздуха, будто и впрямь намеревался плюнуть в лицо Тонаку. Но в этот момент Герман сделал шаг вперед и встал перед торгашом.
– Проблемы?
Холодный тон заставил Ветондара слегка умерить пыл. Он с недовольством посмотрел на наемника.
– А ты кто такой?
– Гость.
Неожиданный ответ сбил Ветондара с толку. Люди из конфедерации никогда так себя не называли.
– Пей свое пойло и не лезь к людям.
Ветондар побледнел. Рука потянулась к кобуре, но на полпути встала. Торгаш помнил о порядке.
На этом конфликт мог бы быть исчерпан, но тут встрял один из дружков Ветондара. Молодой скотовод, хвативший выпивки сверх меры, захотел показать себя во всей красе да еще перед большой публикой.
– Го-ость! – протянул он, презрительно улыбаясь. – А зачем ты пожаловал, гость? Продавать оружие? У нас оно вроде есть. Или не нам? А проклятым саймитам?! Чтобы они из этого оружия убивали наших друзей? А, ублюдок?
Герман внезапно понял, что к их ссоре прислушивается много народу. Те, кто стоял поблизости, и те, кто подошел на шум. Отовсюду на наемников смотрели недовольные и даже враждебные взгляды.
Видимо, этот коровий пастух высказал то, о чем здесь думали и говорили в последние дни. Бандитов открыто подозревали в сговоре с саймитами. И если в обычной обстановке эти мысли скотоводы держали при себе, то сейчас все выплеснулось наружу.
Свалить этого щенка не представляло никакой сложности. Но что последует за этим? Могут налететь со всех сторон. В сутолоке сильно не помнут, однако придется отвечать, и во всю силу. И что потом делать с трупами?
Нет, надо повернуть ситуацию против молокососа и Ветондара. Использовать местные правила себе на пользу. Правда, без драки не обойтись…
– Утри сопли, щенок! – отрывисто бросил Ветров. – И не лезь в разговор взрослых, пока тебя не попросят сходить отлить. Да седло не забудь, а то с непривычки без него не сможешь.
В толпе послышались смешки. Такой шутки здесь не знали, но она была верна, часто скотоводы справляли малую нужду прямо с седла.
Парень покраснел как рак, сжал кулаки и сделал шаг к Герману. Тот с деланным испугом отступил.
– Ты на драку меня вызываешь, что ли? А что ж тогда не по правилам? Или тебе их еще не сказали, потому что не дорос?
Кир, страховавший друга с тыла, краем глаза зацепил фигуры охранников. Те все видели, но не спешили вмешиваться. Подобные разборки проходили здесь частенько, и даже был составлен порядок их проведения.
Если кто-то хочет помериться силой один на один, тот должен бросить вызов и после его принятия начать бой. Такие поединки заменяли здесь бокс, борьбу и другие молодецкие забавы.
Пацан наконец пришел в себя и кое-как выдавил:
– Вызываю на бой! Один на один и без оружия!
Герман развел руками.
– Как хочешь. Но лучше бы мы выпили мировую. А?
Тем временем толпа слегка отхлынула, давая место для драки. Даже Ветондар отступил. Выглядел он несколько смущенным, ведь парень влез вместо него. Хотя торгаш просто хотел дать по морде Тонаку и выгнать его из трактира.

Обычно в таких ситуациях возникает спонтанный тотализатор. Спорят на выпивку или сигареты. Но сейчас никто ставок не делал. Повод был слишком серьезным. Раньше приезжих из конфедерации не трогали. Но сейчас отношение изменилось. Во всяком случае, в тех местах, где отряды саймитов успели натворить дел.
Скотовод снял с себя и отдал приятелям кобуру с пистолетом. Герману пришлось сделать то же самое и еще вытащить нож. Кир принял оружие и шепнул:
– Если что – прорвемся. Я прикрою.
Герман кивнул и шагнул вперед. Противник уже ждал. Гордо подняв голову и опустив руки, стоял в центре круга, демонстрируя хорошую осанку.
Герман встал в трех шагах, тоже опустил руки и смотрел с грустной улыбкой.
Парень вжал голову в плечи, чуть поднял руки и шагнул вперед, делая удар правой. Движение вышло слитным, но немного медленным. Никакой техники, только опыт подобных боев с такими же соперниками.
Сидя по полдня в седле, технику и тактику боя не освоишь. А кабацких драк маловато для того, чтобы противостоять специалисту.
Герман чуть шагнул назад, отдергивая голову. Кулак прошел мимо, парень потянулся за ним и открыл корпус и голову. Но Герман не ударил.
– Может, хватит. Выпьем мировую, и все дела!
Второй удар должен был угодить в челюсть, но снова не достал.
– Ты погорячился, я был не прав. Простим друг другу…
Третий удар заставил скотовода развернуться боком.
Толпа молчала, против обыкновения не подбадривая бойцов криками. Все напряженно следили за ходом боя.
– Чего тебе надо, а?
– Выбить тебе мозги! – слегка задыхаясь, проговорил скотовод и снова ударил.
Герман чуть двинул корпус влево и выбросил правую руку вперед. Смазанное движение толком никто не рассмотрел. Зато все увидели, как парень вздрогнул, замер, опустив руки и глядя поверх голов, а потом буквально ссыпался вниз.
Герман поднял взгляд с распростертого у ног тела на зрителей.
– Кто-то хочет отомстить за друга? Я готов.
Все молчали. Внезапный финал боя кое-кого отрезвил, а кое-кого заставил понять, что этот человек – сильный боец, явно обученный подобным забавам.
– На свежий воздух его вынесите, – посоветовал Герман. – И водой облейте.
Два дружка подхватили незадачливого бойца и потащили прочь. Герман проводил его взглядом и повернулся к Ветондару.
– Ну что, обиженный мальчик! Подставил вместо себя пацана и доволен? Сам не хочешь попробовать?
Ветондар скрежетнул зубами и зло посмотрел на наемника. После такого вызова отказать он не мог, иначе потеряет лицо. В простом мире скотоводов это многое значило.
– Я тебя урою! – пообещал он, сбрасывая куртку и швыряя на стойку пистолет. – В дерьмо втопчу!
Торгаш кое-какой навык имел – видимо, во время поездок в конфедерацию познакомился с боксом. По крайней мере стойку он занял. Но ноги расставил слишком широко, руки опустил на уровень груди, а голову держал прямой. Такие ошибки исправляют на первых месяцах обучения в секции.
– Бандитская морда! – продолжал бушевать торгаш. – Саймитский прихвостень! Убийца!
Надо отдать должное, ругался Ветондар в тему. Но сейчас в толпе его никто не поддержал.
– Мразь!
Он кинул левую руку, потом сразу правую, толком не довернув ногу и не скрутив корпус.
Герман не стал играть с ним. Ушел от двойки и зарядил коронный удар – наискосок по шее. Только в последний момент увел удар чуть выше. И кулак врезался в скулу.
Ветондара бросило на пол с такой силой, что он откатился в сторону.
– Хватит на сегодня? – холодно осведомился Герман. – Два дурака свое получили. А мы уходим.
Десятки глаз смотрели на наемников и Тонака, но никто не вылезал вперед. Хотя у кое-кого взгляды были бешеными. Но наглядный урок пошел впрок.
Герман развернулся и пошел к выходу. Следом все еще бледный Тонак. Замыкал шествие Кир. Он успел подмигнуть охранникам. Те мрачно смотрели на странных визитеров. Но никаких попыток задержать их не делали. Все было по-честному.

3

Едва они отошли от трактира, как Герман потащил всех в темноту, к углу здания. Тонак сперва уперся, потом сообразил, что к чему, и послушно пошел дальше.
– Подождем, – тихо сказал Кир. – Вдруг еще кто захочет на свежий воздух…
Минуты через три из дверей трактира выскочили несколько человек и заметались на дороге, глядя по сторонам.
– Туда! – раздался голос.
– Там тупик, туда! – отозвался другой.
– Разделимся, – предложил третий. – И проверим все. Они не могли далеко уйти. По коням!
– Хорош, парни, – уверенно заявил четвертый голос. – Сейчас мы их не найдем, только всех всполошим. Завтра посмотрим.
– А если ночью уедут?
– Не должны. А уедут – хрен с ними!
– Какой хрен?! Он Ланкуру едва челюсть не сломал!
– Ну не сломал ведь. А мог как Ветондару врезать. Того до сих пор откачивают.
– И что, вот так отпустим, да?
– Ну, иди ищи, раз неймется! Налетишь – огребешь еще!
– Тьфу ты!
Незадачливые мстители еще с минуту постояли на улице, вслух строя планы мести, а потом пошли обратно. В трактире тепло, музыка, выпивка и девочки. А на улице темно, холодно и тяжелые кулаки заезжих бандитов. Выбор, как говорится, очевиден.

Выждав еще несколько минут, наемники вышли на дорогу.
– И много у тебя таких знакомых? – спросил Тонака Кир.
– Таких нет. Есть другие. Но не все готовы мне челюсть свернуть.
– Некоторые сразу и голову? – усмехнулся Герман. – Надо завтра пораньше выехать. Как бы эти народные мстители и впрямь не устроили погоню.
– Получат еще – успокоятся, – буркнул Тонак.
– Да нет, приятель! В этот раз честного боя на кулаках не будет! В дело пойдут винтовки.
– Да, – признался Тонак, – может быть. Значит, выедем раньше.
До дома добрались без приключений. Только раз пропустили мимо себя конный патруль и удачно ускользнули от небольшой компании, топавшей в трактир.
Дома наскоро перекусили, пересказали новости Барежику и велели Керму и Старледу ложиться раньше.
– Местное радио передало, что с этой стороны границы замечены вертолеты. Облетали лес и степь, но далеко вглубь не лезли.
– Начинается, – прокомментировал новость Герман. – Сейчас проведут разведку, сделают снимки, а потом двинут пехоту.
– Похоже, местной вольнице приходит конец, – сделал вывод Кир. – А нам надо поскорее тикать дальше, пока конфедерация не пришла. Эх, если бы на недельку пораньше! Спокойно дошли бы до места, все отрубили и пошли обратно.
– Никогда не сожалей о прошедшем! – наставительно произнес Герман. – Ничего не вернешь, а нервы себе испортишь.
Кирилл, до этого скаливший зубы, вдруг резко помрачнел, отвел взгляд и тяжело вздохнул. Герман с изумлением отметил перемену в друге, но спросить ничего не успел. Шилов махнул рукой и сказал:
– Ложимся. Спокойной ночи.
– Спокойной, – пробормотал Герман, пожимая плечами.
Бург покинули затемно и без проблем. Дежурная смена в блокгаузе только проводила глазами две машины и пошла дальше досыпать.
К указанному месту встречи подъехали заранее, и наемники осмотрели все подступы к оврагу. Пусто. Видимо, покупатели действительно хотели купить товар, а не забрать его безвозмездно. То есть даром.
Но все равно Кир и Старлед залегли в кустарнике метрах в сорока от машин. Нелишняя мера предосторожности, особенно когда имеешь дело с саймитами.

Покупатели подъехали точно в срок, когда уже просветлело. Два больших внедорожника выскочили из низины и на полном ходу помчались вперед. Неподалеку от «дектора» встали с визгом тормозов. Из каждой вышло по три человека. Быстро рассредоточились, образовав полукруг. Герман отметил два ручных пулемета у крайних бойцов.
От общего строя отделились две фигуры. В первой Герман узнал посланника, а второй был типичным саймитом. Среднего роста, смуглый, худощавый, жилистый. С копной нечесаных волос.
Саймит нес черный портфель.
Посланник взмахнул рукой.
– Хорошо, что приехали.
– Как и договаривались, – ответил Герман.
– Сейчас не все блюдут договоры, – вдруг подал голос саймит. – Норовят улизнуть или обмануть.
Ветров с некоторым удивлением посмотрел на него: мол, чего это младший лезет вперед старшего. Посланник взгляд понял, усмехнулся.
– Это мой друг Лабшер. Он немного нервничает, у него недавно брата убили.
– Наш товар готов, – сменил тему Герман. – В машине. Можем посмотреть. Но сначала ваш товар.
Посланник кивнул Лабшеру, и тот открыл портфель. В нем лежало несколько целлофановых пакетов с содержимым розовато-белого цвета. Тонак предупредил, чем именно должны заплатить саймиты за оружие, но и без его подсказки Ветров бы опознал героин.
– Будете проверять? – спросил посланник.
– Есть необходимость? – удивился Герман.
Посланник улыбнулся.
– Верно, не стоит. Мы не обманываем и вы не обманываете. Все в порядке?
– Да.
– Тогда забирай.
Посланник кивнул Лабшеру, тот закрыл портфель и отдал его Герману.
– Вы тоже забирайте. В машине почти полный бак, масло на уровне. Груз сложен хорошо, крепить заново не надо.
Посланник и Лабшер подошли к «дектору», заглянули в багажник, посмотрели на ящики, ближний открыли.
– Все в порядке, – хлопнул ладонью по ящику посланник. – Дело сделано.
– Хорошо. Я передам твои слова в Дардавер.
Лабшер сел за руль и завел мотор. Посланник протянул Герману руку.
– Если ваши решат продолжить торговлю по этой схеме, мы еще встретимся.
– Посмотрим.
– И напоследок совет. Если поедете дальше на север, будьте осторожны.
– Ваши парни шалят?
– Наши парни помнят сигналы. В прерии появились дикие группы. Они нападают на всех. Даже на нас. И никого не щадят.
– Хорошо, учту.
Посланник сел в машину, и Лабшер, одарив напоследок Германа тяжелым взглядом, вдавил газ. «Дектор» стартовал с места, окатив Ветрова и Тонака выхлопами газа.
– Черт! – закашлял Тонак. – Этот обкуренный придурок медленно ездить не умеет.
Герман проследил, как вслед за «дектором» срываются с места внедорожники саймитов, и пошел назад, к стоящему под деревом «тагерту».
Через пять минут появились Кир и Старлед.
– Все чисто прошло? – спросил Кир.
– Нормально. Обменяли стволы на наркоту. Теперь Барежику головная боль переправить ее в конфедерацию. А у вас как?
– Вроде все путем, – почесал затылок Кир. – Но минут двадцать назад километрах в трех на юг клубилась пыль. Словно конные по дороге прошли или машина. Толком не разглядеть.
– Скотоводы по своим делам катались. – Герман глянул на часы. – Пора. Надо переговорить с Дардавером и ехать дальше. Как?
Он посмотрел на Тонака, и тот кивнул.
– Если другого задания не будет.
– Вот и узнаем. Вперед.
После разговора с Тонаком Недамир поехал к Дашелде. Нашел того на окраине бурга, в одной из квартир, о которой не знали даже ближайшие помощники главаря группировки.
– У них все нормально, – с порога заявил Недамир. – Первый груз передали, получили товар. Теперь поедут ко второй точке.
– Кейперы держат слово, – покивал головой Дашелда. – Хорошо.
– Эти парни слишком ловкие. Враз поняли все расклады, вникли в дела. Тонаку отвели роль консультанта, командуют сами. Так обработали капитана стражи, что тот пропустил их в бург с грузом. Что-то слишком много прыти и мозгов у ликвидаторов.
– Если они и впрямь ликвидаторы! – хмыкнул Дашелда.
– Ну копы бы так действовать не стали. Кстати, у них откуда-то оружие незнакомой конструкции и непонятная форма. Либо кейперы тайно закупили стволы прямо на заводе, либо им делают оружие на заказ. В общем, они еще более странные, чем мы думали.
– Может, убрать их, пока не поздно? Кто знает, что они накрутят?
Недамир долго думал, потом покачал головой.
– Нет. Они еще нужны. По сути, они одни сделают всю работу. И контакты удержат, и сеть восстановят.
– Тебе виднее. Что Салавар думает делать здесь? Власти вот-вот перекроют границу. Легион уже прибыл и готовится к выступлению.
– Приказа о начале операции пока нет, – отмахнулся Недамир. – Салавар узнал, что кое-кто вверху не спешит реализовать план. Есть свои причины.
– У меня все готово к переходу, – вдруг сменил тему Дашелда. – Окно на границе есть. Сможем в два этапа провести грузы и людей.
– Думаешь пройти тихо?
– Пошуметь придется, чтобы отвлечь силы от окна. Зато есть шанс вытащить сразу десять машин!
– Подожди пару деньков. Там видно будет. Сейчас многие деловые готовы рвать за кордон. Хотят занять свое место в новой республике. Но саймитам нужны не помощники, а бойцы и каналы на границе. Кто не сможет переправлять товар в конфедерацию, станет бойцом. Кто не станет – получит пулю в лоб. Можно потерять все, поспешив. Салавар хочет предложить саймитам сотрудничество. На хороших условиях. Если получится – будем жить хорошо.
– Если саймитам позволят создать республику. Конфедерация может пойти на принцип и снести соседей напрочь.
– Может. Вот потому и говорю – подожди. И готовь пока окна на границе. Надо принимать товары. Если эти парни и дальше так ловко станут действовать, товара будет много.

– Но за ними нужен присмотр. Тонак один не справится, а пацаны из группы Вахара – просто бойцы.
– Что-нибудь придумаем. А пока пусть все идет, как идет.

4

Булейд наемники покинули сразу после сеанса связи с Дардавером. Тонак передал распоряжение Недамира ехать в Акраору. Там ждут отправки несколько партий товара. Следовало найти покупателей и сдать груз.
– Часть груза саймитам, часть скотоводам. Чтобы было чем воевать и тем и другим, – усмехнулся Герман. – Надеюсь, не в одном месте сделка будет?
– В разных, – ответил Тонак, – так велел Недамир.
– А ты ему обстановку здесь обрисовал?
– Он в курсе.
– Ну тогда все ясно.
Тонак отвел взгляд. С Недамиром он разговаривал один, даже Барежик не слышал. Помощник Салавара дал четкие указания, где какой груз брать и кому отдавать. Все действия «кейперов» одобрил, но велел быть предельно осторожным.

Выехали на двух машинах, впереди наемники с Тонаком, позади Керм и Старлед. На «тагерте» установили пулемет, для чего сняли переднюю часть крыши. Тонак предлагал поставить пулемет и на «декторе», но Герман отказался. Мол, одного хватит.
Пост на выезде опять проскочили без проблем. Похоже, после вчерашнего бдения стража решила взять паузу.
– Дисциплина у них хромает, – пошутил Кир. – Или погода расслабляет.
Погода и впрямь радовала. Чистое небо, светило пригревает, безветренно. И запах трав без примесей навоза. Хорошо!
Однако хорошее настроение длилось недолго. До первого поворота дороги.

Герман ударил по тормозам раньше, чем Кир увидел всадника на дороге. Шилов машинально схватился за пистолет, но разглядел, кто именно сидел в седле, и опустил руку.
Путь машинам перегородили четверо всадников. Впереди на вороном жеребце сидел капитан Барк. В левой руке повод, в правой дробовик. Чуть дальше был помощник капитана. Вместо дробовика он держал «литмер». А двое других стражников наставили на машины самозарядные винтовки.
– Фокусник, что ли? – скрежетнул зубами Кир, глядя на Барка. – Откуда выскочил?
– Он тут все места знает.
Наемники напряженно смотрели на капитана, лихорадочно думая, что хочет этот оголтелый стражник и чем закончится эта встреча.

Барк качнул стволом дробовика, предлагая выйти из машины.
– Мотор не глуши, – сказал Кир. – Их всего четверо.
– Если за обочиной еще не сидят. Лишь бы Тонак с парнями не сплоховали.
Наемники уже объясняли своим спутникам порядок действий в подобных ситуациях. Те вроде бы поняли, но как поведут себя на самом деле, сказать сложно. Во всяком случае, послужат отвлекающим фактором. А там как пойдет.

– Где же третья машина? – спросил Барк, когда наемники вышли из внедорожника. – Приехали на трех, уезжаете на двух.
– Ты что, капитан, транспортом ведаешь? – хмыкнул Герман. – Или о гостях заботишься?
Барк сжал челюсти, повел дробовиком на Ветрова. Тот нахмурился, жестко проговорил:
– Не тычь стволом в лицо! Я тебе не мишень.
Ствол продолжал смотреть прямо в глаза наемнику, потом ушел в сторону.
– Вы отдали оружие саймитам! – зло сказал Барк. – Сегодня!
– Да ну? Откуда такие сведения? Кто слухи распускает?
– Слухи? – сквозь сжатые зубы произнес Барк. – Помнишь вчерашнюю стычку в трактире?
Герман едва скрыл удивление. Вот это оперативность! Похоже, без ведома капитана в этом бурге ни один зуб не вышибают.
– Знаешь Ланкура?
– Кого?
– Парня, которому ты врезал. Он с приятелями выследил вас утром и поехал следом. Они были у оврага.
«Твою мать! – про себя выругался Ветров. – Ведь говорил Кир, что вроде как видел кого-то. Пыль на дороге. Тот щенок с дружками! И как ловко прошли, незаметно. Верно, они местные, все здесь знают. А мы лопухнулись!..»
– И что?
– Когда вы уехали, компания Ланкура пыталась проследить за саймитами. Те их заметили. Была перестрелка. Ланкура и двух его друзей убили. Еще одного захватили раненым. А пятый сумел уйти, умер уже в бурге. Мы ездили на место боя, нашли кровь и труп одного саймита. Похоже, ваши покупатели спешили, даже не стали своего подбирать.
Вот это новость! Какой-то щенок из-за личной мести едва не сорвал сделку! Хорошо, что все так прошло, но саймиты все равно могут думать, что это наемники пустили по их следам погоню. Впрочем, взяли пленного, у него все узнают. Но все же паршиво!
Герман бросил на капитана внимательный взгляд. Чего он хочет? Задержать их? Но будет бой. У капитана всего три человека, если, конечно, в засаде никто не сидит. И все равно, бой ему не выгоден, а он знает, что иначе их не взять.
– Послушай, Барк. Я не знаю, о чем ты говоришь. И ваши парни ошиблись. Мы здесь по своим делам и проездом. Все сделали и вот уезжаем. Твоих людей не трогали, если не считать мелкой стычки в трактире. Чего тебе еще?
Барк сверлил наемников свирепым взглядом, видимо, прикидывая шансы на победу. Но их вид говорил об одном – будут драться до конца. А терять своих людей капитан не хотел. Как и свою жизнь.
– Проваливайте! – наконец проговорил он. – И очень не советую возвращаться этой же дорогой. В следующий раз мы будем стрелять, а потом говорить.
– Благодарю за откровенность. Учтем.
Капитан дернул повод коня, заставляя того отойти в сторону. Стражники напряженно следили, как наемники сели в машину и покатили прочь.
Герман буквально спиной чувствовал их дикое желание выстрелить вдогонку. Но позади было тихо.
Тонак, весь разговор просидевший в машине с намертво зажатым «литмером» в руках, шумно выдохнул, только когда капитан и его люди скрылись из виду.
– Думал, он начнет стрелять!
– Мог, – подтвердил Герман. – Если бы начали качать права. А так просто попугал.
– Хотел бы стрелять, бил бы без предупреждения, – высказался Кир. – Но одно он сказал верно: обратно придется ехать другой дорогой. Здесь нас не пустят. Зуб у Булейда на братков.
– Да и хрен с ними! – возбужденно проговорил Тонак. – Обойдемся! Дорог много. Главное – проскочили и дело сделали. Теперь Акраора!
– До нее еще доехать надо! Кстати, сколько по карте?
– По карте не знаю, но по дороге около трехсот.
Кир присвистнул.
– Неплохо! Надеюсь, проскочим без проблем.
– После сегодняшнего я бы не стал это утверждать, – скептически заметил Герман. – Похоже, спокойные деньки здесь закончились.

Вопреки мрачному прогнозу Шилова дальнейший путь проходил спокойно и тихо.
Они ехали по ровной, хорошо утрамбованной грунтовке. Вокруг стелились бескрайние поля, заросшие высокой травой и густым кустарником. Изредка мелькали небольшие рощи, гаи. По пути миновали пару озер и несколько мелких речек. Дважды видели огромные стада, которые кочевали по прерии под солидной охраной.
Денек разыгрался, от непогоды былых дней не осталось и следа. В кабине внедорожников стало душно, и все пооткрывали окна.

Дважды устраивали привалы. Доливали бензин, перекусывали, разминали затекшие от сидения ноги и спины.
Однажды спугнули стаю степных волков. Десяток не очень крупных зверей быстро отбежали на порядочное расстояние и оттуда устроили концерт. Вой и отрывистый лай составили звуковое сопровождение привалу.
– Охоту спугнули, – пояснил Тонак. – Они охотятся на сайгаков и диких лошадей.
– А на коров и быков? – спросил Кир.
– Редко. Только если отставших и больных. Но больных сами скотоводы пристреливают и закапывают. А вот камышовые леопарды – те да. Устраивают засады у озер и рек. С ними пастухи воюют постоянно.
– А здесь они не водятся?
– Когда как. Если роща неподалеку от водоема, могут быть.
Наемники видели камышового леопарда – здоровый хищник весом под восемьдесят кило. Опасный противник.
Кир обвел взглядом ветви деревьев. Леопард может поджидать добычу и там. Тонак заметил его взгляд, улыбнулся.
– На людей они не нападают. Если только их не ранить.
– Знаю. Но испытывать их миролюбие на себе не хочу. Один раз уже сцепился с такой кошечкой. До сих пор икаю.

Через два часа пересекли крупную по местным меркам реку. Берега реки отстояли друг от друга на сотню метров. Но глубина была небольшой. Тонак показал, где находится брод. Там вообще вода по щиколотку.
– Есть мост километрах в пяти южнее, но он точно под охраной. Еще неизвестно, кто там сидит.
– Ну его на хрен! – отреагировал Герман. – Чем дальше от людей, тем спокойнее.
– Потом пойдут сплошные пастбища. Там точно на кого-нибудь налетим.
– Посмотрим.
Сразу за рекой дорога разделилась на несколько частей. Между ними было метров по пятьсот, но все шли параллельно.
– Это еще зачем?
– Скоро увидите, – хмыкнул Тонак. – Я же говорил: сейчас пойдут сплошные пастбища. Скотоводы постоянно гоняют здесь стада. По полторы-две тысячи голов. Коровы, быки, буйволы. Они часто пересекают дорогу. Чтобы не ждать, пока все стадо пройдет, их просто объезжают. Потому и несколько путей.
– Практично!
Через полчаса они сами убедились в этом. Дорогу загородило гигантское стадо быков. Эта мычащая и сопящая масса неторопливо шла поперек дороги, словно хотела побить рекорд медлительности.
По периметру так же неторопливо следовали пастухи. Все как один при оружии. Рядом с лошадьми крутились крупные псы. На машины они почти не обращали внимания – привыкли.
Герман недолго рассматривал стадо и потом свернул направо. Действительно, ждать, пока оно преодолеет дорогу, – глупо.
– Между прочим, у них есть радиостанция, – заметил Кир. – У одного парня на седле.
– Держат связь с поселком или Акраорой, – вставил Тонак. – Готовы к нападению.
– Значит, и о нас доложат.
– Обязательно.
– Здесь много поселков? – спросил Герман.
– Поселков нет, фермы.
– Знаешь, где они находятся?
– Пару знаю.
– Покажешь, объедем.
– Хорошо. Но если скотоводы захотят нас перехватить – перехватят.
– Если примут за бандитов или саймитов… – Кир запнулся и растянул губы в улыбке. – А мы на них и похожи! На машинах, с пулеметом. И впрямь могут перехватить.

Однако их не перехватывали. Считали неопасными, а скорее всего некогда было. Тратить время на две машины жаль. Видимо, скотоводы просто сообщали о передвижении.
Между тем выходившее в эфир в произвольном режиме радио Акраоры вновь вещало о настоящих боях на исконных землях энегардской общины. Похоже, саймиты усиливали давление.
А еще радио рассказало о появившихся бандах отщепенцев, которые нападали на фермы, грабили и убивали. Причем эти банды были из местных и заезжих бандитов из конфедерации.
Ведущие выражали сомнение в том, что традиционная ярмарка в Акраоре в этот раз может состояться. Просто мало кто приедет.
– Это плохо, – прокомментировал Тонак. – Будем мало народу, сложнее работать. В большой толпе легче затеряться.
– Туда ведь приезжает кто угодно? – спросил Кир.
– Да. И саймиты тоже. А в этот раз их могут не пустить.
– Не страшно. В Булейде тоже не саймиты груз принимали.
Герман длинно зевнул и посмотрел на часы.
– Сделаем привал. Что-то в сон потянуло. Спали мало, встали рано.
– Скоро будет гай, – подсказал Тонак – Там хорошее место для отдыха. Всегда останавливались. И вода есть.
– Сколько до него?
– Километров пятнадцать.
– Нормально. Отдохнем часок. А там и до Акраоры недалеко.
– А что там за вода? – спросил Кир.
– Озеро. Мелкое, чистое. Там даже рыба есть.
– Поплавать бы…
– Не холодно?
– Нормально! Организм закаливать надо!
Тонак не понял выражения, вопросительно посмотрел на Кира, но тот махнул рукой: ерунда, мол.
Шилов высунул голову в окно, вздохнул полной грудью свежий воздух прерий и довольно протянул:
– Хо-ро-шо!..
Стрельба началась неожиданно, едва только машины свернули с основной дороги к гаю. Били из-за крайних деревьев, до которых было метров пятьдесят. Работали стволов пять-шесть, причем все самозарядки.
Стекло правой задней дверцы разлетелось на осколки, что-то чувствительно ударило в капот. Герман резко вывернул руль и вдавил в пол педаль газа. Внедорожник буквально прыгнул вперед и влево.
– Засада! – заорал Тонак, лежа на сидении и снимая «литмер» с предохранителя.
Правая щека у него была порезана осколками стекла, кровь уже проступила сквозь кожу и накапливалась в ранках.
Второй внедорожник встал, из задней левой дверцы вылетел Керм, тут же рухнул в траву и пополз к обочине.
Герман вывернул руль в обратную сторону, к кустам, и крикнул:
– Выходим!
Кир уже открыл дверцу и, не дожидаясь остановки, выпрыгнул на дорогу. Тонак пару раз дернул ручку двери, но в мандраже не мог толком нажать на нее.
Герман выключил мотор и тоже вылетел наружу. Несколько пуль просвистели поблизости, одна ударила в стойку дверцы, пробила ее и ушла в сторону.
Наемники сориентировались мгновенно. Оценили место засады, плотность огня и его сосредоточение. А также численный и качественный состав. Все выкладки были сделаны моментально, и потом уже земляне действовали на автомате.
Кир, сложившись почти пополам, рванул влево, за кустарник, к росшим у дороги деревьям. За ними была низинка и мелкий овраг с ручейком на дне. По оврагу можно было выйти во фланг засаде, прикрыв маневр деревьями.
Герман выбрал позицию и открыл ответный огонь по двум ближайшим точкам. Дав две-три короткие очереди, он уходил с места, постепенно смещаясь к центру.
Тонак наконец вылез из машины, упал на дорогу и открыл бешеный огонь, никуда толком не целясь.
Его стрельба не несла прямой угрозы противнику, но заставляла того нервничать и снижала точность стрельбы.
А Кир все забирал левее. То, что по нему не стреляли, говорило об одном – никто за флангом не следил. А значит, в засаде дилетанты. Которых можно и нужно обыграть.
Он пробежал метров тридцать, свернул к деревьям и начал осторожно сближаться с засадой.

Герман прополз под прикрытием неровности и оказался в мертвой зоне. Теперь до противника было метров сорок. Пора ответить им по-настоящему.
Он вытащил гранату, встал на колено и, резко вскочив, бросил ее в сторону засады. Тут же рухнул обратно, отполз на несколько метров и повторил трюк.
Наличие карманной артиллерии ввело противника в ступор. Почему-то они не ожидали такого подарка и прекратили огонь. Пользуясь моментом, Ветров перескочил неровность, упал в овраг и заорал во весь голос:
– Можно!
Кир уже вышел к месту засады. Гранаты рванули метрах в сорока перед ним. Переждав взрывы, Кир быстро перебежал вперед и увидел лежащего под деревом человека. Тот был в обычной гражданской одежде, с самозарядной винтовкой в руках. Неподалеку лежал еще один: руки обхватили голову, тело свернулось калачиком. Дальше, за кустами слышалась возня и выкрики.
Кир бросил гранату за кусты и дал короткую очередь по ближнему противнику. Тот дернулся, вскрикнул и выгнул спину. Кир перенес огонь на второго. А потом побежал к кустам.

После взрывов за деревьями Герман рванул вперед. Работу «калаша» он расслышал, когда до места засады было метров двадцать. А еще расслышал звук заработавшего мотора машины. Спустя несколько секунд воздух разорвала еще одна очередь автомата. А потом донесся мат Кира.

Два трупа лежали под деревом, настигнутые взрывом, а потом и пулями автомата. Куртки на спинах изорваны в клочья, залиты кровью. У одного с головы снят скальпель, у второго отсечены пальцы на руке.
Оружие лежало неподалеку. У одной винтовки приклад расщеплен. Тут же валялись две пустые пачки из-под патронов.
Подошедший Тонак поднял трофейные винтовки, осмотрел.
– «Зак-12». Со сбитой маркировкой. Мы такие продавали саймитам и скотоводам.
– Ну вот, теперь знаешь, каковы они в деле, – сплюнул Кир. – На себе испытал.
– А у тех двоих старые «омни».
Кир отвернулся от Тонака и махнул рукой в глубь гая.
– Та парочка ушла на машине. Дорога узкая, но «тагерт» проскочил. Наверное, как первые взрывы услышали, так и слиняли. Поняли, что дело не выгорит. Я дал очередь вдогонку, но вряд ли попал. Деревья мешали.
Ветров подошел к трупам, пинком перевернул ближний на спину. Вгляделся в лицо. Обычное, не смуглое. С усами и короткими бакенбардами. Руки крепкие, характерные мозоли на ладонях. Парень имел дело с арканом, лопатой и оружием. Типичный скотовод.
Лица второго не разобрать: посечено и залито кровью. Но тоже не похож на саймита.
– Это не саймиты! – сделал глубокомысленный вывод Тонак.
Герман посмотрел на него и вздохнул.
– Забери стволы. Пошли отсюда.
– А тела?
– На хрена они тебе? На стену в качестве трофеев повесить? Идем, хватит торчать здесь! Что со Старледом?
– Убит. Наповал. Пуля в голове.
– Твою мать. Отдохнули, блин!
Итог короткого боя был неутешителен. Старлед убит, Керм ранен в ногу. Тонака слегка посекло стеклом, но это мелочи.
«Тагерт» получил с десяток пробоин, спустили две шины, пробит капот, но мотор вроде уцелел. «Дектор» отделался мелочью – разбито стекло и пробита стойка.
Кем были нападавшие и что они хотели – не ясно. Либо это засада по факту, просто на первого встречного. Либо ждали именно их. Но кто?
Тонак выдвинул версию о скотоводах. Мол, долго следили и вот вывели на засаду. Но почему тогда такая слабая? И зачем местным убивать приезжих, даже не узнав, кто они?
Саймиты отпадали: из четырех трупов ни одного смуглого. Впрочем, это могли быть и бандиты из шальных отрядов, о которых предупреждали по радио. Решили ограбить проезжих, захватить транспорт. Но сил не рассчитали. Вернее, не рассчитывали на такой отпор.
В любом случае надо было уходить отсюда как можно быстрее. Сбежавшая парочка вполне могла привести подмогу. А устраивать новую баталию в планы наемников не входило.

На «тагерт» поставили две запаски, одну от «дектора». Тело Старледа завернули в брезент и положили в багажник. Кровь в салоне кое-как замыли, осколки вымели.
Раненого Керма перевязали, уложили на заднее сиденье. Тонак пересел в «тагерт». Опробовал движок. Тот пока работал.
Кир, бурча под нос, прикреплял к автомату подствольник, не обращая внимания на удивленный взгляд Тонака. Не до вопросов сейчас. Будь подствольник готов к работе сразу, бой бы завершился скорее. Пара выстрелов, и местные налетчики от шока наложили бы в штаны.
Герман, глядя на друга, тоже достал подствольник. Остатки конспирации летели к черту. Жизнь дороже.
Выехали через двадцать минут. Радио выключили, разговоры прекратили, окна открыли. Оружие держали наготове. И головой по сторонам вертели, как заводные. Пора лихих гонок по прерии закончилась. Теперь как раньше – каждый шаг с оглядкой и проверкой.

5

На этот раз всадников на дороге они заметили издалека. Те тоже увидели внедорожники и после короткой заминки направили коней навстречу.
К этому моменту «тагерт» сдох. Из радиатора вытекла вода, а пробитый маслопровод потерял последние капли масла. Машину потащили на буксире, что снизило скорость движения. В довершение бед Керм потерял сознание и лежал на заднем сиденье, свесив вниз буйну голову.
Когда до всадников оставалось метров сорок, Кир остановил машину и потянул руку к автомату. А Герман открыл дверцу.
– Что-то мне стали надоедать эти дорожные встречи, – пробормотал он.
– Лучше такие, чем как в прошлый раз, – в тон ему ответил Кир и тоже открыл дверцу. – Тут хоть все на виду.
Всадники подскакали вплотную. Впереди молодой парень в черной кепке вместо привычной шляпы. Он поднял руку, и его люди рассредоточились, взяв машины в полукольцо. У всех оружие наготове, стволы смотрят на машины.
Наемники вышли из машины.
– Сержант Гасур, – представился парень в кепке, сверля приезжих пронзительным взглядом. – Командир патруля.
Это было что-то новенькое. В Булейде только Барк носил звание капитана, остальные просто стража.
– Герман, – назвал себя Ветров.
– Кто и откуда?
– Из Булейда. Едем в Акраору на торг.
Взгляд Гасура успел пройтись по пробитой стойке, отметить отсутствие стекла у задней дверцы и оценить состояние «тагерта». Потом взгляд перешел на наемников. Форма, разгрузки, оружие незнакомого вида. Все это вызывало вполне оправданное подозрение.
– Кто такие?
– Торговые посредники, – с едва заметной улыбкой произнес Герман.
Так здесь обычно называли себя бандиты. Никого подобная маскировка не обманывала, но позволяла сохранять правила приличия.
– И много наторговали? – ехидно спросил Гасур.
– Нет. Зато успели повоевать.
– С кем?
– А это вам виднее. У гая в пятидесяти километрах на запад. Попали в засаду.
Гасур опять скользнул взглядом по машинам. Похоже на правду, следы от пуль хорошо видны.
– Какой груз везете?
– Груз двести и триста.
– Что?
– Один труп и один раненый. В «тагерте».
Гасур кивнул ближнему стражнику. Тот подъехал к «тагерту», заглянул в салон, заметил лежащего на заднем сидении Керма и кровь на обивке.
– Кто на вас напал? – повторил вопрос Гасур. – Саймиты?
– Нет. По виду не похожи.
– Вы их видели, что ли?
– Видели четыре трупа. Двое успели уйти на машине.
В глазах стражников Герман заметил удивление. Перебить засаду – дело небывалое.
– И кто это был?
– По виду местные. Вооружены как и вы.
– Стража не нападает на людей! – сурово произнес Гасур.
– А я и не говорю, что это была стража. Местные. Выбрали удобную точку, хорошо спрятались. Но все сделали бестолково. А как поняли, что ничего не выходит, попробовали уйти. Двое успели.
Стражник, осматривавший «тагерт», вернулся обратно, подозрительно спросил:
– А вы сами-то не на саймитов работаете?
Герман не удостоил его ответом, смотрел только на Гасура. Стражник нахмурился, демонстративно переложил винтовку на сгиб локтя.
– Сержант, – сказал Кир, – у нас раненый, ему нужна помощь. У нас сломана машина. Нам надо в бург. Если хочешь что-то проверить, поехали с нами.
Гасур медлил с ответом, продолжая смотреть на наемников. Сомнений в их словах нет, следы боя налицо. Опять же раненый. Но с кем они сцепились? Отрядов саймитов поблизости от Акраоры нет. Зато шастают небольшие банды, сколоченные из всяких отщепенцев.
Капитан стражи Акраоры потому и разослал усиленные патрули во все стороны, чтобы предотвратить появление таких банд поблизости от бурга. Тем более сейчас, когда пришло время торга. И вот первый случай нападения. Правда, напали на таких же бандитов. Но эти по крайней мере не воюют, а торгуют.
– Ладно, езжайте, – принял решение Гасур. – За холмами роща, а за ней Акраора. На въезде скажите стражникам, что я вас проверил. И покажите машины.
– Хорошо.
– Но если вы обманули и напали на какую-нибудь ферму…
– Не говори ерунды, – грубовато перебил его Кир. – Кто после нападения лезет в бург, где полно стражи? Да еще на побитых машинах с раненым?
Гасур побледнел от злости, но Кир не обратила это внимания и продолжил:
– У вас же есть связь с фермами, уже дали бы знать.
– Езжайте, – холодно повторил Гасур. – Мы проверим.
Он дал знак своим, и те освободили дорогу. Наемники сели в машину, Герман завел мотор и стронул «дектор» с места.
В зеркало заднего вида он наблюдал, как стражники проводили машины взглядами и поскакали дальше.
– И эти взгляды вслед мне тоже надоели, – сквозь зубы проговорил Ветров, прибавляя скорость.
Кир посмотрел на друга и легонько усмехнулся. Вот и Гера понемногу теряет терпение. То ли еще будет!..

На стационарном посту их почти не досматривали. Только заглянули в багажники. К трупу не прикоснулись, к раненому не подошли. Видимо, доклад Гасура сыграл свою роль.
Зато предупредили, что всякое баловство с оружием и прочие незаконные действия будут караться весьма строго. И наповал.
С таким напутствием наемники и въехали в Акраору.
Стена Каменной рощи и русло реки Баом образовывали угольник, на котором когда-то и возник бург Акраора. Со временем, он шагнул далеко за реку, потеснил поле и частично саму рощу. Теперь Акраора занимала огромную площадь и размерами давно превзошла некоторые оплоты конфедерации.
Это был центр всего закордонья, он же – главный торг, куда съезжались тысячи людей с окрестных районов и из Вендеслана.
Здесь существовали кварталы скотоводов из соседних общин, рудокопов, саймитов. Отдельно, за рекой, стоял квартал конфедерации.
Как и в других бургах закордонья, в Акраоре были невероятно широкие улицы. Дома в большинстве деревянные, не выше трех этажей. Неподалеку от бурга построена теплоэлектростанция, так что проблем с электричеством не было.
Почти вся жизнь Акраоры подчинялась торговле. А когда торг был закрыт, бург жил своей жизнью, не очень веселой и интересной.

Охрану обеспечивала стража, набранная на постоянной основе. Старшим был капитан, у него в помощниках ходило с десяток сержантов и старших стражников.
Помимо стрелкового оружия, стража имела пулеметы, автомобили, средства связи. Отряд насчитывал почти пятьсот человек плюс группу добровольных помощников.
С учетом последних событий, помощников стало гораздо больше. Ибо допустить панику и непорядки в бурге да еще во время торга было нельзя ни под каким видом.
Это наемники почувствовали на себе буквально с первых минут нахождения в бугре. Улицы патрулируют конные тройки. На пожарных вышках пункты наблюдения. В случае чего тревожная группа готова выехать на место в течение нескольких минут.

Представитель деловых людей в Акраоре Ленц был тучным мужчиной пятидесяти лет, немного выше среднего роста. Своей фигурой он напоминал бывшего борца – мощные руки, широкие плечи, толстая шея. Лицо красное, лоб и шея в веснушках. Голова брита наголо, под носом небольшие усы.
Должность и статус Ленца обязывали его успевать одновременно в несколько мест и делать несколько дел. Однако сейчас он восседал на диване, положив левую ногу на табуретку. Столь вальяжная поза объяснялась одним – левая нога представителя была заключена в тугую повязку. А вечно красное лицо несколько побледнело от боли.

Таким его и застали наемники, когда приехали в отдельный особняк в конце одной из улиц. У дверей их встретил охранник и после представления провел на второй этаж.
– Позавчера у Глейда нарвались, – мрачно пробасил Ленц. – Поехали на сделку и влипли.
Глейд – приток Баомы, протекает в десяти километрах от бурга. Удобное место для всякого рода тайных сделок. И для внезапного нападения, как оказалось, тоже.
– Кто стрелял? – поинтересовался Тонак.
– Да кто ж знает? Мы толком ничего и не видели. Туда должны были приехать люди от саймитов из общины Феленгар. Но они так и не появились.
– А может, они и напали? Чтобы бесплатно товар забрать?
– Зачем? Потеряют канал поставок – дороже обойдется.
Тонак представил Ленцу наемников. Тот кивнул каждому. Удивления не высказал, уже получил сведения от Недамира. Послал одного из помощников за бутылкой вина и закуской и предложил всем садиться где удобнее.
– Что вам поручили – знаю, – проговорил он. – Но дело непростое. В Акраоре сейчас скопилось несколько партий грузов. Оружие, амуниция, медикаменты. Большая часть предназначена саймитам из разных общин, но из-за этого бедлама те сюда не едут.
– Саймиты не приехали на торг? – изумился Тонак.
– Одни приехали. Целая делегация от общины Белдара. Сидят в своем квартале безвылазно. Хотят договориться с властями.
– О чем? – спросил Герман. – И какой разговор, если их люди нападают на скотоводов!
Ленц зло усмехнулся.
– Они утверждают, что нападения – дело рук общины Убас. Мол, те не слушают никого, нападают на всех подряд. Другие общины готовы уже силой заставить их успокоиться.
– Ерунда какая-то, – пробормотал Кир. – Одни образуют республику, другие нападают на потенциальных союзников.
Помощник Ленца принес две бутылки вина и несколько тарелок с сыром, мясной нарезкой и фруктами. Ленц сам откупорил бутылку.
– Хорошее вино. С юга конфедерации! Такое здесь редкость. Держу для особых случаев.
Он разлил вино по бокалам, поднял свой и произнес традиционное пожелание:
– Чтобы были силы радоваться!
Вино оказалось чем-то сродни розовому мускату, только более крепкое. Но вполне приличное.
Все выпили, после чего Ленц перешел к делу и посвятил наемников в суть происходящего.

…После объявления саймитами о создании республики обстановка в прерии стала сложной. Нападения на фермы и стада накалили страсти почти до предела. Это и стало причиной того, что на ежемесячный торг приехало мало людей. К тому же власти акраорской общины вообще запретили любые сделки с саймитами на территории бурга.
Делегация общины Белдара сидела здесь вторые сутки, но так ничего и не добилась. Хотя склады были полны товаров и грузов для них. В результате прошли только сделки с торговцами из конфедерации. И то не все. Ибо кордонная служба перекрыла пути и не всегда пропускала транспорты.
– У нас два стада по триста голов стоят в загонах, тонны мяса, масла. Несколько машин с углем, – сетовал Ленц. – А ввезти в конфедерацию не можем. Людей нет даже для охраны. Я уж не говорю о пересечении границы.
Герман скривил губы. Заботы представителя выглядели забавными на фоне общих проблем.
– Кто еще застрял здесь с грузами? – спросил он.
– Парни Брамера, знаю, пригнали машины. Люди Тещека что-то привезли. Часть товара сдали местным, но остальное либо для рудокопов, либо для саймитов. Рудокопы тоже запаздывают. Они гонят уголь по прямому пути к Кастеяну и Юверле. Но транспорты с углем для Имтернара и Дардавера либо не пришли, либо стоят здесь. И главное: никто не знает, как долго это продлиться.
– С этим ясно, – оборвал Ленца Герман. – Что надо сделать нам?
Ленц погладил раненую ногу и налил себе вина. Взгляд прошелся по форме наемников и оружию и вновь вернулся к бокалу.
– Надо встретиться с делегацией саймитов, обговорить условия сделок. И объяснить, что произошло в прошлый раз. И кроме того…
Ленц закашлял, отставил бокал в сторону и несколько раз с силой провел рукой по бедру. Видимо, рана давала о себе знать.
– Кроме того, – уже тише произнес он, – надо договориться о том, каким образом будем работать дальше.
– А разве это не решено? – удивился Герман. – Разве вы не обговаривали детали работы еще до того, как заварить эту кашу?
Лицо Ленца на мгновение приобрело былой оттенок красного цвета. Видимо, Герман задел больную тему.
Представитель некоторое время молчал, глядя то на Кира, то на Германа. Потом покосился на своего помощника, стоявшего возле двери, и жестом приказал тому выйти.
– Что было решено – теперь дело десятое. Саймиты начали действовать сами, а теперь хотят согласовать сроки и объемы поставок. Причем с нами они договариваются на одних условиях, с Тещеком и Брамером на других. И старшие вынуждены решать вопрос там, в конфедерации. А отношения между ними не всегда… гмх, хорошие.
«Тогда какого черта вы все это затеяли, если даже между собой ничего не решили?» – хотел спросить Герман, но сдержался. И так понятно, что бандиты в какой-то мере действовали наобум. Или по команде. Но кто мог отдать такую команду?..
– Ладно, встретимся, – произнес Герман. – Если к ним можно пройти.
– Можно. За их кварталом присматривают стражники, но никому не мешают. И сделать это надо как можно быстрее, а то что-то произойдет, и саймитов либо выгонят, либо прихлопнут. Народ в Акраоре стал горячим.
– И еще. К вопросу об алмазах. Знаю, Недамир говорил вам об этом. Так вот, по слухам, саймиты вцепились в тот район мертвой хваткой, но рудокопы пока их отгоняют. Да и нет там такого количества алмазов, сказки все. Рудокопы и раньше привозили алмазы сюда, но продавали немного. А в конфедерацию с трудом провезли одну партию. Ювелиры подняли шум – партия едва не обвалила цены. Так что даже если продать все алмазы, выручка будет не очень большой.
– Ну и ладно. Нам меньше возни.
Ленц дотянулся до бутылки, налил себе полбокала и в два приема выпил.
– И еще одно… Ходят смутные слухи, будто саймиты что-то нашли.
– В смысле?
– Что-то раскопали с прежней эпохи…
– Где раскопали и что?
Ленц пожал плечами.
– Кое-кто из них хвастал, будто теперь им и конфедерация не страшна. Мол, перебьем всех, кто полезет.
Представитель наткнулся на изумленные взгляды наемников и добавил:
– Правда, это не больше, чем слухи. Но место называют конкретное – Пыльный треугольник.
– Хм! Что там можно раскопать? – зевнул Кир, закрывая рот кулаком. – Скелеты?
– Не знаю. Возможно, какие-нибудь склады или арсеналы.
Герман тоже налил себе вина и поднес бокал ко рту.
– Хрень! За столько веков ничего не уцелеет. Цену себе набивают.
Он сделал глоток, потом еще один.
– Я так смотрю, слухи здесь любят распускать все.
Ленц растянул губы в усмешке и опять потянулся к бутылке. Он не видел, как наемники переглянулись и с трудом вернули лицам нормальное выражение.
– Кстати, о слухах! – нарушил паузу Ленц. – Радио Акраоры уже третий день твердит о неких группах охотников за головами. Мол, шальные банды, собранные из отбросов общин и бандитов конфедерации, катаются по закордонью и хватают людей. А потом продают их саймитам и рудокопам.
– Рудокопам?
Ленц развел руками с зажатыми в них бутылкой и бокалом.
– Там всегда не хватало женщин. Потому рудокопы так часто находили жен в прерии. Впрочем, саймиты тоже не отказываются от женщин и детей. Но раньше их снабжали кейперы. А теперь вот охотники за головами. Это, кажется, по вашей специфике?
Представитель наконец наполнил бокал и хитро посмотрел на наемников.
– Конкуренты, что ни говори.
– Разберемся, – сухо проговорил Герман. – А пока давайте о саймитах. Когда они ждут нас?
– Чем раньше, тем лучше.
– Тогда прямо сейчас.
– Сейчас у меня мало людей. Двоих отправил с вашим раненым разбираться и труп захоронить. Осталось трое.
– А нам охрана и не нужна. Поедем втроем на машине. Тонак покажет дорогу.
Ленц одобрительно кивнул.
– Идет.
– Тонак, найди какую-нибудь баклажку с водой. Да побольше, – попросил Кир, когда они спустились вниз.
Тот послушно вернулся в дом. Подождав, пока он уйдет, Кир повернул к Герману злое лицо.
– Находка в Пыльном треугольнике!
– Слышал, – кивнул Герман. – Сам едва не подпрыгнул.
– Это что выходит, они нашли центр?
– Не факт. И потом, как они проникли на него, как смогли понять, что это такое? Инженеров среди них нет, для лабораторий по переработке наркотиков и то спецов из конфедерации нанимали.
– Может, и здесь наняли?
– Кого? Спецов по ракетным системам? Компьютерщиков? Техников?
– Мы-то разобрались с базой подлодок!
– Мы хоть знаем, что такое комп и что такое подлодка. А здесь некому понимать. Самое серьезное вооружение – бронетранспортер, самое сложное – вертолет. Вон, только планируют восстановить бронетехнику по уцелевшим документам! А сколько будут восстанавливать?
Герман незаметно для себя все повышал и повышал голос, потом спохватился и сбавил тон.
– Не знаю, что нашли саймиты, но если бы что-то реально действующее, уже применили бы! Кстати, весь фарс с атакой на прииски алмазов может быть отвлечением от настоящей цели – от арсенала. Ведь алмазные месторождения неподалеку от Пыльного треугольника.
– Надо попробовать выяснить это у саймитов, – предложил Кир. – Хотя бы самые общие сведения.
– Попробуем. А вообще надо заканчивать здесь и двигать дальше.
– Если только у Недамира не сыщется для нас здесь работенка.
– Тогда бросаем все к чертовой матери и уходим.
Вернулся Тонак с железной канистрой на пять литров. В таких обычно возят молоко или молочные продукты. Забросил ее на заднее сиденье и сел сам.
– Надо после разговора заехать в автомастерскую. «Тагерт» туда уже утащили.
– Заедем, – пообещал Герман, садясь за руль. – А пока показывай дорогу. А то тут все видно, но куда ехать – непонятно.
– Это близко, – подсказал Тонак. – На повороте направо, потом еще раз, а потом все время прямо до забора.
– Хорошо объясняешь, Сусанин! – хлопнул его по плечу Кир.
– Кто?
– Специалист по дорогам. Разового применения.
Тонак шутку не понял, на всякий случай улыбнулся и пожал плечами. Уже знал, что наемники иногда шутят как-то странно.

Впервые грузовые фуры наемники увидели только здесь. Огромные трехосные машины с длинным кузовом и таким же длинным прицепом. В фурах перевозили уголь, добываемый в Негемских горах.
Сюда фуры пригоняли колоннами по пятнадцать – двадцать машин. Причем большая часть угля шла на продажу скотоводам или лесовикам. В конфедерацию уголь везли другими дорогами, более короткими.
Эту информацию наряду с другой наемникам выкладывал Тонак. Он вообще оказался неплохим гидом по закордонью. Правда, как сам сказал, хорошо знал только южную и центральную части. Север и восток ему почти не знакомы.
А сейчас рассказывал о бурге и его особенностях.
– …Мебель, посуду, приборы лучше всего покупают скотоводы и саймиты. Рудокопы больше ценят инструмент, аппаратуру, машины. Хотя машины саймиты тоже хорошо берут. И оружие, конечно. Вон склады квартала рудокопов. Туда фуры пошли. Самое пыльное место в бурге. Потому и поставили на отшибе, чтобы угольная пыль на улицы не шла.
– …А вон трехэтажный дом за деревьями. Укромное местечко. Всегда тихо и спокойно. Самый большой бордель в бурге. Девки в основном из конфедерации, но есть и местные. А из Вендеслана приезжают на сезон. Отработают свое и с деньгами обратно.
– И кто их крышует?
– Что?
– Кто контролирует их дело?
– Ненерг какую-то долю с них имеет, но только за доставку. У нас связываться с блядьми считают недостойным делового человека.
– Это напрасно, – серьезным тоном укорял Кир. – Стричь бабки с лохматого товара вполне законно!
И опять Тонак удивленно смотрел на Шилова, пытаясь уяснить непонятный сленг.
Наемники смотрели по сторонам и все мотали на ус, но в головах у них были сейчас иные мысли. Слишком уж много нестыковок было в происходящем здесь. От непонятной инициативы саймитов с их республикой, до шальных банд и сражений на востоке. И бандиты что-то крутят, и местные ведут себя странно. Словно все играют глупый спектакль, не зная ни слов, ни сюжета.
Ленц, матерый, прожженный делец, просидевший, по словам Тонака, в Акраоре пять лет, и тот выглядит нелепо. Говорит о серьезных вещах, а сам толком ничего сказать не может. Нет, по своему делу знает все. Но чуть в сторону – и полная ерунда выходит.
А главная загадка – находка саймитов в Пыльном треугольнике. И попробовать разгадать ее надо прямо сейчас. Хотя бы какие-то наметки. И если смутные опасения подтвердятся, надо бросать все и срочно ехать в треугольник.
А если не подтвердятся – опять же ехать туда. Но уже не так срочно.

Тонак в очередной раз указал Киру на поворот, тот свернул направо и поехал по прямой до тупика. Дорогу перегораживал высокий деревянный забор. Над воротами круг с эмблемой – невнятной мазней, в которой с трудом можно различить то ли клоунскую рожу, то ли маску.
– Приехали, – сказал Тонак.
– Ты сиди в машине, – скомандовал ему Герман. – Стереги оружие и колеса. Только не выходи, ясно?
– Но…
– Не понял? Разговор будем вести мы. Твоя задача ждать и не подпускать никого сюда.
Тонак недовольно вздохнул, но спорить не стал. Кир подмигнул бандиту.
– Не кисни. Мы скоро.
Он хлопнул дверцей и первым подошел к воротам.
С той стороны за ними, видимо, следили. Едва Кир ударил кулаком по дереву, открылась небольшая дверца, в проеме возникло смугловатое лицо.
– Что надо?
– Цена товара определяет его стоимость, – произнес Герман нужные слова. – Но только до первого выстрела.
– Выстрел прозвучит, когда цена перестает устраивать, – невозмутимо ответил страж ворот и отступил в сторону. – Проходите.
«Ничего более дурацкого не произносил, – подумал Герман и ступил через порог ворот, одним взглядом схватывая обстановку во дворе. – Посмотрим, что нам скажут здесь…»

6

Типичный саймит – среднего роста, худощавый, жилистый, подвижный, с резкими чертами лица. Волосы черные или каштановые, глаза могут быть любого цвета, но чаще карие и зеленые.
Конечно, это общий портрет, бывают саймиты и высоченного роста, толстые, худые, бывают блондины. Это разбавленная соседями кровь дает такой результат.
У саймитов три общины, которые внутри себя делятся еще на кланы. Когда-то там была строгая иерархия, но теперь кланы, как и общины, частью изжили себя. Всем руководит «старшая кровь» – совет авторитетных вождей. Название скорее традиционное, чем фактическое.
Две из трех общин живут на развалинах и остатках прежних населенных пунктов. Там еще уцелели здания, выстроенные из какого-то прочного долговечного материала, что не смогли победить ни катаклизм, ни время. Кому такое жилье не подходит, строят его сами.

Чем-то саймиты напоминают степняков – по повадкам, привычкам, мышлению. Но в то же время сильно отличаются.
Они не поклоняются богам и темным силам. Не коротают ночи у костра, не живут в кибитках, не размахивают саблями и не стреляют из луков. У них хватает автотранспорта, техники, оружия, одежды. Они слушают музыку по радиоприемникам, используют электродвигатели.
Дети некоторых влиятельных персон обучаются в школах конфедерации. Остальные умеют читать, считать и писать.
А еще все саймиты употребляют наркотики. Все, начиная с десятилетнего возраста. Мужчины, женщины, старики. Везде и всегда.
Наркотик этот – марихуана. Обилие плантаций конопли довело себестоимость до минимума, так что себе саймиты не отказывают. Все сигареты, производящиеся в кланах, содержат марихуану.
Картина, конечно, малопривлекательная, если бы не одно «но».
В лабораториях и цехах саймитов изготавливают десятки видов наркотиков: от гашиша до героина, кокаина и прочих синтетических препаратов. Но сами саймиты употребляют только марихуану. И только в виде сигарет. За прием другого наркотика следует жесточайшее наказание. Для подростков – плеть и домашний арест. Для взрослых – смерть или рабский труд.
Саймиты любят «дернуть травку». Но заигрывать с более сильными наркотиками себе не позволяют. Решение, конечно, спорное, марихуана тоже не леденец. Однако позволяет удержать себя в рамках дозволенного.
Саймиты хитры, изворотливы, не брезгуют обманом. Коварны. В чем-то наивны. Горды и наглы. Самооценка всегда завышена. И еще в наличие комплекс избранности. Но дураками назвать их нельзя, так же как и тупыми варварами.
Иметь с ними дело можно, но только надо всегда помнить об их привычках и не давать повода считать себя слабаком.

Наемников проводили на второй этаж дома в большую комнату с двумя окнами. Мебель здесь была привозная, хорошего качества. И электрический обогреватель тоже привозной. Как и люстра, радиоприемник. Денег на обустройство не пожалели.
В комнате сидели три человека. Двое типичные саймиты, третий больше похож на скотовода.
Саймиты любят носить кожу. Конечно, не шкуры буйволов, медведей и оленей, а изделия из кожи. Куртки, безрукавки, даже брюки. Но эта троица была одета в костюмы. Для приличия, наверное.
Церемония представления заняла меньше минуты.
– Я – Лам-дарой, – сказал старший саймит.
Старшим он был не только по возрасту, но и по положению.
– Это Зурбун, – кивок в сторону второго саймита. – Это Тремкар.
Второй кивок.
– Мы представляем общину Белдар, хотя на самом деле говорим и от имени общины Феленгар. И даже Убас, хотя и не всегда это признаем.
Легкая улыбка скользнула по лицу Лам-дароя. Наемники ее оценили.
– Герман, – представился Ветров.
– Кир, – коротко сказал Шилов.
– Кого представляем мы, вы уже знаете, – продолжил Ветров. – Так что перейдем к делу.

Проблем у саймитов было две. Срыв поставок из конфедерации. И конфликт с соседями. Но сейчас делегацию интересовала первая проблема.
– …Резерв боеприпасов тает. Оружия не хватает. Мы знаем, что несколько партий груза здесь, в Акраоре. Но получить их не можем. В бурге сделку провести не позволят. Мы знаем, что на Ленца и его людей напали.
– Думаете, это местные? – спросил Герман.
– А кто еще?
– Объявились шальные банды, они грабят всех. Могли случайно налететь.
– О бандах знаем, – ответил Лам-дарой. – Да, могли и они. Но от этого не легче.
– Проблемы с поставками создают скотоводы, – сказал Кир. – Это ответ на действия ваших людей, которые нападают на фермы и стада, убивают, грабят. Вы сами себе создали проблему. Зачем?
Лам-дарой нахмурился, сцепил пальцы рук и с силой их сжал.
– Это действуют люди общины Убас. Мы не всегда можем оказать на них влияние. Изначально эти группы должны были только припугнуть скотоводов. Заставить их слушать нас.
– Заставить войти в республику? – удивленно переспросил Герман. – Общины прерий – не десяток ферм! Это большая сила. А вы их запугиваете, как каких-то идиотов. И что получили? Все скотоводы против вас. Даже здесь не дают провести сделки. Кто же начинает переговоры с угроз и расправ?
Глава делегации недовольно засопел.
– Это была ваша идея – припугнуть соседей, чтобы они поддались! Ваши главари обещали решить проблемы со скотоводами и рудокопами! Уговорить, пообещать, пригрозить. А теперь приезжаете вы и говорите, что мы делаем глупость?
Герман глянул на Кира, тот ответил едва заметной улыбкой. Ну вот и доказательство непосредственного участия бандитов в авантюре саймитов. Похоже, интересы Салавара, Дашелды и Недамира простираются гораздо дальше алмазов и торговых отношений с закордоньем.
– Я не знаю, с кем конкретно вы обсуждали вопросы стратегии, – холодно произнес Герман. – Но хочу сказать, что главари в этом деле ничего не понимают. Они хорошо знают преступный мир, неплохо поднаторели в торговых операциях, но что касается ведения военных действий, стратегии и тактики – тут их знания на уровне нуля.
– Тогда зачем они прислали вас? – недовольно произнес Ламдарой.
– Мы не работаем на деловых людей. Нас просили оценить ситуацию и дать рекомендации.
– Тогда кто вы?
Герман растянул губы в усмешке.
– Скажем так – компетентные лица. С полномочиями и правами. И вполне компетентно заявляем: вы накалили ситуацию до предела. Еще немного, и против ваших налетчиков выступят отряды скотоводов. Они не лучше вашего разбираются в военных делах, но пойдут до конца, лишь бы изгнать вас со своих земель. Причем у них-то контакт с конфедерацией есть. И закупать оружие они смогут. Как и все остальное. А вам придется терять людей, грузы и время, дабы пополнить запасы.
– Нам обещали, что поставки будут прекращены, – впервые раскрыл рот Тремкар. – Что границы перекроют.
– Обещали, – вздохнул Герман. Наивность взрослых людей его поражала. – Разве вы не знаете, что на Негемском угле сидят как минимум три оплота и три десятка бургов? Что котельные, теплоэлектростанции потребляют его в огромных количествах? Что к Стромверу хотят тянуть железнодорожную ветку? Что мясо в магазины всего севера идет своим ходом из Старанских прерий?
– Знаем.
– Пока бандиты не мешают снабжению, их трогать не будут. В конце концов это почти легальный бизнес. Но как только начнутся перебои с поставками, власти конфедерации возьмут дело в свои руки. Создать временное затруднение можно, прервать цепочку поставок – нельзя.
Саймиты переглянулись. Видимо, раньше им и в голову не приходило обдумать реальное положение дел в конфедерации. Да и зачем, если партнеры заверяли, что все под контролем.
– Кстати, вся эта свара здесь на руку властям Вендеслана, – сказал Кир. – Пока вы тут грызетесь, конфедерация подтянула к границе армейский легион. Он хоть и неполного состава, но против вас его хватит с лихвой. Если будет приказ, легион сомнет всех.
– У нас тоже есть оружие и мы готовы защищаться! – чуть громче обычного ответил Тремкар.
– А что у вас есть? Винтовки и пулеметы? А у легиона бронированные машины, артиллерия, вертолеты. В открытом бою они вас сомнут в одно мгновение. Расстреляют из пушек, с воздуха.
Саймиты сидели подавленные. Нарисованная картина не радовала. Лам-дарой хрустнул сжатыми пальцами и посмотрел на Германа.
– Мы создали республику. Рудокопы и скотоводы, те, кто захотят, войдут в нее. Тогда конфедерация не станет нападать. Против другой страны она воевать не будет.
«Странная уверенность, – подумал Герман. – Этот дядя так говорит, будто знает. Откуда?»
– Кстати, о вашей республике, – сказал он. – У вас есть руководящий орган, парламент, свод законов? Политическая платформа, финансовое обеспечение?
– Какая платформа? – переспросил Зурбун.
– Политическая.
– Этого у нас нет, – почти спокойно ответил Лам-дарой.
– Значит, вы просто объявили о республике, но все оставили по-прежнему? Конечно, никто не захочет к вам прийти. Кому нужно быть еще одним кланом или общиной саймитов? Кто пойдет в подчинение к соседям? Какая им выгода?
– Выгода одна – не дать захватить себя конфедерации.
– И дать захватить себя вам? Конфедерация будет закупать уголь и скот. И платить наличными. Соверены ведь ходят даже здесь! А чем будете платить вы? Травкой? Героином? У вас даже нет финансов, чтобы содержать рабочих. Все ваши деньги от продажи наркотиков в конфедерации. Но этот ручеек может в любой момент иссякнуть.
Герман вдруг сообразил, что их беседа вышла далеко за рамки темы. И они слишком открылись саймитам. Те, не будь круглым дураками, уже сообразили, что перед ними не простые представители деловых людей. Теперь надо аккуратно отыграть назад и вернуться к поставкам.
Кир, видимо, тоже это понял, но разговор продолжил.
– Между прочим, вполне возможно, что все эти шальные банды организованы конфедерацией. Заслать сюда десятка два отрядов не проблема. Разобщенность закордонья на руку Вендеслану. По отдельности бить легче.
– Но что делать в будущем – решать вам и тем, кто нас сюда направил, – сменил тему Герман. – Мы доложим наше мнение. А пока давайте вернемся к грузам. В Акраоре сделку не провернуть. Поэтому мы вывезем товар за бург.
Саймиты к столь резкому переходу не были готовы и какое-то время просто соображали, что им предлагают. Потом Лам-дарой кивнул.
– Хорошо. Люди Ненерга и Брамера тоже привезли грузы. С ними проблем меньше, но автомобили еще надо передать. Стража может помешать.
– Решайте этот вопрос с ними. Наша задача – передать вам груз. Что дальше – узнаете от Ленца. Только не выходите на него сами, найдите кого-то. Второй раз могут не промахнуться. А нового человека посадить Салавар может не успеть.
Лам-дарой покивал. Его взгляд уже в который раз прошел по наемникам. Незнакомая форма и оружие вызывали интерес. Наверное, будет просить Недамира прислать такое же. Вот тот удивится!
– А вы не хотели бы работать на нас? – вдруг предложил он.
– На вас? – изумленно повторил Герман. – В смысле?
– Вы, похоже, разбираетесь в военных вопросах, много знаете. Нам нужны такие специалисты. Платить будем много, вы останетесь довольны.
Герман с трудом скрыл усмешку.
– Благодарю, но у нас свои дела. Давайте лучше обговорим место и время встречи.

* * *

Через десять минут наемники покинули дом и вышли к машине. Бедный Тонак сидел на месте, сжимая пистолет и глядя по сторонам.
– Мы не долго? – спросил его Герман, открывая дверцу.
– Нормально. Пару раз видел стражников. Проезжали мимо.
– Следят за кварталом, – хмыкнул Кир. – А теперь еще и за нами будут.
– Хрен с ними! – отмахнулся Герман. – Поехали отсюда.
По дороге наемники коротко пересказали Тонаку разговор. Тот задал несколько вопросов. Больше всего его удивила реакция саймитов на новости о легионе.
– Их же предупредили, чтобы были готовы к внезапному вторжению из конфедерации. Саймиты заверили, что все готово.
– Они до сих пор так думают, – скривил губы Кир. – Считают, что против них выйдет толпа с винтовками при поддержке десятка пулеметов. А что может нагрянуть войско в пять-шесть тысяч человек как-то в голову не приходит.
– И что тогда будет?
– Хана всем будет! – рявкнул Кир. – Сметут все к чертовой матери!
Тонак притих. Он не больше других понимал в таких делах, но названное Киром количество людей смутило.
– И что, никак нельзя сдержать удар?
– А ты сам подумай! Следом за легионом может пойти Корпус внутренней стражи. Там тоже людей хватает. Еще мобильные отряды кордонников. Любые попытки противостоять в открытом бою будут обречены на неудачу.
– Тогда нам хана! – убито произнес Тонак.
– Не совсем.
– Это как понять.
– Ты слышал что-нибудь о тактике партизанских действий?
Тонак посмотрел на Кира и покачал головой.
– Нет.
Сидевший за рулем Герман толкнул друга ногой и состроил тому зловещую гримасу. Кир кашлянул.
– Как-нибудь расскажу. А пока у нас есть другие дела. Сейчас к Ленцу, а потом по обстановке.
Машина свернула на повороте, пропустила перед собой конный патруль стражи и покатила к особняку представителя.
– Ребятишки службу несут всерьез, – проводил взглядом патруль Кир.
– Здесь все всерьез, – буркнул Герман. – Даже глупости.
Ленц выслушал рассказ наемников молча. Вопросов не задавал, подробностей не выспрашивал.
Вид у него был недовольный. То ли рассказ не понравился, то ли нога болела.
– Они завтра уедут. Дальше сидеть в Акраоре для них небезопасно. Их соседи из общины Убас так затеррорезировали скотоводов, что скоро всех саймитов либо выгонят отсюда, либо перебьют. И второе более вероятно.
– Это их трудности, – выдавил Ленц.
– Это и ваши трудности, – парировал Герман. – Вы теряете рынок сбыта и налаженный канал поставки наркоты. Саймиты давали вам больше пятидесяти процентов оборота. А если так и дальше пойдет, вообще все потеряете.
Ленц изумленно вскинул голову.
– В смысле?
– Ладно, – махнул рукой Герман. – Это нас не касается! Давайте ближе к теме. К завтрашнему утру нужно подготовить весь груз, предназначенный саймитам. Сколько машин нужно, чтобы забрать все?
– Десять.
– Сколько?
Ленц погладил раненую ногу и со злинкой повторил:
– Десять! Если брать внедорожники типа «дектора».
– Если мы выведем из бурга десять машин, местные сразу поймут, что дело нечисто, – вставил Кир. – Каждая собака в бурге знает, кому принадлежит груз и кто получатель.
– Верно, – кивнул Герман. – Ленц, ты можешь договориться с рудокопами? Нужна фура.
Ленц замолчал, прикидывая свои возможности.
– Придется покупать, – со вздохом сказал он. – Саймитам просто не во что будет перегружать товар. А рудокопы могут не продать.
– Заплати столько, чтобы продали. Только проверни сделку быстро, а то местные разнюхают, и план полетит к чертям.
Ленц фыркнул. И так понятно, что нужно все сохранить в тайне.
– Еще. Нас осталось трое. Для охраны маловато. Нужны несколько человек. Умелых, а главное, надежных.
– У меня нет людей, – вновь нахмурился Ленц. – И так стольких потерял. Я даже не знаю, кого отправлять с товаром в конфедерацию.
Герман недовольно покачал головой:
– Ленц, я решаю вопросы, ради которых меня и наняли твои боссы. Если у тебя проблемы с людьми, обратись к ним. Может, они подскажут. В любом случае завтра к полудню нужны три-четыре человека и одна машина. «Тагерт» вряд ли успеют сделать.
Ленц покатал по скулам желваки, отвел взгляд и мрачно проговорил:
– Я выясню. И с машиной тоже. Но успею ли к полудню, не знаю.
– Хорошо. – Герман встал. – И давай без обид. У каждого свои задачи, но делаем одно дело.
Ленц вяло отмахнулся. Ветров посмотрел на часы.
– Тогда до вечера.
– Ты можешь найти тихое место для ночевки? – спросил Тонака Герман, когда они вышли из особняка.
– Здесь есть три кемпинга и гостиница.
– Там спокойно?
Тонак пожал плечами.
– Кемпинги пустуют, народу приехало мало.
– А вещи на хранение там сдать можно? – спросил Кир.
– Можно. Есть сейфы, приезжие там оставляют ценности. Здесь за этим строго смотрят.
– О! – качнул головой Кир. – Даже так? Тогда поехали в самый тихий кемпинг.

Ближе к вечеру народу на улицах бурга стало немного больше. Кто-то спешил домой, кто-то в заведения. Чаще стали мелькать машины. Пару раз даже проскочили мотоциклы.
Двухколесный вид транспорта как-то был не очень распространен в конфедерации и закордонье. Для перевозки грузов не годился, а ездить ради развлечения – слишком дорогое удовольствие. Мотоциклы иногда брали саймиты, реже скотоводы. И то для поездок на небольшие расстояния, куда гнать машину не имело смысла, а верхом слишком долго.
Здесь же наемники увидели сразу трех мотоциклистов. Судя по одежде – парни из местной стражи. За спинами винтовки и пистолет-пулеметы. На головах береты темно-зеленого цвета. И некое подобие формы – одинакового цвета брюки и куртки. В Акраоре стража первой перешла на такую форму.

Тонак выбрал кемпинг на западной окраине города, вдали от торговых площадок и складов. Свободных номеров было действительно много, наемники выбрали двухместный, отдали администратору деньги и поднялись на второй этаж. Тонак остался на первом, он взял одноместный номер.
– Надо поужинать, – сказал ему Герман. – Прикинь, куда лучше пойти. Через полчаса встретимся.
– Идет. Я знаю пару хороших мест.
Наемники поднялись к себе, по привычке осмотрели номер, уделив особое внимание окнам и дверям.
Обстановка была так себе: мебель не новая, стены кое-где обшарпаны. Правда, вода в душе горячая. И электричество есть.
– И хуже видывали, – высказал мнение Кир, садясь на узкий диван. – На ночь сойдет.
– Главное, есть второй выход и под окнами пусто.
– Путь отступления высматриваешь? – спросил Кир.
– Есть такое. После сегодняшних встреч я ожидаю чего угодно.
– Да, встречи прошли в обстановке полного взаимопонимания.
Кир разулся, стащил с себя разгрузку, бронежилет, сбросил куртку и обтер взмокшее тело полотенцем.
– Душно…
Ветров тоже снял амуницию, разложил ее на столе.
– У тебя не сложилось впечатление, что саймиты играют не первую скрипку в концерте? – спросил он Кира.
Тот помолчал, обдумывая вопрос, и цокнул языком:
– Я бы сказал так: они действуют без конкретного плана.
– Может быть. Одна идея с республикой наводит на размышления. Что, кроме объявления о создании, они сделали? Ни госаппарата, ни лидера, ни структуры. Как были три общины, так и остались. Каждая дудит в свою дуду. Вместо разговора с соседями – нападения банд. Вместо заключения сделок – налеты и убийства.
– Да, липовая получается республика, – вздохнул Кир. – Причем они сами толком не понимают, что такое государство.
– Вот и я о том же! Они сделали, что им сказали. Вопрос – кто сказал?
– Ну уж не Салавар с Дашелдой! Уровень не тот.
– Могли и они сказать, – не согласился Герман. – Вернее, передать. В качестве совета или указания. А вот кто передал им?
Кир встал, прошелся босиком по деревянному полу, недовольно посмотрел на мусор под ногами.
– Это уровень верхушки конфедерации.
– Видимо, есть оппозиция или группа недовольных. А может, те, кто хочет править сами, но в другом месте. Создание новой страны как раз в их планах. Захватить власть, подчинить народ. И главное – не своими руками. Расчет верен: конфедерация вряд ли начнет войну. Ей просто не выгодно.
Герман осмотрел большой шкаф у стены, обнаружил бар, но там, кроме пустого графина и нескольких стаканов, ничего не было. Ветров хлопнул дверцей и пристукнул по ней пальцами.
– Есть и другой вариант. Затея с республикой, конфликт саймитов с соседями, даже появление этих ничейных банд – пункты хитрого плана. Конфедерация недавно узнала, что на материке есть еще одно государство. Надо быть готовым к защите собственных границ и возможному пересечению чужих. Создали армию. А где ее обкатать, проверить в бою? Вот и возникла идея слепить образ врага из относительно мирных и почти безвредных соседей.
– Это ты к тому, что власти сами сподвигли саймитов на активность?
– Да. Чем плохо – под боком новый весьма агрессивный враг. С большими амбициями. Срывает поставки угля и скота, гонит наркоту в конфедерацию. Такого терпеть нельзя. И вот первый легион уже готов к боевым действиям. А там и второй подгонят. Противник слаб, но ведь всегда тренируются на слабых. Проверка техники, тактики, уровня подготовки армии, устранение ошибок, создание новых образцов вооружения.
Кир закинул руки за голову и задумался.
– Знаешь, неплохо! И вполне оправданно с политической точки зрения. Только…
– Что – только?
– Только как это относится к нам?
– Напрямую. Надо дергать отсюда как можно быстрее, пока план, не важно чей, не перешел в новую стадию. А то разок проснемся под вой снарядов, будет весело.
– Мы и так завтра уходим.
– Я имею в виду вообще из прерий.
– А тут уж как пойдет. Приспичит – бросим все на хрен и слиняем. Вот только линять нам можно лишь в одну сторону – к центру управления.
– И я о том же. А потом ведь топать обратно.
– Убедил! Бежим сейчас.
Герман усмехнулся и покачал головой.
– Festina lente.
– Опять ты со своей латынью! Нахватался на службе.
– Это означает…
– Знаю, что означает. Поспешай медленно!
– Вот и будем придерживаться старой мудрости.
– Ладно, мудрый! Пора двигать, Тонак ждет.
– Только сперва в душ.
– Хоть в бассейн. Но я первый!

7

Через сорок минут они сидели в углу небольшого зала трактира «Полный стол». Заведение посоветовал Тонак, похвалил кухню и ячменное пиво, которое варят прямо здесь.
В трактире оказалось довольно много народу. В основном это были местные торговцы и заезжие гости с юга и востока. Пили, ели, разговаривали, играли в карты и кости. Приглушенная музыка гасила голоса и не мешала общению.
Кормили здесь и впрямь прилично. Богатый выбор мясных блюд, свежие овощи и фрукты, зелень. И холодное пиво в запотевших пузатых кружках. Светлое, пенистое, в меру горьковатое.
Наемники ели неторопливо, пили мало. Больше смотрели по сторонам. Несмотря на музыку и оживленный гомон, в зале чувствовалось некоторое напряжение. События последних дней волновали всех, так что большинство разговоров так или иначе касались обстановки в прерии и у соседей.
– На нас косятся, – вскользь заметил Кир. – Парни за столом у окна и двое у барной стойки.
– Незнакомых людей увидели, – вяло отреагировал Герман.
– У стойки местные торговцы. Работают с людьми Брамера. Покупают машины и бензин, – вставил Тонак.
– Серьезные дельцы. А какого хрена они здесь сидят? Есть же заведения и получше.
– Наверное, перекупщиков ждут. Они же толкают часть машин в другие общины, а часть распродают сами.
– А те, у окна? – спросил Герман.
– Этих не знаю. Похожи на наших парней, но точно не наши.
– Может, из группировок Брамера или кого еще?
Тонак внимательно присмотрелся к сидящим за столиком. Четверо, молодые, здоровые. Одежда обычная для этих мест – помесь охотничьего костюма и военной формы. Лица обветрены, стрижки короткие.
Ведут себя свободно, может быть, чуточку развязано. Громкие голоса, энергичная жестикуляция. И взгляды с прищуром. Смотрят на посетителей как-то недобро. Но это еще ни о чем не говорит.
– Могут быть откуда угодно, – сказал Тонак. – Люди Брамера здесь точно есть.
– Какого хрена на нас смотрят? – хмуро проговорил Кир.
– Форму разглядывают, – подсказал Герман. – Не видели раньше такой.
– Никто не видел. Но все не пялятся!
Он легонько стукнул себя по груди. Удар вышел глухим, с металлическим оттенком.
Наемники надели бронежилеты. Конечно, ужинать в таком виде может и не очень хорошо, но лучше недоесть, чем схлопотать пулю. После стычек в Имтернаре и Дардавере земляне вообще не снимали броню на открытой местности.
Внешне бронежилеты выглядели как безрукавки. Такие носили лесовики и жители ферм. Так что особого внимания наряд привлекать не должен.

* * *

– Попробуй поговорить с торговцами, – попросил Тонака Герман. – Может, что интересное расскажут.
– Было бы что интересное, Ленц бы сказал, – возразил Тонак, но под взглядом Германа все же встал. – Попробую.
– Это не местная стража? – высказал догадку Кир. – После нашего визита к саймитам власти бурга могли проявить интерес к их гостям.
– Тогда бы заметили слежку.
– Не факт. А может, просто интересно стало.
Кир заерзал на стуле, отодвинул его от стола.
– Ты чего? – удивился Герман.
– Так… Жаль, что оружие оставили в номере.
– Сюда с автоматами не пускают.
– Знаю. А все равно жаль.
– Зато там будет надежнее.
Сдавать вещи на хранение наемники не стали. Спрятали все в комнате, дверь заминировали гранатой. И посредине поставил еще растяжку. Для особо настойчивых незваных гостей.
Вообще по бургу никто, кроме стражи, с длинноствольным оружием не ходил. Только перевозили на машинах. Это правило действовало и в заведениях – с винтовкой или дробовиком даже на порог бы не пустили.

От противоположной стены зала раздались громкие выкрики и свист. Кто-то пару раз ударил палкой по дереву. Звук ударов заглушило злое урчание.
– Опять кота гоняют. – Кир фыркнул. – Отхватит он кому-нибудь руку как пить дать.
– Лучше бы голову. Тогда бы заткнулись.
– До головы не достанет… – Кир пригляделся внимательнее, – решетка не даст. А вот палку опять вышиб. Кто-то проиграл пять соверенов.

Неподалеку от выхода на кухню стояла большая металлическая клетка, привинченная к стене и полу. В клетке сидел камышовый леопард. В трактире он исполнял роль живого уголка и нехитрого аттракциона. За пять соверенов любой желающий мог попробовать палкой вытащить кусок мяса из миски, стоящей под носом леопарда.
Не трудно догадаться, что леопард отдавать еду не желал и все попытки пресекал самым решительным образом. Чаще всего просто выбивал палку из рук посетителей. Но иногда цеплял и саму руку.
Такие случаи происходили как минимум раз в два – три дня. Но совершенно не отпугивали любителей риска. Скорее привлекали.
Вот и сейчас какой-то мужик с руганью нянчил правую руку, злобно посматривая на лежавшего у края решетки леопарда. Мужик еще легко отделался: большой кот только немного содрал кожу с запястья. Палка со следами зубов стала трофеем зверя. А сочный кусок мяса так и не покинул миску.
– Какой приз за победу? – спросил Герман.
– Сто соверенов, – вспомнил Кир. – Но Тонак говорил, что еще никто их не получал.
Один из приятелей неудачливого игрока тоже решил попытать счастье. Отдал бармену деньги, взял другую палку и подошел к клетке. Зрители подбадривали его выкриками и свистом.
– Ошибочная тактика, – заметил Герман. – Надо отогнать самого зверя, а потом уж вытаскивать мясо.
– Хочешь попробовать? – съязвил Кир.
– На хрен надо!
Герман отвернулся от клетки, провел взглядом по залу и отметил, что компания у окна стала меньше на одного человека. И теперь никто на них не смотрел.

Вернулся Тонак, сел за стол и на вопросительный взгляд Германа покачал головой.
– Ничего интересного. Так, всякая мелочевка.
– Совсем?
– Только один момент. Ребята говорят, что западнее бурга обстреляли колонну машин. Мол, был большой бой и много убитых. И вроде бы как еще в убитых опознали парней с фермы, что стоит километрах в ста южнее Акраоры.
– Так это они о нашей стычке, что ли, говорят? – удивился Кир. – Быстро слухи дошли.
– Я тоже думаю, что о нас, – кивнул Тонак. – А еще торговцы сказали, что часть этих банд состоит из местных. Потому, мол, и места выбирают для засад хорошо. И налеты совершают удачно.
– Это и так понятно, – сказал Герман. – Непонятно, какого черта они повылазили? Раньше-то сидели на месте.
– А хрен их знает! – махнул рукой Кир.
Герман посмотрел на часы.
– Тонак, надо узнать, что там у Ленца. Нашел фуры и людей?
– Хочешь, чтобы я сейчас к нему поехал? – спросил Тонак.
– Да. Сам доберешься или тебя подбросить?
– Дойду, тут недалеко.
– Мы будем в кемпинге.
Герман поднял кружку с пивом и сделал приличный глоток. Местное мясо было щедро сдобрено специями, и после него все время хотелось пить.
– Компания уменьшилась еще на одного, – вдруг сказал Кир, смотревший на столик у окна. – А теперь и еще на одного.
– Да хрен с ними! Нам, кстати, тоже пора.
– Сперва в туалет заскочу, – встал из-за стола Кир. – А то броник на живот давит.
– Пить надо было меньше.
– На себя посмотри!
Герман усмехнулся и тоже бросил взгляд на столик у окна. Там сейчас сидел только один человек. Равнодушно наблюдал за попытками желающих отнять мясо у леопарда. Потом его взгляд как бы случайно скользнул по Герману и ушел в сторону.
«Похожи на кого или просто не по нраву люди в другой одежде?» – подумал Ветров и кивком подозвал официанта.
– Сколько с нас?
Тот заглянул в свои бумажки и назвал сумму. Герман отсчитал деньги, положил их на стол.
– Сдачи не надо.
Шум у клетки с леопардом немного утих. Очередной претендент на приз потерял палку и едва не потерял палец. Леопард уже привычно вышиб деревяшку и злобно шипел на веселых завсегдатаев, искренне не понимая, почему эти двуногие существа так хотят отнять то, что сами и дали.
Вернулся Кир, довольно хлопнул себя по пузу, вернее – по броне, и проговорил:
– Можем двигать.
– Теперь я прогуляюсь до нужного места, – встал Герман. – Дурной пример заразителен.
– Не дурной, а нормальный. Я буду у бара.
Ветров пошел к туалету, отвлекшись на парочку посетителей, устроивших у бара соревнования по армрестлингу. Кстати, весьма популярному виду спорту в конфедерации и в закордонье.
– Эй, парень! – раздался неподалеку чей-то голос.
Герман не сразу среагировал на него, но голос повторил:
– Эй, здоровяк!
Герман повернул голову.
В трех шагах от него стоял один из четверки, сидевшей у окна. Глядя со злой насмешкой, он продолжил:
– А ты не хочешь попытать счастья?
Ветров почему-то подумал о борьбе на руках и отрицательно мотнул головой.
– Не хочу.
– А придется!
Парень усмехнулся и отступил вбок. И только сейчас Герман заметил, что у клетки с леопардом стоит только один человек – собутыльник этого парня – среднего роста мужик с блеклыми усами и злорадной улыбкой на губах. Причем стоит позади нее. Но главное, дверца клетки открыта и в проеме стоит здоровенный котяра.
В этот момент усатый ударил палкой по решетке, леопард пригнул голову и сделал шаг вперед, выходя из клетки. Вокруг уже было свободное пространство, и желтоватые глаза зверя остановились на том, кто стоял ближе. На Ветрове.
Герман успел бросить взгляд на бар и увидел Кира. Тот стоял чуть в стороне, напряженный, с отведенной за спину рукой, и смотрел не на Ветрова, а окликнувшего его парня.
Ситуация изменилась настолько быстро и неожиданно, что Герман не сразу и врубился. И только когда желтые глаза леопарда взяли его на прицел, он мгновенно понял, что его элементарно подставили под удар. Но зачем и почему?
Что-то выкрикнул бармен, кто-то из посетителей забористо выругался. Кто-то крикнул, что надо стрелять, пока зверь не напал. А потом в зале установилась полнейшая тишина. И все со страхом и долей любопытства следили за противостоянием человека и леопарда.

Пятнистые кошки невероятно быстры, сильны и смертельно опасны. Это все, что знал о леопардах Ветров. Еще слышал, что леопард может завалить крокодила. А на людей никогда не нападает. Если, конечно, не напасть первым или не подойти к детенышам зверя.
Есть одно правило по отношению к большим кошкам: никогда не поворачиваться к ним спиной. Опытные охотники даже надевают на затылок маску с ликом человека, чтобы зверь не прыгнул на спину.
Все это, конечно, интересно и важно, но сейчас никакие советы не помогут. Вся надежда на реакцию, силу и… леопарда. Вдруг сообразит, что не стоит нападать?..
Похоже, что пятнистый кот не испытывал желания прыгать на человека. Стоял у клетки, сверля Ветрова пронзительным взглядом, скалили зубы (немалые, надо сказать) и бил хвостом из стороны в сторону.
Видимо, такое поведение леопарда было не по нраву усатому. Тот ловко ударил палкой сквозь прутья решетки и опять угодил в хвост коту.
Леопард зарычал, оглянулся, не увидел врага и повернул голову к Ветрову. А потом сделал два шага вперед.
В зале все подались в стороны, кто-то вскрикнул. Вид идущего зверя был страшен.
– Да стреляйте! – выкрикнул кто-то.
Ветров тоже сперва хотел достать пистолет, но сообразил, что одна или две пули вряд ли остановят летящее тело весом вод восемьдесят кило. А лишнее движение насторожит зверя.
Он сделал шажок назад, встал чуть боком и опустил руку на рукоятку ножа. Рука вспотела, пальцы едва не соскочили с деревянных накладок.
У бара что-то громыхнуло, раздался стон. Ветров обернуться не мог, понял, что действует Кир. Но против кого?
Усатый за клеткой вдруг бросил палку и резко присел. Деревяшка угодила по спине зверя, тот сперва сделал прыжок в сторону, а потом на Ветрова.

* * *

Прыжок вышел высоким, зверь атаковал голову человека. Выставив обе лапы, он пытался запрыгнуть на плечи и сделать укус своими роскошными зубами.
Ветров ушел вниз и чуть вбок, успев выставить руку с ножом. Реакция у котика, конечно, отменная, но и наемник не лыком шит. Таким прыжком его не взять.
Промахнулись оба. Леопард наскочил на стену, мгновенно развернулся и нашел взглядом врага. Ветров тоже встал, держа нож перед собой и делая пару шагов назад.
Его выпад не прошел даром. Левая передняя нога зверя окрасилась красным. Небольшой порез шел у сгиба ноги. Не смертельно, но неприятно. И запах собственной крови раздражает зверя.
Атаковать второй раз леопард не спешил. Но шаг вперед сделал. Свой последний шаг.
Четыре выстрела в тишине прозвучали как удары колокола. Пули вошли в шею и голову зверю. Того швырнуло в сторону. Леопард жалобно заурчал, взвизгнул и… упал. Пятый выстрел прозвучал особенно громко.
Шилов подошел к леопарду почти вплотную и всадил пулю точно в висок. А потом перепрыгнул бездыханное тело и рванул к дальнему концу зала, где был служебный выход.
Только теперь Ветров опустил руку с ножом и глянул по сторонам. Все смотрели на него и на убитого зверя. И никто не произносил ни слова.
У стойки бара под стулом лежал человек. Кажется, один из странной четверки. Это его Кир уложил отдохнуть, вот откуда грохот. Второй из четверки открыл решетку и натравил леопарда на Германа. А где еще двое?

Вернулся Шилов. Судя по раскрасневшемуся и раздосадованному виду, догнать усача не смог. Не убирая пистолет в кобуру, обвел взглядом толпу и спросил:
– Кто знает этих парней?
Зал молчал. Если кто и знал, признаваться не спешил. Эти двое выглядели, мягко говоря, раздраженными. Еще прихлопнут, не взирая на запреты и кары.
Ветров подошел к лежащему у стойки, повернул лицом вверх. Кир слегка перестарался. Парень едва дышал и не факт, что додышит до утра. Взгляд Германа отметил под ногами немалых размеров нож. Вот почему Кир не сдержал себя.
Ветров разогнулся, посмотрел на бармена.
– Надеюсь, претензий по зверю нет?
– Н-нет, – кивнул бармен. – Вы не виноваты.
– И то хорошо. В таком случае мы уходим.
Кир подошел к стойке, схватил лежащего за руку, но Герман отрицательно качнул головой. Брать с собой полутруп не стоит. А то потом пойдут слухи, что добили его, зачем лишние проблемы?
Кир понял, отпустил руку.
Герман дошел до выхода, обернулся, посмотрел на зверя. Леопард лежал у стены, вытянув передние лапы вперед и запрокинув голову. Вокруг уже все покраснело от крови. Жаль зверюгу. Погиб ни за что. Но лучше уж он, чем Ветров. А еще лучше – усатый гад. Но зачем он это сделал?

8

В скудном свете ламп сгорбленные фигуры грузчиков выглядели настоящими приведениями. Размытые, нечеткие, да еще странно дергающие ногами.
Грузчики сновали между пристройкой и фурой, перетаскивая ящики. Пыхтение и матерки тонули в приглушенном урчании моторов. Особой сноровкой эти люди не обладали, ибо грузчиками стали всего два часа назад.
– Только половину загрузили, – недовольно сказал Ленц. – Уже выдохлись. Надо перерыв сделать.
– Не успеем, – не согласился Герман. – Через полтора часа светило взойдет, и тогда нас заметят.
– Вас так и так заметят на выезде.
– Верно. Но впотьмах могут и не разглядеть, кто едет. А при свете засекут обязательно. Да и вообще надо поторапливаться. Рудокопы молчать будут?
– Будут. Им невыгодно раскрывать рот.
– Хоть это хорошо.
Подошел Кир, посветил фонариком под ноги, отбросил в сторону камешек и перевел взгляд на сновавших грузчиков.
– Успеваем?
Ленц пожал плечами. Он стоял у стены, тяжело навалившись на палку, и с недовольством посматривал то на грузчиков, то на часы.
Сделку провернули буквально два часа назад. Торговцы от общины рудокопов долго думали и сомневались, но все же отдали фуру за приличную плату и небольшую партию самозарядных винтовок.
Оружие пришлось изымать из партии, приготовленной для саймитов, но тут уж ничего не попишешь.
Ленц успел провернуть еще одно дело. А именно найти семь боевиков для выполнения задания. Уж как он это устроил, наемники не знали, но результат оценили. Представитель явно не зря ест свой хлеб с икрой.
Теперь надо было как можно быстрее загрузить фуру и покинуть бург. Причем до рассвета.

За спиной возникла полоса света. На пороге особняка появилась еще одна фигура. Правая рука на перевязи, лицо бледное, но вид воинственный.
Герман разглядел фигуру и спросил:
– Как плечо?
– Ничего, – ответила фигура голосом Тонака. – Доктор повязку на плечо наложил, пару уколов сделал и сказал, что скоро заживет.
– И то хорошо, – ворчливо произнес Ленц. – Мог бы без головы остаться. Ладно они, а ты-то знаешь, что ночью одному лучше не шляться!
Тонак промолчал. Виноват, конечно, но кто же знал, что так выйдет?
– Живой, это главное. А с теми гадами я еще посчитаюсь!
– Как же! Счетовод нашелся! Ты их найди сперва.
– А вот кстати! – вставил Кир. – Действительно, найти бы их! Узнать, кто это все устроил?
Представитель махнул рукой.
– Бестолку. Если сразу не узнали, теперь и подавно. Они что, по-твоему, в бурге сидят? Давно слиняли, как поняли, что ничего не вышло.
– Но что-то им надо было?
– Кто знает? Либо это местные палки в колеса вставляют. Либо какая-то дикая шелупонь.
– Очень уж нагло себя вели.
– А шелупонь всегда наглая. Пока не проучат.
Тонак кивнул, поддерживая слова Ленца, и осторожно погладил забинтованное плечо.

Его перехватили на полпути к особняку. В узком переулке, куда почти не доставал свет фонарей. Две фигуры вылетели из темноты: одна спереди, другая сбоку. И синхронно прыгнули на одинокого путника.
К счастью, путник шел сторожко, глядя по сторонам. И рывок фигур разглядел. Правда, два удара он пропустил. Но сумел ответить пинком и выстрелом из пистолета.
Вроде в кого-то попал, во всяком случае, стон услышал четко. Противники поняли, что с налета путника не взять, и растворились в темноте. Но один из нападавших уходил с трудом.
Тонак преследовать их не стал, самому было дурно, порезали его неплохо, правый рукав куртки залило кровью. Кое-как замотав рану, он поспешил к особняку.
Нападавших Тонак признал. Парочка из той компании в трактире. Но вот почему напали – тут он терялся.

Через час погрузка была завершена. Фуру закрыли и поставили под навесом.
Новоявленные грузчики после короткого отдыха и спешного завтрака вновь стали теми, кем и были на самом деле – боевиками.
Наемники в это время вместе с Ленцем и Тонаком прикидывали маршрут движения.
– Едете на юг до Палевой рощи. Это километров двадцать. Там поворачиваете на восток и по дуге до Глейда. Реку пересекаете по мосту, а потом на север, к низине.
– Точно. У низины нас будут ждать саймиты.
– Патрулей стражи там быть не должно, далековато от бугра. – Ленц с некоторым сомнением смотрел на самодельную карту. – Хотя кто их знает? Сейчас могут появиться в любом месте. Но меня больше мост волнует. Там уж точно должен быть пост.
– А брод поблизости есть? – спросил Кир.
– По броду фура не пройдет.
– Тогда придется с боем, – резюмировал Герман. – Иначе никак. Не решим вопрос миром, пойдем напролом. У нас выхода иного нет.
Он повернулся к Тонаку.
– Ты точно сможешь ехать?
– Смогу, – кивнул тот. – Плечо заживет. Пару дней поберегу и все.
– Пару дней… ладно, как знаешь.
Ленц взглянул на часы.
– Пора выезжать. Скоро светать начнет.
– Кто едет с нами?
– Четыре человека. Больше никого нет, этих-то с трудом нашел.
– Что за люди?
– Неплохие, – хмыкнул Ленц. – Парни с опытом. Работали здесь. Меня на них Дашелда вывел.
– Ладно, разберемся. Пошли.
Во дворе уже заканчивалась подготовка к выезду. Шесть внедорожников, шесть большегрузных машин и фура с заведенными моторами стояли в три ряда. Возле них сновали боевики.
– Внушительный караван, – покачал головой Кир. – Неплохая маскировка.
– Лишь бы сработало, – хмуро отозвался Герман. – А то все труды насмарку.
– Проскочим. И не из таких передряг вылезали.
Их окликнули. Наемники обернулись и увидели ковыляющего Ленца и незнакомого человека.
– Вот, – сказал Ленц, – Харм. Старший группы охраны. Он и его люди поедут с вами.
Герман бросил на Харма внимательный взгляд. Да, хорошего «охранника» подыскал Ленц.
Темно-зеленая куртка и такого же цвета брюки. Под курткой черный свитер. На ногах сапожки. На голове черный платок-бандана, на шее галстук наподобие пионерского. На плече самозарядка «зак-12» последней модификации: удлиненный магазин на двадцать пять патронов, складной приклад, рукоятка управления из пластика, а не из дерева.
Одного взгляда хватило, чтобы понять, что за тип стоит перед наемниками. Легкий прищур карих глаз, ухмылка на губах, печать жестокости и злости на лице.
К этому типу поворачиваться спиной категорически противопоказано. Всадит нож или пулю без колебаний.
Герман перехватил взгляд Харма, несколько секунд держал его, потом едва заметно кивнул и задал вопрос:
– В деле бывал?
– Бывал, – с жесткой усмешкой ответил Харм. – И не раз.
– А твои люди?
– Тоже. Вместе работали.
– Вы на машине?
– У нас «ВЕН».
– Неплохо! Вооружение?
– Винтовки, пистолеты, гранаты. Был пулемет, но… в общем, больше нет.
– Пулемет дадим.
Герман всматривался в боевика, и чем дальше, тем больше тот не нравился. Такое бывает – человек с первого взгляда вызывает неприязнь. Но других людей нет, и не будет.
– Задачу знаете?
– Знаем, сказали, – чуть менее жестким тоном ответил Харм.
Он тоже оценил стоящего перед ним человека и понял, что тот битый волк. Такой сесть себе на шею не даст, а в случае чего пустит в ход кулаки и оружие не задумываясь.
– Везем грузы, – объяснил Герман. – Сперва саймитам, потом на восток рудокопам. Это все, что вам надо знать, остальное наша забота. Задача: охранять груз от нападения кого бы то ни было. Напасть могут в любой момент, так что быть настороже. Во всем слушать нас. Понятно?
Харм кивнул.
– Понятно, спрашиваю? – повторил Герман, подпуская в голос металла.
– Понятно, – неохотно ответил Харм.
– Тогда готовьтесь. Выезжаем через десять минут.
Боевик отошел. Герман проводил его взглядом и повернулся к Ленцу.
– Где ты его нашел?
– В бурге. Его группа приехала только вчера.
– И чем они занимались? – задал вопрос Кир.
Ленц пожал плечами.
– Не знаю. Работали здесь. Их где-то потрепали, троих или четверых уложили. Вот они и приехали. Знают Дашелду, тот и посоветовал.
– Ладно, – Герман пожал руку Ленцу, – жди товар от саймитов. И попроси Дашелду или Недамира, чтобы прислал еще людей. А то так и будешь…
«Всякую шваль подбирать», – хотел сказать Герман, но передумал. В голову вдруг пришла мысль, что этих парней прислали специально. В качестве наблюдателей и противовеса. Интересно, Тонак в курсе?
– Все, – закончил он. – Поехали.
Большой караван, как и ожидали наемники, наделал шуму на выезде из бурга. Стража смотрела на вереницу машин выпучив глаза, но останавливать не стала. Караван ведь шел на юг, к границам конфедерации.
Возле Палевой рощи сделали остановку. Здесь дорога разветвлялась аж на три части, одна шла на юг, вторая – на восток, третья – на запад.
Герман послал двух парней из группы Харма на разведку. Те добросовестно осмотрелись и доложили: «Все спокойно». Только тогда Ветров дал команду основному каравану продолжать движение к границе.
Теперь караваном командовал один из помощников Ленца.
– Не спешите особо, – сказал ему Герман. – Пусть вас заметят как можно позже.
– Ясно.
– Спасибо за прикрытие.
На том и расстались. Караван пошел дальше, а три джипа и фура повернули на восток.

* * *

Боевиков Харма Герман рассадил в «ВЕН» и отремонтированный «тагерт». Отдал им один пулемет. Второй – их собственный – остался в «декторе».
За руль фуры сел Кир, имевший опыт вождения таких машин. Он быстро разобрался с управлением и уверенно повел грузовик по грунтовке.
Небольшая колонна, постепенно набирая скорость, покатила на восток. Впереди ехал «тагерт» с пулеметом, за ним «дектор», фура, и замыкал строй «ВЕН».
Пройдя семь километров, повернули на север и дальше пошли по дуге. До места встречи с саймитами оставалось чуть меньше тридцати километров.
– Как плечо? – спросил Герман Тонака, когда колонна повернула на север.
– Дергает и ноет. Но жить можно. Рукой двигаю, – усмехнулся тот.
– Что сказал доктор?
– Нож прошел по кости, но сосудов не тронул. Заживет.
Герман глянул в зеркало заднего вида. Тонак сидел посредине сиденья, держа левой рукой ствол «литмера». Правая лежала на коленях. Повязку Тонак снял и теперь осторожно пробовал двигать рукой, разминая ее.
– Откуда у Харма радиостанция? – вдруг спросил Герман, продолжая смотреть на Тонака.
Тот вскинул брови, удивленно посмотрел на Германа, встретил его взгляд в зеркале и стушевался.
– Ленц дал, – после паузы все же ответил он.
– Дал Харму?
– Мне. Для связи. А я отдал Харму.
– Чтобы хранил, – с ехидной усмешкой уточнил Герман. – Ты помнишь, о чем мы договаривались?
– Помню, – неохотно ответил Тонак. – Но это приказ Недамира.
– А от нас скрыть тоже он приказал?
Тонак не ответил, но его молчание было лучше любых слов.
«Вот так. Не доверяет нам больше спасенный дружок, – подумал Герман. – Видимо, подробности разговора с саймитами и со стражей бурга навели его на кое-какие мысли. А Харм со своей гоп-компанией должен присмотреть за нами. Весело. Теперь только не прозевать момент, когда Харм получит приказ на наше устранение…»
– Связь с Недамиром постоянная? – задал он вопрос.
– По времени. Утром и днем.
– Хорошо. Может пригодиться. Если саймиты захотят что-то изменить или сделать новый заказ.
Тонак кивнул.
– Тогда на тебе все новости из конфедерации, – продолжил Герман. – А то никаких сведений.
– Понятно, – с некоторым облегчением ответил Тонак.
Он боялся, что Ветров потребует отдать радиостанцию или попросту уничтожит ее. Это Недамиру легко отдавать приказы, сидя в Дардавере или Имтернаре. А Тонак видел наемников в действии и знал, насколько страшны они в бою. Тут и Харм с дружками не сладит.
Тонак думал, что Ветров продолжит расспросы, но тот замолчал, и до самого Глейда в машине сохранялась тишина.

Мост разглядели издалека. Основательное деревянное строение с двумя опорами и невысоким ограждением. Движение по нему только одностороннее.
Герман и Кир сами провели разведку. Рассмотрели в бинокли мост и подходы к нему. Признаков присутствия людей не заметили. Да и негде особо им скрываться. Берега реки чистые, кустарник редкий, деревьев поблизости нет.
– Либо он на хрен никому не нужен, либо забыли, – констатировал Кир.
– Странно. Мост, можно сказать, стратегический, только по нему пройдут грузовики. Перекрой дорогу – и придется ехать в обход. А это время и расход бензина.
– Так тут тебе не театр военных действий! И даже не локальный конфликт. Так, междоусобица… Но осторожность соблюсти надо.
Осторожность соблюли. «Тагерт» на полной скорости проскочил мост, проехал метров триста и встал на небольшом взгорке, взяв всю окрестность под контроль. После этого мост миновали «дектор» и фура. А в замыкании прошел «ВЕН».
Никто не выскочил из-под земли, не нарисовался на горизонте, не выплыл из-под воды.
– И на том спасибо, – прокомментировал Кир.
Отсутствие стражи вселяло небольшую надежду, что и дальше неприятных сюрпризов не будет.

9

Щаракер – старший группы саймитов – скалил зубы в злой усмешке. На смуглом, изрытом оспинами лице оскал выглядел вполне гармонично. Как и по-волчьи заостренные зубы, имевшие цвет табака.
– Триста винтовок, двести пятьдесят пистолет-пулеметов, к каждому стволу по три магазина. Ручные пулеметы «боккер» – пятьдесят штук. Патроны: по тысяче на винтовку и «литмеры» и по две тысячи на ручники. Запасные детали. Гранаты – семьсот штук. Форма и обувь – триста комплектов. Медикаменты, перевязочные материалы.
Герман сверился со списком, отчеркнул карандашом несколько строчек.
– Сверх комплектации двадцать радиостанций УКВ, запасное питание к ним.
Щаракер все скалил зубы, словно Ветров говорил что-то смешное. Потом протянул руку к бумаге. Герман отдал список.
– Почему винтовок так мало?
– Сколько заказывали минус двадцать единиц. Дали взятку за фуру. Иначе бы все не привезли.
– Мы заказывали пятьсот.
– Понятия не имею, сколько вы заказывали. Что было – все здесь. Считать будете?
Щаракер взглянул на Ветрова, чуть помедлил и покачал головой.
– Раньше не проверяли. А сейчас посмотрим пару ящиков.
– Хоть всю фуру. Кстати, она тоже ваша. Но за отдельную цену.
Саймит бросил взгляд на стоявшую в стороне фуру.
– Берем. У нас нет машин, чтобы перегрузить все.
– Мы так и думали. Пошли смотреть груз.
Стоявший возле фуры Кир открыл задние дверцы.
– Залазь. Винтовки слева, пулеметы справа. «Литмеры» и патроны в глубине.
Щаракер залез в кузов, подошел к ближайшему ящику и ловким движением открыл замок. Поднял крышку, несколько секунд смотрел на винтовки, потом вытащил одну.
Кир перехватил взгляд Германа и подмигнул. Ветров ответил кивком. Пока все шло как надо.

…Саймиты приехали на встречу на четырех машинах: два внедорожника и два багга. Багги встали по краям низины, а внедорожники спустились вниз. Туда же вскоре подъехали фура и «дектор». «ВЕН» и «тагерт» остались наверху.
Перед самой встречей Герман провел короткий инструктаж. Харма с напарником отрядил прикрывать слева, а вторую пару следить за дорогой. И хотя сделки с саймитами всегда проходили мирно, Ветров решил не расслабляться. Саймиты не те люди, которым можно всецело доверять.
Тонака оставили в «декторе». Скорее как отвлекающий фактор, а не реальную помощь.
Но пока все шло спокойно, без осложнений. Хотя вид Щаракера и его подручных не вызывал никакого доверия. Самые настоящие бандиты и головорезы. С такими ухо надо держать востро.

Щаракер клацнул затвором, вскинул винтовку вверх и нажал на спуск. Довольно погладил ствол.
– Хорошо. Новые совсем. А магазины какие?
– Стандартные, на двадцать патронов.
– А почему нет удлиненных?
– Какие были.
Старший саймит положил винтовку обратно, аккуратно закрыл крышку и спрыгнул с кузова на землю. Его взгляд остановился на «калашникове» Германа.
– А это что такое?
– Опытный образец.
– Можно посмотреть?
– Нет.
Щаракер криво усмехнулся.
– Нет, так нет.
– Ваша очередь показывать товар, – сказал Герман.
Саймит махнул рукой, подзывая кого-то из помощников. Из внедорожника вылез рослый парень с портфелем в руке. Внешне он походил на уроженца конфедерации или лесовика. Кожа белая, волосы светлые, черты лица правильные. Еще один бандит на службе у саймитов.
Парень подошел к фуре, поднял портфель на уровень груди, расстегнул замки. Щаракер вытащил целлофановый пакет черного цвета.
– Героин высшей очистки. Посмотришь?
Герман взял пакет, подцепил заклеенный кончик и осторожно оттянул его. Белый порошок без вкраплений. Драгоценная дрянь, которая отнимает сперва деньги, а потом и жизнь.
– Хорошо. Вес проверять не стану, думаю, все точно.
– Не сомневайся.
– Тогда меняемся. – Ветров вытащил из кармана ключи от фуры, протянул их Щаракеру, а другой рукой взял у парня портфель. – Дело сделано?
– Да.
Щаракер вновь посмотрел на автомат. Потом перевел взгляд на разгрузку, бронежилет, форму. Все это видел в первый раз – понятно, что стало интересно.
– Тогда бывайте. И на обратном пути осторожнее. В прерии появились банды, нападают на всех подряд.
– Мы слышали, – вдруг улыбнулся Щаракер. – И даже видели одних. Но на нас они не напали. А банды сколочены здесь, в прерии. Это местные. Спешат урвать кусок, пока сюда не пришли мы. Когда эти земли войдут в республику, бандитов уничтожат.
Герман подивился столь патетической речи боевика, но свое мнение оставил при себе. Пусть думает, как хочет.
– Мы ждем новые партии, – на прощание сказал Щаракер и махнул рукой.
Светловолосый парень влез в кабину фуры, завел мотор и осторожно повел машину вперед, приноравливаясь к управлению.
Герман проводил ее взглядом, подождал, пока саймиты сядут во внедорожники, и пошел к «дектору».
Кир уже сидел за рулем. А Тонак опустил «литмер» и откинулся на спинку.
– Дело сделано, – объявил Герман. – Лови.
Он бросил портфель на заднее сидение. Тонак открыл замки, заглянул внутрь и довольно улыбнулся.
– Поехали.
У моста через Баом в трех километрах от Акраоры их ждала машина Ленца. Помощник представителя забрал портфель и сказал, что власти бурга запретили все сделки с саймитами. На неопределенное время. Кроме того, начат сбор отрядов для защиты границ с саймитами. А с приграничных земель откочевывают все стада. Население нескольких ферм эвакуируют.
– Это пока только здесь, – добавил помощник. – Но другие общины тоже могут запретить отношения с саймитами. Ленц просил передать, что вам надо спешить.
– Благодарю за ценные указания, – процедил Герман. – Передай: мы тронуты его заботой.

– Ну что, продолжаем игру в кейперов? – спросил Кир, когда помощник Ленца уехал. – Или хватит?
– Доедем до Эхагана, а там видно будет, – предложил Герман. – С Тонаком мы туда быстрее доберемся. Нам надо в Пыльный треугольник. Если Тонак или Харм покажут дорогу – хорошо. Нет – будем искать проводника. Черт! Не вовремя эта заварушка!
– Проскочим. Не в первый раз.
– Надеюсь…
Надеждам не суждено было сбыться.
За Глейдом пошла неровная местность: сплошь горки, низины, овраги. Ровные поля сменились редколесьем. Дорога сузилась, стал прыгать вверх-вниз.
Вот на одном таком «взлете» наемники и увидели идущую параллельным курсом машину с открытым кузовом. И пулемет в нем. Что характерно, ствол пулемета смотрел в их сторону.
Через полкилометра дорога нырнула вниз и выскочила на открытое место. С правой стороны стояли невысокие деревья с раскидистой кроной. Между ними затаился еще один внедорожник. А возле него три человека с оружием в руках.
При виде колонны они засуетились, закрутили головами, а потом дружно попадали вниз. И в этот момент застучал пулемет.
Кир моментально свернул влево, увел машину вниз, в канаву, проскочил еще метров двадцать и затормозил. Герман успел крикнуть Тонаку: «Держи машину», а сам рванул назад.
Боевики Харма тоже среагировали быстро. Увели машины из-под обстрела в канаву, повыскакивали из них, но открывать огонь не спешили.
Герман подлетел к «ВЕНу», окликнул одного из боевиков (Кортел, кажется) и приказал:
– За мной!
Тот промедлил, поискал взглядом Харма. Старший боевик подполз к дороге и приготовился стрелять.
Ждать, пока боевик растормозится, было некогда, Герман рванул дальше вдоль канавы.
С той стороны захлопали выстрелы винтовок. Пулемет стал бить короткими очередями. Пули стригли траву на обочине, свистели над головами боевиков.
Кир отполз чуть в сторону и осторожно выглядывал из-за укрытия, выискивая цель. Но противник был скрыт деревьями и кустарником. Придется работать не глядя, отвлекать внимание на себя, пока Герман сделает рывок во фланг. А как там парни Харма? Вроде начали стрелять. И то хорошо…

Дурацкая засада вышла. С погоней и преждевременным обнаружением. То ли не ждали «гостей», то ли решили брать в последний момент. Да и особым умением противник не отличался. Работал по простой схеме: вижу – стреляю. Весь расчет на внезапность и плотность огня.
С внезапностью вышел прокол, хотя огонь и вправду плотный. Стволов шесть работают, не считая пулемета. Только вот охранение выставить не удосужились и за флангами не следят. Правда, близко к ним не подойти, открытое место. Но это и не обязательно, можно и отсюда. Только вон за тот куст сесть, и все.
Герман в два прыжка преодолел расстояние до следующего укрытия и прикинул расстояние до внедорожника с пулеметом. Тот стоял метрах в семидесяти от второй машины. Можно работать…

Дважды Харм бывал в подобных стычках и оба раза они кончились плохо для его группы. Первый раз он потерял весь товар, во второй – трех человек убитыми и одного раненым. Конечно, нападать самому легче. Особенно внезапно и на тех, кто не готов к отпору.
В любом случае новичком в таких делах Харм не был. И голову не терял. Он вовремя скомандовал уйти в канаву, верно оценил обстановку. И первым открыл ответный огонь. Правда, бить пришлось не глядя: вражеские пули буквально свистели над головой.
Его ребята с некоторым промедлением тоже начали стрелять. А Харм стал смотреть по сторонам, решая, что делать дальше. Их положение невыгодное, противник просто задавит огнем. И выхода пока что не видно.
Один из наемников куда-то убежал. Да еще хотел Кортела с собой прихватить. Второй отполз в сторону и что-то делает со своим оружием. Тонак на краю оврага с «литмером».
А враг лупит и лупит. Хреново! Еще перестреляют их тут.
Харм сменил магазин винтовки и вновь полез к краю канавы. Повернул голову влево. Что этот парень делает? Что за черт?
Наемник вскинул свое оружие, раздался легкий хлопок, едва слышимый в грохоте стрельбы. А через секунду на той стороне дороги среди деревьев жахнул взрыв. Чем же он стреляет?..
Харм не успел додумать до конца, когда громыхнуло еще раз. А потом еще.

Граната рванула прямо перед внедорожником. Пулемет враз замолчал, стрелок либо ранен, либо убит. И тот, кто сидел у переднего колеса, тоже упал.
Герман вставил вторую гранату, чуть изменил прицел и выстрелил. Третий стрелок как раз высунулся из-за дерева, а потом нырнул обратно. Плохо, осколки его не задели. Герман перекинул автомат и стал стрелять одиночными, кладя пули рядом с деревом.
Кир тоже отработал гранатами, сейчас наверняка сделает рывок вперед через дорогу. Хоть бы прикрыли его. На Харма и его мудаков надежды мало, но Тонак может.
Третий стрелок больше не появлялся. И вообще огонь противника стих. Надо их поджимать, пока не пришли в себя. Герман прикинул расстояние до ближайшего дерева и выскочил из-за куста.

Из пробитого бензобака била тонкая струя прямо на сапоги убитого. Тот лежал на спине, запрокинув голову и зажав руками грудь. Из-под пальцев проступила кровь.
– Узнаешь?
– Нет.
– Этот тип был в трактире. Когда на тебя леопарда натравили, он стоял рядом со мной, хотел ножом пырнуть. – Кир толкнул голову трупа, поворачивая ее набок. – Вон синяк за ухом. Я тогда влепил.
Герман подошел к кузову и заглянул в него. На полу под станиной пулемета лежал второй труп. У этого осколки разнесли пальцы и кисти рук. А пуля прошила шею. Лицо в крови, толком не разглядеть, но усы видны хорошо.
– Все верно. Этот гад и выпустил леопарда. Так что, они на нас специально охотились?
Кир пожал плечами.
– Если бы следили, мы бы их заметили. Думаю, случайно нарвались. Видимо, три машины им показались хорошей добычей. Только сил не рассчитали.
– Я видел этих ребят в Акраоре, – вставил Харм. – Они несколько раз приезжали туда, товар сбывали ну и высматривали…
Герман бросил на Харма хмурый взгляд. Обошел машину с другой стороны, встал возле дерева, за которым прятался третий стрелок. Ствол побит пулями и осколками, в траве гильзы и следы сапог. Сам стрелок ушел. Повезло гаду.
– Еще один труп там, – махнул рукой вперед Кир. – Я его из подствольника снял. Остальные слиняли. Сегодня не их день.
– Повезло, – протянул подошедший Тонак. – Я думал, зажмут на хрен!
Кир насмешливо взглянул на него и фыркнул:
– Кишка тонка!
Бой вышел коротким и несколько сумбурным. Налетчики обрушили на колонну шквал огня, но как только наемники ответили из подствольников, противник дрогнул. Не ожидал столь быстрого и мощного ответа. А главное – не понял, какое оружие против него используют.
В результате произошло то, что уже было раньше: противник сбежал, бросив убитых и поврежденную технику. Нападавшие отличались беспримерной наглостью, но стойкость и умение вести сложный бой не входили в число их достоинств.
Тонак подобное уже видел, но для Харма и его людей такое развитие событий было в новинку. И сейчас они несколько растерянно смотрели на наемников.

– Ладно, хватит пялиться, – сказал Герман. – И так время потеряли.
Он подошел к Кортелу и вперил в него свирепый взгляд. Боевик немного смутился, но тут же нагло выкатил глаза и неприязненно бросил:
– Что надо?
Герман нанес молниеносный удар ладонью по челюсти боевика. Бил без замаха, но попал точно под ухо, и боевик не устоял на ногах. Такой удар хорошо оглушает и человек на некоторое время теряет ориентацию.
Стоявшие рядом Нурмер и Венд дернулись было, но под свирепым взглядом Ветрова застыли на месте.
Кортел с некоторым трудом встал. В голове звенело, перед глазами прыгали блестки.
– Когда я отдаю приказ, его надо выполнять сразу! – раздельно произнес Герман. – Не оглядываясь на других. Тем более в бою!
– Ты…
– Здесь отдаем приказы мы! И выполнять их надо точно! Ибо промедление может стоить жизни и не только нам, но и вам!
Харм, на глазах которого так жестко наехали на его человека, тоже хотел вступиться и отшить наглого наемника. Но потом бросил взгляд на Кира и передумал.
Шилов стоял чуть в стороне, держа автомат на уровне пояса. Ствол смотрел на Харма. В глазах наемника неумолимая решимость открыть огонь при малейшем подозрении на неповиновении.
Ветров перевел взгляд на других боевиков и с нажимом повторил:
– Здесь приказы отдаем мы! Это было обговорено еще в Акраоре. Нравится вам это или нет! В следующий раз я пристрелю того, кто промедлит или сделает вид, что его не касается! Если не устраивает – проваливайте к чертовой матери! Всем ясно?
Его взгляд зацепил Харма, и тот невольно отвел глаза. Да, этот парень способен пристрелить неугодного. Пожалуй, он и его друг – настоящие головорезы. И привыкли решать все споры одним способом.
– Больше повторять не буду! – закончил Герман. – Кому-то не ясно?
Ответом была тишина. Боевики не привыкли, что на них так давят, но возражать не посмели. Видели, на что способны эти люди в бою, и не хотели на себе испытать их гнев. Однако злобу затаили.
– Поехали! – бросил Герман и первым пошел к машинам.
– Сообщить Дашелде и Недамиру? – спросил Тонак, когда они выехали.
– Зачем? – ответил вопросом Герман. – С этими громилами мы и сами справимся. Либо будут делать, что сказано, либо пойдут куда подальше.
– Харм сильно зависит от Дашелды? – задал вопрос Кир.
Тонак немного подумал и кивнул:
– Да.
– Тогда не слиняет при первой возможности. Кстати, чем они промышляли здесь?
Тонак отвел взгляд и после паузы неохотно ответил:
– Работали на перевозках. Потом сами… Выполняли отдельные заказы.
– Налетчики, что ли? – скривил губы Кир.
– Ну-у… почти.
– Охотники за головами? – догадался Кир.
Тонак едва заметно кивнул.
Наемники переглянулись. Вот так удружил Дашелда! Подсунул отъявленных подонков! Ловцов людей. То-то так сверкали глаза Харма при знакомстве. Видимо, он слышал, что наемников называют кейперами. Коллеги, так сказать.
Кстати, если следовать легенде, земляне должны разобраться с ними. Ведь боевики были конкурентами кейперов. А те не прощали таких вещей. Может, еще и поэтому Харм так осторожен в обращении с наемниками?
– Хрен с ними! – сказал Герман. – Будут делать, что сказано – хорошо. Нет – разговор короткий.
Тонак с уважением посмотрел на него. Решительность и жестокость всегда в почете, если подкреплены реальными делами. А что наемники слов на ветер не бросают, он уже знал.

Впереди теперь ехал «тагерт» с пулеметом. Следом «дектор» наемников, а замыкал колонну «ВЕН». Герман приказал отвечать огнем на огонь, кто бы его ни открыл. Похоже, подобные стычки становились в прерии обычными.

10

Стала барахлить связь. Голоса ведущих акраорского радио все чаще прерывались шипением и треском. Либо пошла зона атмосферных помех, либо проблемы у передающей станции. Впрочем, худо-бедно, но кое-какие новости наемники узнали.
Похоже, общины скотоводов окончательно разрывали отношения с саймитами. По крайней мере все торговые сделки с ними отменялись. Их появление на землях общин стало нежелательным.
Также стало известно, что за Нетеяжем идут настоящие бои между саймитами и рудокопами. Северяне вторглись на территорию поселений общины Энегард и теснят тех к горам.
Создавалось впечатление, что все закордонье постепенно погружается в пучину хаоса. Когда все воюют против всех. И нет ни порядка, ни правил.
По большому счету в такой ситуации продолжать миссию не имело смысла. Не факт, что те же рудокопы или саймиты не захватят грузы деловых людей. Былые договоренности теряют силу, а угрозы прекратить поставки уже не действуют.
И будь планы наемников чуть иными, они бы уже бросили бессмысленное брожение по прерии и рванули прочь. Но им кровь из носу надо попасть в Пыльный треугольник. И пока интересы Салавара и Дашелды совпадают с планами землян, надо вести игру. До того момента, когда статус-кво изменится.

* * *

Вопреки ожиданиям, вояж на северо-восток проходил спокойно. Никто не обстреливал из засад, не вылетал внезапно из-за деревьев и холмов, не преграждал дорогу.
Встречные машины мирно проскакивали мимо. Хотя сидевшие в них люди оружие из рук не выпускали. И стада коров, буйволов, быков кочевали по полям. Правда, пастухи тоже держали винтовки наготове.
Несколько раз наемники замечали следующие параллельным курсом машины. Те либо проскакивали вперед, либо уходили за пределы видимости. Однако никаких попыток подойти ближе не предпринимали.
А может, погода заставила позабыть о вражде и раздорах. По небу пошли свинцовые тучи, задул сильный ветер, похолодало. Иногда накрапывал мелкий дождь.
Дважды делали остановки. Один раз на обед, второй раз меняли на «ВЕНе» спустившее колесо. Оба раза управились за полчаса.
Наемники ждали от Харма и его парней какой-нибудь выходки, но те на рожон не лезли. Либо урок пошел впрок, либо Тонак сумел втолковать, что все попытки выяснить отношения ни к чему хорошему не приведут.

Населенных пунктов избегали, лишний раз обозначать свое присутствие было необязательно. Но когда до Эхагана оставалось не больше пятидесяти километров, наемники решили заехать на какую-нибудь ферму. Пополнить запас воды и просто узнать новости. Ибо радио окончательно сдохло еще час назад.
Тонак, неплохо знавший эти места, назвал ферму Жердега. Не так далеко от дороги, да и хозяин знает Тонака в лицо. По нынешним временам очень даже кстати.
Колонна свернула направо и пошла по хорошо накатанной грунтовке к темневшему впереди гаю.

Ферма находилась в двух километрах от гая за длинным извилистым оврагом. Сам овраг наглухо зарос зеленью и служил пристанищем целого выводка седловиц – местного аналога щитомордника.
Наемники остановили машины на краю гая и несколько минут рассматривали жилище Жердега в бинокли.
Три дома, один из них двухэтажный. С десяток строений разных размеров, три длинных коровника. Слева от коровников загон, отгороженный забором в рост человека. Два колодца у дома. Большой прямоугольник возделанного поля, сад. За деревьями виден край пруда.
Загоны пусты, возле коровников тихо. И никакого движения у домов. Ферма, рассчитанная на проживание как минимум двадцати человек, словно вымерла.
– Это нормально? – спросил Тонака Герман.
Тот опустил бинокль и задумчиво почесал переносицу.
– Что коровники пусты – да. Стада в поле, а это может быть и пять, и пятнадцать километров отсюда. В доме только женщины и дети. Но почему их не видно – не знаю.
– Спят?
– Днем? Скоро обед, вот-вот вернутся мужчины. Нет, там сейчас должны все работать. Накормить с десяток человек и собрать еды еще на десяток… Тут не до сна.
– За деревом у колодца машина, – подал голос Кир. – «Дектор». Какие машины у Жердега?
– Не помню, – отозвался Тонак. – Пара машин точно есть, может, и больше.
– Следов разрушений нет, трупов не видно, все чисто.
Герман кивком подозвал Харма. Тот подошел, с настороженностью посмотрел на Ветрова.
– Мы двигаем к ферме, вы сидите здесь. Спрячьтесь за деревьями и ждите, пока не приедем. Если что – действуйте по обстановке. Ясно?
– Ясно.
– И не так, как в тот раз.
Харм нахмурился, со злостью посмотрел на Ветрова.
К ферме ехали медленно, внимательно глядя по сторонам. Когда машина доехала до края загона, Герман вытянул вперед руку.
– Давай к крайнему дому, встань за стеной. Начнем с него, а там как пойдет. Тонак.
– Да.
– Ты у машины. Внутри не сиди, лучше будь поблизости. Плечо не подведет?
– Ничего.
Внедорожник докатил до дома и встал. Наемники быстро выскочили из него, взяли автоматы на изготовку и подошли к краю стены. Герман заглянул во внутренний двор.

Тишина. Никого. Но на земле следы обуви, а на крыльце дома подсохшая грязь.
Герман обернулся к Киру, рукой указал ему на дверь дома, а потом ткнул пальцем в себя и на дверь двухэтажного здания. Мол, ты сюда, я туда.
Кир кивнул, перекинул автомат за спину и вытащил «стечкин». В ограниченном пространстве пистолет удобнее длинноствольного оружия.
Герман выждал, пока Кир не исчезнет за дверью, и пошел вперед.
За дверью была прихожая с двумя рядами вешалок, подставкой для обуви и длинным шкафом. На половике тоже следы грязи, они вели в комнату.
Следующее помещение – гостиная. Заставленная мебелью, с большой люстрой под потолком, с занавешенными тяжелыми шторами окнами. Здесь тоже никого. А на столе в центре комнаты тарелки, столовые приборы, кастрюля. На краю стола лежит рюмка. Случайно уронили?
Ветров прислушался. Показалось, или вправду был звук? Странная какая-то ферма. Неужели хозяева убежали, заметив машины у гая? Ничего иного в голову не приходит.
Из гостиной на второй этаж шла лестница. Ветров немного подумал, потом решил до конца осмотреть все внизу, а уж потом идти наверх.
Слева была дверь на кухню. А в противоположной стене занавешенная узорным полотенцем арка. Герман заглянул в арку – там был глухой закуток, заставленный шкафами. После этого подошел к двери на кухню и толкнул ее.
И увидел нацеленный в лоб ствол пистолета.
– Замри! – раздался приглушенный голос.
В кухне было довольно темно, и Ветров с трудом разглядел прищуренные глаза и скрытое под платком лицо. А потом и рослую фигуру в темной одежде, стоящую в проеме двери.
«Глупо, – мелькнула мысль. – Поспешил – и влип. Успею отыграть?..»
Сзади прозвучали шаги, в спину уткнулся твердый предмет.
– Пшел вперед! И тихо.
Герман шагнул в раскрытую дверь, кося глазом на отходившего назад человека. Обычная одежда, сапоги, на лице платок. Рост средний, телосложение тоже среднее. Пистолет держит уверенно, ствол смотрит в лицо.
Похоже, вопрос с хозяевами отпадает. Эти хлопцы на добрых гостей никак не тянут.
– Кто такие и зачем сюда приехали? – прозвучал за спиной грубый голос.
Говоривший был пониже Германа, звук шел на уровне плеч.
– Бензин хотели купить.
В комнату вошел кто-то третий.
– Чего копаетесь? – прозвучал басовитый рык. – Валите его и уходим. Скоро пастухи вернутся.
– Смотри, Марл, какое оружие!
– Идиот, я же говорил – без имен! Сними с него это и пистолет тоже.
В висящем на стене зеркале Герман заметил стоявших за спиной громил. Один и впрямь невысокий, второй где-то с Ветрова ростом. У них тоже на лицах платки. Стеснительные ребятки. У каждого на плече винтовка, у высокого еще и пистолет за ремнем.
– На нем что-то надето, – проговорил невысокий. – Жилет, что ли? А ну давай!
Он дернул за автомат, заставляя Германа чуть повернуть корпус.
– Живее!
Герман пошатнулся, сделал шаг вперед.
– Эй, ребята, спокойно! Я сам все отдам. Убивать не надо.
– Заткнись! Снимай это!
Под «это», видимо, понималась разгрузка.
Герман сделал еще полшага вперед. Стоявший перед ним бандит чуть опустил оружие, потом шагнул к Ветрову и протянул руку к «стечкину».
– Твоя игрушка тебе больше не понадобится.

* * *

Пистолет – оружие ближнего боя. Чаще всего его применяют на небольшой дистанции. Конечно, бывают исключения, когда стреляют и на двадцать, и на тридцать метров. В тире вообще можно бить хоть на пятьдесят.
Но мало кто знает, а тем более понимает, что пистолет в основе своей предназначен для рукопашного боя, то есть на дистанции до пяти метров. И уж совсем единицы обучены владеть им в рукопашной.
Герман навык работы с пистолетом в ближнем бою имел.
Когда пальцы бандита почти ухватились за «стечкин», он резким движением левой руки отбил ствол вражеского пистолета в сторону. При этом скрутил корпус, плечом отталкивая второго бандита. Мгновенно извлек пистолет из кобуры и, чуть повернув кисть руки, от пояса выстрелил в первого.
Едва прозвучал выстрел, Ветров довернул кисть и послал две пули в высокого. Второй бандит чуть промедлил. Правая рука занята трофейным автоматом, а винтовка на плече. Пока он соображал, что делать, Герман вогнал ему две пули в грудь.
Тело еще падало на пол, а Герман прыгнул к двери, осторожно выглянул наружу, никого не увидел и повернулся к лежащим телам. Еще три выстрела, каждому в голову. Ибо оставлять за спиной непроверенные трупы – верх идиотизма и легкомыслия.
Потом Ветров выхватил автомат из рук убитого, повесил его на плечо и шагнул к двери.
За окном прозвучала длинная очередь «литмера». А чуть позже дважды бахнул «стечкин». Вот и Кир нашел врага. Или враг нашел Кира?
Герман выбежал в гостиную и подскочил к лестнице. Наверху что-то упало и зазвенело. Значит, кто-то живой есть.
Он преодолел половину пролета, когда с улицы донеслись еще несколько очередей и взревел мотор.

Киру попался какой-то идиот. От страха или великой самоуверенности, но он прыгнул на наемника и попробовал его повалить банальной задней подножкой. Даже винтовку оставил у стены – наверное, чтобы не мешала демонстрировать технику борьбы.
Видимо, о том, что использовать длинноствольное оружие, снабженное деревянным прикладом, можно и в качестве ударного, не знал. Или считал себя непобедимым борцом.
Кир устраивать поединок не стал. Встретил врага выставленным коленом, сшиб в сторону локтем и банально расстрелял с минимальной дистанции.
«Наградой» за победу стал… труп мужчины, лежавшей в соседней комнате в луже собственной крови. Судя по всему, убитый схватился с кем-то из бандитов и получил три или четыре удара ножом.
Выстрелы в соседнем доме Шилов слышал, но бежать туда не спешил. Явно Герман работает с кем-то в ближнем контакте. А рванешь на помощь – налетишь на пулю. Тонак вроде контролирует двор, но бить могут откуда угодно.
Шилов продолжил было осмотр, но заработавший мотор машины заставил подскочить к окну.
Он увидел борт выезжавшей от соседнего строения внедорожника и азартно палившего по нему Тонака. Тот покинул свое место и лупил длинными очередями.

Наемники выскочили из домов почти одновременно. Кир сразу махнул рукой в сторону дороги и крикнул:
– Машина ушла туда! Тонак!
– Тут я!
От стены строения отделилась сгорбленная фигура. Тонак держал «литмер» в левой руке и недовольно морщился.
– Ушли, суки!
– Сколько?
– Трое точно. Одного я задел, но он успел прыгнуть в машину. Они где-то за сараем были, я и не заметил. А когда один выскочил к колодцу, я и дал по нему. Руку или плечо задел точно.
– Догонять нет смысла, – сплюнул Кир. – Рванут куда глаза глядят! Знакомая тактика: чуть что – деру.
Герман достал бинокль, отыскал взглядом пылившую машину. Та летела в сторону гая.
– Ну, Харм! Опять проворонишь?
– Может, его знакомцы? – хмыкнул Кир. – Отпустит по старой дружбе.
Внедорожник проскочил овраг, свернул к гаю и пошел вдоль него, по опушке. Еще метров триста, и он исчезнет за деревьями. Неужели Кир прав?..
Но Харм в этот раз отработал как надо. Едва внедорожник поравнялся с опушкой, из-за деревьев ударил пулемет, а потом часто защелкали винтовки.
Машина вильнула, слетела в неглубокий кювет, пошла юзом и кувыркнулась на правый бок. Потом рванул бензобак. За грохотом пулемета, да еще на таком расстоянии звук взрыва слышен не был. Зато хорошо было видно пламя, охватившее борт машины.
– Финита! – констатировал Кир. – Далеко не убежит в жопу раненый джигит…

Герман опустил бинокль.
– Сиди здесь, – сказал он Тонаку. – Мы досмотрим дома, а потом…
Что потом, он не договорил. Стоявший у колодца второй внедорожник вдруг ожил. Чьи-то сдавленные голоса дружно закричали: «Эй, помогите!» А потом забарабанили удары по борту.
Кир навел на машину автомат.
– А это что за хрень?..
Наемники подошли к машине, открыли дверь багажника и встретили два полных отчаяния и надежды взгляда.
– Вот и трофей, – буркнул Герман. – В качестве компенсации…
В спальне на втором этаже дома, который начал обыскивать Герман, нашли девушку. Она лежала поперек кровати полностью обнаженной. Лицо измазано кровью, на теле синяки. Бедра и живот испачканы бледно-белой жидкостью. Разорванная простыня под телом в крови. Девушка была без сознания, но дышала.
Картина ясная: бедняжка попала под раздачу оголтелым бандитам. Хорошо хоть жива осталась.
В доме, где искал Кир, в подвале обнаружили три трупа. Женщина лет тридцати пяти, девчушка лет четырнадцати и древняя старуха. Все убиты выстрелами в упор. Но женщина и девушка предварительно изнасилованы.
Еще две женщины и мужчина обнаружились в сарае и у скотника. Бандиты явно не хотели оставлять свидетелей и убивали всех подряд.
Кир от увиденного утратил обычное веселье и с недовольством смотрел на труп бандита, которого убил в схватке.
– Надо было живьем брать.
– Зачем? И так все ясно. Ничего интересного эти гады не сказали бы.
Шилов пожал плечами.
– Может быть…
Ситуация и впрямь понятна: шальная банда налетела на ферму, пользуясь отсутствием большинства мужчин, устроила погром, убила всех, кто был здесь, предварительно потешив плоть с женщинами.
Пограбить не успели – нагрянули наемники. Будучи слишком высокого мнения о своих способностях, захотели взять их живьем. На этом праздник закончился. Кто ушел от наемников, попал на прицел парням Харма.
Остался только один вопрос: что за пленники были в машине?
Из багажника «дектора» вытащили девушку лет двадцати и парня на шесть-семь лет старше. Оба в мятой, местами порванной грязной одежде. У парня синяк под глазом и приличных размеров шишка на лбу. У девушки разбита губа.
Оба испуганные, замерзшие и ослабленные. И в глазах обреченность.
Они не сразу поняли, к кому попали, и только вертели головами, переводя взгляды с одного на другого. Но когда их развязали и дали воды, сообразили, что убивать не станут.
– Меня зовут Ланеда, – представилась девушка. – Я из Стомвера. Приехала в Эхаган по своим делам. А когда поехала к знакомым в поселение под бургом, на нас напали. Меня схватили, а что было с остальными, не знаю. Я даже не знаю, где мы сейчас…
– Я Жекат Адевечир, – назвал себя парень. – Журналист «Точного времени» из Кастеяна. Наша группа прибыла в Эхаган на съемки передачи о закордонье. Поехали со скотоводами в прерии и влетели в засаду. Меня и Бенелу схватили.
– Ну и где твоя Бенела?..
Бенелу еще раньше отыскал Герман. Та самая изнасилованная девушка. Бандиты решили устроить на разгромленной ферме сексразминку и первой прихватили журналистку. Очередь Ланеды должна была наступить позднее, но внезапное появление наемников смешало планы бандитов.
Ланеда сразу убежала к журналистке, едва узнала, где она. Кир пошел с ней, помочь привести в чувство.
Герман тем временем отдавал распоряжения.
– Харм, собери трофейное оружие. За третьим домом гараж, посмотри в нем канистры с бензином. Проверь «дектор», он вроде бы на ходу. Тонак, сколько у нас времени до возвращения пастухов?
– Час или около того.
– Мне не в кайф объясняться с ними по поводу произошедшего. А то еще повесят убийства на нас. Так что на сборы десять минут и уходим.
Ветров повернулся к Адевечиру.
– Машину вести сможешь?
– Смогу.
– Сядете втроем в трофейный «дектор». Поедете с нами.
– А вы куда?
– В Эхаган.
– Да, это хорошо. Конечно, поедем.
– А если бы мы ехали в Акраору? – усмехнулся Герман. – Вы не в том положении, чтобы выбирать. Рванете одни – опять налетите на кого-нибудь. Но во второй раз так не повезет.
– Как ей? – кивнул в сторону Адевечир.
Герман обернулся. Из дома Кир выносил на руках Бенелу. Ее нарядили в найденную в доме женскую одежду и закутали в покрывало. Девушка уже была в сознании, но крайне слаба.
– Ей тоже, – подтвердил Ветров. – Была бы мертвой – разве лучше?
– Для женщины может быть. Предстаешь, что с ней делали эти скоты?
– Представляю, – ответил Герман и внимательно посмотрел на журналиста.
Тот на удивление быстро отошел от шока и сейчас чувствовал себя вполне уверенно. Трофейный пистолет бегло осмотрел и сунул за ремень брюк. Жесты четкие, не суетливые. Явно имел дело с оружием.
И вообще он весь такой крепкий, сбитый, мускулистый. Спортом увлекается, наверное. И еще – видна в нем основательность. Спокойный несуетливый мужик.
– Ладно, – добавил Ветров, – заводи машину.
У опушки гая притормозили. Наемники подошли к кювету, в котором догорал бандитский внедорожник. Сквозь огонь и дым с некоторым трудом можно было рассмотреть простреленный борт и разбитые стекла.
Герман посмотрел на подошедшего Харма.
– Хорошо сработано.
Тот ощерил рот в едкой усмешке и промолчал. Похвала наемника его не очень-то радовала.
– Ты этих парней не знал?
– Этих нет.
– А на ферме знакомых не было? – спросил Кир.
– Это какие-то новые ребята. Видимо, только приехали сюда. Оттого и такие наглые.
– Были, – уточнил Герман.
– Были, – равнодушно кивнул Харм.
Герман внимательно посмотрел на него и пошел к машине.
– Наверное, жалеет, что не с ними, – насмешливо заметил Кир, когда колонна продолжила движение. – Тоже можно было бы пограбить.
Герман покосился на сидящего сзади Тонака и пожал плечами. Что думают боевики – не суть важно. Главное – что делают.
– Что с девчонкой? – сменил он тему.
– С ней плохо. Жить будет, но в себя придет не скоро. Ее здорово порвали. Особенно прямую кишку. Ребята, видимо, любят анальный секс. Или надоело обычным способом.
По губам Тонака скользнула едва заметная улыбка. Кир хмыкнул. Оголодавшие бандиты готовы были трахать все что угодно. А уж такую спелую девчонку вообще могли замучить. Как еще Ланеде повезло?..
– В общем, выживет, а с остальным неизвестно.
– И то неплохо. Доедут до Эхагана, там сами решат, как быть. Меня сейчас больше волнует, чтобы нас здесь никто не увидел.
– Почему? – спросил Тонак.
– Потому что могут связать наше появление рядом с фермой и разгром. Дойдут слухи до бурга – будем доказывать, что ни при чем.
– Если кто будет слушать, – добавил Кир и вжал педаль газа в пол.
Герман повернулся к Тонаку.
– Журналисты часто в эти края заезжают?
Тот пожал плечами.
– Я их здесь никогда не видел.
– Может, готовят какой-то большой репортаж? Мол, смотрите, люди, такие они – новые территории.
– И как здесь все хреново, – поддержал друга Кир. – Черт с ними, с журналистами!
Ветров пожал плечами. Странно, что эти труженики радио и газет полезли в закордонье именно сейчас, накануне вероятного вторжения армии конфедерации. Готовят почву? Или налаживают контакты? Впрочем, Кир прав: забивать себе голову такими вещами не стоит. Своих дел полно.

11

Первый раз им перекрыли дорогу километрах в десяти от бурга. Десяток вооруженных людей на двух внедорожниках. Остановили колонну, представились стражей Эхагана и потребовали сказать, кто такие и зачем едут.
Слова наемников выслушали с недоверием, хотели было проверить машины, но после короткой отповеди отстали. Предупредили, что бург чуть ли не на осадном положении и что страже дано право сперва стрелять, а потом спрашивать, в чем дело.
С этим добрым напутствием и отпустили.
Второй раз остановили уже в нескольких километрах от Эхагана. Тут был стационарный пост. Пулемет за полукругом мешков с землей, самодельный шлагбаум из бревна и наспех сколоченный навес.
Здесь уже разговорами не обходились. Потребовали показать, что в машинах. А на все возражения говорили одно: «Не нравится – проваливайте!»
Пришлось показывать.
Стражники добросовестно осмотрели машины, внимательно посмотрели на изможденную Бенелу и синяки Жеката. И с подозрением покосились на боевиков Харма. Как и на наемников тоже. Но в бург пустили.

Эхаган размерами уступал Акраоре. Но вооруженных людей было раза в два больше, чем там. Оружие здесь носили открыто. Правда, по большей части пистолеты. Винтовки и пистолет-пулеметы висели на плечах стражников и пастухов, приехавших в бург.
Еще на въезде наемники заметили активные работы строителей. Там спешно возводили блокгаузы и небольшие укрытия. Бург словно готовился к осаде. Видимо, дела на северо-востоке Старанских прерий принимали плохой оборот.

На окраинной улице распрощались с журналистами и Ланедой. Жекат долго благодарил наемников за помощь, обещал не забыть и в случае чего отплатить добром за добро. Словом, нес обычную в подобных ситуациях чушь. Ланеда тоже поблагодарила и сказала, что поедет искать своих.
После того как машина со спасенной троицей исчезла за поворотом, Герман повернулся к Тонаку.
– Кто из ваших здесь есть?
– Должен быть Камед. Он отвечает за прием грузов и их отправку.
– Давай к нему. Надо быстрее покончить с делами и уехать отсюда. Мне это место не нравится. Где искать этого Камеда?
– Он здесь недалеко живет, – ответил Тонак. – Должен быть на месте. Поехали.

Но Камеда на месте не оказалось. И вообще никого из его людей, кроме какого-то молодого парня, сидевшего в доме словно в осаде. Он был здорово напуган, но говорил нормальным тоном.
Камед вместе с тремя помощниками выехал на встречу с покупателями. Это было вчера днем. С тех пор никаких известий от него не поступало. Пропал и груз.
Попытки что-то разузнать ни к чему не привели. Камед словно в воду канул. Вместе с товаром и людьми.
С кем именно была сделка, парень не знал. Что за товар – тоже. Он вообще только неделю назад прибыл в бург и не успел войти в курс дела. Кстати, сам он – родственник Камеда, потому тот его и вызвал.
Единственное, что знал паренек, – где находится вторая партия груза. Ее надо отвезти в Стомвер, но сначала решить вопрос о предоплате с представителями энегардской общины. Где они – неизвестно.
– Очень весело! – прокомментировал новости Кир. – Одних уж нет, а те далече…
Герман недовольно вздохнул и почесал затылок. Тупик.
– Найти в бурге торговцев из Стомвера можно, – несколько растерянно проговорил Тонак. – Но где искать Камеда?
– Выходи на связь с Дашелдой, – сказал ему Герман. – Доложи обстановку. А потом поищем этих торговцев. Если они, конечно, не свалили. И если это не они…
Он не договорил, но всем и так было ясно, что имелось в виду.
Пока Тонак и Харм налаживали связь с Дардавером, наемники насели на родственника Камеда. Их интересовало все, что происходило в Эхагане и его окрестностях.
Парень пересказал, что слышал. Не густо, но хватило, чтобы составить общую картину. Не самую радужную.

Из бурга выгнали всех саймитов. Даже тех, кто жил здесь несколько лет. Причиной такого недружелюбия стали постоянные налеты саймитских боевиков на приграничные фермы, на стада, убийства и похищения людей. Уже несколько ферм неподалеку от границы владений общин перешли под контроль северян. И хотя на словах главы саймитских общин осуждали действия боевиков, на деле они ими и руководили.
Саймиты действовали по уже отработанной схеме. Отряд на десяти – двенадцати машинах пересекал границу, делился на группы и действовал по обстановке. Группы совершали налеты, обстреливали фермы, если выходило – захватывали. Правда, большей частью бросали их после грабежа. Но кое-какие оставляли. Туда направляли подкрепление, и отбить его обратно скотоводам было очень сложно.
В Эхагане уже создали дружину, и она вместе со стражей патрулировала окрестности бурга. Поговаривали о большом походе за Нетеяж, к границе, с целью освобождения потерянных земель.

* * *

Еще хуже дела обстояли у рудокопов. Против них саймиты вели самую настоящую войну. Захватили несколько поселков, а в двух местах подступили вплотную к горам. Под угрозой были серебряные рудники, несколько забоев и алмазные копи.
Помочь восточным соседям власти Эхагана не могли: у самих не хватало сил и оружия. Зато запретили все торговые сделки с саймитами. Торговцам из конфедерации предложили либо продавать все скотоводам и рудокопам по подходящей цене, либо проваливать обратно.
Уже было несколько стычек с охраной грузов из-за попыток продать оружие, транспорт, одежду, аппаратуру и прочее саймитам.
В последние два дня в бурге велись ускоренные работы по возведению защитных сооружений. Пошли слухи, что саймиты могут атаковать Эхаган. Капитан стражи срочно собирал новые отряды для защиты.
А вчера прошел невнятный слух, будто армия конфедерации то ли перешла, то ли готова перейти границу. Пока никаких известий из южных земель не приходило, но сплетня взбудоражила и без того напряженный бург.

Новости, мягко говоря, не радовали. Но наемники не успели даже обсудить их. В комнату вошел Тонак с мрачной физиономией.
– Никто не отвечает.
– Та-ак… – протянул Герман. – Все веселее и веселее.
Он посмотрел на Тонака и вошедшего следом Харма. Даже боевик выглядел ошарашенным. Отсутствие связи наводило на разные мысли.
С минуту все молчали. Наемники лихорадочно соображали, что делать, Тонак и Харм думали, почему оборвалась связь. Потом Герман нарушил молчание:
– Наша задача – решить вопрос с грузами, застрявшими на местах. Вот и будем ее решать. Тонак.
– Чего?
– Где могут быть торговцы рудокопов, знаешь?
– Ну-у…
– Конкретно!
– Поискать можно.
– Вот и поищем. Харм.
– Ну?
– На тебе безопасность груза. И вызывай Дардавер. Не сквозь же землю провалились Недамир и Дашелда.
– Мы знаем немного бург, поможем искать торговцев.
– Ну уж нет. Сидите здесь. Нечего светиться.
Харм недовольно нахмурился, но смолчал. Уже понял, что спорить с наемниками бесполезно. А конфликтовать опасно.
– Если за сутки не найдем никого, сваливаем отсюда.
– Это почему? – спросил Тонак.
– Потому что потом может быть поздно. Какой-то из слухов обязательно подтвердится. И тогда будем улепетывать со всех ног. Если успеем. Все, дебаты окончены. За дело!

Эхаган не столь уж велик, отыскать несколько человек не так сложно. Тем более известно, откуда они и где приблизительно могут быть. Да и бург закордонья в принципе – большая деревня. Где каждому известно, что у соседа происходит.
Но все поиски осложнял один фактор – напряженная обстановка и всеобщая подозрительность. В таких условиях бегать по улицам и спрашивать «где тут парни из Стомвера?» не лучший вариант. Можно нарваться на нецензурный ответ, а в худшем случае на стражу. Которая подозрительных личностей еще и прихватит на всякий случай.
Поиском командовал Тонак, немного знавший бург и места, где торговцы рудокопов обычно бывали. По его указаниям сперва заехали в одну гостиницу, потом во вторую. Затем побывали на торжке, где обычно и проводили все сделки.
Везде встречали людей из соседней общины, но то были приехавшие по своим делам. О сделке и торговцах они, конечно, ничего не знали. А Тонак остерегался раскрывать суть вопроса.

Параллельно наемники искали любую информацию по пропавшему Камеду и партии груза. Но и тут было глухо. Камед сумел уйти из бурга незаметно, и так же незаметно исчез. Как сказал Тонак: если он не объявился до сих пор, ждать его возвращения нет смысла.
Эпизод наводил на массу размышлений. Кто, когда и зачем мог перехватить груз, да не абы чей, а влиятельных персон из конфедерации? Довольно безрассудный поступок, если учесть способность деловых людей наказать виноватого. Или нападавшие просчитали ситуацию и четко знали, что сейчас Салавар и Дашелда не имеют возможности быстро отреагировать?
– Видимо, это все же работа местных, – высказал предположение Кир. – А груз Камед повез саймитам. Скотоводы решили верно: открыто связываться с Салаваром нельзя, а так все шито-крыто. Пропали и пропали! Конкретную предъяву не сделать. А гадать можно сколько угодно.
– Насчет груза не знаю, Недамир ничего не говорил. А кто напал – лучше бы выяснить. Чтобы самим не попасть под удар, – заметил Тонак. – Но меня сейчас больше интересует, куда подевались торговцы из Стомвера. Если им нужен был груз, почему они не дождались его?
Герман недовольно покачал головой и спросил:
– А с чего ты взял, что должны приехать именно торговцы?
– То есть?
– Каковы были условия сделки? Кто доставляет груз и куда? Если рудокопы забирают его здесь, то сами и везут. А если везем мы, то человек рудокопов просто указывает место назначения и вносит предоплату. Так вроде вы работали всегда?
Тонак озадаченно посмотрел на Ветрова.
– Ну да. Саймиты всегда сами забирали груз из Акраоры или Булейда. А скотоводам и рудокопам отвозили мы. И обратно везли уголь, мясо, продукты. Только скот они гнали сами. Тогда здесь могут быть не торговцы, а посредники.
– Что-то у вас все запутано, – проворчал Кир. – В одном месте сделки заключаете, расплачиваетесь в другом, товар отдаете в третьем. И каждый раз места меняются!
– Так ведь с закордоньем кроме нас работает еще три группировки. И с каждой местные заключают сделки по-своему. Да еще постоянно меняются условия. Только саймиты более или менее постоянно работают. И вообще я сделками не занимался.
– Ладно, хватит лирики, – оборвал разговор Герман. – Надо искать того, кто сидит здесь не меньше двух и не больше четырех дней. С того момента, как мы пересекли границу. Будем просто трясти всех рудокопов подряд.
– Нарвемся, – заметил Кир. – Сейчас и так все нервные. А такие расспросы вызывают подозрения.
– У нас другого выхода нет. Черт! – Герман впечатал кулак в ладонь. – И Дардавер молчит! Была бы связь, Недамир бы сказал, кого конкретно искать!
Тонак покосился на кулак Ветрова, вспомнил, как тот свалил с ног Кортела и сказал:
– Будем искать.
Кир оказался прав: визиты и расспросы не вызывали у людей прилива радости. На наемников смотрели с подозрением, говорили неохотно, а давать информацию по кому-то конкретно и не думали.
Особенно это касалось представителей рудокопов. У них шла война с саймитами, и они вполне обоснованно подозревали в визитерах посланцев врага, желающих выведать что-то о важных персонах энегардской общины.
Дважды дело едва не доходило до стрельбы, а уж откровенных отповедей и посылок по общеизвестным адресам наемники наслушались вдосталь.
Герман не выдержал первым. Плюнув на все правила и конспирацию, он сказал одному из самых наглых рудокопов:
– В общем так. Мы привезли вам оружие. Хотите забирать – забирайте! Нет – толкнем саймитам. И долбитесь вы сами со своими проблемами! Впредь торговать будем с победителем. Спокойнее и выгоднее, чем с кучей психопатов!
Рудокоп – рослый дядя с широченными плечами и пудовыми кулаками – от удивления аж заморгал. Так откровенно о сделке с их врагом говорил этот человек. Сам рудокоп к торговле с конфедерацией дела не имел, но необходимость этой торговли понимал. И сейчас просто испугался, что своими словами и поведением может что-то нарушить в этом деле.
– Чего шумишь? Не знаю я ничего! Это не мои дела. Гм… передам, кому надо. Мне что, сложно?
– Вот и передай. Всем своим передай. И скажи: нужен товар – пусть сами приходят. Нас найти легко. Ждем до утра, а потом идите к… куда сами посылали!

– Вот теперь мы точно никого не найдем, – сокрушенно покачал головой Тонак, когда они вышли на улицу. – Они и так на нас косятся, а сейчас и вовсе…
– Не скули! – оборвал его Ветров. – Что будет – скоро узнаем. А мне надоело бегать по бургу, высунув язык, и спрашивать каждого встречного: «Вам товар не нужен?» Все, перерыв. Я есть хочу. Пообедаем и вернемся обратно. Может, Харм наладил связь?
– Скорее поужинаем, – поправил его Кир. – Уже вечер.
Герман взглянул на небо. Светило уже падало к горизонту, и на улице здорово потемнело. Кое-где зажгли фонари.
– Тогда поужинаем. Тонак, где тут можно отдохнуть? Только умоляю – без леопардов, волков и прочей живности.
Тот осторожно потрогал раненое плечо и усмехнулся:
– Найдем.
Трактир «Студень» находился в самом центре бурга, неподалеку от местной управы. Здесь всегда было полно самого разнообразного народа: от пастухов до торговцев и гостей из конфедерации.
Два больших зала, в каждом по два десятка столов и в центре ряд трехсотлитровых бочек с пивом. Пиво варили прямо здесь и тут же выставляли на столы.
«Студень» служил не только местом для еды, но и своеобразным клубом. Здесь обсуждали новости, делились сплетнями и слухами, решали дела и просто слушали рассказы.
В отличие от Акраоры в Эхагане радио не было, так что единственный способ передачи информации – устный.
– Надо было сюда раньше прийти, – заметил Кир. – Быстрей бы нашли нужных людей.
– А через полчаса об этом бы знал весь бург, – усмехнулся Герман.
– Да и так будет знать. Мы переполошили рудокопов, думаешь местные не в курсе? Им либо не до нас, либо еще не решили, как с нами быть. Все же просто так хватать людей здесь пока не привыкли.
– И не успеют. Саймиты нагрянут, а что вернее – конфедерация. Лучше подумать, что будем делать, если никого не найдем.
– Тогда бросаем к чертовой матери эту колготню и валим к Пыльному треугольнику. Что-то много слухов ходит о якобы найденном саймитами складе или тайнике.
– А ты не подумал, почему саймиты до сих пор не воспользовались найденным?
– Это к тому, что там либо нечего использовать, либо саймиты просто не знают как? Тогда они там все раскурочат. Тем более надо спешить.
Кир развел руками.
– Думаю, саймиты больше хвастают. Но дыма без огня не бывает. Что нам мешает рвануть прямо сейчас?
– Ехать одним – крайний вариант. Пока нам по пути с Тонаком – будем идти вместе. А там как выйдет.
Вернулся Тонак. Он разговаривал с барменом. Но без особого успеха. Если тот что и знал, говорить явно не желал. В Эхагане с недавних пор подозрительно относятся к гостям из конфедерации. Тем более к тем, кто активно торгует с саймитами. А бармен знал, чем занимается Тонак.
– Утром решим, как быть, – подвел итог Герман. – Я бы предпочел отвезти груз в Стомвер. И уже на месте разбираться, кому отдавать и кто будет платить.
Тонак удивленно посмотрел на него.
– Везти груз без адресата? И без предоплаты?
– Но ведь было решение скинуть все партии, застрявшие на местах? Будем выполнять последний приказ, пока не поступил новый.
– Это как? – переспросил растерявшийся Тонак.
– Пока не скажут «отбой».
Слово «отбой» в смысле отставить Тонаку тоже не был знакомо. Но переспрашивать он не стал.
– Лучше скажи, где здесь можно купить бензин? – озадачил его Герман. – Наши запасы не бесконечны, а машины жрут прилично.
– Бензин купим у парней Брамера. Они тут точку держат.
– С этим затягивать нельзя. А то еще местные решат экспроприировать горючее для нужд обороны.
– Что решат?
– Себе забрать.
Тонак помрачнел. После недавних событий он допускал и такое. Все старые привычные понятия и отношения рушатся. А как и с кем выстраивать новые – непонятно.
– Поедим и двинем за бензином, – предложил Кир. – На каждую машину нужно литров по сто. А лучше по двести. Неизвестно, как обстоят дела с бензином у рудокопов.
Наконец принесли заказ и разговор прекратился. Все хотели есть.
Наваристый суп из потрохов, мясо в горшочках, острая бастурма и свежее холодное пиво наполнили желудок приятной тяжестью и немного сняли напряжение с души. Сытому всегда проблемы кажутся проще, чем голодному.
Наемники и Тонак неторопливо допивали пиво, когда над ухом раздался знакомый голос:
– Я почему-то так и подумал, что увижу вас здесь.
Герман повернул голову и увидел рядом с собой Жеката.
Бывший пленник выглядел хорошо. Синяки обработаны, не так заметны. Одежда новая, чистая. На ремне кобура пистолета. Вид у журналиста уверенный. На губах легкая улыбка.
Быстро отошел от потрясения Адевечир. Впрочем, Герман еще тогда обратил внимание, что тот отнюдь не размазня.
Рядом с Жекатом стояла Ланеда. Тоже в новой одежде. Волосы расчесаны и уложены, на лице косметика. Наемники только сейчас отметили, что она довольно красива. И фигурка что надо. Сильно повезло девочке, что бандиты на ферме начали не с нее.
– Сидайте, – сделал рукой жест Кир. – Как дела?
– Да все нормально. Нашел наших, оказывается все живы, только один раненый. Завтра уезжаем в Кастеян.
– А как Бенела?
Жекат вздохнул.
– Плохо еще. Слабость сильная. Да и…
– Понятно. Ей психолог нужен. Чтобы вывел из шока.
Журналист кивнул.
– Приедем домой – найдем.
Герман налил обоим пива из большого жбана. Жекат с удовольствием отпил, а девушка отодвинула кружку.
– Я его не пью. Если можно, кваса.
Жбаны с квасом стояли на каждом столе. Его подавали бесплатно.
Кир налил в свободную кружку квас и пододвинул девушке.
– А ты нашла своих?
– Нет. Двое из наших убиты, один ранен. Лежит дома и встанет не скоро: прострелены обе ноги, кости раздробило. Вот теперь думаю, как вернуться в Стомвер.
– Так здесь же полно приезжих из вашей общины!
Ланеда покачала головой.
– Никто не спешит уезжать. Вы не слышали, что саймиты заняли пойму Нетеяжа? Прямая дорога на восток закрыта. Теперь если только на юг, в обход, или через Пыльный треугольник. А туда желающих лезть мало.
Наемники переглянулись. Новость хуже некуда. Это бьет по всем их планам.
– Как саймиты смогли занять пойму? – спросил Тонак. – А где ваши отряды?
Девушка пожала плечами. Вид у нее был мрачный.
– Да, влипли, – протянул Кир, непонятно кого имея в виду. – Что-то резво прут саймиты!
– Теперь они вполне могут повернуть на запад, – заметил Жекат. – И прийти сюда.
– Вряд ли, – возразил Герман. – Воевать с двумя общинами они не рискнут.
– Почему? – не понял Жекат.
Герман не стал объяснять основы стратегии и оперативного искусства. Вместо этого задумался над важным вопросом: когда сваливать и в каком составе? А что сваливать надо, уже никаких сомнений.
Кир подлил кваса Ланеде и спросил ее:
– А почему ты не уедешь с журналистами в конфедерацию? Оттуда легче попасть домой, чем из Эхагана.
– Я предлагал ей, – вставил Жекат. – Но она не хочет.
– Это долго, – пояснила девушка. – И потом, как я попаду из конфедерации домой? Если саймиты и дальше так будут захватывать земли, они отрежут нас от границы с Вендесланом.
Кир с уважением посмотрел на нее. Девчонка верно оценила угрозу. Только не понимает, что лучше пересидеть смутное время вдали, чем быть в центре пекла.
– Что-нибудь решу, – добавила она, видя, что Кир ждет ответа.
– Нам пора, – поднялся Жекат. – Завтра рано вставать. Ты идешь?
Вопрос был Ланеде. Та тоже встала, кивнула наемникам.
– Спасибо вам за все.
– Не за что. – Кир вышел из-за стола. – В следующий раз будьте осторожнее.
– Мы о вас статью напишем, – вставил Жекат. – Как спасли нас и как бандитов уничтожили.
– А вот это не надо! – мгновенно отреагировал Герман. – Мы люди скромные, нам слава ни к чему.
Адевечир улыбнулся и развел руками: мол, как хотите.

* * *

– Если дальше так пойдет, ехать нам уже никуда не придется, – сказал Кир, когда журналист и девушка ушли. – Саймиты перекроют все пути.
– У нас с ними договоренность, – возразил Тонак, но не очень уверенно.
– Какая договоренность на войне? Пристрелят по-тихому, груз заберут, а потом спишут на противника. Кстати, – Кир повернулся к Герману, – этот фокус могут проделать и рудокопы.
Герман не ответил. Вертел в руке кружку с пивом и смотрел перед собой. Потом поднял голову.
– Поехали. Надо проверить, может, связь наладилась.
– А бензин? – напомнил Тонак.
– Да. Сперва за ним.
За бензином едва успели. Люди Брамера уже сворачивали торговые точки. Часть непроданных машин отправили в Акраору, а грузовики с топливными канистрами готовили к отправке.
Спешку объяснили опасением попасть в переделку, если саймиты и впрямь подойдут к бургу. Одна шальная пуля, и все взлетит на воздух.
Бензин отдали задешево, еще и масла налили. И порекомендовали сваливать из Эхагана как можно быстрее. Мол, все деловые уже покидают бург.

Планов эти новости не изменили, но настроения не добавили. Стратегия стратегией, а вдруг саймиты и впрямь пойдут на Эхаган? Они ведь тоже ничего не слышали о правилах ведения войн. Могут налететь за милу душу!
Харм тоже ничем не порадовал. Связи нет, Дардавер молчит. Что там у Недамира и Дашелды – непонятно.
– Ждем до утра, – решил Герман. – Если связи не будет, подумаем, что дальше.
– Сваливать надо, – сказал Харм. – А то попадем меж двух огней.
– Я сказал: ждем до утра!
Боевик нахмурился, но перечить не стал.
– Там этот… родственничек Камеда суетится.
– В смысле?
– Не знаю. Бегает по дому с выпученными глазами. И молчит. Тоже спрашивал, есть ли связь.
– Удрать хочет, – заключил Кир. – Может, с нами намылился.
– Ладно, узнаем. Кстати, а как его зовут? А то все родственник, да родственник?
– Уфеш.
Проблема у родственника Камеда была серьезной. В доме хранилась партия наркотиков, полученная еще неделю назад от саймитов. Камед промедлил с ее отправкой в конфедерацию, а теперь неизвестно как ее переправлять. На границе машины досматривают, наркотики конфискуют. Прежние контакты с представителями кордонной службы прерваны, новых наладить не успели. И как теперь быть?
Вообще-то наемникам не было дела до проблем бандитов с наркотой. Но пока продолжалась игра, надо соответствовать легенде.
– Местные часто гоняют стада в конфедерацию? – спросил Герман Уфеша.
– Да. И туши, и стада.
– Меня интересуют стада.
– Раз в неделю точно. Ведут одним стадом, а там разделяют его на две-три части. Иногда…
– Без подробностей. Знакомые среди пастухов есть?
– Есть. Камед как раз меня на контакты со скотоводами и поставил.
– Отлично. Тогда договорись с пастухами. Они помогут провезти груз.
– Как?
– Просто. Пакеты с наркотой спрячете на теле быков или коров. Привяжете снизу, закроете шкурой такого же цвета, испачкаете в грязи. Никто коров щупать не станет. А заметить издалека невозможно.
Уфеш внимательно выслушал Ветрова и просиял.
– Точно! Никогда скот не смотрят.
– Только пастухов найди понадежнее. Чтобы не сболтнули.
– Сделаю.
– И сам иди с ними. Все равно отсюда валить надо.
– Но Камед… – возразил Уфеш.
– Камеду уже не поможешь. А за наркоту отвечаешь головой.
Уфеш вздохнул и опустил голову. Жалко родственника, но наемник прав.
Герман хлопнул его по плечу.
– Ладно, не кисни. Действуй, у тебя мало времени.
– Ловко, – сказал подошедший Тонак. – Хорошо придумано с коровами. Жаль раньше не знали, сколько товара потеряли.
– Да, – кивнул Харм. – Я о таком не слышал.
– Учитесь, парни, – улыбнулся Герман. – Пока есть у кого.
Уфеш и Тонак ушли. Наемники остались в комнате. Надо было спокойно обсудить ситуацию и решить, как быть дальше. Судя по всему, доставка груза под большим вопросом. Как и сам вояж на восток. Так что есть над чем поломать голову.
Но толком поговорить им не дали. В комнату буквально влетел Тонак и с порога рявкнул:
– Пришел человек от рудокопов. Хочет поговорить.
– Где он?
– Внизу.
Герман шумно выдохнул.
– Вот и рояль в кустах. Давай его сюда.
Гость оказался низкорослым невзрачным мужчиной средних лет. В костюме песчаного цвета, коротких сапожках и серой шапочке наподобие спортивной. Небольшая бородка, усы и густые брови скрывали изрытое оспинами лицо. Карие глаза смотрели настороженно и недовольно.
Визитер представился Водбасом. Доверенным лицом одного из руководителей энегардской общины, отвечающим за поставки специальных грузов: оружия, боеприпасов, транспорта, горючего.
Водбас проигнорировал приглашение присесть, отказался от выпивки и сразу перешел к делу.
Наемники напрасно устроили шумиху с поиском и взбаламутили столько людей. Тем более напрасно искали пропавшего Камеда. В бурге хватает чужих ушей и глаз. Интерес только что прибывших к местным делам был отмечен, причем разными сторонами. Власти бурга наверняка попробуют выяснить как можно больше о наемниках и сделают это самым простым способом – арестуют их. В сложившихся условиях им наплевать на прежние контакты с деловыми людьми и возможные последствия.
Также могут быть проблемы и у него, Водбаса. Ибо в Эхагане точно есть сторонники саймитов. Да и местные, несмотря на неплохие отношения с соседями, могут достать его.
– Двое моих людей погибли в эти дни, – пояснил Водбас. – И если один скорее всего попал в руки бандитов, то второго пристрелили в бурге. Не исключено, что стража.
– Вы что тут, воюете против всех? – спросил Герман.
Водбас развел руками.
– Сейчас я один. И не могу довериться даже своим сородичам. Возможно, кто-то из них и сдает информацию.
– Ладно, что сделано, то сделано. У нас для вас груз. Тридцать ящиков с оружием и боеприпасами. По прежней договоренности мы должны отвезти их в Стомвер. Но прежде получить предоплату. Эта сделка в силе?
– В силе. Только как вы проедете в Стомвер, если саймиты заняли пойму и прилегающие районы?
Герман отмахнулся.
– Там что, целая армия? Вряд ли больше полка, а то и батальона. А заняли большой район.
– И что? – не понял Водбас.
– А то, что они не сидят под каждым кустом. И не стерегут все тропинки. Наверняка выставили посты вдоль линии соприкосновения с вашими и ведут разведку. Там дыр сколько угодно. Можно проскочить и даже ни разу не встретиться с ними.
– Я не знаю, что такое полк и батальон и ничего не понимаю в боевых действиях. Но раз вы уверены…
– Уверены.
– Тогда стоит попробовать.
– Одна заминка, – вставил Кир. – Мы не можем выйти на связь с нашим начальством. Сделка вроде оговорена, но в новых условиях могут быть изменения.
– И что это значит? – с тревогой спросил Водбас. – Нам нужно это оружие. Отряды истекают кровью, патронов не хватает… Мы готовы заплатить.
– Сделаем так, – решил Герман. – Если до утра завтрашнего дня связи не будет, мы выезжаем в Стомвер. Но прежде получим предоплату.
– Согласен, – поспешно сказал Водбас. – Деньги у меня есть.
– Поступим так. В половине одиннадцатого встречаемся в трактире «Студень». Там и решим все вопросы.
– И еще, – вставил Кир. – Дорогу на Стомвер мы не знаем. Наши люди тоже. Нужен проводник. Тот, кто проскочит те места с закрытыми газами.
Гость развел руками.
– У меня нет такого человека. Просить кого-то не могу, опасно. А сам не поеду – надо быть здесь.
– Это уж как знаешь. Но без проводника мы будем плутать неизвестно сколько. И довезем ли груз?..
Водбас почесал переносицу и неуверенно проговорил:
– Я попробую что-то сделать.
– Пробуй. Это в твоих интересах.
Когда Водбас ушел, Герман повернулся к Тонаку.
– Передай Харму – к десяти полная готовность к выезду. Оружие, боеприпасы, продукты, вода, бензин… И загрузить машины.
– А если Недамир или Дашелда скажут не ехать?
– Значит, не поедем. Но с ними сперва надо связаться.
Тонак нехотя кивнул. Лезть под пули особого желания не было. Но и пойти наперекор наемникам он не мог. Одна надежда на старших. Но выйдут ли они на связь?..

12

– Все, – подвел итог разговору Герман. – Сейчас отдыхать. И скажи Харму – никакой выпивки!
– Скажу.
К полдесятому утра связь с Дардавером так и не восстановилась. Что могло произойти там, никто не знал. Схватили главарей преступных группировок, перешли они на нелегальное положение или убиты – гадать можно сколько угодно, но факт есть факт. Радиостанция молчит, как партизан на допросе.
К десяти наемники в сопровождении Тонака и Нурмера выехали к трактиру. Сделали два круга, проверили район и только потом зашли внутрь.
Водбас ждал за столиком. Вид у него был мрачный. Под стать новостям.
– Власти бурга постановили забрать весь бензин и дизтопливо, какое есть на складах торговцев. И заплатить за него полторы цены. Но сдача обязательна! В случае неповиновения отнимут силой и ничего не заплатят.
– Ребята Брамера как в воду глядели! – хмыкнул Кир. – То-то спешили. Молодцы, сообразили.
– Что еще хотят забрать власти? – спросил Герман.
– Пока больше ничего.
– Вот именно – пока! В общем, валить из бурга надо по-любому! Пока до оружия не дошли.
– Но есть новость похуже, – вздохнул Водбас.
– А именно? – с холодком в душе спросил Герман.
От приехавших утром скотоводов стало известно, что рудокопы разрушили плотину на Нетеяже и затопили большую часть поймы. Саймиты, кто успел, бежали. Кто не успел…
С военной точки зрения, успех полный, но теперь огромная территория затоплена, и пройти сквозь нее невозможно.
– Остался только Пыльный треугольник. Либо обходной путь через Поремскую пустошь. Но до нее отсюда километров двести. И там тоже могут быть саймиты.
– Ах-хренеть! – присвистнул Герман. – Пушкой по мухам.
– Что? – не понял Водбас.
– Во всяком случае, саймитов они выгнали, – усмехнулся Кир.
– Да, но что будут делать потом?
– Вряд ли кто об этом сейчас думает. Важнее, что будем делать мы.
– А что будете делать вы? – робко спросил Водбас.
– Действовать согласно плану, – после паузы ответил Герман. – Начальство молчит. Значит, надо ехать.
Водбас постарался скрыть радость, и тут же озабоченно спросил:
– Но как вы поедете?
– На машинах. А вот по поводу маршрута… Что с проводником?
– Ничего. Я не нашел человека.
– Значит, самим переть незнамо куда?!
Водбас развел руками и сокрушенно помотал головой.
– Дела-а…
Возникла пауза. Наемники прикидывали, как быть. Тонак в лучшем случае подскажет, как доехать до соседних ферм. А дальше?
Кир вдруг усмехнулся и с прищуром посмотрел на Германа.
– Я, кажется, нашел проводника!
Ветров удивленно посмотрел на него.
– Не сообразил? Ланеда! Если она не поехала с журналистами, то…
Герман встал.
– Водбас. Через полчаса будь у нас с деньгами. А мы попробуем найти одного человека.
– Кого?
– Девчонку. Приехала с друзьями в бург, потом влипла в переделку. Мы вытащили ее. Ланеда зовут. Не слышал?
Водбас развел руками.
– Все, как договорились. Бывай.
И наемники вышли из трактира.
– …Мы в Пыльный треугольник не полезем! – заявил Харм. – Там сгинуть легче легкого! К тому же саймиты его заняли.
– Саймиты туда особо не лезут.
– Да? Весь бург знает, что саймиты нашли там что-то такое, что поможет им победить всех! Оружие с той войны!
– Харм, ты дурак или прикидываешься? Что они нашли? Суперпулемет? Самолеты? Танки? Если бы что-то и было, они бы давно использовали. А так только слухи. Распускаемые как раз в расчете на всяких легковерных идиотов. Какое оружие той войны? Сколько веков прошло?! Одна труха и ржавчина!
– Все равно! Надо идти другой дорогой!
– Крюк через Поремскую пустошь составит больше восьмисот километров. И неизвестно, кто нас встретит по ту сторону – рудокопы или саймиты. А через треугольник всего четыреста с небольшим.
– Там мы и ляжем.
– Харм! Скажи прямо: твои парни зассали, а ты не можешь им приказать.
– Ну, ты!
– Тихо! Без шума. Можешь оставаться. Но Недамир и Дашелда узнают, как было дело. И тогда тебя достанут везде. Это понятно?
– Сука!
– Понятно?
– Да.
– И на будущее: еще раз вякнешь – прибью! Следи за языком. И своим скажи: кто будет возбухать – не прощу! Уяснил? Не слышу?
– Уяснил.
– Тогда уясни еще кое-что. Мы лезем в пекло. Времени на уговоры и утирание соплей не будет. Кто станет качать права – схлопочет пулю. Если не готовы идти – скажите здесь. Ну?
– Готовы.
– Хорошо. Собирай всех и грузитесь. И, Харм!
– Что?
– Не пытайтесь стрелять нам в спину.
Через полчаса колонна вышла из Эхагана. В первой машине на заднем сидении вместо Тонака ехала Ланеда. Взволнованная, оживленная, чуточку испуганная, но довольная.
Наемники ее нашли у дома, где жили журналисты. Оказывается она только что проводила их и хотела искать знакомых. А тут подкатили двое бравых парней с предложением работы.
Она даже не дослушала до конца, согласилась сразу. Окрестности Нетеяжа знала хорошо, а Пыльный треугольник изучила еще в детстве. Правда, не весь, в северный район не заходила. Но остальные места были ей знакомы.
О плате за работу не спросила, только уточнила, до самого ли дома ее доставят. Наемники пообещали даже до крыльца. И девушке этого хватило.
Водбас прибыл точно в срок, привез деньги, осмотрел ящики и пожелал счастливого пути. Кстати, Ланеду он не знал, а вот о ее отце слышал.
Герман передал часть полученных денег Уфешу и попросил доставить Недамиру. А остальное, мол, их гонорар.
После чего и скомандовал выезд. Больше оставаться в бурге было нельзя.

…Жалерэ и Ишенга прибыли на конспиративную квартиру по вызову Мадунара. Обоих удивила срочность вызова. Они знали, что Мадунар только вернулся из поездки на запад страны. И вот требует встречи.
Начальник направления «Север» встретил гостей с папкой в руках. И сразу перешел к делу.
– Разговор пойдет о пропавшей группе «батест», чьи следы мы потеряли неделю назад.
– Уместно ли сейчас говорить об этом в преддверии грядущих событий? – поморщился Ишенга. – Честно говоря, забот и так хватает.
– Насчет забот согласен. Но что касается это группы… тут слишком много странного и непонятного.
– Что вы имеете в виду, Мадунар? – спросил Жалерэ.
Тот положил папку на стол и развязал тесемки.
– Все по порядку.
Мадунар вытащил первый лист.
– Как помните, все началось с пропажи старшего группы Робера. Потом исчезли агенты Сорвернар и Наденал. После уничтожения банды Шукра мы предположили, что это их работа.
– Было такое, – подтвердил Ишенга. – И что?
– Четыре дня назад неподалеку от Дардавера была обнаружена машина марки «сомнар», а рядом с ней двое убитых. Оба убиты выстрелами из пистолетов, один труп сильно обгорел. У второго практически отсутствует лицо, в него выпустили целый магазин. Когда тела поступили в морг, я сделал запрос об особых приметах убитых. А потом отправил депешу в кадровое управление Корпуса, чтобы они поискали среди сотрудников людей с подобными приметами.
– Людей для отдела подбирали специально, – сказал Жалерэ, – их личные дела могут и не выдать для ознакомления.
– Я не просил личные дела. Я просил конкретные сведения. И позавчера их получил.
Мадунар пробежал глазами по листу бумаги.
– «С высокой степенью вероятности можно предполагать, что найденные под Дардавером тела принадлежат сотрудникам Корпуса внутренней стражи под номерами 0261 и 0134…» Это из заключения медиков. Там много чего написано, но суть такова.
– То есть двое из троих агентов группы найдены?
– Верно. А на следующий день в Дардавере на свалке нашли останки тела мужчины в возрасте примерно тридцати лет. От него мало что осталось, поработали сперва палачи, а потом бродячие собаки. Но челюсть уцелела. По пломбам и коронкам вычислили, кому принадлежит тело.
– Робер? – догадался Жалерэ.
– Да. Судмедэксперт назвал дату гибели. Двадцатое число.
– То есть выходит, – оживился Ишенга, – вся группа «батест» была уничтожена в промежутке двадцатого – двадцать второго числа!
– Именно.
– Но кто тогда перебил банду Шукра?
– Видимо, те, кто убил агентов, – предположил Жалерэ.
– Я тоже так думал, – кивнул Мадунар. – До тех пор, пока не получил рапорт от агентов группы «шалл». В ходе проведенной операции они вышли на сотрудников полиции, имеющих прямые контакты с преступными группировками. Так вот задержанные сотрудники показали, что ликвидация группы «батест» на счету лейтенанта полиции Пронжира и его подчиненных. Лейтенант убит при попытке задержания, но его люди взяты и дают показания.
– Постойте-постойте, Мадунар, – помотал головой Жалерэ. – Я запутался. Пронжир и его люди уничтожили агентов. А кто уничтожил Шукра?
Мадунар отложил первый лист и достал еще два.
– А вот теперь начинается самое интересное. Моим парням удалось получить словесные портреты тех, кто сначала был в «Сата Марене», а потом отличился на Милигере. Они совсем не похожи на агентов Сорвернара и Наденала. Дальше. Этих людей видели в компании с бандитами Дашелды.
– Они из группировки Дашелды?
– Момент. Все по порядку. Наши источники в группировке говорят, что Дашелда и правая рука Салавара Недамир наняли двух людей для поездки за кордон. Цель поездки не ясна. Но факт сомнения не вызывает. А главное – Недамир считает их кейперами.
Жалерэ и Ишенга переглянулись. Дело принимало скверный оборот. Кейперы последнее время притихли. А тут вдруг пошли на прямой контакт с бандитами, да еще помогают им! Странно.
– Дальше. – Мадунар достал еще несколько листов. – Этих людей видели в Акраоре. Они восстанавливают торговые каналы и связи группировок, и прежде всего с саймитами. Как говорят, эта парочка очень крутая и уже показала себя в стычках.
– Кейперы умеют подбирать и готовить своих боевых псов, – зло сказал Ишенга. – Так что ничего удивительного.
– Удивительное впереди, – пообещал Мадунар. – Сегодня днем из Эхагана вернулась группа журналистов. Среди них наши агенты, работавшие под прикрытием. Они рассказали о том, что угодили в плен к шальной банде, захватившей их неподалеку от бурга. Так вот бандиты заехали на какую-то ферму пограбить. И были перебиты группой неизвестных. Которых возглавляли…
– Эти двое ловких парней, – закончил Ишенга.
– Верно. На этот раз они были с небольшой группой, по виду типичными боевиками. Но факт остается фактом. Бандитов перебили, пленных освободили. Причем эти двое имели при себе оружие незнакомой конструкции. И форму неизвестного образца.
– А ваши агенты остались целы? – спросил Жалерэ.
– Не совсем. Девушка подверглась жесткому насилию. Ее отправили к врачам. Психологу предстоит много работы, чтобы привести ее в норму.
– Что же получается? – недоуменно качнул головой Жалерэ. – Некие люди, предположительно кейперы, каким-то образом выходят на след банды Шукра и выкашивают ее под корень. А потом выполняют задание Дашелды и Салавара за кордоном? Зачем? И с каких это пор кейперы действуют открыто?
– У кейперов только одна категория боевиков имеет подготовку высокого уровня, – заметил Ишенга. – Это ликвидаторы. Но факт и впрямь странный. Невозможный симбиоз «ночных крыс» и бандитов.
– Я предполагал, что агенты Сорвернар и Наденал каким-то образом сменили внешность и перешли на нелегальное положение, – признался Мадунар. – Но потом понял, что это невозможно. Ведь мы нашли тела агентов. Так что в Дардавере и за кордоном действуют неизвестные нам люди.
– История действительно интересная, – сказал Жалерэ. – Но по большому счету теперь это не так уж важно. Ни для кого не секрет, что через трое суток армия пересечет границу. Поставлена задача оккупировать территорию прерий, Хапронского массива и Негемских гор. С учетом обстановки за кордоном, больших проблем с выполнением задания не будет.
– Разведотдел армии пока не имеет опытных кадров, и штаб легиона обратился к Корпусу с просьбой выслать за кордон наших разведчиков, – сказал Мадунар. – Так что мы в курсе происходящего там.
– Тем более. Думаю, эти ловкачи-ликвидаторы либо уйдут дальше на север, либо сгинут. Так что о них можно забыть.
– Хотелось бы, – вздохнул Мадунар. – Но не выходит.
– Это еще почему?
Мадунар обвел взглядом собеседников, чему-то невесело улыбнулся и заговорил на полтона ниже:
– Из разных направлений отдела поступают сведения о задержанных или взятых под подозрение сотрудниках полиции. Один из таких типов – начальник полиции Фэнпима капитан Луберт. В своей покаянной записке он упоминает эпизоды с участием неких лиц. Эти неизвестные, числом двое, сперва перебили банду Бекмерадина, терроризировавшую рыбаков на побережье. Потом устроили бойню в бане и уложили троих парней Вацкера – местного главаря. А затем исчезли в неизвестном направлении.
– Ты хочешь сказать, что у кейперов появился интерес на западном побережье? – не понял Жалерэ.
– Нет. Я хочу сказать, что эти двое явились в Дардавер с побережья. По дороге заскочив в Фэнпим, а потом и в Имтернар.
– Но что они делали на побережье?
Мадунар взял паузу, доставая новые бумаги. Но Жалерэ и Ишенга видели, что начальник направления просто тянет время, не зная, как продолжить рассказ. Видимо, информация была неординарной…
– По показаниям хозяина рыбацкой фермы Мака Дорвантера, напавшую на них банду Бекмерадина уничтожили два человека. С их слов Дорвантер понял, что те с потерпевшего крушение корабля. Пришедшего с неких земель на юге.
– На юге?
– Да. С юга за горами.
– Это за Вападарским хребтом? Выходит, там тоже есть жизнь?
– Момент. Так сказал Дардавер. А вот показания некоего Горпина с фермы Плауст. Он выходил на лодке на ловлю крабов, течением его отнесло южнее, на территорию фермы Дардавера. Горпин продолжил лов, но торопился. Не хотел конфликтовать с соседями. Так вот он вроде бы лично видел в море огромную посудину, всплывшую из-под воды километрах в десяти от него. Горпин рассмотрел ее в бинокль. Нечто невероятное и грандиозное. Еще в бинокль он заметил лодку и двух людей в ней. Лодка пошла к берегу, а огромная посудина ушла под воду. И больше Горпин ее не видел. Лодка дошла до берега, пассажиры покинули ее и пошли на юг, к ферме Дардавера.
В комнате воцарилась тишина. Сказанное Мадунаром настолько выходило за рамки привычного, что никто не мог осознать этого.
– Я поднял архивы, – прозвучал в полной тишине голос Мадунара. – Посудина похожа на подводную лодку. Если принимать во внимание ее размер – это боевой корабль особого назначения. Но…
– Выходит, где-то на планете есть цивилизация, по уровню превосходящая нас, – констатировал Жалерэ. – Или сумевшая использовать технику прежних времен!
– Значит, они оправились от катаклизма и начинают разведку территорий, – добавил Ишенга. – Никогда не думал, что это возможно.
– А эти двое – никакие не кейперы, а разведчики с той стороны. Активно начали работу, вступили в контакт. Одно непонятно, как они вышли на Шукра?
– Самое простое – нашли машину агентов и их самих, – предположил Мадунар.
– Слишком просто, – возразил Ишенга. – И вообще в этом деле много случайностей. Нашли тела агентов, нашли Шукра, нашли Недамира и Дашелду. Перебили кучу бандитов…
– Вообще-то в жизни совпадений и случайностей гораздо больше, чем хитроумных комбинаций и четко исполненных планов, – вставил Жалерэ. – Одно непонятно: зачем эти люди связались с бандитами и ушли за кордон? Что им надо на севере?
– За кордоном ходят упорные слухи о том, что саймиты отыскали некое оружие прежних времен, – предположил Мадунар. – А если там что-то такое, что угрожает тем, кто послал разведчиков? Вот они и прибыли захватить или уничтожить это оружие.
Жалерэ потер подбородок. Мысль показалась ему интересной.
– Когда войска освободят закордонье, надо послать туда специалистов проверить местность. В каком районе саймиты нашли оружие?
– В Пыльном треугольнике.
– Ну там можно найти что угодно. Мрачная слава тех мест дошла и до нас. Если уж рудокопы и саймиты не лезут туда, то остальные и вовсе головы свернут.
– Однако суть дела не меняется, – сказал Мадунар. – Мы имеем достаточно сведений, чтобы предполагать, что к нам пожаловали разведчики с другого материка. Вот поэтому я не хотел оформлять доклад письменно, а изложил его лично.
– И правильно сделали! – кивнул Ишенга. – В нынешней ситуации подобные сведения могут взорвать конфедерацию. Только привыкли к наличию соседей из Хенгольдской республики, как возникают парни из-за океана.
– Так что с этим будем делать? – спросил Мадунар.
– Оформите доклад, – сказал Жалерэ. – И отдайте мне. И пока забудьте об этом. Сейчас не до поиска гостей из-за океана. Мы проверим данные о находке саймитов, как только это будет возможным. И никому не слова.
– Ясно. Но если вслед за разведкой последуют другие?..
Жалерэ нахмурился.
– Этого исключать нельзя. Хорошо, я переговорю кое с кем из руководства. Возможно, что все это – ошибка. Надо перепроверить данные. Но потом. А пока все внимание подготовке к переходу границы. Скоро там станет жарко…

13

За Эхаганом местность несколько изменилась. Поля стали меньше, их чаще перерезали овраги и балки. Мелкие речушки, озера пропали, земля пошла сухая, с невысокой бледно-зеленой травой.
Заметно потеплело, термометр в часах наемников показывал почти двадцать градусов. Небо очистилось от тяжелых туч, а редкие облака парили на порядочной высоте.
На широкой, хорошо утрамбованной грунтовке машины могли развить скорость до семидесяти километров в час. Но колонна шла медленнее и периодически делала остановки поблизости от холмов, взгорков, бугров. Наемники внимательно осматривали округу в бинокли и только после этого давали добро на продолжение движения.
Мера предосторожности не лишня: после появления за Нетеяжем саймитов шальные банды просто обнаглели. Пользуясь моментом, нападали на фермы и поселки, грабили и угоняли людей.
Саймиты объявили награды за пленников, особенно за детей. И новоявленные охотники за головами спешили заработать побольше, пока есть возможность.
Несколько раз у горизонта замечали машины. Те шли разными курсами, исчезали из виду или выскакивали из-за холмов. Дважды проезжали небольшие стада. Пастухи с подозрением смотрели на машины и держали их на прицеле. Но остановить не пытались.

Ближайшая цель пути – Дангер. Поселок на берегу Нетеяжа. Там можно сделать остановку, отдохнуть.
– Они живут дорогой. Кормят, поят, обстирывают, если надо. И поддерживают в хорошем состоянии мост, – рассказывала Ланеда. – Даже ремонтная мастерская есть.
Девушка в пути окончательно отошла от пережитого и с удовольствием болтала со спасителями. Она вывалила кучу разнообразной информации, большей частью бесполезной, и готова была вывалить еще столько же.
Общался с ней в основном Кир, Герман редко вставлял фразу-другую, больше слушал. После выезда из бурга настроение почему-то испортилось, и он хмуро смотрел на дорогу.

Дангер их встретил тишиной. Во дворах домов никого, на улице никого и на маленькой площади в центре тоже никого. Хотя в бинокли наемники заметили людей. Сейчас те, видимо, попрятались. Плохой признак – здесь ждут незваных гостей.
Герман оставил «ВЕН» у въезда в поселок стеречь дорогу. А «дектор» и «тагерт» двинули дальше.
Кир остановил внедорожник возле колонки. Наемники вышли из машины, огляделись.
– Ну и где тут дом главного? – спросил Герман.
Ланеда тоже вылезла из машины, указала рукой на двухэтажный дом справа.
– Это дом старосты поселка.
– Куда все подевались? – недоуменно произнес Кир.
– Похоже, драпанули, – предположил Герман. – На юг.
– Почему? – не поняла Ланеда.
– Потому что, если бы поехали на запад, мы бы их встретили. А на север и так не поедут. Как и на восток.
– Я поищу людей, – предложила девушка.
– Давай. Только осторожнее.
– Я присмотрю, – откликнулся Кир.
Герман смерил его насмешливым взглядом и пожал плечами. Потом махнул рукой сидящим в «тагерте» Тонаку и боевикам.
– Пройдитесь по поселку. Может, кого найдете. Только аккуратно. Я буду здесь.
Тонак кивнул, поправил ремень «литмера» и чуть заметно поморщился. Плечо вроде заживало, но еще ныло.

Народ в поселке был. Правда, совсем немного. В основном старики. От них и узнали, что еще вчера большая часть жителей погрузила вещи в машины и уехала к границе конфедерации. Сделали они это после того, как с востока пришли известия о затоплении поймы и о том, что саймиты отходят к Нетеяжу.
Испытывать на себе прелести общения с северянами жители не хотели. И хотя не все верили, что саймиты придут, все же решили перестраховаться.
Те, кто не поверил в появление саймитов, теперь ломали голову, как быть дальше. И бросать добро жалко, и сидеть на месте страшно.

Ланеда и Кир отыскали родственника старосты, тот рассказал о недавних событиях и о том, что утром в поселок заехали чужие. Первая группа – рудокопы из Стомвера. Они пробыли два часа, набрали воды и уехали на юг, в обход затопленной поймы. А вторая до сих пор здесь. Кто они, родственник не знал, но подозревал, что могут быть бандиты.
Правда, здесь никого не трогали, остановились в брошенном доме мастера по ремонту машин. Теперь жители боялись, как бы они чего-нибудь не натворили. Защитить себя местные не могли.

– Мост в порядке? – спросил Герман.
– Да, все нормально. Его осматривали неделю назад. Сейчас вода спокойная, сваи не подмоет.
– Спасибо. Продуктами не запасемся?
– Берите что хотите, – махнул рукой местный. – В доме старосты много чего есть. Двери не заперты.
– Мы заплатим.
– Оставьте деньги на столе.
Родственник старосты ушел. Кир посмотрел ему вслед и задумчиво проговорил:
– Дыма без огня не бывает. Если местные так уверены, что саймиты придут сюда, видимо, не зря считают.
– Все может быть. Пойма в сотне километров от нас. Отряды саймитов вполне могут нагрянуть.
– Мы не задержимся, – понял намек друга Герман. – Воды наберем и возьмем хлеб и мясо. Если найдем.
– Тогда пошли. Раз родич старосты дал добро, значит, можно смело грабить. За деньги…
– А где Ланеда?
– Забежала к знакомым. Семейная пара, старики, знают ее отца. Дальние родственники.
– Кругом родня. Ну пошли.
В доме старосты они нашли все, что нужно. На кухне хлеб, соль, лук. В подвале, в специальном углублении вяленое и копченое мясо. Тут же стояли бочки и кадки с солениями, ящики с картофелем и еще много чего. Можно было затарить не одну машину. Но наемников интересовало только мясо и хлеб. Остального и так хватало.
Набрав две сумки, они вышли на площадь. И увидели возле внедорожника Тонака и Нурмера. Их машина стояла чуть в стороне.
Когда наемники подошли, Тонак сказал:
– В нескольких домах есть люди. В остальных пусто.
– Надо предупредить Харма, пусть подъезжает сюда. Мы скоро выдвигаемся.
– Мы встретили знакомых, – вставил Нурмер. – Парни тут по делам.
– Это они остановились в доме ремонтника?
– Да. У них одна машина барахлит, хотели починить. Ремонтник уехал, вот сами и копаются. Они предлагают хороший товар.
– Какой товар? – не понял Ветров.
Нурмер обернулся и кивнул. Открылись передние дверцы «тагерта», и оттуда вылезли Венд и какой-то тип.
Он был одет точно так же, как и боевики. За спиной винтовка, на ремне кобура пистолета. Рост выше среднего, жилистый, подвижный. На лице ухмылочка. Но глаза смотрят жестко, с прищуром.
– Это Кастур из команды Фелша. Работают здесь.
– Где – здесь?
– Везде помаленьку, – иронично пояснил Кастур. – Узнали, что приехали уважаемые люди. Захотели сделать подарок.
– Что за подарок?
Неприятный тип, этот Кастур. Взгляд, выражение лица, повадки. Если он знакомый боевиков, значит, сам боевик. И с чего это решил сделать подарок?
Кастур вернулся к машине, открыл заднюю дверцу и что-то вытащил наружу. А потом шагнул в сторону, и Герман увидел девочку-подростка.
Та стояла, глядя на него отрешенным взглядом. Старые брюки и свитер кое-где запачканы грязью, на ногах стоптанные ботинки. Волосы собраны в пучок на затылке. Руки безвольно висят вдоль тела.
– Это тебе, Герман, – сказал Кастур. – Мы уважаем старших братьев и всегда рады помочь. Хороший товар.
Герман перевел взгляд с девочки на Кастура. Вот в чем дело. Он ошибся, этот гад не боевик, а охотник за головами. Похититель людей.
Ветров покосился на Нурмера. Ясно, что тот похвастал: мол, с ними едут настоящие кейперы. Вот ловцы и решили поднести дар, а заодно задобрить «ночных крыс», дабы те не начали выяснять отношения прямо здесь.
– Девочка свежая, нетронутая, – пояснил Кастур, по-своему истолковав взгляд Ветрова. – Вообще-то ее специально брали под заказ одной богатой даме в конфедерации. Та извращенка, захотела невинное тельце. Но вам отдадим даром.
За спиной раздался слабый вздох. Герман обернулся. Подошедшая Ланеда с гневом смотрела на бандита. Взгляд метал молнии, щеки покраснели.
– И много у вас такого товара? – спросил бандита Герман.
– Шестеро, – осклабился тот. – В поселке за рекой взяли. Все дети здоровые как на подбор. Отличный куш!
– Угу.
Герман подошел к девочке, окинул ее внимательным взглядом.
Тело еще не до конца оформилась, но уже видна грудь, округлые бедра. И губы сочные, нецелованные. Красивое лицо, голубые глаза. Хороша девчонка!
– Как? – обернулся он к Киру.
Тот тоже подошел, показал большой палец.
Кастур растянул губы в усмешке.
– А как же! Знаем запросы!
– Молодец.
Герман подмигнул оцепеневшей от ужаса девчонке, чмокнул губами и вдруг без замаха ударил Кастура в челюсть.
Того швырнуло на землю, прямо под ноги Киру. Шилов с налета врезал носком ботинка под ребра бандита.
Кастур рухнул на землю и захлебнулся криком. Винтовка слетела с плеча, упала в пыль. Герман наступил на нее, отшвырнул в сторону, подошел к лежащему бандиту и вновь ударил, на этот раз в живот.
Тот сложился пополам, раскрыл рот в крике, но воздуха выдавить хотя бы один звук не хватало. Еще несколько ударов выбили из него сознание.
Кир нагнулся, стянул с тела ремень с кобурой, потом подобрал винтовку.
Герман подошел к Венду. Тот наблюдал за расправой прищуренными глазами. И так же с прищуром посмотрел на наемника.
– Какого черта ты притащил ребенка? Я похож на извращенца?
– Они предложили товар. Что такого?
– Детей?
Боевик зло оскалился:
– А вы кого крадете? Собак, что ли? Обычная сделка…
– Значит, это ваши знакомые?
– Да.
Герман, чувствуя, что бушующая в нем ярость сейчас возьмет верх и он размажет этого подонка по земле, отступил и посмотрел на Тонака. Тот следил за происходящим, держа руку на кобуре. Готовился стрелять. Вот только в кого?
– Где живет этот ремонтник?
– До конца улицы налево. Но Герман… их там шестеро.
– Учту.
– Не делай глупостей, нам не стоит с ними ссориться!
– Тонак, жди здесь. Ланеда, присмотри за ребенком.
Девушка бросилась к стоявшей столбом пленнице, обхватила ее руками и отвела в сторону.
– Кир?
Тот еще раз пнул бездыханное тело, сплюнул и снял автомат с плеча.
– Едем.

* * *

Тонак посмотрел на лежащее в пыли тело и на боевиков. У тех на лице смятение и злость. Наемники повели себя странно. Ладно, от девчонки отказались, но зачем было бить охотника? И что будет теперь?
Ланеда отвела девочку в сторону, дала ей воды, потом прижала к себе и стала что-то шептать на ухо.
Венд подошел к лежащему бандиту, посмотрел в лицо и неуверенно сказал:
– Убили, что ли?
– Проверь, пульс есть?
Венд присел, положил пальцы на сонную артерию.
– Вроде, есть.
Тонак пожал плечами.
– Выживет… если не добьют.
В напряженной тишине раздался одиночный выстрел. Все обернулись на звук, напряженно замерли. Но больше стрельбы не было.
А через пять минут на площадь выкатили два внедорожника: «дектор» наемников и «хог». Машины встали, из первой вышел Герман, из второй – Кир. Тот открыл заднюю дверцу и громко сказал:
– Вылезайте!
Из «хога» вышли пятеро детей: два паренька и три девочки. Самой младшей было лет семь. Старшему пареньку чуть больше двенадцати. Он один без страха смотрел по сторонам, остальные жались за его спиной.
Девочка, стоявшая рядом с Ланедой, вдруг вскрикнула:
– Седар!
Паренек вздрогнул, увидел ее и сделал шаг навстречу. Девочка выпустила руку Ланеды, подбежала к нему и заключила в объятия. Послышался плач. Парень гладил девчонку по голове и шептал что-то успокаивающие.
Герман бросил на них взгляд, потом обогнул бездыханное тело бандита и подошел к Венду. Тот напрягся, ожидая нового скандала. Но Ветров спокойно сказал:
– Давай за Хармом. Нам пора уезжать.
Венд молча пошел к «тагерту». Нурмер последовал за ним.
Ветров проводил их взглядом и повернулся к Тонаку. Тот спросил:
– И что дальше?
– Сделаем небольшой крюк.
– Хочешь отвезти детей?
– Да.
Тонак пожал плечами, но спорить с Ветровым не стал. Знал, что бесполезно, тот все равно сделает по-своему.
– А «хог» зачем?
– А куда мы их посадим? Кроме того, в машине трофейное оружие.
– А что с…
– С охотниками? – Герман усмехнулся. – Главарь полез за стволом и словил пулю. Остальные живы. Правда, совсем не здоровы. Мы забрали у них все оружие и машину. Остальные слегка попортили. Так что бравым хлопцам, когда придут в себя, надо будет подумать, как уйти отсюда.
Тонак покачал головой, но комментировать не стал.
Приехали машины боевиков. Харм, извещенный Вендом и Нурмером о произошедшем, посмотрел на детей и спросил:
– И что дальше?
– Сделаем крюк, завезем детей домой. Это недолго – поселок в ста километрах отсюда.
Харм покатал желваки по скулам и неожиданно растянул губы в усмешке.
– Вы точно не кейперы! Те бы такую добычу не упустили.
– Ты так много знаешь о кейперах? – усмехнулся Герман и посмотрел на часы. – Пора выезжать. Я иду первым, «тагерт» за мной, ты замыкаешь. И смотри в оба. В любой момент можем нарваться на саймитов.
Харм поправил ремень винтовки на плече, развернулся и пошел к машине. Герман покосился на лежащего охотника. Тот вроде пришел в себя, слабо шевелил головой и руками, но встать не мог. Только тяжело, со всхлипом, дышал, выплевывая кровавые сгустки.
Через пять минут колонна покинула поселок.
Седара Ветров посадил рядом с собой. Паренек хорошо знал дорогу и уверенно показывал все объезды и повороты.
После того как на его глазах наемники лихо разобрались с бандитами, паренек проникся уважением к Ветрову и Шилову и с готовностью рассказал обо всем, что произошло в поселке.

…Бандиты налетели вчера утром, когда большая часть жителей уехала. Нескольких мужчин и стариков бандиты убили, еще убили женщин, защищавших детей.
Кое-кто из жителей успел уйти или спрятаться. Бандиты долго не искали – спешили, пока в поселке было пусто. Похватали детей, взяли одну девушку, подожгли несколько строений и уехали.
Девушку истязали до утра, а утром она умерла от сильного кровотечения. Ее тело бросили в овраг и предупредили детей, что с ними будет то же самое, если начнут шуметь.
Сестру Седара Халию тоже сперва хотели пустить на потеху, но старший бандит запретил. Сказал, за нее дадут хорошую цену.
С пленниками обращались плохо, кричали, несколько раз ударили, почти не кормили. Предупредили, что за плач и крики накажут.
Дети от страха онемели и совсем не хотели есть. Седар пытался придумать план побега, но ничего путного не вышло.
А потом Халию увезли. Бандиты что-то говорили о кейперах. Причем с немалой долей страха. А после этого пожаловали наемники и в короткой схватке перебили всех охотников за головами.

– Вернуться бы домой, – закончил мальчишка. – Больше мы никому не позволим себя захватывать!
Герман хотел улыбнуться, но посмотрел на паренька и передумал. Тот говорил серьезно.
– Думаешь справиться?
– Да. Мы были беспечны. Теперь не будем.
Седар потер запястья, на которых еще были следы от веревки.
– Только бы оружие найти. В поселке его мало.
Герман покосился на парня, открыл бардачок и достал оттуда кобуру с трофейным пистолетом.
– Знаешь, что это такое?
– «Стом-фар». Магазин на десять патронов, калибр восемь и семь. У отца такой был.
– А где отец?
– Погиб год назад, – вздохнул паренек. – Кто-то напал на стадо, убил двух пастухов и отца…
– Забирай пистолет. Там еще два магазина к нему.
Седар посмотрел на наемника и благодарно кивнул.
– Спасибо.
Вот так, лучший подарок двенадцатилетнему парню – оружие. Невеселые времена наступили, раз дети вынуждены защищать себя и близких.
Седар надел кобуру на ремень, проверил, как сидит, достал пистолет, повертел и спрятал обратно. Видно, что не первый раз держит оружие в руках.
– Что у вас слышно о саймитах? – Спросил Герман.
– Они дальше на востоке. Но могут прийти сюда. Старшие говорили, что надо уходить. Но не все. Кое-кто хотел остаться. Больше опасаются бандитов. Дядя говорит, они служат саймитам и выполняют грязную работу.

Трофейный «хог» вел Кир. Рядом сидела Ланеда, а сзади разместилась компания детей. Они с аппетитом уплетали бутерброды и запивали их чаем. Ланеда с трудом сдерживала слезы, глядя на изможденных детей, а Кир катал под скулами желваки и крепче сжимал руль. Он уже жалел, что послушал Германа и не перебил бандитов. Дети порассказали такое, от чего у него – закаленного бойца – холодело сердце.
Таких нелюдей надо давить сразу и без всякой пощады. Или медленно вытягивать из них жилы. Потому что те, кто поднял руку на детей, недостойны жить!

В «тагерте» Харм зло выговаривал Тонаку:
– Эти парни спятили! Из-за каких-то щенков перебили лучшую команду охотников! Не знаю, почему им доверяют Дашелда и Недамир, но я бы их пристрелил прямо сейчас! Из-за их слюнтяйства мы можем подохнуть в этих чертовых прериях или в треугольнике!
Тонак, и сам далеко не обрадованный действиями наемников, все же сказал:
– Почему им доверяют, можешь спросить Дашелду. Когда будет связь. А пока держи язык за зубами. И своим скажи.
Харм кашлянул и сплюнул через открытое окно дверцы. Тонак прав: связываться с этими громилами опасно. Они уложили всю команду Фелша, а самого пристрелили. Нет, таких надо бить в спину. Но это уж как выйдет. Во всяком случае, сначала надо переговорить с Дашелдой. Только бы связь заработала!..

Дважды Герман слышал выстрелы. Приглушенные хлопки звучали слева и впереди. Седар сказал, что в том районе находится ферма соседей – семейства Абколга. Им принадлежат выпасные поля почти до поймы Нетеяжа. И самые большие стада на востоке прерий.
Судя по всему, ферма попала под удар. Только чей: саймитов или бандитов? Впрочем, между первыми и вторыми большой разницы нет. И те и другие убивают и грабят.
Седар при звуке выстрелов бледнел и хватался за рукоятку пистолета. Вспоминал, как нападали на их поселок.
– У Абколга дочь на выданье. Ей уже шестнадцать.
– Много народу на ферме?
– Человек тридцать.
– Может быть, отобьются. Смотря кто напал.
Седар вжал голову в плечи и сердито шмыгнул носом. В этот момент донесся хлопок взрыва. Герман нашел взглядом небольшой клубок дыма почти у самого горизонта.
– Это ферма взорвалась? – напряженно спросил Седар.
– Или машина бандитов, – ответил Герман не очень уверенным тоном.
Парнишка покосился на него и промолчал. В хорошие новости он уже не верил.

На полпути сделали остановку. Наемники забрались на вершину кургана и рассматривали округу в бинокли.
– Слева дым пожара, – заметил Кир.
– Ферма Абколга горит, – пояснил Герман. – Не устояла.
– Думаешь, саймиты?
– Не знаю. Нам надо поспешить. Отвезти детей и сваливать.
– Харм волком смотрит, – сказал Кир.
– Пусть смотрит. Скоро будет не до волчьих взглядов. Когда войдем в треугольник.
– Мне детишки порассказывали, что делали охотники за головами. В поселке поймали девчушку, чуть старше Халии. Разложили на столе и обработали хором. А когда она одного укусила – отрезали голову. И пристрелил двух старух.
Герман поморщился и повел плечами. Это зверье заслуживает самой жесткой расправы. Но им и так неплохо досталось. Половина будет калеками, остальные придут в себя не скоро. А жители поселка еще добавят, когда узнают, кто к ним пожаловал.
– Двигаем дальше, – сказал Ветров. – Надо успеть до темноты.
– А может, заночуем в поселке? Соваться в ночь в прерии, да еще когда она кишит саймитами… Можем влипнуть.
Герман потер переносицу и взглянул на небо. Светило падало к горизонту.
– Там видно будет.
Поселок носил имя главы семейства, некогда построившего здесь первый дом. Звали его Неслар. Теперь в поселке было два десятка домов и в три раза больше различных построек.
Впрочем, уже меньше. Пять или шесть домов сгорело, несколько построек разрушено. Бандиты не жалели патронов, поливая дома очередями.
Сейчас большая часть пожаров погасла, остовы домов чадили, а ветер разносил едкий дым по округе, отпугивая птиц и животных.
Колонну встретила настороженная тишина. Герман и Кир разглядели в окнах домов и за заборами с десяток стволов, нацеленных на машины. А еще отметили коней в загонах, недовольное мычание коров в стойлах и несколько машин в центре поселка. Похоже, пастухи вернулись домой и были готовы дать отпор новому врагу.
Ветров остановил машину у околицы и повернулся к Седару.
– Пойдем поздороваемся с твоими родичами. Надеюсь, стрелять не будут?
Седар поправил кобуру на ремне и вылез из машины. Вид разоренного поселка нагнал на него тоску.
Они прошли метров двадцать и были остановлены окриком.
– Еще шаг, и стреляем!
Герман встал, вскинул руку.
– Мы с миром!
– Вот и проваливайте с миром!..
Седар вдруг выскочил вперед и закричал:
– Дядя Бункар! Это я!
За забором кто-то громко выругался. Потом из-за дома вышел высокий человек с винтовкой наперевес.
– Седар?! Живой? Ты в заложниках?
– Нет, я…
Герман подтолкнул паренька в спину.
– Беги, поздоровайся с дядей.
Потом повернулся к машинам и сделал жест рукой. Из трофейного «хога» выскочила стайка детей и со всех ног побежала к домам.
Оттуда спешили взрослые, разом позабыв об обороне. Уже оплаканные дети вернулись…

Родной дядя Седара Бункар оказался старостой поселка. Это был уже немолодой, но полный сил мужчина. Здоровый, плечистый, с крепкими руками и смышленой головой. Настоящий хозяйственник, знавший толк в земледелии, в скотине и в торговле.
Он-то сразу понял, что за гости к ним пожаловали. Но виду не подал. Искренне поблагодарил за спасение детей, повздыхал, что не смог лично присутствовать при «наказании» бандитов и понимающе покивал, когда Герман объяснил, почему пощадил тех.
Скользких вопросов не задавал и сделал так, чтобы сельчане вообще не лезли к гостям с разговорами. Да тем и не до болтовни было. В разгромленном поселке и так хватало забот.
Когда Герман заикнулся о ночевке, Бункар указал на пустующий дом. И пообещал отменный ужин.
Словом, сделал все, чтобы приветить спасителей детей. Только саму детвору отправил подальше вместе с мамками и тетками. И на Харма и его парней старался не смотреть. Сразу понял, что они и разграбившие поселок бандиты – одного поля ягоды. Только сейчас вроде как мирные.

За ужином из местных присутствовали только сам Бункар и Седар. Последнего пригласили наемники. Похвалили перед дядей, а Кир вручил пареньку пистолет-пулемет «литмер» из трофейных запасов. Остальные трофеи наемники отдали вместе с машиной Бункару.
Подарок дорогой, а по нынешним неспокойным временам и вовсе царский. Бункар в ответ предложил в дорогу копченого, соленого и вяленого мяса, овощей и фруктов на роту солдат. А также пива, молока, сметаны.
Несмотря на радость от возвращения детей, Бункар был мрачен. При нападении погибло много людей. Но главное – неизвестно как быть дальше. Неподалеку бродят саймиты, постоянно шныряют банды. Того и гляди снова нагрянут. А уезжать вроде некуда. Да и бросать скот, поля, дома жаль. Столько лет строили, а тут все разом потерять.
– Ты хочешь совета? – спросил Герман, уловив в голосе старосты вопросительные нотки.
Тот промолчал.
– Вот совет: уезжайте в Эхаган! Или в конфедерацию. Здесь вам спокойно жить не дадут. Либо саймиты придут, либо опять бандиты налетят. Захватят или нет, но кого-то убьют. А у вас дети. Или в плен заберут – еще хуже. Вон, спроси племянника, каково это, быть живым товаром. Ладно, работать заставят, а если для утех какому-нибудь извращенцу?
Бункар мотнул головой и покраснел от злости. Напоминание ударило по нервам.
– Не знаю… все бросить.
Герман пожал плечами.
– Твое дело. Я сказал, что думал. По крайней мере подготовь поселок к обороне. На крышу дома поставь пулемет, назначь охрану, чтобы следили за дорогой. И не уводи много народу в поле, пусть кто-то прикрывает поселок.
– Спасибо за совет.
– Я могу быть в охране! – вставил Седар. – Я уж точно никого не пропущу.
Староста провел рукой по голове паренька и улыбнулся:
– Непременно. А пока иди спать.
– Кстати, он прав, – сказал Кир, когда мальчик ушел. – Дети – самые надежные в этом деле. Не проспят и не пропустят. Для них это игра. А для Седара еще и месть.
– Он ребенок!
– Повзрослевший за сутки. Он полон желания отомстить. Его лучше не останавливать, а дать задание. По силам. Не напортачит и дело сделает.
– И девчонки не хуже ребят, – неожиданно добавила Ланеда. – Тоже могут следить за дорогой.
Она сидела неподалеку и внимательно слушала разговор.
Наемники и Бункар посмотрели на нее, и девушка слегка смутилась.
– Ладно, решай как знаешь. – Герман встал. – А нам надо отдыхать. Встанем затемно. Спасибо за ужин.
– Рад, что понравилось. А… а куда вы поедете?
Он задал вопрос с запинкой, понимая, что спрашивает не по делу.
Но Герман истолковал все верно. Староста надеется, что эти люди проводят их до спокойного места. Жаль, но ничего не выйдет. У наемников своя дорога.
– Мы едем на север, – после паузы ответил Ветров.
Бункар кивнул, развел руками и вышел из комнаты.
После ужина Ветров отозвал Харма в сторону.
– На ночь выставим часовых.
– Кого? – не понял боевик.
– Охрану. Того, то будет следить за обстановкой. Ты ведь не хочешь, чтобы нас во сне перестреляли?
Харм хмуро кивнул.
– Начнем дежурить мы, потом вы. По часу. И смотри: кто заснет – прибью!
Харм вновь кивнул. Угроза справедлива – проспит один, ответят все.
– И еще, – добавил Герман. – Не смотрите на местных волками. Не надо портить хорошее впечатление о себе. Вас впервые благодарят за помощь. Оцените.
Боевик скривил губы, желая сказать, где он видел местных и их благодарность, но передумал. Буркнул «все ясно» и ушел.
Кир проводил его взглядом.
– Как бы они сами ночью нас не прирезали.
– Не рискнут.
Во дворе их поджидала Ланеда. Девушка была чем-то смущена, в глаза наемникам не смотрела.
– Простите, – сказала она, когда те подошли ближе.
– За что? – не понял Кир.
– Я… я думала, вы действительно кейперы. Харм и Кортел говорили, я слышала.
Кир хмыкнул, недовольно покрутил головой. Вот трепачи!
– Я ошибалась! – горячо воскликнула девушка. – Вы не можете быть кейперами! Они – подлецы и негодяи! Крадут людей! А вы спасаете! Меня, журналистов, детей! Вы ни разу никому не сделали плохое!
Наемники с веселым изумлением слушали девушку. Такие слова им еще никто не говорил. Даже странно слышать.
– Словом, извините! – закончила она.
– Ланеда, – позвал Герман, – благодарю за добрые слова. И признаюсь тебе честно… Мы действительно не кейперы.
– А кто?
Ветров улыбнулся.
– А вот это большой секрет!
Кир подошел к девушке, приобнял ее за плечи.
– Иди спать! Завтра рано вставать, тебе надо набраться сил.
– Я не хочу спать!
– А ты попробуй! Ну?
Он заглянул в ее глаза.
Ланеда смутилась, опустила голову и пошла к дому. Кир проводил ее взглядом, вздохнул.
– Не вздыхай, вздыхатель! – усмехнулся Герман. – И ей успел вскружить голову?
Кир ответил без улыбки:
– Хорошая девочка. Чистая. Хотя в таком месте родилась и такое видала.
– У тебя все девушки хорошие.
Кир вдруг помрачнел, мотнул головой.
– Да нет, не все… ладно, давай пройдемся. Раз мы на посту, обойдем периметр.
– Вокруг столба с ночевкой?
– Именно.
Они вышли со двора, обогнули забор и встали посреди улицы. Давно стемнело, но поселок не спал. Доносились голоса из домов, где-то работал мотор машины, звенела упряжь, мычали коровы. В окнах домов горел свет. За занавесками мелькали тени. Мимо наемников несколько раз проходили жители.
– Собираются? – прикинул Кир. – Или решили остаться?
– Кто знает. По большому счету, уходя, они теряют все нажитое. А если останутся – могут потерять жизнь.
– Философский вопрос.
– Никакой философии, простая жизнь.
По дороге пронеслись двое всадников. В первом наемники узнали Седара. Он был при оружии – наверное, спешил занять место наблюдателя.
– Хороший парнишка, – с улыбкой сказал Кир. – Смышленый, толковый. Настоящий мужик вырастет.
– Да, соображает быстро. И повзрослел тоже быстро.
Кир свернул к обочине, сорвал травинку, покатал ее в пальцах, сунул между зубов.
– Знаешь, я тут подумал… вернемся домой – заберу к себе сына.
Герман повернулся к другу и внимательно посмотрел на него. Шилов впервые заговорил о ребенке за эти пять лет.
Кир помолчал, выплюнул травинку.
– Ты ведь знаешь, у меня сын есть.
– Знаю.
– Семь лет почти, большой… Мы разошлись с его матерью еще до отъезда из страны…
Кир говорил странно надтреснутым голосом, словно пересиливал себя. Часто делал паузы.
– Я никогда не говорил, почему развелся. Мерзкая история…
Он посмотрел на Германа, но тот хранил молчание.
– Ирина ее звали… зовут. Ирина Митяева. Мы поженились после завершения контракта. Она только окончила институт с красным дипломом. А мы начали работать в охране. Помнишь, выезды, командировки, разборки?
– Помню.
– Бывало, не ночевал дома, как-то отошел от семьи. А тут еще пацан родился, Антон. Ребенка помогали растить родители Ирины. А она, как ему десять месяцев исполнилась, пошла работать. Нужны были деньги. Вроде все удачно, даже карьеру сделала в компании «Чистый светоч». Стала заместителем руководителя финотдела.
Кир замолчал, сорвал еще одну травинку. Растер ее пальцами и вытер руку о штанину.
– Вроде неплохо жили, даже отношения стали лучше, теплее. Правда Ирка заработалась, по тринадцать часов в день вкалывала. К ночи домой приходила. Невроз получила. А потом я узнал… вернее сама проговорилась… словом, у нее появилась любовница.
Герман едва сдержал удивленный возглас. Думал, что ослышался.
Кир взглянул на друга и кивнул.
– Именно, любовница! Лесбиянка! Некая Сашенька. Уже потом узнал – Александра Золотова. Они работали вместе в компании, та в другом отделе. Что на Ирку нашло, как поддалась на уговоры? Ведь никогда к этому тяги не имела, нормальная женщина! А тут раз – и!..
Герман расслышал скрежет зубов. Кир с силой сжал челюсти, сдерживая себя. Они прошли метров двадцать, прежде чем Кир продолжил.
– Я пытался с ней говорить. Но она как заведенная – Сашенька все понимает, поддерживает, эмоции связывают, страсть… Хотел ее к психологу отправить – ни в какую. А видно же – больная. Сама говорила: на работе все смеются: мол, как лошадь вкалывает. В общем, крыша поехала. А ума не хватило у меня помощи попросить. Упала в объятия извращенки! Уж что там нашла – не знаю. Секс? Страсть? Тьфу!..
Герман поморщился. Как и всякий нормальный здоровый человек, к извращениям он относился однозначно: с брезгливостью и неприязнью. Как к измазанному в дерьме существу. Что должно произойти с головой изначально здорового человека, если он выбирает подобные вещи: лесбиянство, некрофилию, зоофилию? Изгиб сознания? Воспаление мозга?
Кир, Кир, через что же ты прошел?!
– Мы разошлись. Простить измену и предательство я не смог. Да еще такую грязь! Пацану и двух лет не было. Ирина сама не из Москвы, но прописку сохранила. Я оставил ради сына. Потом мы уехали в Афган… Я краем уха слышал, что она пошла по рукам. Бабы, мужики. А то и все вместе. Угодила с нервным расстройством в больницу, долго там лежала. Вроде как травилась… Помнишь, мы брали отпуск?
– Ну?
– Я приезжал сюда, навещал сына. Она хотела меня найти, поговорить. Теща сказала, вроде как жалела сильно. Но я… – Он покачал головой и поморщился. – Не смог. Забыть такое!..
– А сын?
– Сын с ней. Вернее, с ее родителями живет. Это я уж после возвращения узнал – она вроде как замуж собиралась. За мужика, как ни странно. Видимо, загиб в голове прошел. Или вылечили. А! К черту!
Кир махнул рукой и поднял на Германа полные боли глаза.
– Об одном жалею – что пацан там остался. Да, родители ее хорошие люди. Как сами пережили все – не знаю. На валидоле сидели. А теперь вот подумал – хватит! Заберу парня! Нечего ему в этом… расти. Да и возраст уже, отец нужен. Он всегда был нужен, но… ладно.
Кир прокашлялся, шумно выдохнул и запрокинул голову вверх.
– Проехали тему. Извини, друже.
Герман положил руку ему на плечо.
– Все нормально, брат! Держись. И с сыном правильно решил. Пацан должен мужиком расти при отце, а не при…
– Извини, сорвался! Накипело что-то. Да еще эта история с детьми. Я как услышал, что девчонку для какой-то лесбиянки готовят, думал, на месте бандюгана завалю. Такая злость.
– Да я видел. Хорошо, первым успел ударить.
Они одновременно улыбнулись, и Герман с радостью отметил, что мрачное выражение сошло с лица друга. И то ладно.
– Пошли обратно. Нам еще надо подумать, как от этого чертового центра управления назад топать.
– Самое время. Тем более по всем признакам мы скоро до него дойдем.
– Надеюсь. Лишь бы никто не помешал.
– А вот на это рассчитывать не стоит. Желающих полно.
– Но мы как всегда одолеем всех врагов и победим.
– Именно! Всех одной левой. Или правой.
– Пусть сами выбирают.
– Это благородно! Но глупо!
Шутливая пикировка немного подняла настроение и изгнала неприятный осадок после Кировой исповеди.
Обратно наемники пришли уже в обычном деловом настрое. Сосредоточенные и готовые к действию. Как всегда…

Часть 3
Истинный враг

– Мятеж дворян на юго-востоке подавлен. Крестьянское восстание на севере выдыхается. Убиты лидеры и их ближайшие помощники. Новые командиры действуют наобум, без плана. Отряды племен Кренвуу отступили от границы, понеся серьезные потери. Войско кочевников раздроблено на части и гибнет под ударами армейских частей. Ни о каком централизованном управлении степняками речь не идет, вожди племен и кочевий действуют самостоятельно. По большому счету можно констатировать полное поражение всех сил. Голос говорившего прервался, словно обессилев. В наступившей тишине стали слышны раскаты грома за окном и шелест дождя. В их шуме тонули скрип мебели и потрескивание свечей. – Тем не менее, – с новой силой заговорил голос, – поставленные цели достигнуты. Армия прикована к границам и мятежным провинциям, полиция занята поиском мятежников, тайный департамент погружен в дворянский заговор. К столице за последнее время не подведены никакие части и подразделения. Сейчас, кроме гвардейского кирасирского полка, там никого нет. А переброска помощи в течение суток невозможна. Таким образом, несмотря на все недочеты и промахи, мы выполнили этот этап общего плана. И скоро сможем перейти к новому. Но прежде необходимо сосредоточить все силы на исходных рубежах! 
В комнате послышались довольные восклицания и сдержанный гул. Говоривший вскинул руку, призывая к тишине. 
– Второй мастер, переводите верных вам людей в столицу. Третий мастер, ваши люди должны блокировать дороги. Шестой мастер, на вас вся полиция Мирмахана. Девятый и десятый мастера, отправляйте ваших людей во дворец и предупредите агентов в кирасирском полку, чтобы были в полной готовности. Четвертый мастер, вам предстоит затормозить работу тайного департамента. Дозволены любые средства, лишь бы сделать это. 
Говоривший обвел всех пристальным взглядом и добавил: 
– Теперь не должно быть никаких проколов и ошибок! Мы подходим к завершающей стадии дела. Доведите до ваших людей эти слова. И пусть каждый осознает меру ответственности! Впредь до особого сигнала вы должны быть наготове и выступить в любой момент! 
– Но когда он наступит? – не удержался от вопроса десятый мастер. 
– Точного времени не скажу, потому что не знаю сам. Однако это произойдет не позднее чем через двое суток. Нам остается ждать и исполнить предназначенное! Да будет так! 
И нестройный хор голосов повторил: 
– Да будет так! 

1

Пыльный треугольник находился на стыке владений трех общин и занимал довольно большую площадь. Его южная граница проходила неподалеку от Нетеяжа. Восточная пролегала у предгорья Негема. Северная шла по краю каньона Размар. А с запада к треугольнику примыкали прерии.
Неведомым образом треугольник служил местом сосредоточения всевозможных природных катаклизмов, климатических и атмосферных парадоксов и сейсмических аномалий.
Почти половину треугольника занимали болота, песчаные зыби, скрытые под землей пустоты и газовые карманы. Кроме того, там хватало оврагов, холмов и низин.
Но основной «прелестью» треугольника были пылевые ураганы, из-за которых он и получил свое название. Ураганы возникла внезапно, налетали со страшной скоростью и сносили буквально все – деревья, кустарники, камни. За десяток минут пыль заносила огромные валуны и деревья. Но когда ураган стихал, ветерок постепенно растаскивал пыль.
Понятно, что сунуться в такое гиблое место мог только тот, кто знал треугольник. Или кому нечего было терять.

К южной границе треугольника колонна прибыла через три часа после выезда из поселка. Пересекла вброд Нетеяж, проскочила большое поле и подъехала к Мертвой роще. Столь мрачное название носил небольшой лесок, расположенный в низине. На южном краю росли обычные деревья, а на северном был сухостой.
Возле рощи сделали остановку. Наемники и боевики по совету Ланеды проверили крепление груза, подкачали баллоны колес, долили в баки бензина.
– По южной дороге мы на машинах проезжали, – рассказывала девушка. – Это не так опасно. А вот к северной не лезли.
– Ты же говорила, что там дорог нет? – спросил Тонак. – А откуда же южная и северная?
– А как называть это – тропинкой? Или трассой? Говорим дороги. Даже колея чуть-чуть накатана.
Герман недовольно смотрел на самодельную карту. Пыльный треугольник здесь был вообще обозначен одним пятном. Никаких дорог и тропинок нет. Судя по картам с базы подлодок, центр управления где-то там, на севере. Но в центре треугольника или нет – сказать сложно. Конфигурация материка претерпела некоторые изменения, поэтому точных координат нет.

Он спрятал карту, посмотрел на часы и на светило. Потом перевел взгляд на машины.
– Все готовы?
– Готовы, – хмуро отозвался Харм. – Хотя лезть в это проклятое место никакого желания. Лучше бы пойму обогнули.
– Ты пальбу утром слышал?
– Ну слышал.
– Вот. Это наши друзья саймиты шалили. Судя по шуму, стволов сорок как минимум. Уверен, что такой же отряд не отправлен в обход поймы с юга?
Боевик молчал.
– То-то же! Еще меньше я уверен, что саймиты примут нас с распростертыми объятиями. Так что без скулежа. Идем в треугольник. Проводник есть, проскочим.
Харм покосился на Ланеду. Впервые с момента знакомства в его взгляде промелькнуло что-то вроде благодарности. Иметь проводника в колонне – большая удача. В противном случае можно запросто сложить голову.
– Поехали, – сказал Герман и сел за руль «дектора».
Три внедорожника, переваливаясь на неровностях дороги, покатили сквозь рощу вперед, где за стволами деревьев угадывались холмы – граница треугольника.

Детство Ланеды прошло в небольшом поселке в ста километрах на запад от Стомвера. Там она жила у родителей отца. Дружная компания подростков не раз нарушала запреты старших и забредала в дебри треугольника. Каждый раз все дальше и дальше. Игры посреди болот и оврагов казались более интересными.
Со временем дети выросли и ходили по треугольнику без страха. Знали, куда не лезть, что обойти, а от чего бежать или прятаться.
Так что сейчас Ланеда вполне уверенно вела колонну, заранее предупреждая о возможных опасностях и трудностях. И все равно поначалу и наемники, и боевики чувствовали себя неуютно.
Посреди ровной, покрытой травой поляны вдруг вспухал большой пузырь болотного газа. В другом месте из-под камней бил фонтан грязи и пара. Узкие обочины дороги вдруг превращались в широкие и глубокие каньоны.
В довершение неприятностей то и дело попадались участки, где серый туман буквально окутывал машины. Видимость падала до нуля, и водители сбрасывали скорость, не в силах разглядеть путь.
– Так мы до ночи отсюда не выберемся, – мрачно говорил Кир. – Скорость выше двадцати не поднимается.
– Быстрее нельзя, – объяснила Ланеда. – Скорость нужна будет за болотом, на открытом участке. Его надо проскочить обязательно. Иначе можем попасть в ураган.
Герман посмотрел на затянутое облаками небо. Вот-вот пойдет дождь. Еще урагана не хватало!
– Дорога идет все время прямо?
– Не всегда.
– А к центру свернуть можно?
Ланеда удивленно посмотрела на Ветрова.
– Можно. Через двадцать километров будет гора. За ней поворот налево.
– Скажи, а где находится Каменное озеро?
Девушка бросила на наемника встревоженный взгляд. Вопрос был ей явно не по душе.
– Откуда вы знаете о нем?
– В Эхагане слышали. Скотоводы болтали, будто в том районе саймиты нашли что-то.
– Об этом не знаю. А Каменное озеро – гиблое место. Большая ровная площадка, заваленная мелкими булыжниками. Под ними плиты. Иногда из-под плит выходит вода и заливает всю округу. Потому и озеро. От воды идут испарения. Ядовитые. Кто долго ими дышит – умирает.
– Вот туда и поедем.
– Это опасно.
– Что поделать? Так надо.
Дождь хлынул, когда колонна только выехала на открытое место за болотом. Это было довольно большое поле, заросшее мелкой темно-зеленой травой. Ни кустарника, ни деревца. Далеко справа холмы, слева полоса тумана, за которой едва виден край чахлой рощицы. А впереди нависает стена горы.
Едва на землю упали первые капли, Ланеда крикнула, чтобы прибавили скорость. Герман послушно втопил педаль газа в пол, и внедорожник буквально прыгнул вперед. Следом газанули и машины боевиков.
Через несколько километров дождь перешел в ливень, а ветер окреп. Еще через три километра он перешел в бурю. А затем и в ураган.
Дождь оборвало словно по команде. А воздух заполнили мельчайшие частицы пыли. Впрочем, среди них попадали и вполне приличные камешки. Ураган их разгонял до такой скорости, что они с легкостью пробивали борта машин.
К тому моменту до горы оставалось километра три, но скорость резко упала, машины буквально отшвыривало назад. Моторы завывали не хуже урагана, но упорно тянули внедорожники к горе.
К счастью, ураган пока швырял в машины только мелкую пыль. Люди выжимали из моторов все что можно. Заветная гора приближалась.
По капоту ударило что-то увесистое. Потом раздались несколько щелчков по стеклу. Кир увидел, как над самой крышей пролетел немаленький камешек.
– Гора близко! – крикнул он.
Герман давил на педаль газа, боясь, что просто сломает ее.
Машину вдруг подбросило на кочке, раз-другой. А потом бампер уперся в препятствие. Это был большой валун.
– Мы съехали с дороги! – крикнула Ланеда. – Надо левее. Мы почти у горы!
И правда, давление ветра немного стихло, а пыль уже не стояла перед стеклом сплошной пеленой.
Герман вывернул руль, врубил фары, чтобы задние машины видели его, и вновь вдавил педаль газа.
– Справа от дороги небольшая пещера, – сказала девушка. – Все машины туда не влезут, но будут под защитой.
Кир обернулся, попробовал разглядеть, где остальные машины. Но толком ничего не рассмотрел.
– Неужели одни прорвались?
Герман с трудом рассмотрел стену горы и пошел вдоль нее. Метров через двести увидел черный зев пещеры.
– Вот она!
– Осторожнее! – закричал Кир.
Сильный удар сзади сотряс машину. Герман влип затылком в подголовник и едва не прикусил язык.
– Вот и остальные пожаловали. Как по заказу! А ты боялся!..
Кир недовольно покрутил шеей и пробурчал что-то под нос. Ланеда облегченно вздохнула.
– Проскочили!
Ураган бушевал час. Потом резко стих и ушел куда-то на север. Еще час ушел на очищение машин от пыли, песка и мелкого мусора.
Два разбитых бампера, помятые крылья, треснутое лобовое стекло и снесенное напрочь зеркало заднего вида – результат прорыва к горе.
Ланеда утверждала, что еще легко отделались. Застань ураган чуть раньше, могли бы не доехать до укрытия.
Закончив с осмотром транспорта, наемники вместе с девушкой вышли из пещеры и долго осматривали округу. Следовало опасаться не только природы, но и появления саймитов. Если они что-то искали, а может быть, и нашли в треугольнике, сюда могут пожаловать целые отряды.
Боевики остались у машин. Харм выслушал недовольное ворчание своих людей относительно риска, но ответить не успел. Внезапно ожила радиостанция.

Вообще-то этот тип радиостанций принимал сигнал на расстоянии до пятисот километров. Здоровенный ящик неплохо работал в прерии, но после Акраоры стал затихать и вовсе смолк.
Сюда, по идее, сигнал из конфедерации не добивал. Но, видимо, что-то случилось в атмосфере, и волны пробили не только расстояние, но и толщу камня.
Первым сигнал услышал Венд. Он подозвал стоящего рядом Тонака. Тот с недоверием надел наушники и услышал далекий голос Недамира.

– …Дашелда погиб, – огорошил Недамир, когда Тонак вкратце пересказал происходящее. – Тут большой шум начался. Пришлось уходить. Теперь все приказы отдаю я. Куда вас занесло?
Тонак объяснил, где они и почему.
– Черт! Этого не хватало! Ладно, раз влезли, идите. А теперь слушай внимательно. Груз отправите саймитам.
– А рудокопы?
– К черту рудокопов! Я сказал – саймитам! Найдете их за треугольником, они сейчас выбили рудокопов почти из всех поселков, прилегающих к нему. Как скинете груз, идите в Акраору и там ждите нас. Все ясно?
– Все. А что сказать Герману и Киру?
– Скажите, я велел! Им-то все равно, кому отдавать товар. Ясно?
– Да.
– Я спрашиваю – ясно?
– Ясно.
– Что-то не слышу уверенности в голосе.
– Я все понял.
Недамир замолчал. В наушниках потрескивало и шипело, словно там перемалывали фольгу.
– Тонак, – опять возник голос Недамира. – Если вдруг эта парочка начнет выступать, урезоньте их.
Тонак не нашелся, что сказать. Урезонить! Как же, урезонишь их! Сами кого угодно… Что там крутит Недамир? В чем дело?
– Ты все понял? – вновь повторил далекий голос.
– Понял.
– И еще, по поводу находок в треугольнике. Если там и впрямь что-то есть и Герман с Киром найдут это – уберешь их. Место запомни, мы его потом разыщем. Ясно?
– Да, – внезапно охрипшим голосом ответил Тонак.
– Ладно. Не уверен, что связь будет и дальше, так что действуй сам. Кто командует боевиками?
– Харм.
– Позови его.
Харм удивился вызову, но наушники надел и неуверенно сказал в микрофон.
– Слушаю.
– Это Недамир. Знаешь меня?
– Слышал.
– Теперь я командую вместо Дашелды. Тебе нужна постоянная работа и серьезные деньги?
Харм скривил губы.
– Конечно.
– Тогда делай, что скажу. Тонаку я приказал отвезти груз саймитам. Если кейперы будут возражать или если они что-то найдут в треугольнике – уберете их.
– Не вопрос! Они не похожи на кейперов.
– Плевать! А если Тонак будет мешать или долго чесаться… его тоже.
Боевик опешил. Такого он не ожидал. Но перечить не стал.
– Сделаем!
– В этом случае будешь моим представителем в закордонье. Ясно?
– Согласен.
– Не подведи меня, Харм. – Голос Недамира стал жестче. – Я не прощаю ошибок, но за успех плачу вдвойне!
– Понял.
– Это все!
Тонак внимательно смотрел на Харма, когда тот отходил от радиостанции. Но боевик только пожал плечами и сказал, что Недамир просил проследить за грузом повнимательнее.
Тонак этому не поверил, но ни о чем спрашивать не стал. Разговор с Недамиром ему не понравился. Тот вел себя как-то странно. Видимо, в Дардавере стало жарко деловым людям. Дашелда сгинул, Недамир в бегах. И все же, почему надо отдавать груз саймитам, а Германа и Кира убирать? Не понятно. И очень странно.

Прошедший разговор был не по нраву и наемникам. Когда Тонак сказал, что груз надо отдать саймитам, те переглянулись и пожали плечами. Что-то мудрит Недамир.
Новость о гибели Дашелды выслушали равнодушно. Но при этом буравили взглядами Тонака и Харма. Подозревали, что только этим беседа не окончилась. Однако ничего спрашивать не стали.
– Погода наладилась, – сказал Герман. – Пора двигать дальше. Поедем на север по старой дороге. А то не ровен час налетим на саймитов. Боюсь, здесь передача груза может пройти не совсем так, как нам надо.
Боевики намек поняли, поухмылялись и возражать против изменения маршрута не стали. И это насторожило наемников еще больше.

Дорога на север пошла вдоль болотистой низины. Высокая трава и чахлый камыш утопали в коричневатой жиже. То и дело к поверхности со дна всплывали большие пузыри и лопались с приглушенным треском. Ни лягушек, ни птиц, ни мелких зверьков не видно. Фауна в треугольнике была представлена только мошкарой.
Потом болото сменил небольшой лесок, вдоль и поперек изрезанный узкими глубокими оврагами. Земля была завалена прогнившими стволами деревьев. Машины с трудом продирались между ними, виляя из стороны в сторону.
Дважды застревал «ВЕН». Вытаскивали с трудом, большой внедорожник едва проходил между деревьев.
А потом машины выскочили из леска и угодили на край песчаной зыби. И «тагерт» по днище ушел в песок. Его доставали долго, с помощью буксиров и лебедки.
После чего Тонак, вспотевший, в грязной одежде и с перепачканным лицом, долго сплевывал попавший в рот песок, а потом в сердцах бросил:
– А может лучше встретить саймитов?
Герман оскалил зубы, но промолчал. Спорить сил не было.
– После зыби пойдет нормальная дорога, – вставила Ланеда. – Почти до самого Каменного озера.
– А что мы забыли у этого озера? – зло спросил Харм.
– Что забыли, то найдем! – парировал Герман. – Или хочешь вернуться?
Харм бросил взгляд назад, на зыбь, и забористо выругался.
– Не нравится мне их поведение, – сказал Кир после того, как машины продолжили путь. – И Харм смотрит как-то… прицельно.
– Видимо, разговор с Недамиром прошел не зря, – ответил Герман. – Тонак как-то притих, у Харма довольная рожа. Неспроста это.
– Думаешь, Недамир что-то такое сказал?
– Может быть. Спрашивать бестолку. Просто будем настороже.
Ланеда переводила взгляд с одного на другого. На ее лице проступал испуг.
– Они что-то затеяли?
Кир обернулся и подмигнул ей.
– Не бойся, малышка, все будет хорошо. Ты только дорогу показывай.
Девушка неуверенно улыбнулась. Слова Кира немного успокоили ее, но страх из глаз не ушел.

После зыби дорога и впрямь стала лучше. Правда, пошла она по краю немаленького каньона. Потом каньон сменился холмами, между которых лежало поле грязевых гейзеров. Парочка фонтанов ударила из-под земли как раз в тот момент, когда машины миновали средний холм. Борт «ВЕНа» окатило горячей липкой жижей.
Кир насмешливо заметил:
– Бог шельму метит!
Еще через пару километров машины выехали к берегу спрятанного за осокой пруда. Ланеда категорически запретила лезть к нему: мол, под землей пустоты и газовые карманы. Можно ухнуть с концами.
Подходящее место для привала было неподалеку. Там и решили сделать остановку. У «тагерта» спустило одно колесо, «ВЕН» надо было очистить от грязи. И просто отдохнуть.
– Такими темпами мы не скоро отсюда выберемся, – заметил Кир. – Чуть ли не пешком идем.
– Если бы не свернули на север, ехали бы быстрее, – ответила Ланеда.
– Кстати, скажи, что такого интересного вы нашли здесь, раз лазили по треугольнику, как по амбару?
Девушка пожала плечами.
– Играли. Мальчишки хвастали друг пред другом, кто дальше зайдет. Мы от них не отставали.
– Наверное, и саймиты тоже знают треугольник?
– Нет. Они вообще редко сюда забредали. Только в последние годы. Как прошел слух об алмазах и о том, что здесь что-то есть…
– Значит, треугольник они знают мало?
Девушка пожала плечами.
– Наверное.
К ним подошел Тонак.
– Можем ехать. Но больше запасных колес нет.
– Ничего, как-нибудь.
– Тонак! – окликнул вдруг Герман. – Ты ничего не хочешь нам сказать?
Тот несколько суетливо мотнул головой.
– Н-нет…
– Ну смотри. Если готовы – выезжаем.
Когда боевик отошел, Герман повернулся к Киру.
– Пожалуй, и впрямь нервничает.
– Я же говорил – Недамир его накрутил!
– Ладно, разберемся. Поехали.

2

К Каменному озеру выехали через полтора часа. Лесисто-болотистая местность отступила, и впереди возник почти правильный квадрат, сплошь усеянный разнокалиберными камнями белого и серого цветов. В левом углу квадрата камней было меньше. Там и проходил единственный путь на другую сторону.
– Похоже, старая кладка, – сказал Кир, указывая на чистый участок, где была видна плита. – Бетон или что-то подобное. Все в трещинах.
– Сквозь них вода и проходит. Кстати, Ланеда, часто это бывает?
– Когда как. Мы видели несколько раз.
– От испарений все умирают?
– Только кто дышит хотя бы минуту. Потом падает, и все.
– Ясно. Кир, доставай аптечки.
Герман вышел из машины и махнул рукой боевикам. Когда Тонак и Харм подошли, сказал:
– Из-под плит может выступить вода, от нее пойдут испарения. Надеюсь, мы успеем проскочить, но на всякий случай сделаем повязки.
– Что?
– Повязки. Я покажу как.
– А может, обойдемся? – спросил Харм. – Чего нам туда вообще ехать?
– Надо.
Харм бросил многозначительный взгляд на Тонака и ухмыльнулся.
– Чего уставились? Пошли покажу.
Процесс обучения проходил на капоте «дектора». Кир разложил газету и наглядно объяснял, как изготовить ватно-марлевую повязку. Боевики смотрели с недоверием. Раньше подобные фокусы видеть не приходилось, а об отравляющих газах толком не слышали.
Венд и Нурмер выразил сомнение в нужности этих примочек. Кир пожал плечами.
– Как хотите! Но если вас прихватит на полпути, не факт, что успеем вытащить.
– А если вода не пойдет?
– Значит, повезло. Ну, будете делать?
Харм посмотрел на наемников. Просто так подобные вещи те делать не станут, выходит риск хлебнуть какую-то дрянь есть. Лучше уж выглядеть смешным, но живым, чем мертвым и глупым.
– Будем, – сказал он.
Через двадцать минут повязки были готовы. Вышли они не очень, но свою задачу выполнить могли. Кир проверил, как боевики крепили повязки, потом кивнул.
– Сойдет. Поехали.
Через Каменное озеро ехали осторожно. Под колеса то и дело попадали камни, бетонные плиты имели немалые щели, приходилось все объезжать. Ланеда с тревогой смотрела по сторонам, но признаков появления воды не заметила.
Минут через пятнадцать колонна выехала на грунт. Дальше дорога вела к возвышенности. Ее вершина была покрыта кустарником.
«Дектор» вновь пошел первым и первым выкатил на ровную площадку. Взглядам наемников открылось плато. В центре был овраг, укрытый кустарником. А на другой стороне отлогий спуск.
Кир стянул повязку и шумно выдохнул.
– Повезло, проскочили! А то кто знает, помогли бы повязки? Это тебе не…
Машина доехала до кустарника и свернула направо, объезжая большой валун. Сидевший за рулем Герман первым увидел передок чужого внедорожника и ствол пулемета, направленного прямо на него. Он резко бросил машину вправо, впритык к валуну, заслоняя им «дектор» от возможного огня противника.
Сзади ойкнула Ланеда, улетевшая к дверце от резкого толчка. Потом выдал что-то соленое Кир. Попутно он успел открыть дверцу и выскочить наружу. Приземлившись на колено, яростно махнул рукой, давая сигнал боевикам, а потом побежал к валуну, на ходу вскидывая автомат к плечу.
– Падай вниз! – рявкнул Герман Ланеде, тоже вылетая из машины.
Он прыгнул к другому краю валуна, осторожно выглянул из-за него и заметил чужой внедорожник. За рулем и в кузове у пулемета никого не было…
– Двое на земле! – донесся голос Кира. – Без движения.
– Вижу.
– И кто-то внизу.
– Выходим.
Герман осторожно выдвинулся из-за валуна, подошел к машине, бросил взгляд на лежащих неподалеку людей, глянул по сторонам.
Справа у края оврага показался Кир.
– Чисто.
– Есть кто-то еще?
– Есть.
Еще были три тела. Одно лежало на краю оврага, а два – внизу. Сам овраг оказался с секретом. Тыльная сторона представляла собой большую нишу, в глубине которой были двухстворчатые ворота. Одна створка открыта наполовину. Ее толщина поражала воображение. Как минимум один метр.
Кир подошел к воротам, заглянул внутрь и присвистнул.
– А ларчик просто открывался.
– Выходит, слухи не врали, – сказал подошедший Тонак. – Саймиты действительно нашли склады.
– Только находка не пошла им впрок. – Кир кивнул на тела, лежащие метрах в пяти от ворот.
Тонак машинально потрогал повязку, висящую на груди, и поморщился.
От чего погибли саймиты, понять не сложно. На телах нет следов крови, не видно ран и повреждений. Зато лица красные, глаза вытаращены. Воротники рубашек и курток расстегнуты, пуговицы сорваны. Под ногтями скрюченных пальцев земля и травинки.
Все умерли от отравления. Если вспомнить, что до Каменного озера около километра, нетрудно дорисовать картину произошедшего.
Увлекшись осмотром находки, саймиты прозевали появление воды в Каменном озере и выброса испарений. А когда опомнились, было поздно. Впрочем, кое-кто ушел. Наверху на земле видны следы шин.
Наверное, это была разведка саймитов. Уцелевшие доложили о находке и сюда прибыла новая группа. У ворот натоптано, край открытой створки в следах каблуков. Видимо, хотели расширить проход.

* * *

– Странно, что здесь нет саймитов, – сказал Тонак. – По идее такую находку надо охранять.
– От кого? – откликнулся Герман. – Рудокопам сейчас не до треугольника, скотоводы сюда никогда не лазили. Фактически треугольник на территории саймитов.
– Но ведь должны вывозить найденное?! Там ведь полно оружия!
– А вот это мы сейчас проверим.
Герман и Кир полезли наверх. Тонак последовал за ними. Он вдруг как-то помрачнел и выглядел озадаченным. Вспомнил о приказе Недамира и теперь не знал, как быть. Арсенал найден. Надо убирать наемников. Но как? И потом, за что?
Тонак колебался. Но он точно знал – Харм колебаться не будет. Как быть?
Кир подошел к «дектору», достал свой баул и раскрыл его. Герман проверял фонари. Батарейки работали хорошо, менять не стоит. Но на всякий случай запасные надо взять с собой.
– Мы зайдем внутрь, – сказал он стоявшей неподалеку Ланеде. Ты останься здесь.
– А остальные?
– Тонак пойдет с нами, боевики подождут.
– Не ходите, вдруг там тоже испарения?
– Все может быть. Почувствуем неладное – выйдем.
Ветров посмотрел на девушку. Увидел страх на ее лице и улыбнулся.
– Все будет хорошо.
В двадцати шагах от них возле «ВЕНа» Харм тихо втолковывал Тонаку:
– У меня приказ Недамира: если эти хмыри найдут арсенал – убрать их!
– И что?
– А то, что мы их здесь завалим.
– А девчонка?
– Оставим. Пригодится дорогу показать.
Тонак замолчал. Приказ Недамира он помнил, но вот с его исполнением тянул. Не хотел убивать наемников. Но остановить Харма не мог.
– Решай, – торопил его Харм. – Ты с нами или?..
Он угрожающе сдвинул брови. Тонак вздохнул и поправил висящий на плече «литмер».
– То-то.
Харм подозвал своих, коротко объяснил задачу. Кортел довольно осклабился, а Нурмер с вожделением посмотрел на Ланеду.
– После, – перехватил его взгляд Харм. – Венд, вместе с Тонаком рубите Германа. Кортел, Нурмер – Кира. Я страхую. Ясно?
– Ясно, – хрипло выдохнул Кортел.
– Пошли.
Стрелять издалека нельзя. Кир сидел за машиной и мог успеть ответить. А силу оружия наемников боевики уже знали. Пришлось подходить ближе и уповать на внезапность, скорость и численный перевес.
Боевики с двух сторон подошли к «дектору». Харм встал чуть в стороне, держа наготове пистолет. Жестом дал команду и скосил взгляд на Ланеду.

…На подошедших боевиков Герман внимания не обратил, но испуганный взгляд Ланеды, направленный куда-то за спину, заметил. И когда над плечом навис чей-то силуэт, отреагировал автоматически. Ушел с падением вбок и во время переката достал «стечкин». Большим пальцем сбросил предохранитель вниз, вывел ствол вперед и дважды нажал на спуск.
Венд, не ожидавший такой прыти от наемника, промахнулся с выпадом и застыл в нелепой позе с выставленной вперед винтовкой. Пули вошли в его грудь и отбросили назад.
Тонак направил на Германа «литмер», но не выстрелил. Обернулся на Харма, увидел, что тот поднимает пистолет и крикнул:
– Постой!
Харму Тонак перекрывал направление стрельбы. И когда тот промедлил вместо того, чтобы шарахнуть очередью, Харм выпустил в него три пули.
Тонак вздрогнул, сделал шаг назад и завалился на спину. На лице застыло мучительное выражение.
Следующие три пули предназначались Герману, но тот уже ушел за машину. Харм с досады плюнул и шагнул к застывшей Ланеде.

* * *

Кортел допустил ошибку. Вместо того чтобы всадить пулю в затылок Кира, решил пнуть его в спину. Отомстить за удар на дороге и за наглость наемников.
Кир удар пропустил, но вместо того, чтобы распластаться на земле, крутнул корпус и вышел в низкую стойку как раз возле Нурмера. Тот тоже попробовал достать наемника пинком, но нога увязла в замке рук, и боевик полетел на землю.
Демонстрировать приемы боя в партере Кир не стал. Накатил на себя Нурмера, закрывшись им от Кортела, вытащил пистолет и сделал четыре выстрела, по два в каждого. А потом отбросил обмякшее тело и вскочил на ноги.

Все произошло так быстро, что Харм не успел толком сообразить, как это вышло. Шесть секунд назад их было пятеро, а теперь он один против двух наемников.
Ошиблись парни, ох ошиблись! Надо было бить издалека, не подходить ближе. Но теперь нечего сопли жевать, надо выкручиваться!
Он схватил девушку за секунду до того, как на него направил ствол Герман.
– Не дергайся, а то она сдохнет!
Еще через секунду за машиной встал Кир. Ствол его пистолета смотрел Харму в лицо. Тот повернулся, сильнее сдавил плечи Ланеды.
– Брось ствол!
Герман поднял «стечкин» и поморщился. Боевик держал Ланеду перед собой. Надо стрелять в голову, но если Харм дернется, пуля попадет в девушку.
Кир стоял чуть сбоку, но тоже мог попасть в Ланеду. Надо както отвлечь Харма.
– Что тебе надо? – спросил Герман.
– Чтобы вы бросили оружие и легли на землю.
– Может раком еще встать?
– Я вышибу ей мозги!
– Вышибешь ей мозги, мы вышибем тебе! – холодно произнес Кир. – У тебя один выход – сдаться. Убивать не будем, ты нам и задаром не нужен.
Харм усмехнулся. За дурака его держат!
Он встряхнул девушку, та вскрикнула, вцепилась руками в его руку.
– Почему вы хотели убить нас? – спросил Герман. – Недамир приказал?
Харм промолчал, но наемники и так поняли, что угадали.
– Послушай, Харм. Недамир далеко, мы рядом. Его задание ты уже провалил, своих людей потерял. Один не справишься и отсюда не уйдешь. Подумай. У тебя есть шанс выжить.
– Если я и сдохну, то вместе с этой сучкой!
Герман покачал головой.
– Глупо. Вот.
Он положил пистолет на капот машины и приподнял руки.
– Я без оружия. Давай поговорим.
– Не о чем нам говорить! Я давно хотел пристрелить вас обоих!
– Харм, не дури! Хочешь лежать, как твои дружки? Глянь, вон они, уже мертвые.
Харм проследил за взглядом Германа и чуть повернул голову. Кир, бывший настороже, повел стволом пистолета и выстрелил.
Пуля царапнула щеку боевика. Харм дернулся, ослабил захват и Ланеда буквально выпала из его объятий.
Герман мгновенно схватил «стечкин» и дважды нажал на спуск. Почти одновременно с Киром.
Изрешеченное пулями тело боевика отлетело назад, на валун, и сползло вниз. На валуне осталась полоса крови.
Наемники проверили трупы боевиков. Как и положено – выстрелом в голову. Потом подошли к Тонаку.
– Эх, парень! – вздохнул Кир. – Надо было раньше соображать.
– Его похороним, остальные пусть здесь валяются, – решил Герман. – Не скоро их найдут.
– Если вообще найдут. Гера, надо спешить.
– Да. Я пошел за снаряжением, ты помоги Ланеде.
Девушка еще не пришла в себя. Скоротечная и жестокая схватка ввела ее в ступор. Она сидела на земле, водя рукой по щеке. Кровь Харма размазалась по лицу, но Ланеда не обращала на это внимания.
Кир подошел к ней, сел напротив, отвел руку вниз и заглянул в глаза.
– Ланеда.
Ноль эмоций.
Он достал фляжку со спиртом, наполнил наполовину колпачок, долил воды из другой фляги и почти силком заставил девушку выпить.
Та машинально хлебнула, задохнулась, но Кир тут же поднес ко рту флягу с водой.
– Запей!.. Теперь вдохни! Еще. Подними голову вверх. Вбок… так. Посмотри на меня.
Она выполняла его приказы, но пока еще заторможенно. Кир вдруг обхватил руками ее голову, притянул к себе и поцеловал в губы.
Ланеда ойкнула, замерла и закрыла глаза.
– Вот так!
Кир встал, помог подняться девушке.
– Ожила?
– Да, – неуверенно ответила та.
– Все в порядке?
– Вроде.
– Ну и хорошо.
Он отвел ее к машине, усадил на переднее сидение и четко сказал.
– Мы осмотрим арсенал. Ты жди нас здесь. Ничего не бойся, никто не придет.
Ланеда наконец растормозилась, посмотрела на Шилова.
– Вы надолго?
– Нет. Не бойся, никто тебя не обидит. Поняла?
– Да.
– Еще выпить хочешь?
– Нет.
– А поцеловаться?
Ланеда смутилась и отвела взгляд.
– Кир, долго ты там? – донесся голос Германа.
– Иду.
Шилов подмигнул девушке и встал.
– До скорого!
– Ты не увлекся? – спросил Герман Кира, когда они подошли к воротам.
– Нормально. Помог девчонке прийти в себя.
– Ну да. Она аж покраснела. Еще немного и полезла бы с ответными поцелуями.
– Не отвлекайся! – строго сказал Кир и первым заглянул внутрь. – Похоже, здесь и впрямь побывали. Что-то мало смахивает это место на центр управления.
– Посмотрим, – уклончиво сказал Герман и зажег фонарь. – Двигай, успокоитель!

Это действительно был арсенал. Только очень уж большой. В три подземных уровня. С огромными помещениями, рельсовыми и эскалаторными дорогами, с лифтами и лестницами.
Судя по тому, что почти все двери и ворота были открыты, арсенал покидали в спешке. Причем в дикой спешке. Бросая документы, личные вещи, одежду; оставляя включенными приборы и аппаратуру. То и дело на глаза наемникам попадались тележки и вагонетки, битком набитые ящиками и контейнерами. Часть тележек лежала на боку, рассыпав содержимое по полу.
Освещение в центральном проходе и соседних помещениях не работало. Наемники шли с включенными фонарями, глядя по сторонам и под ноги. Они заглядывали во все двери подряд. Потом добрели до лестницы и спустились вниз.
Второй уровень арсенала был предназначен для персонала и вспомогательных служб. Много жилых помещений, есть душевые, туалеты, что-то наподобие кухонь и комнат отдыха. Здесь тоже не работало освещение. А приборы не подавали признаков жизни. И такая же разруха, что и наверху. В довершение всего земляне нашли в одной из небольших комнат останки двух человек. Кости, обтянутые истлевшей формой. Уцелели только ремни и обувь.
– Их убили или сами покончили собой? – размышлял вслух Кир.
– Тебе не все равно?
– Интересно знать, что здесь творилось. И почему арсенал не обозначен на карте базы подлодок как уничтоженный или целый?
– Хрен его знает. Ясно одно – это не центр управления!
– Да уж. Ни в каком центре управления не будет столько оружия и боеприпасов! – Кир хихикнул и веселым голосом добавил: – Представляю, как разочаровались саймиты, когда поняли, что нашли!
– Если поняли.
– Ну уж до простейших вещей могли дойти.
Герман растянул губы в усмешке. Да, разочароваться саймитам было в чем.

Верхний уровень почти до отказа забит контейнерами с оружием. Это были довольно сложные и громоздкие аппараты с одним или двумя стволами. Судя по размерам, скорее всего крупнокалиберные пулеметы или скорострельные пушки. Они имели крепления для установки на борта, сошки сложной конструкции и разъемы для электропитания. Отдельно лежали патронные короба, подающие ленты, заряжающие механизмы и сменные стволы.
Полностью разобрать оружие наемники не смогли, только сняли крышку ствольной коробки и гнездо подачи боеприпасов. Судя по внутренней конструкции, здесь использовали электроподжиг патронов.
Сами патроны походили на обычные, но вместо гильз и пороха имели некий полупрозрачный пакет из какого-то вещества. Само вещество было вязким на ощупь, легко деформировалось. Видимо, за века хранения материал пришел в полную негодность.
Наемники вскрыли несколько контейнеров с боеприпасами, отыскали патроны и снаряды разного калибра, но везде инициирующий заряд был испорчен.
Сменные картриджи оружия и элементы питания сложных прицелов разряжены. Приборы, аппараты – все обесточены, выведены из строя.
Саймитам достался огромный склад неработающего, бесполезного хлама. Уважение внушал только внешний вид оружия. Но одним видом войну не выиграешь. Наверное, саймиты и сами это поняли, потому что все контейнеры были на местах, как и ящики с боеприпасами.
Находка оказалась бесполезной.
Кроме оружия, на верхнем уровне были еще небольшие автомобили на электротяге. Но их аккумуляторы тоже вышли из строя. А переделать машины под двигатель внутреннего сгорания невозможно. Во всяком случае, не силами саймитов.
Понятно, что склад представлял собой чисто демонстрационный интерес. Но тратить на него силы и людей не имело смысла. Потому сюда больше никто и не приезжал.
К тому же работать в темном сыром помещении было сложно.

* * *

Проход на нижний уровень наемники отыскали случайно. Каждый этаж имел систему блокировки в случае нанесения удара или опасности заражения. Видимо, когда здесь сыграли тревогу, система сработала и почти полностью перекрыла ход на нижний уровень. И только в одном месте механизм опускания перегородки не сработал.
Наемники заметили широкую щель у пола и с некоторой опаской проползли в нее. Попали к шахте лифта, а за ней нашли лестницу.
Нижний уровень представлял собой техническую зону. Силовые установки, трансформаторные щиты, системы подачи и распределения энергии. Все обесточено, отключено.
Дальний участок этажа занимали рабочие и жилые помещения. Там земляне нашли еще несколько скелетов. Один придавлен большим шкафом – ребра и позвоночник расплющены. Еще один застыл в углу в нелепой позе, какую живой человек занять не может. На полу лежали два пистолета. Оружие вполне привычного вида, но немного шире и с раструбом на конце ствола.
– Вот тут, пожалуй, без убийства не обошлось! – констатировал Герман. – В ход пустили даже мебель.
Кир обошел скелеты, встал у длинного стола и начал вытаскивать ящики. А Герман занялся шкафами.
– Гера. Смотри.
Шилов выложил на стол небольшой предмет. Ветров подошел ближе, навел луч фонаря.
– Похоже на КПК или ноутбук. Только две кнопки. Наверное, экран сенсорный. Или управление голосом.
Кир нажал на одну кнопку, на вторую. Прибор не реагировал.
– Питание давно село.
Герман повел фонарем по сторонам. Направил луч на высокий стеллаж, на стол, на скрюченный скелет. И задержал внимание на нем.
Рядом со скелетом возле ножки стола лежал плоский кейс. Крышка немного приоткрыта, оттуда выглядывает краешек листка.
Герман вытащил кейс, раскрыл его и достал объемистую книгу небольшого формата. На обложке сложный рисунок и надпись: «Журнал дежурств и смен. Объект 129».
Кир заглянул через плечо друга.
– А вот и послание потомкам. Только почему на бумаге?
– Это не бумага. Что-то вроде пластика. Мягкий на ощупь. Герман положил журнал на стол и открыл обложку. Провел пальцем по листу, помял его. Лист остался ровным. – Буквы словно наклеены на поверхность. Глаза наемников скользнули по строчкам записей.

…Двадцать второе тротапана. Отгрузка прекращена из-за сейсмической нестабильности. Компенсаторные системы приведены в полную готовность. По полученным данным ожидается удар тектоническими бомбами в районе 07-хазарет и 12-абарма… 

…Двадцать третье тротапана. Вице-координатор Оловело убит при попытке сброса секретных данных через внутреннюю сеть. Секретмейстер проводит расследование. Объявлена тревога 2 категории. Утром проведена отгрузка из пяти секций… 

…После ракетной атаки зафиксирована сейсмическая нестабильность уровня К-04. Компенсаторные системы вышли из строя. С 12 до 14 часов была прекращена подача энергии на третий и частично второй уровни… 

Все записи были сделаны ровным аккуратным почерком. И только две последние писали явно впопыхах, не заботясь об аккуратности.

…Двадцать четвертое тротапана. Район подвергся ракетной атаке. Прошел атмосферный фронт уровня Т-03. Связь выведена из строя. По прогнозу сейсмолога ожидается повторный скачок нестабильности. Объявлена эвакуация вспомогательного и временного персонала… 

…Сбежал первый помощник начальника технического отдела. Убиты начальник отдела и охранник. В 12.45 вышли из строя все энергосистемы объекта. Резервуары компенсаторных систем дали течь, произошел выброс в почву. Объявлена полная эвакуация объекта. Основной персонал вывозится в Дремнаут, руководство должно прибыть на объект 011-09. Секретмейстер по аварийной системе связи доложил о диверсии. 

…нас затапливает, охранная система показывает наличие тритинария в воздухе, приказано использовать защитные костюмы и принять препараты. Сволочь Линкер – это он шпион стегмарайцев! Провел всех и ушел на второй объект! Идиот секретмейстер прозевал! Если не успеем убежать, пристрелю его! Сейчас будет еще один удар… не переживем… но лучше здесь, чем у ракетчиков на объекте… Балла, дура, я любил тебя! 

– Похоже, они еще успели выяснить отношения, – заметил Кир. Взгляд скользнул по скелетам. – Кто-то из них дежурный, а кто-то секретмейстер.
Герман тоже посмотрел на скелеты. Представил себе бой при аварийном освещении во время землетрясения. Без надежды на спасение, без шансов…
Он пролистал журнал до конца. И обнаружил, что внутренняя часть обложки представляет собой карту. Центральное место занимает черный прямоугольник с отметкой 129, а слева и сверху еще два прямоугольника красного и синего цветов. Объекты 271 и 011-09. Причем объект 271 зачеркнул крест-накрест. А к другому объекту проведена жирная зеленая линия и поставлен значок в виде стрелки.
– Кир. Смотри.
Шилов склонился над картой.
– Сюда должны были эвакуировать персонал и начальство. Зачеркнутый – это, видимо, Дремнаут. А второй…
– Объект ракетчиков. – Кир почесал затылок. – Вряд ли начальство будут эвакуировать на стартовые позиции ракет. Видимо, там что-то иное. С нулями в нумерации.
Нули в обозначении военных объектов обычно означают степень секретности. Здесь в номере аж два нуля. Выходит это что-то очень секретное.
– По карте до него двести семьдесят шесть километров. По прямой.
– Похоже, это и есть центр управления.
– Куда сбежал сволочь Линкер? Получается, мы промахнулись. Интересно, почему система контроля на базе подлодок выдала ошибку?
– Потому что с тех пор форма материков немного изменилась. Да еще произошли подвижки на самом материке.
– Похоже… Кстати, теперь понятно, почему вода в Каменном озере ядовитая. Какая-то гадость вылилась из резервуаров компенсаторных систем.
– Тритинарий. И он до сих пор активен.
– Это я к тому, что пора сваливать. Видел на полу мокрые пятна? Вода заливает и арсенал. Дежурный писал об этом.
Герман захлопнул журнал и сунул его в разгрузку.
– Пошли.
Ланеду они нашли в «декторе». Девушка привалилась к спинке сидения и спала, прижав к груди «литмер». Она не открыла глаза, даже когда Кир щелкнул замком двери.
Шилов осторожно тронул ее за плечо.
– Ланеда!
Девушка встрепенулась, попробовала перехватить «литмер», но тот едва не вылетел из рук. Кир подхватил оружие.
– Тихо-тихо. Свои. Все хорошо.
– Где вы пропадали так долго? – чуточку хрипловатым голосом спросила Ланеда. – Я уже извелась вся!
– Задержались внизу. Сейчас поедем.
Герман залез на водительское сидение, достал журнал и схему закордонья.
– Ланеда, ты знаешь, что на северо-востоке от треугольника?
– Каньон Размар.
– А за ним?
Девушка пожала плечами.
– Это уже не владения нашей общины. Мы за каньон не ходим. И саймиты тоже.
– А обойти каньон можно?
– Только если из Нарлиама.
– Из чего?
– Бург у северной окраины Негемских гор. От него до каньона меньше ста километров.
Ланеда с любопытством посмотрела на карту в журнале.
– Откуда это?
– В арсенале нашли.
– А там много оружия?
– Много. Но оно бесполезно.
– Мы зря сюда ехали?
– Да нет, не зря. Ты есть хочешь?
Девушка покачала головой.
– Надо отсюда уезжать поскорее.
– Сейчас поедем. Машину водишь?
– Да.
– Ну тогда тебе вести «тагерт». Жалко бросать, да и груз там. – Герман взглянул на часы. – Ты все же перекуси, а мы пока Тонака похороним. А потом поедем. Идет?
– Идет.
Герман улыбнулся ей и подмигнул. После боя девушка немного отошла и уже не выглядела испуганной.
– Вот и договорились.
– Отсюда к центру управления мы не пройдем. Придется все равно ехать в Стомвер, а оттуда на север. Лишь бы рудокопы нам помогли.
– Привезем оружие – помогут. Им сейчас каждый ствол дорог.
– Надеюсь. Иначе просто не пройдем по их землям.
– У нас такая заступница есть! Расскажет о наших подвигах, рудокопы на руках носить будут!
– Обойдусь без почестей.
Наемники вырыли неглубокую яму, положили туда тело Тонака, забросали землей и обложили камнями. Сверху поставили здоровый валун. Вышла неплохая могила – последнее пристанище нормального в принципе парня.
Потом собрали вещи, проинструктировали Ланеду как вести машину и убедились, что та действительно сможет это сделать. Девушка вполне прилично крутила баранку и не путала скорости.
Перед выездом надели повязки. Герман развернул «дектор» и поехал впереди. За ним Ланеда, замыкал колонну Кир на «ВЕНе».
Они почти проскочили Каменное озеро, когда сквозь плиты проступила мутноватая вода и начала заливать камни.

3

Их обстреляли дважды. Первый раз, когда колонна только покинула треугольник и пошла по дороге на восток. Выскочившие из-за холма люди сделали десятка два выстрелов из винтовок. Однако из-за приличного расстояния никакого вреда не причинили. Рассмотреть стрелявших было трудно, но похоже, это были саймиты.
Второй раз под пули угодили через полчаса, на берегу пруда. Вот тут уже работали рудокопы. Ланеда разглядела отличительный знак отрядов самообороны – синюю повязку на левом рукаве. Но Герман не снижал скорости, решив, что попытка вступить в переговоры может привести к печальным последствиям. Похоже, рудокопы здесь сперва стреляли, а потом смотрели в кого именно.
И в этот раз погони не было. Либо у стрелков отсутствовал транспорт, либо были свои задачи.
Колонна благополучно ушла и сейчас. Чтобы влипнуть по-настоящему в следующий раз.

Звуки боя наемники расслышали, когда только подъезжали к роще. Судя по грохоту, работали не меньше двадцати винтовок и пулемет. Бой шел где-то левее, за рощей.
Герман мигнул фарами и направил «дектор» вправо по узкой дороге, шедшей почти параллельно деревьям. Посмотрел в зеркало заднего вида. Ланеда повторила его маневр, правда при этом сбросила скорость почти до нуля. А теперь снова догоняла Ветрова.
Девочка держалась молодцом. Без стенаний и жалоб преодолела весь путь по треугольнику, не заплутала и вовремя предупреждала об опасностях. Благодаря чему наемники без особых помех покинули Пыльный треугольник, потеряв всего пять часов.
Конечно, Ланеда устала, следовало сделать остановку. Герман как раз присмотрел для этого рощу, но теперь, когда неподалеку шел бой, оставаться здесь было опасно.

Машины проехали до поворота, миновали низинку и выкатили к опушке рощи. Прямо под стволы засевших на опушке людей. Сдавать задом было поздно: поворотов поблизости не видно.
Оставалось только идти напролом и прыгать из машины в кусты. Герман так и хотел сделать, но сзади ехала Ланеда. Она могла не среагировать на резкую остановку и вогнать «тагерт» в задок «дектора». Вышло бы совсем плохо.
Поэтому он осторожно остановил машину, заглушил мотор, поправил кобуру пистолета и открыл дверцу. Успел увидеть в зеркале, что девушка тоже остановилась. Теперь вся надежда на Кира. Его машина скрыта от взглядов, он может сманеврировать. А уж там как карта ляжет.
Но карта в этот раз легла так, что о маневрах и раскладах на бой пришлось забыть.
Ланеда вылезла из внедорожника как раз в тот момент, когда к колонне быстрым шагом подходили четыре человека. Все в гражданской одежде, но у всех на левом рукаве синие повязки. И у каждого в руках винтовка.
Шедший в центре мужчина – среднего роста лет сорока пяти – махнул стволом.
– Руки поднять, оружие бросить!
Тон уверенный, властный. Шутить этот дядя не привык, ясно, что, если не послушать его – прикажет стрелять. На войне дважды таких команд не подают.
Герман скинул автомат с плеча и положил на капот, потом приподнял руки.
– Мы с миром.
Слова прошли мимо ушей. Четверка подошла почти вплотную. И в этот момент подала голос Ланеда.
– Истол, ты не узнаешь меня?
Дядя перевел взгляд на девушку, мгновение смотрел, словно не узнавая, потом широко раскрыл глаза.
– Ланеда Верриг? Но ты же погибла!
Небольшой поселок на берегу реки Алапрас стал временной базой второй боевой группы из пятого отряда самообороны общины Энегард. Патрули группы держали свои участки, не допуская проникновения вражеских сил за реку, к Стомверу. За последние сутки саймитские отряды дважды пытались проскочить через Алапрас и оба раза натыкались на патрули.
Отголоски последнего и слышали наемники, когда ехали к роще. И не узнай Ланеда Фервенара, командира патруля, неизвестно, чем бы все закончилось.

– А тебя уже похоронили. Отцу сообщили, что пропала.
– Почти пропала. Где отец?
– Где ж ему быть? На шахте, командует!
Оказалось, что отец Ланеды – известный в общине человек, горный инженер, выходец с севера конфедерации. Сюда приехал помогать осваивать разработки, здесь нашел жену и остался навсегда.
– Он теперь входит в совет общины, – продолжал выдавать новости Фервенар. – Отвечает за добычу угля.
Девушка довольно вздохнула. Фервенар повернулся к наемникам.
– А вот как вам быть – не знаю. Командир группы скоро прибудет, но ведь и он такие вопросы не решает. А командир отряда на юге, проверяет северную часть залива. Саймиты вроде как на лодках хотят его переплыть.
Ланеда уже поведала Фервенару историю их скитаний, и тот перестал смотреть на землян с настороженностью.
– Нам нужно в Стомвер, – сказал Герман.
Фервенар почесал затылок и крякнул.
– Дождитесь Дерлара. Он подскажет, как быть. Хотя оружие самим нужно. Саймиты вооружены хоть куда, а у нас один пулемет на группу, да и то не всегда.
– Времени нет.
– Ну хоть поешьте. Обед уже готов.
– А вот от обеда не откажемся, – кивнул Герман. – Давно не ели.
За обедом Фервенар ввел наемников в курс местных дел. Сказал, что сюда саймиты пришли только недавно и малыми силами. Нахрапом не лезут, ищут лазейки. Только в последний раз попробовали обойти патрули, но потеряли несколько человек и отступили.
Дела их после затопления поймы идут не ахти. Однако на севере они смогли отбить еще несколько поселков и подойти вплотную к горам. Теперь и Нарлиам под ударом. А еще недавно был в тылу. Так что обстановка все равно тяжелая…

К концу обеда приехал командир группы Дерлар. Выслушал рассказ Фервенара, поговорил с наемниками и посоветовал ехать в Стомвер. Заодно попросил отвезти троих раненых бойцов, а в сопровождение выделил одного человека.
Это было кстати: Ланеда уже устала сидеть за рулем, а теперь могла отдохнуть.
– И не лезьте на северную дорогу, – напоследок посоветовал Дерлар. – Говорят, несколько групп саймитов прорвались через Алапрас и потрошат все машины. Так или нет – не знаю, но лучше не рисковать.
– Спасибо, учтем, – ответил Герман.
– А по поводу груза спросите советника Эленроя. Он отвечает за торговлю в совете.
Наемникам Водбас называл другое имя, но они не стали уточнять. На месте разберутся. Главное доехать.
Напоследок Фервенар дал Ланеде и наемникам синие повязки. Мол, так безопаснее. А то стража в Стомвере и округе может слишком резко отреагировать на появление вооруженных людей без опознавательного знака. Еще одну повязку прикрепили на зеркало «дектора».
Фервенар хотел сказать что-то еще, но в этот момент появился боец и прокричал, что у рощи опять заметили машины саймитов. Те готовят новую вылазку.
Фервенар махнул рукой и выбежал на улицу.
– Тут становится жарко, – прокомментировал Кир. – Пора сваливать.
– Валим, – отозвался Герман. – Где Ланеда?
– В моей машине.
Ветров улыбнулся и едва заметно покачал головой. Кир неисправим.

Стольный бург энегардской общины стоял аж на шести холмах. Седьмой – центральный – срыли лет пятьдесят назад, когда бург собственно и строили. На его месте воздвигли несколько зданий и поставили первую ограду, деревянную.
С тех пор бург разросся настолько, что давно шагнул за все холмы. И хотя по населению он не превосходил Эхаган, площадь его была гораздо больше.
Из-за близости гор и некоторого недостатка дерева почти все дома в бурге были каменными. Как и дороги, и мост через реку. Таким образом, Стомвер изначально походил на крепость. Но сейчас его укрепляли еще больше.
По периметру бурга строили блокгаузы и доты, на некоторых дорогах сооружали баррикады, улицы перегораживали завалами. Окна домов закладывали кирпичами.
Характер работ наглядно говорил, что бург готовится к осаде. Видимо, власти не особо надеялись удержать противника на дальних подступах.

* * *

Машины остановили на внешнем посту охраны. Старший поста выслушал сопровождающего бойца и Германа, посмотрел на раненых в «ВЕНе», на груз и скомандовал:
– Раненых в лазарет. Машины с грузом к управе. С вами поедет мой человек. Покажет дорогу и проконтролирует.
– Нам не к управе надо, – попробовал возразить Герман.
– Ничего не знаю! – отрезал старший поста. – Есть приказ всех приезжих отправлять к управе. Там разберутся! Если не хотите ехать – ждите здесь.
Возражать столь решительно настроенному типу не стоило, Герман только кивнул. К нему в «дектор» сел один из бойцов поста и сказал:
– На повороте налево, а потом прямо. Дальше покажу.
Ветров хотел пройтись по поводу очень уж серьезного тона молодого парня, но посмотрел на его лицо и придержал язык. Парень не играл в бойца. Он им был. И возраст тут не при чем.

Несмотря на позднее время, жизнь в Стомвере не замерла. По улицам разъезжали машины, спешили по своим делам прохожие. Работали магазины и заведения. Вот только лица у людей далеко не радостные. Редко увидишь улыбки и веселье. Не до веселья, когда бург фактически превращен в крепость, а враг наседает с нескольких сторон.
В самом Стомвере стражи было немного. И вооруженных людей на улицах не видно. Так что за исключением оборонительных сооружений бург выглядел мирно.
Всю мирность как рукой сняло, едва наемники переступили порог управы. Двухэтажное здание было буквально пропитано аурой тревоги, волнения, опасности.
По коридору и лестницам спешили сотрудники и посыльные, слышались телефонные звонки, звучали голоса.
Сопровождавший наемников боец подвел их к какому-то типу, сидящему у входа за столом, коротко изложил суть дела и ушел.
Тип представился секретарем управы и начал спрашивать, кто они и по какому делу. Узнав, что наемники привезли оружие, он несколько минут названивал по телефону, а потом отправил визитеров к некоему Браеру.
– Бюрократия хуже бандитов! – проворчал Кир. – Вот где влипнуть можно!
Пророчество Кира сбылось. В небольшом, заставленном тумбочками кабинете сидел невзрачный мужичок средних лет с нелепыми усиками и бритой наголо головой. Пронзительный взгляд, поджатые губы и нахмуренные брови. И недовольное выражение лица.
Информацию о привезенном грузе выслушал равнодушно, зато стал уточнять, кто именно послал наемников и как они добирались до Стомвера.
Герман готов уже был вспылить и объяснить, что посылают только таких мудаков, как Браер, но в этот момент в кабинет без стука вошла Ланеда. Увидела наемников, обернулась назад и громко сказала:
– Пап, они здесь!
Отец Ланеды Верриг – высокий худой человек лет сорока пяти с проседью в густой шевелюре – оказался мужиком компанейским и простым в обращении. Он пожал руки наемникам, долго благодарил за спасение дочери и за помощь.
А когда Браер намекающе кашлянул, махнул рукой и простодушно сказал:
– Да брось ты подозревать всех подряд! Видно же, что это не враги, а друзья. Доставай лучше бокалы, отпразднуем радостное событие! Я ведь не чаял больше увидеть Ланеду! А она тут как тут!
С этого момента все переменилось. Браер так и не согнал недовольное выражение с лица, но доставать наемников вопросами перестал. Извлек из одной тумбочки квадратную бутылку, из другой – пять разнокалиберных бокалов, наполнил их темно-бордовой жидкостью и посмотрел на Веррига.
– Вечно ты заступаешься за всех подряд!
– А ты на всех нападаешь! Молчи лучше!
Верриг перевел взгляд на наемников.
– Спасибо, парни! И за дочь, и за оружие! За вас! И что не побоялись приехать!

Содержимое бокалов оказалось неплохой настойкой. Крепостью градусов двадцать, со вкусом рябины и вишни. Наемники с удовольствием осушили бокалы и перешли к делу.
Герман спросил, где находится Варт Саренда, чье имя упомянул Водбас еще в Эхагане. Ответил Браер.
– Варт Саренда убит вчера утром.
– Тогда кому сдавать груз?
– Мне. Теперь за все контакты с поставщиками из конфедерации отвечаю я.
– А Эленрой?
– Эленрой занимается поставками невоенных грузов. Вы привезли оружие из Дардавера?
– Да.
– Водбас вам часть денег передал?
– Точно.
– Вторую часть получите здесь.
– Не стоит, – усмехнулся Герман, – оставьте деньги себе. Считайте это подарком!
Браер удивленно вскинул брови.
– Как вас понимать?
– Как сказал, так и понимать! Мы отдаем вам груз, два внедорожника и трофейное оружие. Взамен просим помощи.
– Что вам надо?
– Как можно скорее добраться до каньона Размар.
– До каньона? – изумился Верриг. – Но зачем?
Герман улыбнулся.
– У нас там небольшое дело.
Инженер пожал печами.
– Там ничего нет. Ни мы, ни саймиты туда не лезем. Нам просто незачем, и здесь дел хватает, саймитам он неинтересен. Городов нет, полей нет, коноплю не посадишь. Да и в обход каньона далеко ездить. Что вы там забыли?
Ланеда положила руку на локоть отца.
– Па, если им надо, почему мы не можем помочь?
– Да-да, конечно. – Верриг развел руками и посмотрел на Браера. – Ведь это не запрещено?
Браер впервые улыбнулся.
– Не запрещено. Пара вопросов. Вы работаете на деловых людей Дардавера?
– Нет. Нас наняли довезти груз до покупателя. Мы это сделали.
– Будут ли продолжаться поставки оружия?
– Не знаем. Слышали, что Дашелда убит. А кто теперь занимается поставками – неизвестно. Мы давно потеряли связь с Дардавером. Впрочем, теперь это не важно.
– Понятно. И еще… – Браер бросил взгляд на автоматы наемников. – Где можно купить такое оружие?
– Нигде.
– Почему?
– Потому что вы не найдете его в конфедерации.
– Но откуда…
– Господин Браер! – Герман постарался скрыть улыбку. – Это не местное оружие. Не старайтесь его найти. А где взяли его мы – не суть важно.
Браер нахмурил брови. Загадочный ответ поставил его в тупик. Но тут вмешался Верриг:
– Если ты закончил со своими вопросами, я забираю их с собой! – заявил он и повернулся к наемникам: – Время позднее, ехать ночью опасно. Потому приглашаю переночевать у нас. А утром поедете.
Возражений не последовало. После трудного дня отдых был просто необходим. Герман развел руками:
– Благодарим.
Ужин и впрямь был хорош. Наваристый суп, парное мясо, заливное, свежие овощи, душистый хлеб. И домашнее вино из яблок и вишни.
Хозяин дома сам подливал гостям и ухаживал за ними наравне с Ланедой. Видно было, что он рад хоть чем-то помочь людям, спасшим его дочь.
Герман ел и пил, толком не чувствуя вкуса. Его клонило в сон и одновременно словно что-то толкало немедленно выехать к каньону. Будто тянуло в разные стороны.
Он не прислушивался к тому, что рассказывал Верриг о ситуации в Стомвере и о чем говорили Кир и Ланеда. Пару раз ответил хозяину дома на какие-то вопросы и мельком отметил взаимный интерес друга и девушки. Вот ведь нашел время!..
Доев заливное, Герман готов уже был уснуть прямо за столом, но Верриг заметил состояние гостя и показал комнату на втором этаже особняка. Ветров кое-как стянул куртку и ботинки и упал лицом вниз.
Он не слышал, как пришел Кир, как уронил ботинок и чертыхался. И не слышал, как внизу по телефону громко разговаривал Верриг. Сон накрыл его черным покрывалом.

4

Утро принесло плохие известия. Саймиты прорвали оборону и вышли к Нарлиаму. До бурга оставалось не больше десяти километров. Военное командование общины спешно перебрасывало туда подкрепления.
– Из Стомвера уходят два отряда, – сказал Верриг. – Вы можете идти с ними. Это будет быстрее и безопаснее.
– Хорошая идея, – кивнул Герман. – Благодарю! Когда выступают отряды?
– Через полчаса от северного поста. До Нарлиама чуть больше двухсот километров. Доедете за четыре часа.
– Я поеду с ними! – вдруг заявила Ланеда.
Все с удивлением посмотрели на нее. Отец немного побледнел.
– Куда тебя несет? Там сейчас бойня! Опять влипнуть хочешь?
– Я не полезу к саймитам, – упрямо сказал девушка. – Провожу ребят до бурга и обратно! Там ведь живет тетя, она поможет.
– Тете не до тебя, бург готовят к обороне, всех женщин, детей и стариков отправляют сюда.
– Вот с ними и вернусь! – упрямо закончила Ланеда.
Герман переводил взгляд с Кира на девушку и про себя крыл друга матом. Какого черта задурил ей голову? Теперь не отстанет, а кто знает, как там повернет? Опять возиться с ней?
Кир, сам чувствовавший себя виноватым, попробовал отговорить Ланеду, но та уже никого не слушала.
– Вся в мать! – в сердцах заявил Верриг. – Та была упрямая, и эта тоже!
Он посмотрел на часы.
– Я не могу больше спорить. В десять совещание совета, а мне еще надо на шахту!
– Вот и езжай! А я поеду с ними!
Верриг беспомощно посмотрел на наемников. Кир перехватил его взгляд и сказал:
– Довезем до места и сдадим на руки тете.
– Хорошо… я надеюсь на вас. Извините, мне пора!
И инженер выбежал из дома, на ходу поправляя ремень с кобурой пистолета. Согласно приказу совета общины все должностные лица обязаны иметь при себе оружие. Вот Верриг и носил, хотя раньше даже в руках не держал.

Силы самообороны общины Энегард имели четырехуровневую систему. Минимальным подразделением был патруль. Он состоял из четырех-пяти человек. Группа имела в своем составе четыре патруля, отряд состоял из четырех групп. Таким образом, его численность доходила до восьмидесяти – ста человек.
Боевые действия велись на двух направлениях: северном и западном. На каждом направлении действовали по восемь – десять отрядов. И еще несколько были в резерве. Всего под ружьем состояло три с половиной тысячи бойцов и около полутора тысяч вспомогательного персонала.
Для относительно некрупной общины это довольно большое войско. Его организация, снабжение, вооружение и поддержание в боеспособном состоянии легли тяжелой ношей на плечи рудокопов. Но выбирать тут не приходилось, выбрасывать белый флаг перед саймитами никто не хотел.

Резервные отряды собирались у северного выезда из бурга. Девять грузовиков, несколько внедорожников, три мотоцикла и два бензовоза составляли внушительную колонну.
Командовал отправкой комендант Возмелс – сорокалетний мужчина, чей представительный вид немного портили бледное лицо и совиные глаза.
О присутствии в колонне наемников он уже знал, Верриг утряс этот вопрос. Но особой радости по этому факту не испытывал. Ему было не до личных просьб влиятельных персон из совета. И так отправку задержали более чем на час. А под Нарлиамом сейчас жарко, и помощь нужна как воздух.
– Идете в конце колонны, – буркнул он наемникам. – Скорость будем держать километров сорок. Грузовики, так их наперекосяк, быстрее все равно не пойдут!
Герман с сомнением посмотрел на коменданта. Согласно Боевым уставам, средняя скорость автомобильной колонны обычно не превышает тридцати километров. Впрочем, здесь могут идти и быстрее. В конце концов расстояние не так велико.
Комендант убежал в голову колонны, а Герман отвел Кира в сторону от «дектора».
– За каким чертом ты потащил с собой девчонку?
– Я потащил?
– Нет, блин, я! Она ж с тебя глаз не сводит! И когда только успел приворожить?!
Кир оглянулся на машину. Ланеда сидела на заднем сиденье и с любопытством смотрела по сторонам. Такое скопление людей и техники для нее было непривычным.
– Гера, клянусь, ничего такого не было. Мы просто поговорили. Ну кто виноват, что она смотрит на меня?
– Ты и виноват! Задурил ей голову! Чем она нам поможет? Идем с колонной, дорогу не потеряем!
Кир вновь покосился на машину.
– Верно. Но в Нарлиаме сейчас жарко, всем не до нас. А помощь будет нужна, хотя бы маршрут проложить. У Ланеды там родня, знакомые. Помогут нам.
– Все продумал! – фыркнул Герман.
– А как же!
– Ну раз такой умный, за девчонку и отвечаешь!
Кир кивнул.
– Само собой!
Потом посмотрел на друга и осторожно спросил:
– А ты чего такой дерганый? Вечером за столом сидел смурной, сейчас шумишь?
– А! Мандраж небольшой! По всему выходит, что скоро дойдем до этого проклятого центра! А ведь потом еще и обратно топать!
– Давай сперва доживем до этого «обратно».
– Тьфу на тебя! Не каркай!
– Не каркаю, а уточняю! А с обратной дорогой мы вроде разобрались.
– Вот именно, что вроде!
План обратного марша у них действительно был. Простой, как валенок. Добраться до побережья, сесть в подлодку и махнуть через океан в другое полушарие.
Весь вопрос только в том, куда именно плыть. К Денёрвину не особо хочется, ибо тогда обеспечен вояж через федерацию и Степь. С учетом того, что и там, и там их ждут с распростертыми объятиями, этот вариант радовал мало.
Был и другой – махнуть к южному побережью материка. Тогда к Хартемену придется идти через земли племен Кренвуу. Дорога гораздо короче, но вообще неизвестна.
Везде свои плюсы и минусы, но главное – перенастроить компьютер подлодки на новый курс. Это еще как выйдет.

– Ты не считал, сколько мы здесь? – вдруг спросил Герман.
– Где – здесь?
– В этом мире!
– А-а… Почти два месяца с момента прибытия в Денёрвин. И до того месяц.
– Неплохая командировка.
– И оплата соответствующая, – в тон ответил Кир. – А ты это к чему?
– Да так… вспомнил. – Герман отвел взгляд. – Пошли. Вон комендант рукой машет, пора выезжать…

Марш на север выдался нелегким. Колонна вышла с полуторачасовым опозданием. Затем в течение первого часа дважды вставала из-за поломок. Отказывали движки у грузовиков, спускали колеса внедорожников. Один мотоцикл наскочил на камень и улетел в кювет.
Местность была гористой, дорога то петляла между высотками, то скакала вверх-вниз. Все это задерживало движение, заставляло то снижать, то наращивать скорость.
Наемники смотрели по сторонам, отмечали рощи и взгорки, крутые повороты и недовольно ежились. В любом из этих мест можно посадить десятка два бойцов и раздолбать колонну в пух и прах.
Между тем комендант не выслал вперед даже дозор. Не говоря уж о том, чтобы снять с грузовиков тенты и рассадить бойцов лицами к обочинам.
С одной стороны, марш проходил в тылу, с другой – до противника было не больше ста километров, а местами и меньше. Какая-нибудь диверсионная группа вполне могла проникнуть сюда и устроить шабаш.
Земляне внимательно смотрели по сторонам, привычно прикидывая удобные места для обороны и возможные позиции стрелков. Выходило это само собой, без напряга.
Ланеда сидела сзади, тоже крутила головой и с удовольствием рассказывала о здешних местах, о людях и о своей родне в Нарлиаме. Герман ее не слушал, а Кир изредка вставлял фразу, чтобы девчонка не обиделась на невнимание.

Совсем тяжко стало, когда колонна попала в низину между двумя приличной высоты горами. Светило еще не заглянуло сюда, и вся низина была укутана туманом.
Скорость движения сразу упала до минимума. Машины пошли едва ли не на ощупь. Водители рассматривали дорогу, расплющив носы о стекло.
Герман отстал от колонны, чтобы не влететь ненароком в зад грузовику. И ориентировался на слух.
Ланеда начала было рассказ о туманах, но Кир прижал палец к губам и подмигнул ей.
– Потом расскажешь. А сейчас молчок.
Через сорок минут выбрались из низины, заплатив за это двумя погнутыми бамперами и разбитым носом одного водителя. Прыгавший на сиденье от нетерпения комендант приказал прибавить скорость и объявил, что привал будет не через двадцать, а сорок километров. Дабы хоть немного нагнать время.

Боевые действия на фронтах в большинстве случаев сводились к перестрелке между группами противников численностью от пяти до ста человек. Более крупных сражений не бывало из-за сравнительно малого числа бойцов с обеих сторон и протяженной линии соприкосновения.
Тактика боя тоже не радовала разнообразием. Саймиты выходили или выезжали к оборонительным порядкам рудокопов, обнаруживали их и открывали стрельбу. Рудокопы соответственно отвечали. В зависимости от количества сил, интенсивности огня и меткости стрелков одна из сторон брала верх.
Так как саймиты владели стратегической инициативой, они могли маневрировать частями и перебрасывать их с места на место, создавая численный перевес. Зачастую это приносило свои плоды, и саймиты отбивали очередной поселок или участок.
Дела у рудокопов пока шли не очень, но и они кое-чему учились. Впрочем, учеба шла у обеих сторон. С каждой воевали дилетанты военного дела. И овладевание приемами боя происходило одновременно.
Одно из таких новшеств саймиты применили под Нарлиамом. Найдя свободные проходы между патрулями рудокопов, они скрытно вывели два отряда в тыл противнику и внезапно ударили сзади. В результате линия фронта стремительно покатилась назад и встала только неподалеку от бурга.
Рудокопы спешно строили оборону, а саймиты накапливали силы для штурма. Ибо захват Нарлиама давал им контроль над северной частью владений общины Энегард и выход к шахтам и алмазным копям.

Колонна прибыла в бург в самый разгар оборонительных работ. Комендант Возмелс тут же отправил прибывшие отряды на позиции, а сам поехал к старшему военачальнику.
Кстати, в силах самообороны Энегарда специальных званий не было. Командиров именовали по занимаемым должностям: командир патруля, отряда. И только помощники командующих направлениями и тыловые начальники имели звание комендантов. Как Возмелс.

Родная сестра Хенга Веррига и тетка Ланеды Зунра жила с семьей в двухэтажном особняке почти в центре Нарлиама. Когда-то вслед за братом приехала сюда, да так и осталась.
Зунра была из той породы женщин, которых называют бой-баба. Рослая, крепкая в кости, внешне совершенно непохожая на брата. Она имела твердый характер и держала дом в идеальном порядке. Мужа любила, но главенствовала над ним. Против чего тот совсем не возражал.
Племянницу встретила с распростертыми объятиями, но тут же выговорила за неурочный приезд и за риск. На наемников сперва смотрела с подозрением, однако после рассказа Ланеды оттаяла. Усадила всех за стол и принялась выспрашивать о делах отца, о новостях. И попутно рассказывала сама.
О внезапном появлении саймитов, о тревоге в бурге, о работах по обороне. О том, что женщин и детей действительно увозят, но лично она никуда не поедет. Тут дом, хозяйство, как все бросить? Да и не отдадут Нарлиам саймитам, этого еще не хватало! Но Ланеда все равно зря приехала, потому как мало ли что может быть?!
Просьбу племянницы помочь наемникам выслушала с удивлением. Какой каньон, кто туда полезет? Но после недолгих уговоров вспомнила о родственнике мужа. Тот держал большое хозяйство на окраине бурга и бывал у северной границы земель общины.
– Он должен быть дома, – добавила Зунра. – Ему-то со скотом и хозяйством куда уезжать?
– Тогда надо ехать к нему! – заявила Ланеда.
– Сейчас? Да вы толком не отдохнули с дороги!
– Тетушка! Времени нет.
Зунра перевела взгляд на наемников, вздохнула.
– Ну раз надо. Сама отведу. Скоро муж вернется, тогда и пойдем. Он у меня водителем на шахте работает. Сегодня никто в забой не вышел, так что работы нет. Он только машину проверит и обратно. Говорят, транспорт могут рек… реквизировать для сил самообороны.
Потом пристально посмотрела на Ланеду и на Кира.
– Из-за этого, что ль, сюда примчалась?
Девушка вспыхнула, метнула на Кира жалобный взгляд и понурила голову.
– А где находится хозяйство этого родственника? – спросил Герман, прерывая неловкую паузу. – Может, мы сами найдем?
– Может, и найдете. Только будет ли родственник с вами разговаривать? А! Вот и мой явился!
Муж Зунры Акирим был старше ее лет на восемь. Высокий худощавый мужчина с крепкими рабочими руками и простоватым лицом. Он приветливо поздоровался с гостями, спокойно выслушал жену и без возражений согласился пойти к родственнику.
– Поедем, – поправил Герман. – Мы на машине.
– А мы свои машины сдали, – развел руками Акирим. – Пять грузовиков. Говорят, для тех, кого будут эвакуировать. Может, и нам?..
Он взглянул на жену и осекся. Суровый вид супруги говорил, что ни о каком отъезде и речи быть не может.

Нарлиам был похож на растревоженный улей. На улицах полно народу, все спешат, шумят, ругаются. То и дело проскакивают машины. Кое-где из подручных материалов возводят баррикады, перегораживают проезды, заколачивают двери и окна домов.
Все население с синими повязками на рукавах. Такие же повязки прикреплены к машинам, к дверям зданий, висят на окнах, на столбах.
Машину наемников дважды останавливали на перекрестах, но тетушка Зунра немедленно высовывала из окна грозное лицо и все препятствия исчезали. Тетушку все знали, и никто не хотел связываться с этим источником энергии и вулканом эмоций.
А на третьем перекресте не помогла и Зунра. Дорога была перекрыта баррикадой. Сложенный из камней и бревен заслон высотой в два метра венчало пулеметное гнездо.
– Вправо! – махал рукой боец. – Давайте вправо! Там объезд.
Герман развернул внедорожник и поехал в указанном направлении. Позади слегка ошарашенная Зунра негромким голосом спрашивала мужа, неужто саймиты уже подошли к самому бургу. И что тогда делать? Акирим пожимал плечами и молчал.

Хозяйство родственника Акирима – Слегера – находилось не на окраине бурга, а за его чертой, километрах в трех. Это была обычная ферма, какие наемники видели в прерии. Несколько домов, конюшня, загон для скота, коровник, поля, сад.
Слегер занимался несвойственным для рудокопа делом, но имел хороший достаток, продавая мясо, шкуры, молочные продукты, фрукты и овощи. Работал он, так сказать, на внутреннего потребителя, товар в конфедерацию не возил.
Кстати, помимо прочего, Слегер входил в состав местной управы. Он был мировым судьей и решал все споры между жителями. Пользовался большим авторитетом за мудрость и умение находить компромисс в сложных ситуациях.
Приезд родни его удивил: Слегер думал, что семейство Акирима все же покинет бург. Но гостей принял радушно.

Герман не дал завязаться душевному разговору за рюмочкой наливки, сразу перешел к делу.
– Нам нужен хотя бы приблизительный маршрут в обход каньона Размар на север. – Он достал рисунок местной карты и ткнул в правый верхний угол. – Сюда.
Слегер изумленно посмотрел на наемника.
– За каньон? Но там ничего нет. Я несколько лет назад хотел отыскать место для постройки новой фермы. Однако потом отказался от этой идеи. Огромная равнина, сплошь в разломах и оврагах. Бурелом, заросли колючки. В разломах и на дне оврагов болота. Тот же Пыльный треугольник, только без ураганов и зыбучих песков.
– А дальше?
– Там не бывал. Слишком далеко.
– Но как проехать в ту сторону, знаете?
– Знаю. Это несложно. Но… – Слегер посмотрел на внедорожник. – На машине вы не проедете. Дорог никаких, одни узкие проходы. Только если верхом.
Герман недовольно вздохнул.
– А в объезд?
– Надо забирать восточнее, но это будет крюк даже не знаю какой. Идти придется через горы.
Герман перехватил сочувствующий взгляд Ланеды и ее тетушки. Почесал затылок. А потом спросил Слегера:
– Тогда другой вопрос. Вы можете продать нам пару коней? Мы отдадим все деньги, что у нас есть.
В подтверждение его слов Кир достал из внутреннего кармана куртки две пачки банкнот конфедерации. Слегер глянул на них и изумленно вскинул брови.
– Вам что, нужны кони из золота?
В конюшне Слегера стояли пять кобыл и три жеребца. Все ухоженные, крепкие. Не призовые скакуны, конечно – рабочие лошадки. Но такие и нужны. Чтобы могли долго нести груз и обходились малым количеством фуража.
Слегер сперва хотел вообще отдать лошадей даром. Мол, возьмете напрокат. Но Герман не согласился. Как там повернет – неизвестно, и смогут ли наемники вернуть четвероногий транспорт? Ветров отсчитал четыреста соверенов и отдал их Слегеру. А заодно попросил присмотреть за внедорожником.
– Не вопрос! Поставлю в гараж, пусть вас ждет. А вот с конями вам придется сложно. Вы хоть в седлах усидите?
Один из работников Слегера подвел вороного жеребца к хозяину. Тот принял повод, любовно огладил коня по шее и спине.
– Это вам не за рулем сидеть. Тут умение нужно.
Герман, пряча улыбку, подошел к коню, забрал у Слегера повод, обернулся. Ланеда, Зунра и Акирим с опаской следили за его действиями. Сами с лошадьми дело не имели и не знали, что это такое.
– Как зовут коня?
– Вирго.
– Ну здравствуй, Вирго, – легонько похлопал жеребца по холке Ветров. – Прокатимся немножко?
Конь с подозрением смотрел на незнакомца, но признаков недовольства не показывал.
Герман проверил седло, потом одним движением вскочил на коня, развернул его и несильно ударил каблуками.
– Пошел!
Вирго, почуяв уверенную руку всадника, с ходу перешел на рысь, потом в галоп.
Ветров дал круг, объехав дома и колодец, и направил коня обратно. Вирго шел легким намётом, без усилий неся сто с лишим килограммов веса. Герман остановил его в нескольких шагах от Слегера, спрыгнул вниз и погладил морду скакуна.
– Хорош, бродяга!
– Вот это да! – вымолвила Ланеда. – Вы ездите верхом словно скотоводы!
– Это точно, – поддержал ее Слегер. – Не думал, что в наших краях кто-то умеет сидеть в седле. Значит, проблем у вас не будет. Тем лучше. А как ухаживать за лошадьми, знаете?
– Разберемся.
Слегер внимательно посмотрел на Германа и кивнул. Сразу видно, люди опытные.
– Что ж, тогда вопрос решен. Когда выезжаете?
– Немедленно!

5

Немедленно выехать не вышло. Сначала отдали машину Слегеру и подготовили лошадей к походу. Потом Слегер захотел усадить гостей за стол, перекусить на дорожку. С трудом отговорили, но огромный мешок со снедью взяли. Потом было недолгое прощание. И Кир несколько минут говорил что-то Ланеде. У девушки на глазах блестели слезы.
А затем приехал знакомый Слегера и сообщил тревожную новость: саймиты начали наступление. И идут на бург с северо-запада.
Пришлось срочно усаживать Ланеду и ее тетю с мужем в «дектор» и отправлять в Нарлиам. И строго наказать девушке, как можно быстрее покинуть бург.
Слегер уезжать не хотел, сказал, что при случае сам вступит в бой. И посоветовал наемникам поспешить. Что земляне и сделали. Они успели проскочить рощу и перейти вброд узкую речушку. И уже из-за нее разглядели в бинокли клубы пыли на дороге, а за ними несколько внедорожников, набитых людьми. Это были саймиты.
Через двадцать минут, когда земляне поднимались по горной дороге, они расслышали за спиной негромкие хлопки выстрелов. Противники вступили в бой…

Но все это происходило утром. А к вечеру наемники прошли сорок километров, миновали равнину и вышли к подножию невысокой горы. От нее до предполагаемого места нахождения центра было около шестидесяти километров.
Марш выдался сложным. Как и предостерегал Слегер, никаких дорог через равнину не было. Кони шли по узким проходам мимо глубоких оврагов и извилистых разломов, чье дно нельзя было разглядеть за зеленой завесой.
Ни о каком галопе и даже рыси и речи не могло быть, кони передвигались шагом. В некоторых местах наемники вели их под уздцы, про себя кляня тех, кто устроил это «чудо света».
На захваченной в арсенале карте каньона Размар не было. Он образовался после удара тектоническими бомбами, когда земля треснула под мощным ударом и образовала гигантскую щель. А в стороне от эпицентра сейсмической активности возникли вот такие «морщины».

Как бы там ни было, равнину прошли. Переходить гору в темноте не рискнули и обустроили ночлег у небольшой рощицы, рядом с которым бил родник.
– С чего начинали, тем и заканчиваем, – пошутил Кир, зажигая костер. – Опять в седлах, опять едва плетемся.
– Одно хорошо: вокруг никого нет! – в тон ему заметил Герман. – Даже непривычно идти в такой мирной обстановке.
– Это ненадолго. Сделаем дело и опять попадем в знакомую круговерть. Бандиты, федерация, степняки…
– Спасибо, ты меня успокоил. Доставай мешок, посмотрим, что нам Слегер положил.
– Кстати, мы голодными не останемся, а вот овес скоро закончится. Лошади перейдут на подножный корм. Если он, конечно, впереди есть.
– Посмотрим.
Поужинали быстро и собрались спать. Дежурить не стали, вокруг вроде бы тихо. Подбросили в костер побольше дров и легли возле него.
Но выспаться в эту ночь им было не суждено. Где-то через час наемников разбудило испуганное ржание лошадей и какое-то приглушенное урчание.
Земляне вскочили на ноги, сжимая автоматы, и прищуренными со сна глазами попытались рассмотреть, что происходит. В первый момент обоих посетила мысль о появлении саймитов или бандитов.
Но тех поблизости не наблюдалось. А урчание шло сразу с нескольких сторон.
Кир бросился ловить стреноженных лошадей, что танцевали под деревьями, а Герман добавил дров в ослабший костер. И в свете вспыхнувшего огня заметил мелькнувший метрах в двадцати силуэт. В гости к путникам пришли не люди, а звери.
– Тащи лошадей к костру! – крикнул Герман.
– Не пойдут, испугаются!
– Они больше зверюг боятся. Тащи давай!
Ветров отошел от огня на несколько шагов и вгляделся во тьму. Потом включил фонарь и повел им из стороны в сторону. Луч выхватил из темноты четвероногую фигуру.
Это был представитель семейства кошачьих, размером даже больше камышового леопарда. Мощные лапы, немного вытянутая морда, острые уши, прижатые к голове. Окрас то ли черный, то ли темно-серый.
В отличие от своего собрата этот зверь охотился не один, а в составе группы из трех-четырех кошек. И повадки у него были наглые. Лезть к огню, к людям – это не похоже на обычных хищников. Наверное, раньше они людей не видели.
Кир все же подтянул лошадей к костру.
– Дай очередь! – крикнул Шилов. – Может, отвалят!
– Вряд ли, – усомнился Герман. – Раньше стрельбы не слышали, не знают, что это такое.
– Ну тогда пристрели одну гадину, остальные удерут. А то мы потеряем коней! Они и так бесятся!
Сказать проще, чем сделать. Кошки бродили вокруг костра на удалении и выдавали свое местонахождение только утробным урчанием. Как только попадали в свет фонаря, тут же прыгали в сторону. Реакция и скорость у них были на уровне.
Ветров дал очередь, вторую. Кир тоже снял автомат с плеча и водил им из стороны в сторону. Второй рукой удерживал поводья лошадей. Те немного успокоились, но продолжали перебирать ногами и вскидывать головы.
Наконец с пятой или шестой попытки Герман зацепил одну кошку. Раздалось громкое мяуканье и визг. Однако ожидаемого результата это не дало. Кошка уползла в сторону, другие увеличили дистанцию, но продолжали ходить кругами. Тратить на них патроны было жалко.
Так прошло несколько часов. Наемники покрасневшими глазами следили за обстановкой и за костром. А упрямые кошаки выписывали зигзаги, изредка подавая голос, от которого лошади испуганно всхрапывали и трясли мордами.
Наконец под утро урчание исчезло. Кир упал на лежак с автоматом в руках и заснул. А Герман остался дежурить. Через час они поменялись ролями. А еще через полтора часа рассвело.

Утром, наскоро позавтракав и оседлав пришедших в себя лошадей, сонные и мрачные наемники покинули ночевку. Обоих клонило в сон, но терять время на отдых они не хотели. Да и надо было поскорее покинуть эти негостеприимные места. Хватит и одного бдения.
Метрах в трехстах от кострища они наткнулись на обглоданный труп кошки. Видимо, свои же разорвали подранка на части. Зрелище впечатляющие – кровь, лоскуты шкуры и кости.
Лошади прянули в сторону, учуяв запах трупа, и понесли седоков к горе. Подальше от страшного места. Как они, наверное, думали. Но чутье их подвело.

* * *

Гора, укрытая зеленой шапкой деревьев, оказалась пристанищем прайда хищников. Здесь было их логово. И когда наемники пустили коней в обход вершины горы по лесу, хищники собрались посмотреть на пришедший к ним сам обед.
В кронах невысоких деревьев и в зарослях кустарника разглядеть кошек было невозможно. Хищников выдало их урчание. И когда первая кошка прыгнула с ветки на Германа, тот уже был готов к обороне. Удар прикладом сбил полет здоровенного зверя. Тот промахнулся, упал в траву, мгновенно развернул корпус и схлопотал полдесятка пуль в бок.
На Кира налетел другой зверь из кустарника. Метил в спину наемнику, но лошадь взбрыкнула и исхитрилась врезать кошке по голове. С громким ревом та отлетела в сторону.
Неудача слегка охладила пыл хозяев горы, и наемники, пользуясь передышкой, погнали лошадей прочь.
Испуганные кони понеслись сквозь деревья. Ветки били людей по плечам и головам, норовя высечь глаза.
Эта скачка продолжалась минут пятнадцать. А потом лошади выскочили на открытое место. И взглядам взмокших наемников предстал прекрасный вид на бескрайнюю степь.
Наемники хотели сделать остановку, чтобы рассмотреть все как следует, но позади опять раздалось злобное урчание, и лошади рванули вперед.

– Если бы Слегер рискнул перейти через гору, он бы стал владельцем самого большого в закордонье поместья! Да здесь можно держать сотню стад и столько же посевных полей!
– Это нам привет из Степи! Словно под копирку.
– Надеюсь, кочевников не скопировали. Мне их и там хватило с лихвой.
– Сплюнь.
– Да ладно. Саймитов нет, и то хорошо.
– Им каньон мешает. А то бы давно засеяли здесь все опиумом и коноплей.
– Ну их к черту! Лучше посмотри, какая красотища!
Герман покосился на Кира и фыркнул. Восторг друга его забавлял. Хотя, если честно, он был прав. Место здесь было замечательное.
Нетронутая в последние четыреста лет человеком природа расцвела буйным цветом. Высокие травы, причудливых расцветок цветы, кустарники и редкие деревья с огромными кронами. Все радовало глаз.
В небе носились птицы, из-под ног лошадей выскакивали мелкие грызуны, в траве шелестели скользкие тела змей. Взлетали согнанные шумом тетерева. Изредка мелькал хвост лисицы. Вдалеке пару раз показались тарпаны.
Аромат трав слегка кружил голову. А запах свежей воды ручьев и мелких озер заставлял лошадей быстрее перебирать ногами.
Ко всему прочему погода здесь была теплее, светило нагревало воздух почти до двадцати градусов.
Однако и в таком раю не все было спокойно. Кроме мелких грызунов, рыжих пройдох и птиц, земляне обнаружил местного царя зверей. Это был еще один представитель семейства кошачьих, размерами не уступавший горному собрату.
В отличие от ночных визитеров местный зверь охотился один. Поэтому к незваным гостям близко не подходил. Но интерес проявил. Наемники держали оружие наготове, но случая пустить его в дело пока не представлялось.

Они ехали по степи шестой час. По всем расчетам, искомое место было где-то неподалеку. Но пока ничего интересного не заметили. Привычный пейзаж, бескрайняя даль и никаких следов деятельности человека.
– Сколько по карте до центра? – спросил Кир.
– Двенадцать километров. Плюс-минус один.
Кир, встав на стремена, поднял бинокль, посмотрел по сторонам, потом опустился в седло и мотнул головой.
– Ничего.
– Центр может быть спрятан под землей. Подъедем ближе.
– Да, это не остров, за несколько часов не пройти. Надо расширить зону поиска. Разделимся.
Герман помолчал, обдумывая идею, кивнул.
– Можно. Только до точки доедем.
Над головами низко пролетел пернатый хищник, с разгона пал на землю и через секунду взлетел, утаскивая в когтях добычу – какого-то грызуна.
Герман проследил за ним взглядом и сказал:
– Кстати, то, что мы здесь никого не видели, еще не значит, что степь безлюдна.
– Все может быть. Поспешим.
Наемники пришпорили лошадей и на рысях пошли вперед, к скрытому маревом горизонту.

Через час ровный стол степи преградила стена деревьев. Левее шло извилистое русло узкой речки с обрывистыми берегами.
Прекрасное место для очередного привала, но на этот раз наемники не спешили останавливать лошадей. Где-то здесь и должен быть центр.
Памятуя о любителях нападать с деревьев, наемники объехали рощу. За ней где-то в паре километров стояли невысокие курганы.
Герман сверился с картой.
– Все, мы почти на месте.
– И ничего не видим.
– Доедем до курганов и будем прочесывать.
Лошадь под Киром вдруг дернула в сторону, всхрапнула. Кир натянул повод.
– Тпру, стоять! Черт!
Герман оглянулся. Из-за деревьев в поле вышел леопард. Лениво ступая, дошел до кустарника, секунду постоял, потом исчез за ним.
– Ветер с той стороны, лошадь и почуяла. – Кир справился с испуганным конем. – Поехали отсюда.

Как это часто бывает, помогла случайность. На этот раз она пришла в виде охотящегося леопарда. Пятнистая кошка буквально на глазах наемников атаковала какое-то животное, похожее на косулю. Одним прыжком свалила на землю, перекусила горло и потащила куда-то в сторону, к оврагу.
Герман проследил за хищником, потом перевел взгляд чуть дальше, окликнул Кира и поднял бинокль. Тот тоже схватил бинокль, поднес к глазам и выдохнул:
– Ну, кажется, приехали!
Это была большая прямоугольная коробка высотой около пяти метров с куполообразной крышей и навесом перед входом. С двух сторон к стенам примыкали столбы высотой метров семь. Некогда сооружение было огорожено двумя рядами сетчатых пакетов, но теперь пакеты и перегородки лежали на земле, скрытые травой.
Наемники спустились в низину к строению, напугав при этом леопарда. Тот хотел отобедать в укромном месте, а теперь сбежал, утаскивая с собой законную добычу.
После беглого осмотра стало ясно, что в наличии только один вход. И никаких иных способов проникнуть внутрь. Ни окон, ни вентиляционных шахт.
Вход представлял собой двустворчатые ворота. Слева на стене металлический пакет в виде прямоугольника. Под защитной планкой в углублении сенсорная панель и рычаг. Панель не активна, индикатор не горит.
Кир отошел от вдоха на несколько шагов, осмотрелся, недоуменно проговорил:
– Если это центр управления, то где антенны системы связи?
– А ты что хочешь увидеть? Спутниковую тарелку? Или целый антенный комплекс? Может, он и был, но его снесло при ударе. А может, у них иной принцип построения антенн.
– Если снесло при ударе, то почему уцелел центр?
Герман повернулся к другу.
– Меня сейчас больше интересует, как попасть внутрь! Ворота закрыты, и вряд ли их можно снести гранатой. А кода доступа нет. Панель не работает.
– Там рычаг есть.
– И что? Если не набрать код или не приложить электронный ключ, можно дергать за рычаг до посинения!
Кир вздохнул.
– Черт! Я думал, будет как с базой подлодок или с арсеналом. А тут все замуровано.
Герман осмотрел стык ворот. В щель не вогнать даже иголку. И наверняка позади дублирующие двери.
– Надо искать другой ход, – сказал Герман.
– Где?
– Не знаю! Где угодно. На крыше, по периметру, в стороне. Ни один военный объект не строится без аварийного выхода. И потом, как-то они дышали!
– Ну давай поищем. Я с левой стороны, ты – с правой.
Кир поправил автомат на плече и пошел в обход здания. Герман еще раз посмотрел на двери и вздохнул. О таких случаях говорят: близок локоток, да не укусишь.

Наемники добросовестно обследовали свои участки. Начали от стен и пошли кругами, увеличивая радиус. Герман обнаружил полускрытые в земле опоры решетки. Кир – торчащий из земли прут арматуры. Больше ничего интересно не обнаружили.
Зато успели спугнуть пару каких-то грызунов и притаившуюся в кустах змею. После чего добросовестно попинали мелкие камни и комки земли.
Они удалились от строения метров на триста. Искать за пределами этого радиуса уже не имело смысла. Центр, каким бы огромным он ни был, таких размеров явно не достигал.
К воротам вернулись через два часа. Слегка уставшие, злые и растерянные. Объект найден, но как проникнуть на него – неизвестно.
Между тем уже начинало темнеть и надо было решать, что делать дальше. Искать вход до посинения или искать место для ночлега. Памятуя о милых обитателях степи, ночевка на открытом месте могла пройти по сценарию прошлой ночи.
– Можем залезть на крышу, – предложил Кир. – Есть где спрятаться. И оборону держать легко.
– Хорошая идея, – кивнул Герман. – Только если объяснишь, как затащишь туда лошадей.
Кир крякнул с досады. Об этом не подумал.
– Тогда у входа. Забаррикадируемся, разведем костер. Кошки хоть и наглые, но не дурные лезть в огонь.
– Это лучше. Во всяком случае, стоит попробовать.
Кир подошел к воротам, со злостью посмотрел на них и плюнул.
– Твою мать! Самый большой облом в жизни! Все наши скитания насмарку!
Он шарахнул ногой по воротам, отошел в сторону и сделал круг перед входом, успокаивая нервы. Герман покачал головой. Криком делу не поможешь.
Шилов остановился, глубоко вздохнул и растянул губы в невеселой усмешке.
– А если приложить твой талисман? Вдруг сработает?!
– Как он может сработать, если это центр другой державы? Здесь другая система.
– А ты попробуй!
– Какого хрена?!
– Гера, тебе что, лень достать эту фигню и приложить к панели?
Ветров сердито посмотрел на друга, резким движением достал из кармана талисман и приложил к сенсорной панели. Подержал несколько секунд.
Никакого эффекта. Не среагировали ни талисман, ни сенсор. Герман убрал талисман, поднес его вновь, снова убрал и снова поднес.
– Хватит? Или еще попробовать?
Кир развел руками.
– Ну дерни за рычаг.
Герман смерил его многозначительным взглядом. Кир блажит от безысходности.
– Давай я сам…
– Тьфу! – Герман протянул руку к рычагу. – На!
Он с силой дернул рычаг вниз. То опустился, не издав ни звука.
– Убедился? Что еще…
Где-то в глубине строения лязгнуло. Потом раздался удар и металлический шелест.
Герман отпрыгнул от ворот и развернулся к ним лицом. Застывший взгляд следил за тем, как створки на приличной скорости исчезают в стенах. За ними были вторые ворота. Они тоже ушли, но в пол.
Взглядам наемников предстал черный зев помещения, из которого пахнуло холодом и неприятным запахом сгоревшей резины.
Герман с некоторым трудом отвел взгляд от прохода и повернулся к Киру:
– Если хоть слово скажешь – прибью!
– Я… кхм!.. угу…
Шилов, уже открывший рот, с трудом проглотил слова, кашлянул и опустил голову. Но Герман успел заметить ехидную усмешку на губах друга и, понимая, что сам виноват, в сердцах бросил:
– Блядь, какой же мудак! Сколько времени потерял!
– Если быть справедливым – оба мудаки, – честно признался Кир. – Но ты чуть больший. Ибо я первым предложил…
– Хватит! Заводи лошадей внутрь. Думаю, им места хватит…
Герман включил фонарь и повел им из стороны в сторону. За воротами оказался широкий коридор. С одной стороны ряд дверей, с другой – сплошная стена. Вдоль потолка шла широкая полоса серого цвета.
Герман сделал несколько шагов вперед, дошел до выступа в стене и увидел на нем еще одну панель. Он приложил к ней талисман. Никакого эффекта. Потом приложил руку: сначала правую, потом левую. Опять ничего.
Плюнув, шагнул дальше и тут же отпрянул назад, жмуря глаза и вскидывая автомат.
Широкая полоса под потолком вдруг замерцала желтоватым светом, а потом загорелась во всю силу, разом осветив все помещение.
Кир, подводивший лошадей к воротам, изумленно присвистнул.
– Мать честная! Да тут все работает!

6

Центр представлял собой двухуровневое сооружение. Верхний был над землей. Здесь располагались охрана, вспомогательный персонал и аппаратура связи с системой приемо-передающих устройств.
На нижнем уровне был пункт управления, помещения для основного персонала, система жизнеобеспечения, склад и силовые установки.
Здесь не было следов срочной эвакуации или панического бегства. Не было и трупов людей. Часть помещений и аппаратуры находилась в законсервированном виде. Похоже, центр не успели подготовить к работе, как тут же покинули. А автоматика сделала остальное: перевела систему в режим ожидания. Продлившийся несколько веков.

Лошадей оставили в одном из помещений наверху. Здесь было довольно просторно и безопасно. Животные слегка поупирались, но все же зашли внутрь. Им оставили овса, налили в найденные контейнеры воды и заперли.
Вниз можно было попасть двумя способами: на лифте и по аварийному ходу. Наемники лифту не доверились, пошли пешком.
– Почему же ворота открылись? – все недоумевал Кир. – Если талисман не сработал, значит, код и впрямь другой!
– Может просто забыли запереть? – предположил Герман.
– Шутишь? Штаны забыть надеть можно, а блокировать вход на секретный объект – нет. Если, конечно, отсюда не удирали сломя голову.
– Не похоже.
– Вот и я о том.
К тому моменту, когда они спустились вниз, автоматика уже врубила освещение и запустила аппаратуру. Так что наемников встретили полный света коридор и работающие кондиционеры.
Искать ничего не пришлось: при входе на стене висел монитор, на котором был план уровня. Отыскать командный пункт, дежурную комнату и сектор силовых установок не составило труда.
Здесь наемники разделились. Кир пошел в дежурку, а Герман на командный пункт.

Командный пункт состоял из четырех секций. Главное управление и три направления: по количеству объектов подчинения. Одна из секций была на консервации – столы скрыты под пластиковыми колпаками, пульты обесточены. В секции главного управления всего одно операторское место и большой монитор на стене. Индикатор мерцал зеленым светом.
Герман отыскал клавишу активации, нажал ее. Через секунду монитор стал синим, на нем проступила таблица и строчка текста. «Введите код и шифр доступа».
Ветров отыскал взглядом сенсорную панель, немного поколебался и приложил к ней талисман. И не испытал особого удивления, когда монитор мигнул и показал заставку: стилизованный рисунок на фоне государственного флага Вендарта.
В секцию заглянул Кир.
– Как успехи?
Герман кивнул на экран.
– Будешь смеяться, но талисман работает и здесь. Каким образом ключ доступа Стегмарайской республики срабатывает в Вендарте, не знаю.
– Смеяться не буду, – заверил Кир. – Пошли, кое-что покажу.
Шилов провел его в помещение дежурного. Это была небольшая комната с двумя креслами, столом и шкафом. На столе лежал планшет, от него вниз шел тонкий провод.
– Электронный журнал, – пояснил Кир. – Стоит на зарядке, потому и работает до сих пор. Причем активирован, но переведен в режим ожидания. Я посмотрел последние записи. Дата – двадцать четвертое тротапана.
– Что там интересного?
– Там объяснение, как мы смогли сюда пройти и почему ты включил компьютер талисманом.
Герман подошел к планшету и пробежал взглядом по ровным строчкам текста.

Объект 011-09 был запасным центром управления восьмого сектора ударного ракетного комплекса. Он вступал в действие после начала военных действий по приказу главного штаба. И полностью дублировал основной центр.
На объекте постоянно сидели только дежурная группа охраны и пара техников. Персонал был разбросан по другим объектам или вообще призывался из гражданских.
Когда началась война, приписной штат сотрудников получил приказ прибыть сюда. Но к моменту приезда первой группы одно из направлений – дивизион ракет на спутнике планеты – уже был выведен из строя. Так что сразу треть операторов и техников могла поворачивать обратно.
По прибытию части штата началась работа по расконсервации центра и перевода его в режим боевой готовности. К моменту прибытия второй группы основные работы были завершены. Но потеряна связь со вторым направлением – батареей ракет на орбитальной станции. Противник наносил упреждающие удары по выявленным целям. Чуть позже исчез из эфира и основной центр управления. Его обязанности автоматически переходили к запасному. Однако к тому моменту он фактически был вне игры.
Прибывший сюда с объекта 129 (арсенал) первый помощник начальника технического отдела Линкер оказался шпионом противника. Имея доступ к секретным программам, он полностью заблокировал систему управления, а потом ввел коды и шифры Стегмарайской республики. Таким образом, запасной центр управления стал просто бесполезным объектом, набитым аппаратурой.
К тому моменту, как центр был выведен из игры, произошло слишком много событий. Враг нанес несколько ударов по соседним районам, орбитальная группировка пропала в огне ядерных ударов. Единая информационная сеть распалась, и управление войсками пропало. Последний приказ, полученный временным командиром центра, требовал провести эвакуацию персонала. Таким образом, запасной центр, не проработав толком и часа, был закрыт.

Герман представил себе обстановку в тот момент. Враг наносит удар за ударом, штаб теряет управление, следуют бестолковые, зачастую противоречащие друг другу приказы, паника на всех уровнях, личный состав плохо управляем. В такой обстановке упустить шпиона довольно легко.
Но ушел ли Линкер или его пристрелили – так и останется навсегда тайной. Известно главное – он сумел вывести из строя запасной центр управления. Вход закрывали с помощью механики, потому наемники его и открыли простым поворотом рычага. И талисман помог активировать компьютеры, так как его шифр совпал с шифром, введенным Линкером.
– Даже боюсь подумать, что бы мы делали, не успей этот парень приехать сюда и осуществить свой план, – сказал Герман, отодвигая журнал. – Смелый был человек.
– Предложим королю поставить ему памятник, – пошутил Кир. – Из золота.
Герман усмехнулся.
– Пошли. Завершим начатое им.
Программа управления уже загрузилась. Монитор показывал систему настройки последней уцелевшей батареи ракет и приоритетные цели на материке Браашиндар. Или Брашинд – как его сейчас называли.
Данные были устаревшими, все цели давно уничтожены. Но компьютер об этом не знал. И исправно выдавал их координаты, настройку на цель, корректировку курса с учетом движения планеты и спутника.
Таблица обратного отсчета показывала оставшееся время до удара. Сорок два часа.
– Успели с запасом, – сказал Кир. – Но если бы хоть где-то встряли!..
Герман ввел команду, и на мониторе возникло изображение ракетной батареи.
– Внутренняя батарея ракет «Пертикам», – прочитал он и с уважением добавил: – Серьезная вещь.
– Серьезней некуда, – согласился Кир, глядя на монитор.
Огромные сигары ракет производили впечатление. Цилиндры ступеней, крылья, разгонные и маршевые двигатели.
Справа возник столбец с ТТХ ракет. И трехмерное изображение секций.
– Жутковато, – признался Кир. – Как представишь, что эти подарки могут прилететь сюда и превратить планету в хаос.
Герман кивнул. Да, двадцать четыре ракеты не оставят ни единого шанса. Планета сейчас похожа на боксера, слегка отошедшего от нокдауна. Ноги ватные, дыхание сбито, взгляд расфокусирован, но держит вертикальное положение и руки подняты. Залп будет сродни нокауту. После которого боксер рухнет на пол и уже не встанет даже после команды «аут!».
– Я ввожу программу деактивации, – сказал Ветров, – и запускаю процесс самоуничтожения.
– Знаешь как?
– Это несложно. Здесь все прописано, чтобы при необходимости не тратить время на поиск. А ты обесточь пока пульт третьей секции.
Герман начал ввод программы. На мониторе стали возникать запросы: «отменить готовность?», «остановить программу запуска?», «отключить питание?», «деактивировать боеголовки?».
Ветров последовательно нажимал «да». Потом открыл программу самоуничтожения.
– Ну вот и все!
Он даже не испытывал какого-то особенного чувства удовлетворения. Слишком долог быть путь к центру, острота восприятия стерлась. И потом, впереди ждала обратная дорога. Кто знает, может быть, более длительная, чем сюда?..
Погрузившись в работу, он краем уха отметил шаги за стеной, но не обратил на них внимание.
– Теперь можно отдохнуть.
– А вот с этим я не соглашусь! – произнес уверенный голос. – Основная работа впереди!
Герман развернулся к входу, поднимая автомат на уровень пояса.
В дверях стояла высокая фигура в черной одежде. На голове шляпа, лицо закрыто маской.
– Вижу, мое появление вызвало удивление?
Фигура потянула маску вниз.
Герман всмотрелся в лицо и опустил автомат.
– Вы снова удивили меня, Неринг. И опять удивили неприятно.
Возникни здесь шпион Линкер собственной персоной, Герман не испытал бы тех чувств, что охватили его сейчас. Ибо появление верховного оракула Хартемена на территории центра в другом полушарии планеты полностью меняло картину происходящего, сложенную еще в начале работы.
Но времени ломать голову над этим не было. Ибо явление Неринга означало что-то не очень приятное. Такие сюрпризы никогда не приводят к добру.
Следом за Нерингом в помещение вошли еще четверо. Все в черных одеждах, лица закутаны масками. У двоих в руках пистолеты, у одного – карабин. Четвертый оружия не имел.
За стеклом Ветров различил еще двоих. Неринг привел солидную свиту. Зачем?
– Выходит, вы можете прыгать не только между мирами? – спросил Герман.
– Можем. Но сегодня сделали это впервые.
Неринг подошел к Герману, огляделся, заметил монитор и с интересом посмотрел на изображение ракеты.
– Это и есть та угроза, что грозит миру?
– Грозила. Теперь фактически нет. Ваши видения были правдивы, оракул. Прилети эта птичка и ее сестры сюда, планета погрузилась бы в хаос. Мы выполнили свою работу и отвели угрозу от королевства. Но зачем пришли сюда вы?
– Что это значит? – раздался голос от входа. – Неринг? Каким ветром вас занесло сюда?
Кир стоял в проеме, отодвинув в сторону одного из людей оракула и держа наготове пистолет. Бойцы Неринга тоже приготовили оружие, но пускать его в ход не спешили. Видимо, имели четкие указания на этот счет.
– Здравствуйте, господин Кир, – улыбнулся верховный оракул. – Рад видеть вас в добром здравии. Что ж, я расскажу все. Для того и прибыл. Только прошу выслушать спокойно и до конца.
Герман бросил взгляд на Кира, поймал едва заметный кивок и повернулся к оракулу.
– Говорите, мы слушаем. И постарайтесь на это раз сказать всю правду.

Больше всего Герману не понравился не факт появления здесь верховного оракула, а его слишком довольный вид. Как у кота, сидящего рядом с банкой сметаны. Не похож был Неринг на самого себя. Не тот спокойный и величавый служитель культа. Другой человек сейчас стоял перед наемниками.
И это вызывало подспудную тревогу.
– …Аппаратуру прыжка в искаженное пространство нашли еще сто пятьдесят лет назад. Когда выбирали место для храма. Тогда никто не понял, что это такое. Однако находку решено было скрыть, дабы не привлекать внимания монарха и его людей. Рамку спрятали, помещения отгородили, стены здания заложили камнем. Тайна хранилась полтора века.
– Пока верховным оракулом не стали вы?
– Да. Я нашел уцелевшие сведения с той эпохи. Их тоже хранили под замком и передавали знания только верховному оракулу. А когда пришло видение грядущей катастрофы, я вспомнил об аппаратуре.
– Значит, ваши далекие предки владели возможностью проникать в другие измерения?
– Насколько я понял, такая техника появилась перед самой войной и вроде бы даже послужила причиной ее начала. Стороны боялись, что кто-то захочет использовать технику ради достижения превосходства над другими. Собственно так и произошло. Стегмарайская республика и Вендарт ударили одновременно, остальные вступили чуть позже.
– С прошлым ясно. Зачем вы активировали аппаратуру сейчас? И почему прибыли сюда? Забрать нас?
– Когда стало ясно, что угрозы не миновать, мы начали искать выход из положения. И нашли вас. К счастью, вы дали согласие помочь. Только вы не знали, зачем ищете источник угрозы.
– Видимо, не для того, чтобы уничтожить ее, – утвердительно сказал Герман. – У вас были свои виды на уцелевшую батарею, не так ли, Неринг?
Верховный оракул сделал паузу, а потом кивнул:
– Да.

* * *

– Вы были в Денёрвине и знаете, что федерация готовит удар через Степь по королевству. Знаете, что происходит в самой Степи. Слышали, что соседи Хартемена тоже строят агрессивные планы. А ведь когда-то это была одна страна, один народ! Разброд, шатания, войны – все это разрушает цивилизацию, не позволяет развиваться. Мы слишком далеко откатились назад. Это недопустимо! Больше смотреть на все это было нельзя!
– И вы решили…
– И мы решили действовать!
– А как же король?
– Ни Ферлаг, ни его предки не могли ничего! Они плыли по течению. Воевали, строили, создавали. Но ни разу даже не подумали сделать что-то, что объединит народы и прекратит раздоры! Они слишком привыкли к этой жизни!
– И что же вы намерены сделать? Исправить ситуацию?
– Да! Взять власть в свои руки и сделать то, что должно!
– Вы уверены, что кучка оракулов способна свалить власть короля?
Неринг улыбнулся и, не скрывая торжества, произнес:
– Вы ошибаетесь, господин Герман! Не кучка оракулов! Нас много! Среди сторонников дворяне, офицеры, чиновники. Да, ядро – оракулы. Но только потому, что мы обладаем нужными знаниями.
– Ну да, всегда приятнее командовать, чем подчиняться! Откуда только такая уверенность?
– Вы, видимо, считаете, что мы действуем спонтанно? Ошибаетесь. Все, что происходит в последнее время, – происходит согласно нашим планам. Начиная с вторжения степняков.
Герман с изумлением посмотрел на оракула.
– Вторжение степняков – ваших рук дело? Вы сами подтолкнули их к нападению на свой народ?
Неринг отмахнулся.
– Это несущественно! Много вреда они все равно не причинят. Зато отвлекут на себя армию. Как и племена Кренвуу, напавшие на южную границу. Кроме того, поднят мятеж в нескольких провинциях. Полиция и тайный департамент ловят мятежников, им тоже не до нас. На севере между соседями развязана война, и королевство осталось без внешней помощи.
– Да ты спятил! – бросил Кир. – Вот-вот Денёрвин нанесет удар через Степь, а страна ослаблена войной! Что будет с Хартеменом?
– Ничего! Вы прекрасно поработали в федерации. Я выходил на связь с Пласердой, и тот поведал о том, что произошло с канцлером. Прекрасная работа, поздравляю! Теперь федерация приостановит свои планы. А потом у нее не будет возможности их реализовать.
– Это почему?
– Потому что мы будем обладать возможностью остановить любого врага! И заставить кого угодно подчиняться!
Герман перехватил взгляд оракула на монитор. Тот смотрел на ракету с восхищением.
– Все верно, господин Герман! Это оружие из прошлого поможет нам подчинить всех! Денёрвин, Степь, племена Кренвуу. Если понадобиться, мы продемонстрируем наши возможности, сделав показательный взрыв! После этого вряд ли кто-то посмеет нам помешать.
Герман скривил губы.
– Грандиозные планы. Только сперва вам придется сместить короля.
Неринг с удовольствием рассмеялся.
– Мы долго готовили переворот и успели собрать значительные силы. Буквально под носом у полиции и тайного департамента. Час назад боевые отряды начали захват дворца и блокировали Мирмахан. Возможно, король уже низложен!
– То есть убит?
Верховный оракул пожал плечами.
– Может быть. Власть в стране переходит к нам! Пока полиция и армия очухается, мы уже будем править Хартеменом!
– И какова конечная цель?
– Мир, – вполне серьезно ответил Неринг. – Мир и процветание. Для всех. Единая страна, единые законы, никаких войн. Возвращение былого могущества. У нас есть достаточно документов с прошлой эпохи, чтобы понять, каких вершин достигли предки. Мы по сравнению с ними – дикари.
– Знаешь, Неринг, в истории моей планеты уже бывали личности, желавшие всеобщего добра и счастья. Но как говорят, благими намерениями вымощена дорога в ад! Эти личности во имя высших целей пролили столько крови, сколько не проливали самые лютые злодеи. Так что когда я слышу о всеобщем мире и процветании, то представляю тысячи убитых. Ваше прошлое – хороший тому пример. Высокоразвитые страны буквально стерли друг друга с лица планеты. Во имя высших интересов так поломали природу, что она отомстила. И только чудо уберегло от тотального уничтожения. А ты хочешь вновь запустить катаклизм.
– Это будет один взрыв, но он нужен, если кто-то заупрямится! Например, Денёрвин.
– Уверен, что планета его выдержит? Она едва-едва отошла от потрясения.
Неринг недовольно покосился на своих людей.
– Ничего не случится. Я не видел в трансе никаких последствий.
– А кстати, – подал голос Кир. – То покушение на нас во дворце – тоже твоих рук дело?
Неринг отрицательно покачал головой.
– Это была самодеятельность кучки идиотов. Я перепугался, когда узнал об этом. Если бы вас убили, все наши планы рухнули бы. Впрочем… Впоследствии мы привлекли на нашу сторону кое-кого из тех, кто был замешан в покушении.
– А как ты узнал, что мы здесь?
Оракул улыбнулся.
– Талисман. В найденных документах указано, что это ключ доступа высшей категории. С его помощью можно проходить на любые секретные объекты. Он же является как бы меткой. Через него я мог следить за вами.
Неринг посерьезнел и повернулся к Герману.
– Вы даже не представляете, какой ужас охватил меня, когда вы пропали из виду! Я не мог обнаружить вас. Думал, что погибли. И только когда талисман вновь проявился во время транса, понял, что вы перешли в другое полушарие.
– А как оказались здесь?
– Тоже с помощью талисмана. Око Всевидящего – оно же многоканальная система доступа – способно перемещать людей и предметы через пространство. Но мы не знали, куда переходить. А теперь узнали. Кстати, такой переход отнимает меньше сил.
– Значит, и здешние языки вы закладывали нам с помощью старой аппаратуры?
– Да. Конечно, я не знал, что вы попадете сюда, но на всякий случай задал программу по двум языкам. Они были универсальными на планете в те времена.
«У него все просчитано, – думал Герман, глядя на оракула. – Значит, он готов к любому развитию событий. Но что уготовано нам?»
Кир, словно подслушав мысли друга, спросил:
– И что дальше, Неринг? Будешь запускать ракеты?
– Сначала научусь ими управлять. Не думаю, что это так сложно. Хотя с удовольствием принял бы вашу помощь. И даже готов заплатить больше, чем заплатил король. Нужно держать ракеты наготове.
– А потом?
– Потом? Думаю, вы захотите вернуться домой. Я это устрою. Кстати, нам будет нужно оружие. Более современное, чем есть в Хартемене и в Денёрвине. Как вы смотрите на то, чтобы организовать постоянный канал поставок? А заодно обучите нашу армию воевать по-новому?
Оракул увидел на лице Германа недовольное выражение и развел руками.
– Как хотите! Думаю, у вас найдутся люди, желающие заработать. Мы пригласим их.
– Ты дурак, Неринг! – бросил Герман. – Думаешь, что сможешь так легко шастать туда-сюда? Пока вы действовали тихо и незаметно – могли рассчитывать на секретность. Но как только активизируете связь, сразу попадете на заметку нашим спецслужбам. И тогда вторжение Денёрвина покажется мелкой проблемой. Вас сокрушат! А начнете играть с ракетами – сами себя уничтожите!
Неринг вдруг сбросил маску добродушия и холодно взглянул на Ветрова.
– А вы не подумали, господин Герман, что ракеты легко можно переправить к вам? И тогда ваши спец-служ-бы заговорят иначе!
– Потащите ракету на себе через Око? – насмешливо осведомился Герман. – Или приспособите повозку?
– Найдем способ! Но хватит! Я и так потратил много времени на разговор. И только учитывая ваши заслуги в этом деле! Вы выполнили задание, отыскали источник угрозы и почти отвели ее. Дальше позвольте действовать тем, кто здесь живет. Не хотите помогать – отойдите!
Оракул дал знак своим людям, и те шагнули вперед, держа карабины и пистолеты наготове.

* * *

Что Неринг разберется в системе управления ракетами, Герман не сомневался. Если тот понял, как работает аппаратура переноса и установка по промыванию мозгов, то сообразит, как управлять ракетами. По большому счету, лезть в местные разборки не имело смысла. Раз тут решили поиграть в революцию – пусть их! Земляне свое дело сделали, деньги получили, можно уходить.
Но Герман не хотел такого окончания контракта. В конце концов они подрядились отвести угрозу от королевства. Какой бы она ни была. Сейчас угроза – заговорщики во главе с верховным оракулом. Значит, надо ликвидировать ее.
Рассуждения, может, и слегка патетические, но Ветров не считал их неверными. В конце концов он имел право на патетику. В редких случаях.

Неринг и один из его людей – тот, что без оружия, подошли к пульту управления и стали рассматривать изображения на мониторе. Герман открыл программу самоуничтожения, но не успел запустить. Сейчас оракул ее отменит.
Ветров осторожно глянул по сторонам. Трое из бойцов Неринга следили за ним, двое – за Киром. Оружие у всех наготове. Пистолеты и карабины бронежилеты вряд ли пробьют, но двойной заряд снесет с ног. Тоже не самое приятное. Надо что-то придумать.
Герман глянул на Кира. Тот уже оценил ситуацию и, видимо, прикидывал порядок действий.
– Господа, – раздался за спиной голос верховного оракула. – Давайте поможем друг другу. Вы научите нас управлять этой аппаратурой, а мы прямо отсюда отправим вас домой. Господин Герман, в качестве доплаты я даже оставлю вам принцессу Алиди. Раз она у вас, пусть там и остается. Право слово, жаль девушку, но допустить ее возвращение, чтобы она начала борьбу за трон, я не могу.
– А как насчет золота? – подал голос Кир. – Премия за риск?
– Можно. Но это отложит ваше возвращение на сутки.
– Идет.
Кир шагнул к пульту, но один из бойцов преградил ему путь.
– Пожалуйста, положите ваше оружие на стол, господин Кир, – вежливо попросил Неринг. – Мы видели его в деле и наслышаны о вашем умении с ним обращаться. Считайте это мерой предосторожности. Хорошо?
– Да не вопрос! – улыбнулся Кир. – Мы рады помочь, верно, Гер?
Шилов слегка подмигнул Ветрову, скинул автомат на стол и вытащил из кобуры пистолет. Герман последовал его примеру и тоже положил оружие. Бойцы в этот момент следили за ними с особым вниманием.
Наемники подошли к пульту. Герман встал слева от Неринга, Кир рядом с его спутником.
Верховный оракул указал рукой на монитор.
– Что значит «подтвердить включение программы» и «активизировать»?
– Нужно перевести курсор на этот символ, нажать на него, а потом перевести сюда и дважды нажать здесь.
– Что произойдет?
– Батарея включит программу захвата цели, введет поправки и рассчитает траекторию полета. А потом подготовит ракеты к старту.
Неринг внимательно посмотрел на монитор, потом перевел взгляд на Германа.
– Надеюсь, что вы говорите правду. Нам нужна одна ракета с минимальным зарядом. Как ее определить?
– Вывести таблицы технических данных и выбрать нужное нам.
– Выводите.
Неринг слегка привирал насчет своих возможностей. При всей демонстрации могущества, он боялся, что может потерять главный козырь. Только поэтому и допустил к пульту наемников. Сам бы изучал управление ракетами не один день. А то и больше.
В любой другой ситуации ни один здравомыслящий человек не стал бы полагаться на тех, кого обманул и кому угрожал. Но у верховного оракула не было выбора.
Герман ввел команды, ответил на запросы и запустил процесс. Потом вытащил из архива данные ракет и развернул их крупным планом на мониторе.
– Выбирайте: тектонические заряды, атмосферные, ядерные… У каждой ракеты девять боеголовок. Можно активировать часть, остальные пойдут балластом и при подлете самоликвидируются.
Неринг жадно шарил взглядом по экрану, глядя на непонятные характеристики. Ясно было одно – мощь, скрытая в ракетах, огромна и ужасна.
– Что это? – спросил он, указывая на один из типов зарядов.
– Третий или четвертый?
– Четвертый.
– Атмосферный заряд. Он вызовет ураган высшей категории. Какие проносятся по Степи, только раза в три сильнее.
– Это подойдет! – воскликнул Неринг.
На мониторе вдруг возникла надпись: «Процесс самоликвидации завершен; для окончания работы необходимо ввести код. Время на ввод кода – шестьдесят секунд. Пятьдесят девять…»
– Что это значит? – не понял Неринг. – Какая ликвидация?
– Момент, надо ответить.
Герман быстро нашел коды подтверждения, отбил строчку цифр и букв и дал команду запуска.
Оракул схватил Ветрова за плечо.
– Что вы делаете?
Герман бросил короткий взгляд на бойцов. Оружие опустили, подошли ближе, тоже смотрят на экран. Расслабились слегка ребятишки.
«Код принят, процесс самоликвидации батареи в финальной стадии», – сообщил компьютер.
И Неринг все понял.
– Отменить! – заорал он, потом метнул на Ветрова свирепый взгляд и выкрикнул другую команду: – Убить и…
И больше ничего сказать не успел.
Герман врезал ногой ближнему бойцу, рванул на себя крупное тело Неринга, закрываясь им, и всадил выхваченный нож в живот.
Бойцы оракула, надо отдать им должное, среагировали быстро. Один выстрелил от бедра из пистолета, пуля прошла впритирку с боком Неринга и угодила в край бронежилета. Второй сделал шаг в сторону, но стрелять не рискнул. И тут же получил нож в грудь.
Кир повторил трюк Ветрова, но его противники выстрелили одновременно. Кир упал вместе с безоружным спутником оракула и тоже бросил нож.
Герман прыгнул на первого бойца, уже восстановившего равновесие после удара и поднимавшего карабин. Рука сорвала гранату и швырнула ее в лицо противника. Тот проявил завидную реакцию и уклонился. Но потерял драгоценное мгновение.
Удар ногой, а потом рукой, жесткий захват, рывок – и вот два тела летят на пол. Герман в полете поменял положение и упал на спину, навалив противника сверху. Третий боец ловил Ветрова в прицел пистолета.
Борясь с врагом, Герман краем глаза увидел, что Кир на полу, кого-то душит. Второй его противник стоит на коленях и тащит нож из груди.
Раздался выстрел. Пуля пистолета вспорола воздух возле уха Германа и ударила в пол. Герман машинально дернул головой, прервал безуспешные попытки противника нанести удар, обхватил его шею левой рукой, а большой палец правой вдавил в глазницу.
Боец дико взвыл, попробовал откинуть голову и открыл горло. Удар предплечьем, второй удар лбом. Противник обмяк и захрипел. Герман скинул его тело с себя и мгновенно вскочил на ноги. Третий боец прыгнул к нему с выхваченным ножом.
Герман отпрыгнул в сторону и рванул к столу.
А Кир все еще на полу. Долго друже возится…
Боец двигался на удивление быстро и догнал Ветрова. Мелькнул нож. Герман отбил удар, ногой оттолкнул противника, сделал шаг назад и сцапал пистолет со стола.
Новый прыжок бойца прервали два выстрела. Тот взмахнул руками и рухнул на пол с пробитой грудью.
Герман всадил двум другим по пуле в голову и развернулся к Киру. Шилов полулежал на боку. Правая рука заведена за голову и с силой сжимает шею. Левая достает из кармашка разгрузки бинт.
Рядом лежит один боец, второй в паре шагов. Еще живой.
Герман добил их и подскочил к Киру. И только сейчас увидел кровь на его руке, кровь на шее и на полу.
– Кир! Зацепили? Куда?
– Мать! – сдавленно прошипел Кир. – Картечью… шея.
Герман выхватил бинт из его руки.
– Бесполезно. Артерия…
– Сейчас перевяжу…
– Гера! – на побледневшем лице Кира проступила слабая улыбка. – Там не перевязать.
– Не болтай! – испуганно воскликнул Герман и осторожно повернул тяжелое тело. – Царапина!
– Твою мать! – четким голосом сказал Кир. – Впервые уйти не успел… Черт!
Он побледнел еще больше.
– Не суетись, Гера. Тут не… поможешь…
Правая рука ослабила хватку и из-под нее полилась алая кровь. Кир обмяк и замер.

Герман с трудом вдохнул, грудь буквально сдавило от боли. Он осторожно опустил тело друга на пол, положил пальцы на сонную артерию. Это было лишним. Под головой Кира разливалась целая лужа крови.
Круглый свинцовый шарик пробил кожу и мышцы шеи и разорвал артерию. Чудо, что Кир сумел еще добить врага и пережать рану. Он протянул гораздо дольше, чем можно при таком ранении.
Боль и ненависть буквально сжигали Ветрова. Хотелось рвать и метать. И выть как волк. Этого не могло произойти никогда!
Сильный опытный Кир погиб от случайного выстрела, от какого-то куска свинца, отклонившегося от траектории на сантиметр. Возьми он чуть ниже, угодил бы в бронежилет.
А так… даже будь здесь бригада реаниматоров с аппаратурой, и тогда бы спасти Шилова вряд ли бы смогли.

Под пультом зашевелилась фигура спутника оракула. Герман подошел к нему, пинком перевернул на спину и сорвал маску. На наемника взглянули полные ужаса глаза.
– Ты кто? – непривычно низким голосом спросил Герман.
– Ма-мастер Вудлер, – проблеял тот.
– Оракул?
– Да. Помощник верховного оракула Неринга.
В этот момент пришел в себя Неринг. Он лежал, свернувшись калачиком и зажав руками рану на животе. Живуч оказался верховный оракул. На свою беду.
– Ты, Вудлер! Знаешь, как открыть переход?
– Д-да… его д-держат с той стороны. Надо только п-перейти.
– Ты переправишь нас обратно. Ясно?
Вудлер перевел взгляд на Неринга.
– Ясно?! – заорал Герман, хватая оракула за шкирку.
Тот побледнел.
Герман подошел к Нерингу. Верховный оракул перевернулся на спину и тяжело дышал. Из-под прижатых к животу рук вытекал тонкий ручеек крови.
– Идиот! Что ты сделал? – хрипел он, глядя на Германа. – Все планы… все, что хотели…
Он как-то растерял свой величавый вид и уверенность. Перед Ветровым лежал перепуганный человек, понявший, что жизнь вытекает из него по капле.
– Спаси. Вытащи меня!
Герман молчал. Не было слов, чтобы ответить этому ублюдку, возомнившему себя мессией. Ради власти он стравил десятки тысяч людей, ради власти предал короля и, наконец, ради власти убил Кира. Что ему можно сказать?
Ветров поднял пистолет и начал стрелять.
Первая вошла в ступню оракула. Вторая в колено, третья в бедро, четвертая в живот, пятая в грудь.
При каждом попадании Неринг орал все громче от невыносимой боли, но сознания не терял. Шестая пуля разнесла череп и прервала крик.
Герман развернулся к Вудлеру.
– Ты переправишь нас обратно!
Мастер сидел белый как снег и расширенными от ужаса глазами смотрел на расстрелянное тело верховного оракула. Расправа потрясла его и показала, что может быть с ним самим.
– Ясно?! – рявкнул Герман.
– Да-да… я сделаю.
– Тогда сиди тихо! Пока не скажу.
Он снял с Кира разгрузку и бронежилет. Сорвал с одного трупа куртку и ей вытер кровь с одежды друга. Перенес его на диван. Потом собрал все вещи в один баул. Пистолет Кира сунул за пояс. Автомат спрятал в баул.
Действовал на автопилоте. Мысли, чувства, настроение – все куда-то пропало, стерлось.
Покончив с вещами, подошел к Вудлеру, рывком поднял его и встряхнул.
– Коротко и четко – кто сейчас в храме? Сколько всего заговорщиков? Каков план действий? Слышишь?
– Д-да.
– Выкладывай. И не вздумай темнить!
Видя, что Вудлера начинает трясти, Герман отвесил ему пощечину и брызнул на лицо водой.
– Излагай!
План заговорщиков предусматривал блокирование и захват казарм лейб-гвардейского кирасирского полка в Мирмахане, захват полиции и тайного департамента. После этого переодетые в лейбкирасиров боевые группы должны захватить дворец. Арестовать короля и его свиту.
Ферлаг должен был отречься от престола или погибнуть. Власть – перейти к новоявленному канцлеру Нерингу. Тот выпустит обращение к подданным с призывом сохранять спокойствие и выполнять требование нового правителя.
План имел все шансы на успех, ибо в Мирмахане почти не было войск. Все силы брошены на границы и на подавление мятежей. Полиция тоже ослаблена, противодействия оказать не должна.
Когда Неринг с бойцами переходил в центр управления, в храме было около двух десятков верных ему оракулов. Снаружи в палатках дежурила охрана – полтора десятка бывших гвардейцев и бойцов.

– Старший мастер приказал сообщать ему обо всех новостях и о захвате дворца, – проблеял Вудлер.
– Кто?
– Старший мастер. Он же верховный оракул.
– Бывший верховный оракул. – Герман заставил мастера подняться. – Кто командует в храме сейчас? Харантик?
– Нет. Харантик арестован и заперт в комнате вместе с оракулами, которые не встали на нашу сторону.
– Ого! Вот уж на кого бы не подумал, – качнул головой Ветров. – Уж Харантика всегда считал недругом. Ладно. Слушай внимательно. Сейчас мы перейдем в храм. Ясно?
– Да.
– Но смотри! Одно неверное движение или крик – и я тебе кишки на шею намотаю!
Вудлер верил – намотает! Неринг предупреждал бойцов, чтобы были особо внимательны с этими людьми. Но это не помогло. Так что у мастера никаких шансов.
Герман пошел за баулом, потом вдруг кое-что вспомнил и вернулся к пульту управления. Отыскал программу внутреннего управления и дал команду открыть все двери на верхнем уровне.
Теперь лошади смогут выйти из комнаты. Жаль, конечно, бросать их посреди степи на съедение леопардам. Но ничего не поделаешь. Не тащить же их с собой…

– Ты понесешь тело моего друга, – приказал Герман Вудлеру. – Уронишь или ударишь – прибью!
Кир весил за сотню кило, а Вудлер здоровяком не выглядел, но в таком состоянии мог унести и больший вес.
Герман закинул за спину тяжеленный баул, автомат, а в руки взял пистолеты с навернутыми глушителями. Раз у храма охрана, надо все сделать тихо.
– Пошевеливайся!
Вудлер взвалил тело Кира на плечи и, согнувшись, пошел к двери. Герман вышел следом.
Неровный круг с зыбкими краями светился в коридоре, неподалеку от дверей. Вудлер зажмурил глаза, что-то забормотал, потом шагнул вперед и пропал из виду.
Герман поправил на спине баул, перехватил удобнее пистолеты и последовал за ним, в последний миг прищурив глаза.

7

Возвращения Неринга ждали с нетерпением. И не сомневались в успехе. Верховный оракул, он же старший мастер заговорщиков, обещал соратникам небывалые возможности и оружие неведомой мощи. Перед которым не устоит ни один враг.
К иному повороту событий никто не был готов. И поэтому никто не успел среагировать на появление странной парочки в арке Ока Всевидящего. А когда понимание пришло, было уже поздно…

* * *

Перед аркой, как и в прошлый раз, стоял полукруг оракулов, державших Око открытым. Чуть дальше, у стен, было еще несколько человек.
Герман начал стрелять, едва возникнув в переходе. Пистолеты щелкали тихо, фигуры у стен сползали вниз, даже не поняв, что именно их убило. Так легло пять человек, прежде чем кто-то закричал в голос. И тогда Герман перенес огонь на полукруг оракулов.
Рядом под тяжестью Кира шатался Вудлер и с ужасом смотрел на падающих собратьев. Но тело держал крепко.
Герман сбросил баул на пол и побежал вперед, к коридору. Впереди мелькала закутанная в плащ спина. Герман поддал, заметил убегавшего и дважды нажал на спуск. Лязгнул затвор, выбрасывая гильзы. Тело, получив удар в спину, улетело вперед и замерло в углу. Герман подошел ближе и выстрелил еще раз, в голову.

Еще троих отыскал в небольших помещениях храма. И одного у входа. Оракул судорожно дергал дверь, им же запертую на засов. И почти открыл ее, когда две пули пробили тело.
Полная безоговорочная победа. Хвастать особо нечем, оракулы не имели оружия. Но опасность представляли серьезную.
Вудлер все же преодолел страх и сгрузил тело Кира на пол. Прислонил к краю арки, и со стороны казалось, что Шилов отдыхает после обеда.
Боль резанула по сердцу Ветрова с такой силой, что он аж сморщился. Подошел к дрожащему от усталости и страха Вудлеру, стволом пистолета приподнял тому голову и спросил:
– Где Харантик?
– В подвале. Их заперли в кладовке.
– Веди.
Внизу было темно и пахло плесенью. Похоже, где-то подтекала вода. Вудлер хотел было зажечь факел, но Герман включил фонарь и повел им из стороны в сторону.
Мастер шарахнулся от яркого луча, указал рукой налево.
– Там.
Ветров подтолкнул его в спину.
– Показывай. Живее.

* * *

Кладовка храма никак не подходила для содержания заключенных, притока свежего воздуха маловато. Держать здесь людей больше двенадцати часов нельзя – задохнутся.
Вудлер дрожащими руками открыл дверь, и Герман втолкнул его внутрь. Сам зашел следом. Луч фонаря выхватил из мрака бледные лица заключенных. Их здесь было шестеро. Харантик стоял у стены, щуря глаза от яркого света.
– Вот уж кого не ожидал здесь увидеть, магистр! Скорее готов был поменять вас местами с Нерингом.
Харантик поднял руку, прикрывая глаза.
– Кто это?
– Не узнали? Богатым буду. Герман, которого вы называете Человеком Войны. Странное прозвище, но в принципе верное.
Лицо Харантика вытянулось от изумления.
– Вы? Вы вернулись?!
– Верно. Только я не ожидал застать здесь такую картину.
Пленные оракулы зашептались, глядя на высокую фигуру. Кто такой Человек Войны, они знали лучше других.
– Как вышло, что вы не примкнули к верховному оракулу?
Харантик нахмурился.
– Я не имею дело с предателями и изменниками!
– Приятно слышать!
Магистр немного оправился от удивления и спросил:
– Как вы здесь оказались? И где…
– Заговорщики? Там… наверху.
– А Неринг?
– Его тело очень далеко отсюда. А душа… Что происходит с душами умерших, магистр?
– Они воссоединяются с Всевидящим.
– Значит, душа верховного оракула сейчас беседует с Всевидящим о проблемах измены короне и перспективе вечного раскаяния.
Новость вызвала возгласы удивления. Неринг казался всем фигурой непобедимой. А теперь выходит, он мертв!
– Идемте наверх, магистр. Здесь разговаривать неудобно. – Герман повернулся к Вудлеру. – У тебя есть выбор – умереть или помогать мне.
– Я… помогу… – пролепетал Вудлер. – Я буду полезен.
Харантик с отвращением посмотрел на него и плюнул под ноги.
– Предатель! Тебе нет прощения за совершенные злодеяния!
Вудлер торопливо отступил за Германа и опустил голову.
При виде устланного трупами зала Харантик побледнел еще больше. Но на убитых смотрел без жалости. Изменники иного и не заслуживали.
– Убиты все, – пояснил Герман. – Все, кто был здесь.
– Несколько человек в городе и дворце, – уточнил магистр. – И еще с десяток учеников и мастеров в отъезде.
– Ясно.
– Возле храма охрана Неринга.
– Знаю. До них очередь еще дойдет.
Харантик внимательно посмотрел на наемника.
– Вы на стороне короля?
– Я на своей стороне, магистр. Значит, верен слову. А слово давал королю. Угроза уничтожения отведена.
Харантик изумленно вскинул брови.
– Я боялся спросить…
– Это точно! Зато другую угрозу вы прозевали. Надо исправлять положение.
– Но как?
– Для начала расскажите, что знаете о заговоре и о сложившейся ситуации.

Харантик знал немного. Три часа назад его и других оракулов внезапно схватили свои же и бросили в подвал. Неринг, когда взбешенный Харантик потребовал объяснений, насмешливо заявил, что те, кто не с ним – враги. А с врагами разговор короткий.
Потом в храме появились вооруженные люди. Из отрывков их разговоров магистр понял, что готовится захват дворца. И в этом замешаны оракулы, военные и всякое отребье.
Но главное – Неринг утверждал, что скоро будет обладать неимоверной мощи оружием. Что за оружие и где оно – не сказал.
– Последнее время все ментальные сеансы проводил он один или с ближайшими помощниками. Нам запрещал. Надолго уезжал, принимал гостей.
– Понятно.
– Что вы намерены делать, Герман? – с некоторым усилием назвал наемника по имени Харантик.
– Для начала надо уничтожить охрану.
– Но их много!
– Разберемся.
Магистр впервые посмотрел на него с уважением.
– Как мы можем вам помочь? У нас даже нет оружия.
– Вам пока и не надо. Вот что, Харантик, займитесь храмом. Очистите его от… лишнего. И принимайте командование.
– Что?
– Теперь верховный оракул вы!
Харантик изумленно посмотрел на Ветрова.
– Как это я?
– А вот так!
– Но верховный оракул выбирается на совете магистров…
– Забудьте! Нет никакого совета магистров. Вы вообще теперь единственный магистр! Я назначаю вас на этот пост. Как корольрегент. В курсе, что Ферлаг даровал мне этот титул?
Харантик кивнул.
– Так вот, сейчас я главный в королевстве! И как носитель высшей власти приказываю: занять пост! Исполняете, господин верховный оракул!
Стоявшие неподалеку соратники Харантика изумленно таращились на Германа и на магистра. Но языки держали за зубами.
Харантик несколько секунд смотрел на Германа суровым взглядом, потом склонил голову и ровным голосом ответил:
– Слушаюсь, ваше высочество король-регент.
– То-то! А теперь мое высочество желает знать, где здесь запасной вход!
– Я покажу…
– Отставить! Пусть это сделает кто-то другой. – Герман сменил тон и уже другим голосом попросил: – Харантик. Перенесите тело моего друга куда-нибудь… где холодно. Лучше, если там есть лед.
Магистр посмотрел на сидящего у арки Кира.
– Я сожалею… У нас есть ледник.
– Спасибо. – Герман кивнул на стоящего неподалеку с понурым видом Вудлера. – А этого заприте пока. В подвал, например.
Вудлер сгорбился. Перспектива просидеть неизвестно сколько в темноте и сырости его не прельщала.

Мощные стены экспериментальной станции, превратившейся в храм, не пропустили наружу ни единого звука. Так что охрана Неринга была в неведении относительно происходящего в «святом месте».
Они разбили походный лагерь в полусотне метров от здания. Поставили палатку, навес, разожгли несколько костров. О маскировке и осторожности не думали: сегодня их ночь, им некого бояться.
Со стороны лагеря раздавались громкие крики, хохот, лязг стали и ржание коней. Заговорщики обсуждали происходящее, делились планами и хвастали будущими титулами и наградами.
Яркие огни костров позволил рассмотреть их и без прибора ночного видения. Герман насчитал семнадцать человек в разнообразной одежде. У всех пистолеты и сабли, у некоторых на спине штуцера и карабины. Лошади согнаны в небольшой табун у края рощи.
Оракул-ученик, посланный с Ветровым, испуганно замер за стеной храма, глядя на шумную толпу.
– Сиди здесь, – велел ему Герман. – А еще лучше спрячься. Сейчас будет очень шумно.
– Их много, – прошептал ученик.
– Нормально.
Герман хлопнул паренька по плечу и, пригнувшись, побежал вдоль ручья к роще.
Бойцы Неринга – это не безоружные оракулы. Ребята умелые, хваткие, показали себя в центре управления. Но сделать их можно. Жаль только языка не взять. Валить придется сразу, пока не очухались.
Прикрываясь кустами, Герман перебежал к крайним деревьям рощи и еще раз внимательно осмотрел лагерь. Половина людей сидела возле центрального костра. Еще трое стояли у палатки. Остальные занимались своими делами, но тоже были в кругу света.
«Странно они проводят захват власти, – мельком подумал Герман. – Неринг так доверяет помощникам, что отправил их одних на штурм дворца? Или ракетная батарея настолько важнее? Ну да, наверное. Даже если штурм провалится, имея такой козырь на руках, можно диктовать условия королю. А у храма сидит личная гвардия бывшего верховного оракула. Резерв на непредвиденный случай. Лучше бы ты его с собой взял. Передохнут без толку…»
Наметив маршрут, Герман прополз вперед метров двадцать, до густого кустарника. Отсюда до лагеря шагов сорок. Отлично слышны голоса заговорщиков.
Завидуют тем, кто захватывает дворец: мол, там такие женщины! По праву победителя можно выбирать любую. Сегодня ночью позволено все!
– Угадал, – шепнул Герман под нос. – Всё, но не всем…
Он выложил перед собой четыре гранаты и зарядил в подствольник выстрел. Прикинул траекторию бросков, пару раз вздохнул, нагнетая кровь, подхватил первую гранату и встал на колено.
Рывок чеки, бросок. Рывок, бросок. Итак четыре раза. Потом носом в землю, открыть рот и зажать уши.
В последний миг взгляд зацепил нескольких всадников, подъезжающих к храму со стороны дороги. Они уже миновали мостик и были метрах в пятидесяти от лагеря.
Менять что-то было уже поздно, и Герман в падении прошептал проклятия.

Кто-то у костра увидел фигуру за кустами, окликнул. Но особой тревоги в голосе не было: кто, кроме своих, там может сидеть? Летящие цилиндры тоже заметили, когда те покатились по земле, а одна ударила в спину сидящему у костра. Остальные свистом и криками приветствовали приехавших.
Восклицания, смех и… счетверенный грохот взрывов, поглотивший все другие звуки.
Когда осколки и комья земли просвистели над головой, Герман вскочил в полный рост. На голове уже был прикреплен прибор ночного видения, а погасшие костры не засвечивали изображение.
Лагерь исчез. Взрывом снесло палатку и навес, раскидало дрова и расшвыряло тела в разные стороны. Доносились стоны и крики раненых.
Лошади, испуганные сверх всякой меры, рванули прочь от страшного места.
Всадники на дороге осадили коней и взирали на произошедшее, не в силах уразуметь, какая сила смела все подчистую.
Пока они приходили в себя, Герман начал действовать.
Граната из подствольника улетела на дорогу и взорвалась в задних рядах кавалькады. Едва прозвучал взрыв, Герман вскинул автомат и дал три очереди. А потом понесся вперед.
Двое довольно резво вскочили на ноги. Дальнего Герман снял из автомата, ближнему заехал прикладом в грудь. Еще один выполз из-за тела раненой лошади. Герман врезал и ему. Остальные лежали без движения.

Новоназначенный верховный оракул с немым изумлением осматривал поле недавнего боя. Трупы людей, разбросанные головешки костров, убитые лошади. На траве и земле пятна крови. В свете факелов все это выглядело гротескно и нереально.
Спутники Харантика с факелами в руках обходили поляну, собирая оружие.
– Не думал, что такое возможно. Одни против двух с лишним десятков! Ваше оружие и впрямь чудовищно по своей силе. Теперь я верю, что у нас есть шансы на успех, – признался Харантик.
– Шансы есть, пока есть силы сражаться.
– Что теперь?
– Допрошу пленников, а там посмотрим.
Харантик перевел взгляд на сидящих у повозки связанных людей.
– Они заговорят?
Герман тоже посмотрел на них и нехорошо улыбнулся.
Один из пленных – бывший улан лейб-гвардейского уланского полка, которого лишили звания и привилегий и выгнали. Второй – некий тип с замашками кабатчика и ухватками лесного бродяги.
Оба имели незначительные ранения и могли говорить. Что с успехом и делали. Правда, сперва Герман пообещал оторвать им все лишнее и превратить в кастратов. Бродяга отнесся к угрозе несерьезно, но улан, знавший, кто стоит перед ним, сразу поверил словам и первым начал выкладывать информацию.

Казармы кирасиров и полицию в Мирмахане отряды заговорщиков сумели заблокировать быстро. Гораздо больше времени и сил ушло на отражение контратаки гвардейцев. Если бы с помощью предателя не смогли взять арсенал, не сдержали бы.
Чтобы население столицы не помешало заговорщикам, на улицу выпустили с десяток шаек бандитов, и они наводнили город страхом и смертью. Однако совсем подавить выступления населения не удалось. Еще кое-кого из кирасир и полицейских упустили. Да и агенты тайной полиции ушли из-под удара. Но все же столица перешла под контроль мятежников.
Многих из чиновников, военных и дворян убили, кого-то арестовали и посадили под охрану.

Менее удачно прошел захват дворца. Охрана обнаружила маскарад и попыталась задержать мятежников. Бой начался на подступах, но постепенно перешел внутрь. Лейб-гвардейцы сражались до последнего. И опять помогло предательство. Несколько подкупленных слуг открыли тайный ход, и отряд мятежников проник прямо в центр дворца. После чего не получившая помощи охрана не смогла сдержать натиск.
Король Ферлаг погиб. Погиб как мужчина, сражаясь, и успел зарубить двоих мятежников. Вместе с королем была убита и его фаворитка. Ферлаг до последнего защищал ее. Женщину застрелили уже потом, в пылу боя.
Сейчас мятежники спешно занимают дворец, ловят чиновников и дворян, ищут спрятавшихся.
Командовавший захватом дворца барон Шеларад отправил к храму делегатов, чтобы сообщить Нерингу результаты и узнать, что делать дальше. Кто же знал, что негласная штаб-квартира заговора уже захвачена?..

– И что вы намерены делать?
– Возвращать замок.
– Один?
– Арестованных в городе содержат в здании тюрьмы. Там не меньше двухсот человек. Надо освободить их.
– Но в городе полно мятежников! Вы просто не пройдете туда!
– Попробую. Мне нужен проводник. Кто из ваших людей хорошо знает Мирмахан и подходы к нему?
– Левес. Он оттуда родом, взят в ученики всего полгода назад.
– Поедет со мной.
Разговор происходил в центральном зале храма неподалеку от арки Ока. На подставке стоял баул, рядом разложено снаряжение: магазины, гранаты, пачки патронов, выстрелы к подствольнику, бинокли, приборы ночного видения, веревка.
Герман набивал патронами автоматные и пистолетные магазины, вкручивал запалы в гранаты, потом убирал все в карманы разгрузки.
Брал много, боезапас жалеть нечего. Если все выйдет, он будет просто не нужен. Если не выйдет… не нужен тем более.
Харантик следил за приготовлениями наемника с напряженным видом. Слишком большой авантюрой отдавал его план. Одно дело перебить небольшой отряд, другое – проникнуть в кишащий врагами город и освободить пленников. А потом освобождать дворец.
Тут и чудо-оружие не поможет, и отчаянная храбрость. Но отговаривать Германа бессмысленно. В конце концов, это единственный план спасения.
– Что делать нам?
– Держать оборону храма. Оружия теперь у вас хватит. Я возьму кое-что с собой, остальное оставлю. Заприте все двери и не пускайте никого.
– Это мы сделаем.
– Вот и отлично!
Герман закрыл последний карман разгрузки, повесил на плечо автомат и повернулся к Харантику.
– Ну, где там ваш ученик?
Со стороны это и впрямь выглядело авантюрой. Один против нескольких сотен мятежников! Тут никакое оружие не поможет, никакая выучка. Сметут числом, задавят.
Однако, как ни странно, именно сейчас, в момент своего триумфа, мятежники наиболее уязвимы. Еще не выветрился запах пороха в покоях короля, еще свежа пролитая кровь. И мятежники выискивают уцелевших защитников, бегают по этажам, сцепляются в коротких ожесточенных схватках.
Вскрикивают под грубым напором победителей фрейлины, рвется тонкий батист и трещит шелк. Еще не закреплены позиции. А в городе до сих пор держат оборону кирасиры и полицейские. По темным улицам уходят от погони те, кого застали вне казарм. И отряды заговорщиков рассыпаются на мелкие группы, теряя силу.
Сейчас внезапный удар в тыл захватчикам может повернуть ситуацию на сто восемьдесят градусов. Такое не раз бывало, когда увлекшихся победителей вышибал скрытый до поры отряд.

Впрочем, Герман не собирался идти в открытую на штуцера и сабли мятежников. Его план был скоромнее и при должном исполнении и везении имел все шансы на успех.

8

В город Левес провел его с западной стороны. Трофейные лошади миновали пустую заставу и углубились в переулок. Этой ночью некому было зажигать фонари на улицах, и в Мирмахане царил мрак.
Напуганные горожане не зажигали свет, опасаясь привлечь внимание. И только в центре, где стояли казармы кирасирского полка, здание полиции и магистрат, полыхал огонь. Мятежники разожгли с десяток костров. И запалили чье-то поместье.
Несколько раз они застывали на месте, слыша цокот подков и громкие голоса. Шумели, конечно, мятежники и их сторонники. К счастью, заговорщики предпочитали главные улицы, а в закоулки не лезли. Здесь вполне можно схлопотать пулю и получить удар клинком.
Левес уверенно вел наемника по темным улочкам. Он вообще держался хорошо, только постоянно дрожал и крепко сжимал трофейный пистолет.
– До тюрьмы три квартала, – шепнул он, когда впереди замаячило большое здание на углу улицы. – Если заходить с тыла, надо делать крюк.
– Сделаем. Нахрапом не полезем.
На дороге опять зацокали подковы. Промчалась группа всадников с факелами в руках. Долетел чей-то злой голос:
– Долго мы будем за ними носиться? Что они могут сделать поодиночке?

Чем ближе к центру они подходили, тем отчетливей слышали пальбу. Стреляли вразнобой, не очень часто. Зато чаще стали проноситься по улицам всадники и пробегать пешие.
Неподалеку кто-то кричал, в другой стороне матерились. Били чем-то тяжелым в дерево: видимо, вышибали двери.
А потом прямо на Германа и Левеса выскочили три вооруженных человека.
Они вылетели из-за угла дома. У первого был факел. Огонь высветил лица бегущих и оружие в их руках. Левес отшатнулся, дрожащей рукой прикрыл глаза. Незнакомцы притормозили, пошли шагом.
– Вы кто?
– А вы кто? – спросил Герман.
– Я Ротвек из второго отряда Кагирма! Отвечайте, кто вы?
– Чук и Гек, – сказал Герман, поднимая пистолет.
– Кто? Из какого отряда? Чьи?
– Сами мы не местные…
«Стечкин» выплюнул четыре пули, и спутники Ротвека повалились на землю. А сам Ротвек схлопотал мощный удар в пах, выронил факел и оружие и упал на колени. Он хотел закричать, но из горла вырвался только сдавленный хрип.
Герман отволок пленника за забор в самый темный угол, а Левеса оставил следить за улицей.

В городе действовали несколько отрядов, составленных из всякого сброда: бандитов, бывших солдат, охотников.
Каждый отряд имел свою задачу и свою цель. Однако все они подчинялись единому командованию. Кто именно отдавал приказы, Ротвек не знал. Знал только командира отряда Кагирма и старших групп. Сейчас троица Ротвека вела поиск сбежавших солдат. Еще несколько таких групп рыскали по другим улицам. У всех был четкий приказ: жителей не трогать, в дома без надобности не заходить. За ослушание – смерть. Кстати, нескольких бандитов, нарушивших приказ, уже зарубили.
Ротвек мог наговорить еще много чего, но Германа сейчас больше интересовало, что происходит у казарм и где держат пленных.
Насчет казарм бандит знал мало, слышал, что бой еще идет. А вот пленных видел. Большую часть держат в тюрьме, откуда до этого освободили всех заключенных. И еще человек тридцать собрали в здании почты. Там какие-то приезжие и шишки из чиновников. Охрана у почты небольшая, но стерегут крепко.
– Я знаю, где это, могу показать! – сдавленным голосом проговорил Ротвек, уже понявший, что его ждет, и желавший отсрочить это.
– Спасибо, не надо. Как-нибудь сами…

* * *

Левес сидел на корточках, напряженно вглядываясь во тьму улицы и кося глазом на зарево в небе. Это был отсвет горящего особняка и костров неподалеку от казарм.
Услышав за спиной шорох, ученик-оракул обернулся и увидел фигуру наемника. Где пленник и что с ним, Левес спрашивать не стал. За последние часы он резко повзрослел и понял, что есть вещи, о которых пока лучше не знать.
– К почте проведешь? – спросил Герман.
– Проведу. Тут недалеко.
– Тогда пошли.
– А тюрьма?
– Начнем с малого…
Возле здания городской почты было довольно светло. Мятежники зажгли несколько фонарей и развели у дверей большой костер. Возле него стояли четверо. Еще двое топтались у открытых дверей. Неподалеку стояли оседланные лошади.
Голоса и смех мятежников гулко звучали на притихшей улице. Они не стеснялись проявлять эмоции и чувствовали себя победителями. А на город смотрели как мясник на корову.
В здании почты тоже горел свет. На него и ориентировался Левес, выводя Ветрова через узкие проходы между домами. Заминка вышла только у забора, но Герман легко преодолел его и помог Левесу. Тот впотьмах видел плохо, едва не слетел на землю, но рука наемника вовремя схватила его за пояс.
– Там, – отдышавшись, сказал Левес. – Справа дверь запасного входа, слева дверь в подвал. Но она завалена.
– Ты бывал внутри?
– Да.
– Какое самое большое помещение в здании?
– Хранилище. На первом этаже.
Герман в прибор ночного видения рассмотрел здание, отыскал дорожку к фасаду и покатую крышу.
– Идем.
Ветров прошел к боковой стене, осторожно выглянул на улицу и с минуту наблюдал за мятежниками у входа. Потом вернулся обратно.
– Значит, так. Я зайду через запасной вход. Ты ждешь меня здесь.
– Здесь? – несколько испуганно спросил Левес.
– Точно. Ждешь полчаса. Если я не выйду, идешь к храму и скажешь Харантику, чтобы действовал по своему усмотрению.
– Но вы один…
– Верно. А ты помочь не сможешь, скорее помешаешь. – Герман легонько хлопнул парня по плечу. – Не бойся, все будет хорошо!
Герман подошел к запасному входу. Дверь оказалась закрытой на засов, но открыть ее большого труда не составило.
От времени доски двери ссохлись, в щель можно было просунуть палец, не то что клинок ножа. Герман подцепил им засов снизу и осторожно поднял.
За дверью был узкий коридор. Он вел к залу и кабинетам. Оттуда доносились негромкие голоса. Отсвет ламп и свечей неровным пятном падал на стену.
Герман отключил прибор, убрал его в футляр и выставил пистолет. Осторожно двинул бесшумным шагом вперед, по голосам прикидывая количество мятежников в здании.

Их было пятеро. Двое сидели в кабинете начальника почты. Один за стойкой приема. И двое возле дверей хранилища.
Вели себя мятежники беспечно, громко разговаривали, смеялись, издевались над запертыми в хранилище пленниками.
Они даже толком не отреагировали на появление Ветрова. Только изумленно пялили глаза на возникшую фигуру и искали подходящие слова. А кое-кто и не пялил, потому что не успел увидеть, от кого пришла его смерть.
Герман прошел по зданию как приведение. Начал с кабинета, потом миновал стойку, а в конце нанес визит в хранилище. И уже оттуда двинул к центральному входу.
Внезапное нападение практически всегда имеет шансы на успех, если им правильно воспользоваться. И если есть опыт в подобных делах.
Герман все сделал очень просто. Снял пару в дверях, встал в проеме и, не выходя на улицу, расстрелял остальных. Почти как в тире. Только вместо мишеней живые люди.

За дверью хранилища было подозрительно тихо. Видимо, внезапно смолкшие голоса мятежников озадачили пленников.
– Эй, внутри! – громко сказал Герман. – Слышите?
Тишина. Однако скрип обуви и звяканье Ветров расслышал.
– Сейчас я открою дверь. Не вздумайте нападать! Здесь больше нет врагов.
– Этот голос мне знаком! – вдруг раздался властный баритон.
– Черт возьми! – выдохнул Герман. – А мне этот.
Он рванул дверь на себя и встал в проеме.
В хранилище было темно, и пленники невольно зажмурились, когда им в глаза ударил свет ламп.
– Вот уж кого не ожидал здесь увидеть! Обер-колонель! Вас-то как сюда занесло?
Обер-колонель Вернер собственной персоной стоял в трех шагах от Ветрова и пытался рассмотреть своего освободителя. А когда узнал, изумленно охнул и воскликнул:
– Герман! Откуда ты здесь взялся? Ты же!.. Всевидящий свидетель, это невозможно!
Потом он обернулся и крикнул:
– Господа, это друг! Мы спасены!!
В хранилище угодили несколько чиновников различного ранга, пара придворных и городских служащих. Всех их схватили в городе и специально отделили от остальных пленников.
Важных персон ждала расправа, так что радость от внезапно обретенной свободы была понятна. Но Герман не дал возможности радоваться долго.
– Господа! Мы все еще в опасности. В любой момент сюда могут нагрянуть. Потому нам надо спешить.
– Что вы хотите сделать? – спросил Вернер.
– Отбить дворец и уничтожить и мятежников. Но сперва освободить пленных из тюрьмы и снять осаду с казарм.
– Кто вы такой, молодой человек? – спросил нарядно одетый господин с седой шевелюрой.
За Ветрова ответил Вернер:
– Это Человек Войны!
Местное имя наемника здесь знали, седой господин смешался и больше вопросов не задавал. Зато другие смотрели с удивлением и любопытством. Слишком много слухов ходило о личных гостях короля.
Герман внес поправку в слова обер-колонеля:
– Кроме прочего, я – король-регент! И на данный момент представляю высшую власть в Хартемене.
Эти слова вызвали куда больший переполох. Такой титул внушал уважение и заставлял подчиняться.
– Но пока король – высшая власть!
– Король убит. Дворец захвачен. Чем дольше вы будете думать, тем меньше шансов на успех.
Похоже, Герман слегка переборщил с новостями. Бывшие пленники словно впали в ступор. Слишком много событий произошло в последние часы, чтобы так легко их воспринять.
Первым пришел в себя обер-колонель. По-военному четко шагнув вперед, склонил голову и произнес:
– Слушаю ваши приказы, ваше высочество король-регент!
Герман кивнул.
– Благодарю. Итак, к делу!
Через пятнадцать минут от здания почты в сторону тюрьмы двинулся отряд в тридцать человек. Бывшие пленники, не чинясь рангами и титулами, разобрали трофейное оружие и то, что привезли Герман с Левесом, и встали в строй. Сейчас был такой момент, что даже от чиновника нужно только одно – умение стрелять и рубить.
Возглавляли отряд Герман и Вернер. План был прост: ворваться в тюрьму, перебить стражу и освободить пленников. Главное – войти в ворота.
– Как ты оказался здесь? – спросил Герман обер-колонеля, когда отряд двинул по улице.
– Король вызвал для доклада. Приехали поздно вечером, не успели встать на постой, а тут началось. Адъютанта, денщика и коновода убили сразу. Потом погибли трое солдат. Ординарец и еще трое успели уйти. Не знаю, где они.
– Жаль. У нас мало военных.
– В тюрьме сотни две кирасиров. Ну и гражданских хватает. Но ты каким образом попал сюда? Вернулся из Степи?
– Не совсем.
– А что с…
– Угроза уничтожения отведена.
Вернер перевел дух.
– Но как видишь, другая угроза еще существует.
Герман коротко пересказал все, что знал о заговоре и о роли верховного оракула Неринга. Вернер охал и матерился.

Трижды встречали мятежников. Спасала легенда о задании Кагирма. А в последний раз не спасла, ибо среди мятежников был сам Кагирм. Вот только людей у него оказалось мало.
Герман выпустил весь магазин в толпу бандитов и отстрелял полмагазина из пистолета. Остальное доделали ружья и штуцера его отряда.
Шум наверняка слышали, и теперь надо было спешить. Герман приказал ускорить шаг. От перехода на бег его удерживало только состояние здоровья некоторых «бойцов». Чиновники не привыкли к кроссам с оружием наперевес.

Штурмовать ворота не пришлось. Они были гостеприимно распахнуты. Во дворе десятка полтора мятежников, и еще четверо у дверей здания тюрьмы.
Внутренний двор освещен фонарями и факелами. В дальнем углу горел большой костер. Какой-то худосочный шкет бросал туда кипы бумаг. Наверное, жег дела заключенных.
Начал опять Герман. Запустил гранату в толпу, а когда она рванула, стал бить очередями. Его воинство поддержало почин нестройным залпом, а потом пошло в штыковую.
Герман отрядил в арьергард Левеса и того седого господина, спрашивавшего, кто такой Ветров. Чиновник сперва обиделся, но Герман быстро угомонил его.
Сейчас эти двое закрывали ворота тюрьмы и вставали на их охрану. Остальных Герман раздели на две группы. Одну возглавил сам, вторую поручил Вернеру.
– Прочесать все этажи и закутки! Найти всех мятежников! Пленных не брать! Открыть все камеры. Сбор освобожденных во дворе.

Беготня по тюрьме заняла полчаса. Мятежников внутри было мало, но сопротивлялись они ожесточенно. Бой шел под крики запертых в камерах пленников. Они уже поняли, что их пришли выручать, и поддерживали своих.
Герман потерял одного человека, Вернер – двоих. Зато теперь их войско возросло до трехсот человек. И большинство – солдаты и унтер-офицеры кирасирского полка. Правда, оружия на всех не хватало, но это не умерило решимости расквитаться с мятежниками.
Во дворе Вернер подвел к Ветрову офицера в порванном мундире со следами крови на груди.
– Капитан Наргим! Командир третьей роты лейб-гвардейского кирасирского полка! – отрапортовал тот. – Готов выполнить любой приказ вашего высочества!
Видимо, Вернер успел объяснить капитану, кто есть кто.
– Отлично, капитан! – кивнул Герман.
– Мы будем освобождать казармы? Там еще сидят человек триста из нашего полка!
Герман перевел взгляд на Вернера. У него была несколько другая идея.
– Будем. Но не все.
Капитан изобразил непонимание.
– Сделаем так… Наргим, вы отберете из своих солдат пятьдесят человек самых лучших и умелых. Вооружите их пистолетами и карабинами. Этот отряд пойдет со мной на штурм дворца. Остальных вы поведете к казармам.
– Почему пятьдесят? – спросил Вернер. – Этого маловато для штурма дворца.
– Столько мы можем посадить в седла и на повозки. У нас мало времени, а бежать пешком долго.
– Слушаюсь, ваше…
– Герман. Меня зовут Герман. Титулы оставим на потом.
Наргим позволил себе легкую улыбку.
– Слушаюсь, Герман. Но у нас останется мало оружия.
– Ничего не поделать. Думаю, вы еще захватите трофеи. К казармам подходите от дороги. И бейте в тыл. Идите напролом, мятежники не выдержат такого удара.
– Все ясно, гос… Герман.
Наргим отошел. Вернер проводил его взглядом, а потом повернулся к Герману.
– Думаешь, надо сейчас освобождать дворец?
– Это символ власти. Мятежники потеряют уверенность и падут духом, а когда поймут, что и захват города не удался – побегут. Кстати, надо отправить посыльных в ближайшие гарнизоны.
– Я распоряжусь.
– Только быстро. У нас нет времени, вот-вот мятежники очухаются.

Наргим все сделал быстро и четко. Отобрал полсотни солдат, вооружил их, рассадил по коням и повозкам. И доложил об исполненном Герману.
– Отлично, подполковник!
– Я капитан…
– Уже нет. Утро вы встретите в новом чине!
Наргим отсалютовал, но большой радости не выказал. До утра надо было еще дожить и победить.

Конный отряд выступил со двора тюрьмы через десять минут. А следом вышла длинная колонна второго отряда. В неровном свете фонарей и факелов были видны лица солдат и гражданских. Обреченность и уныние на них сменились решимостью и желанием взять реванш за поражение. И смыть кровью позор. Кровью мятежников.

Они прошли по улицам Мирмахана как таран. Сметая на своем пути мелкие группы мятежников и разгоняя отбившихся от отрядов бандитов.
Герман запретил ввязываться в бои и отвлекаться на мелочевку. Он знал, что известие об освобождении пленников скоро дойдет до командования заговорщиков, и хотел опередить посыльных мятежников.
Главное было не налететь на крупный отряд. Но основные силы заговорщики бросили к казармам. А по городу шастал сброд, который бесполезен в настоящем бою.
– Вряд ли они выставили охранение, – говорил Герман Вернеру на скаку. – Так что есть шанс застать их врасплох.
– Среди мятежников полно улан из разогнанного полка, – крикнул обер-колонель. – Наргим узнал троих офицеров и нескольких младших командиров. Эти будут настороже.
– Главное добраться до дворца, а там уже будет не важно.
Мятежники действительно не забыли об охране. Выставили пост у моста. Но отрядили туда мало людей и должным образом их не проинструктировали. Просто не думали, что может пожаловать кто-то другой, кроме своих. Ведь победа уже была в кармане!
Четыре фигуры выросли на дороге сразу за мостом. Слабый свет факела осветил их лица и оружие в руках. Фигуры замахали руками, закричали. И едва успели отпрыгнуть из-под мчащихся лошадей.
Вернер махнул саблей и рассек голову ближнего часового. Следовавший за Германом капрал проделал тот же трюк с другим. Остальные успели откатиться в стороны. Их не тронули.
За триста метров до дворца отряд перешел с галопа на рысь. И двинул вдоль шеренги деревьев, прикрываясь ей от противника.
– Идем к парадному входу, – скомандовал Герман. – А там как договорились. Главное – не мешкать! Только вперед!

Дворец был освещен снаружи и изнутри. Горели фонари на столбах, ярко пылали костры на площадке и на лужайке. Перед входом суетилось человек тридцать мятежников. Еще два десятка мелькали у заднего двора.
По словам взятого в плен у храма бывшего улана, отряд барона Шеларада насчитывал полторы сотни человек. Но наверняка сейчас их было меньше. Кто-то погиб при захвате, кто-то получил ранение.
И все равно мятежников гораздо больше, чем людей у Ветрова. Но они сейчас раздроблены, разбросаны по дворцу. И единой силы не представляют. Да и настрой у них не боевой. А решимости у кирасиров хоть отбавляй.

Пройдя вдоль деревьев, отряд свернул к дворцу. Герман оглянулся проверить, подоспели ли отставшие подводы, потом крикнул Вернеру:
– Начинаем! Разворачиваетесь! Я пошел!
– Успеха!
– Надо говорить: ни пуха ни пера!
– Как?
– А я отвечу: к черту!
Герман пришпорил коня и понесся вперед, на ходу доставая гранаты.
Мятежники на лужайке заметили всадника и отряд. Зашумели, закричали, приветствуя товарищей. Им и в голову не пришло, что это могут быть враги. Несколько человек пошли навстречу Герману, наверное, желая узнать, что за новости он привез.
Ветров сдавил коня каблуками, заставляя того прибавить еще, и направил его прямо на мятежников. Те с руганью отскочили и заорали угрозы дураку, который решил так глупо пошутить.
Но Ветров не обращал на них внимания, его цель – толпа возле костра и еще одна у дорожки.
Он пролетел параллельно костру метрах в тридцати, швырнул две гранаты, дернул повод, заставляя коня свернуть направо, и через десяток метров бросил еще две гранаты. А потом осадил скакуна и слетел с седла.
Жахнуло почти одновременно. Взрывы разбросали людей как тряпичные куклы, загасили костры и заставили мятежников замереть в ступоре.
А Герман вскочил на ноги, разрядил магазин в тех, кто был у стены дворца. И выстрелил из подствольника в окно на первом этаже, где мелькали чьи-то фигуры. Потом глянул назад.
Его отряд, развернувшись в цепь, летел к парадному входу. А за спиной всадников с повозок спрыгивали кирасиры и тоже спешили вперед, стреляя и рубя мятежников, оказавшихся позади строя.

Штурм начался стремительно. С первых минут атакующие разнесли группки мятежников, ворвались во дворец и пошли вперед, сметая все на своем пути.
Оцепеневшие, растерянные мятежники толком не сопротивлялись. Вскрикивали и падали замертво под пулями, прикладами и клинками. Те, кто был во дворце, не сразу поняли, что произошло. Выскакивали из покоев и комнат в коридоры и тоже попадали под удары.
Но постепенно пришли в себя и начали отвечать огнем и штыком. Разгорался ожесточенный бой, в котором обе стороны не могли отступить и бежать.

Герман еще по дороге разбил отряд на три части. Первую и вторую возглавили он и Вернер. Третью – прапорщик-кирасир Паут. Две группы вошли во дворец, а Паут со своими людьми зачищал округу и был готов прийти на помощь по первому зову.
Дробить группы внутри дворца Герман не стал. Это чревато проблемами. И людей мало, и есть опасность просто перестрелять своих же.
Бой на ограниченном пространстве, в помещении, содержит массу особенностей, и тем, кто не имеет опыта, сложно оценить обстановку. Даже спецы частенько ошибаются, а о новичках и говорить нечего.
Схема боя была проста: обе группы вычищают этаж, переходят на следующий и чистят его. И так далее. Решительность, натиск, огонь!

Ветров шел впереди своей группы. Вышибал ногой двери, бросал гранаты, перечеркивал помещения очередями. При случае пускал в ход приклад.
Не рассуждал, не думал, работал автоматически. В голове холод, на душе пустота, эмоций нет. Одна цель: убить всех! Всех, кто посмел, всех, кто задумал то, что привело к гибели Кира! Ни пощады, ни жалости!
Солдаты не отставали, шли, сомкнув штыки. Отчаянные действия командира вселяли уверенность и придавали силы. Они тоже стреляли, кололи и били. Иногда успевали заметить цель раньше командира и снять ее.
Мятежники выскакивали на шум из-за углов, из комнат, закутков. Ожесточенно бросались в атаку, но под сплоченным натиском отступали, теряя людей. Кое-кто выпрыгивал в окна, но там его ждали стрелки Паута.

Обе группы сделали круг и встретились у большого зала. Потери были ощутимы: Вернер не досчитался семерых, Герман – четверых. Но враг потерял раза в четыре больше.
Большой зал штурмовали вместе. Там сидело человек тридцать мятежников. Они рассчитывали дать бой и перебить противника. Но вышло все иначе. Герман запустил внутрь шесть выстрелов из подствольника. И несколько гранат. А потом вошел внутрь. Следом в два ряда солдаты. Их огонь заставил уцелевших мятежников спрятаться в комнатах и нишах. Где они и приняли смерть.
Второй этаж проходили медленнее. Гранаты и выстрелы к подствольнику у Германа заканчивались. Он больше работал автоматом и чаще вступал врукопашную. Дважды вражеские пули били в бронежилет. Один раз палаш скользнул по стволу автомата. Но Ветров не обращал на это внимание.

* * *

В какой-то момент мятежники дрогнули. Наступил перелом. Пока только в сознании противника. Но вскоре и на деле. Кое-кто из рядовых заговорщиков бросал оружие и поднимал руки. Остальные прорывались к окнам и дверям. Немало ушло, ибо группа Паута не могла блокировать весь дворец. Но это уже было не важно.
Командира мятежников обнаружили в личном кабинете короля. Барон Шеларад встретил врагов с клинком в одной руке и пистолетом в другой. Его свита из пяти человек дружно выставила оружие, готовая драться до последнего.
Но Герман не дал им шанса. Каждый получил по пуле из автомата. Шеларад ошарашенно смотрел, как падают его друзья, потом перевел взгляд на Германа.
– Человек Войны! Мы надеялись, что ты сдохнешь!
Ветров молчал.
Барон усмехнулся, отбросил пистолет и выставил перед собой саблю. Жест благородный, Шеларад звал на дуэль. Герман вызов принял. Выхватил из разгрузки пистолет и всадил пулю в лоб барону.
– У нас другие правила…
Стоявший за спиной Ветрова Вернер холодно посмотрел на убитого и негромко сказал:
– Каждый получает по заслугам. Хотя справедливее была бы веревка.

Через полчаса дворец был очищен от мятежников. Около полусотни удрали, остальных перебили. Нескольких взяли в плен и по приказу Ветрова расстреляли. Из подвалов дворца вывели больше сорока пленников. Среди них несколько сановников и первый министр двора Вал-Делей.
Лорд выглядел здорово помятым. Одежда порвана, испачкана в пыли и крови. На скуле ссадина. Вид растерянный.
Когда он увидел Германа, то не сразу и признал. Но потом вскинул голову и сделал шаг вперед.
– Вы! Вы здесь?! Как?..
– Успокойтесь, лорд. Все в порядке. Мы свое задание выполнили.
Вал-Делей огромным усилием воли взял себя в руки, вздохнул и уже другим голосом произнес:
– Значит, угрозы больше нет.
– Верно. Больше никакой угрозы нет.
Вал-Делей обвел взглядом разгромленное помещение и с горечью сказал:
– Король убит!
– Знаю. Но сейчас надо думать не об этом. У нас много дел. Вы помните, какой титул присвоил мне Ферлаг?
Первый министр двора помимо прочего обладал отменной памятью. И очень быстро соображал.
– Да, выше высочество король-регент.
– Так вот мое высочество просит первого министра вернуться к исполнению своих обязанностей. Дворец мы освободили, но столицу пока нет. А у мятежников еще много сил.
– Я готов.
– Отлично. Тогда идите за мной.
К рассвету все было закончено. Мятеж подавлен, заговорщики уничтожены. Хотя кое-кому удалось бежать. В основном это были рядовые исполнители, бандиты, всякая шушера. Но ушли и несколько важных персон.
Отряд Наргима подоспел к казармам в тот момент, когда мятежники пошли на приступ. Внезапный удар в тыл смешал ряды атакующих и внес панику. Тут же из казарм вышли кирасиры и после ожесточенного сражения погнали мятежников по улицам столицы.
Получив послание Вернера, из двух городов спешным маршем выдвинулись армейские подразделения. И хотя их численность была невелика, свою роль они сыграли – перехватили убегавших мятежников.
Свою лепту внесли и горожане. Поняв, что ситуация изменилась, они вышли из домов и приняли участие в ловле беглецов.

Во дворце кипела работа. Вызванные рабочие наводили порядок. Прибывшие из Мирмахана кирасиры занимали посты охраны. Приехали чиновники полиции и тайного департамента. Те, кто уцелел после расправы и сумел спрятаться.
Герман собрал всех и на ходу ставил задачи.
– Перекрыть все дороги к соседним городам. Выставить усиленные посты у лесов. Разослать депеши полиции провинций. Всех причастных к мятежу арестовывать, при сопротивлении – уничтожать! Взять под стражу семьи заговорщиков. Их имущество отписать казне.
Герман посмотрел на главу департамента полиции графа Ожеронга и нового начальника тайного департамента Каренда. Ожеронг был освобожден вместе с Вал-Делеем. А вот прежний шеф тайной полиции погиб в Мирмахане. Теперь его место занял заместитель.
– И никакой пощады предателям!
Ожеронг кивнул.
– Все будет исполнено, ваше высочество!
Герман повернулся к Вернеру.
– Необходимо направить сюда дополнительные войска для охраны. А также выделить полсотни солдат для охраны храма. Не думаю, что мятежники снова соберут силы, но лучше перестраховаться.
– Я распоряжусь.
– И как можно быстрее.
Подождав, пока все выйдут из комнаты, Герман подозвал Вал-Делея. Первый министр, бледный от усталости и напряжения, выглядел совсем плохо, но держался.
– Моя миссия здесь закончена. Договор мы выполнили, пора назад.
Вал-Делей посмотрел на Ветрова каким-то пустым взглядом и спросил:
– Вы видели короля?
Герман кивнул.
– Это ужасно!
Короля нашли в его спальне. Он лежал на полу, накрытый плащом. Мятежники не посмели глумиться над телом, а может, решили оставить эту забаву на потом.
На кровати лежала фаворитка короля. Покрывала, простыни, одеяла пропитались ее кровью. На лице застыло выражение ужаса.
Сейчас тело монарха перенесли в другое помещение и вызвали медиков, чтобы подготовить его к траурной церемонии.

– Вы покидаете нас? – переспросил Вал-Делей. – Я думал, вы останетесь на какое-то время.
Ветров покачал головой.
– Мне здесь делать больше нечего.
– Но верховная власть…
– Перейдет к принцессе. Она скоро вернется. А теперь слушайте внимательно! Наладьте контакт с кочевниками. Заключите договор, помогите им деньгами, как угодно.
– Но!.. – воскликнул удивленный лорд.
– Слушайте! Вам как воздух нужен мир со Степью. Хотя бы с соседними кочевьями. Денёрвин на время остановлен, но планы похода на восток еще существуют. В любой момент о них могут вспомнить. Вам надо быть готовыми ко всему. Попробуйте договориться и с другими соседями. Сообща вы сможете остановить федерацию. По отдельности она вас затопчет.
– Хорошо.
– И готовьтесь к войне. Только сперва покончите с остатками мятежников. Неринг сумел создать заговор у вас под носом. Постарайтесь больше не допускать такого.
Вал-Делей скрипнул зубами. В том, что произошло, была и его вина. Но теперь он уж точно не допустит повторения трагедии.
– И примите еще один совет. Уничтожьте Око Всевидящего. Эта аппаратура погибшей цивилизации принесет вам только беду. Впрочем, я скажу об этом верховному оракулу и принцессе.
– Верховному оракулу? – вскинул бровь Вал-Делей.
– Новому верховному оракулу. Харантику. Я назначил его.
Лорд вновь кивнул.
– Понятно.
– Тогда все.
– Я провожу вас.
У парадного входа ждал Левес с лошадьми. Увидев первого министра, он склонил голову и отошел.
– Спасибо вам, Герман. И за спасение от катастрофы, и за спасение королевства! Неринг, хоть и враг, но был прав. Вы смогли это сделать. Примите мои сочувствия, гибель Кирилла большая потеря.
Герман промолчал. Вал-Делей отступил на шаг и церемонно склонил голову.
– Прощайте, ваше высочество.
– Прощайте, Вал-Делей.
Пафосные церемонии были не по нутру Ветрову, и он поспешил сесть в седло. Махнул Левесу и первым направил коня к дороге.

* * *

Харантик гарантировал, что откроет переход и удержит его.
– У нас осталось мало мастеров, но теперь мы знаем, как работает Око. В покоях Неринга нашли описание аппаратуры и принцип действия.
– Благодарю. А насчет Ока… как только вернется принцесса, уничтожьте его. Чтобы больше ни у кого не возникало соблазна использовать опасную аппаратуру.
– Я понял.
Харантик дал знак своим людям, и они выстроились в полукруг. Через две минуты аппаратура перехода была активирована. Под аркой возникло свечение.
Ветров подошел к носилкам, стоящим на полу возле перехода. На носилках лежало тело Кирилла, закутанное в покрывало. Рядом стоял огромный баул со снаряжением. Баул предстояло нести Левесу.
Герман взглянул на него.
– Готов?
Молодой оракул подхватил баул и кивнул.
Герман с усилием поднял тело друга и шагнул под арку. Левес шел следом. Через мгновение оба исчезли из виду.

9

Вид сверкающего на солнце снега почему-то вызывал чувство раздражения. Может, отвык за это время от него? Или просто глаза не принимали слепящую белизну? Но он смотрел на снег. Чтобы не видеть полные слез глаза Алиди. И бледное до невозможности лицо.
Принцесса буквально онемела от известий из дома. Гибель отца, мятеж, сотни убитых… И мрачный голос Человека Войны, у которого вместо лица застывшая маска. И боль в каждом слове.
Он монотонно пересказал новости и дважды повторил, что угроза отведена. А потом также два раза сказал, чтобы уничтожили Око Всевидящего.
– Эта техника стала причиной большой войны и едва не погубила планету. Примите совет, принцесса: больше никогда не лезьте сюда! Взорвите аппаратуру и живите мирно. Иначе не миновать беды.
– Я поняла… Я так и сделаю.
Герман кивнул.
– Надо спешить. Харантик долго держать переход не сможет. Мы отвезем тебя.
Алиди все смотрела на Ветрова, словно ждала еще каких-то слов. Но тот больше не произнес ничего.
Стоявший рядом Махов первым поднял большой чемодан и пошел к выходу. Герман взял второй чемодан, а принцесса подхватила сумку.
Землю она покидала с «приданым» – огромным архивом информации. Принцесса собирала сведения буквально обо всем. Ученые разберутся и что-то сумеют воссоздать и построить в Хартемене.
Возле перехода ждал Левес. Поклонился принцессе, подхватил чемоданы и замер, ожидая приказаний.
Алиди обернулась к Герману.
– Я всегда буду помнить тебя. Мы все благодарны за помощь!..
Герман с трудом разлепил губы.
– Мы сделали, что обещали. Прощай…
Алиди опустила голову и первой шагнула в переход.
Махов проводил ее и Левеса взглядом и повернулся к Герману.
– Ты бы видел, как она здесь работала! Удивительная девушка. Умная, сообразительная. Она могла бы…
– Знаю, – нехотя ответил Герман. – В другое время и при других обстоятельствах может быть. Но не сейчас…
– Ясно.
– Поедем к Киру.
– Не надо. С телом сейчас работают. На кладбище тоже. Мы только помешаем.
– Ладно. Тогда давай к тебе на дачу.
Махов вздохнул. Да, не таким он представлял возвращение друзей.

…Ветров позвонил рано утром, неестественно холодным голосом попросил подхватить его в известном месте. И как можно быстрее.
О каком месте идет речь, Махов догадался сразу и прилетел туда на двух машинах. И когда увидел завернутое в покрывало тело и черное лицо Ветрова, все понял.
Он приказал своим людям отвезти Кира в морг, к знакомому врачу. Позвонил самому врачу, коротко обрисовал ситуацию и попросил сделать все как надо, не привлекая внимание. Еще один звонок был на кладбище.
Дорога до дачи прошла в полном молчании. Герман еще на стройке сказал, что они все сделали, но выкладывать подробности путешествия и гибели Шилова не стал.
Махов сам был убит горем, но держался. Теперь основной груз забот лег на него. Надо все организовать, чтобы и Кира похоронить, и документы оформить, и лишних вопросов от милиции не услышать.
Геру надо от этого дела отстранить, чтобы не тратил нервы. Пусть посидит немного, может, придет в себя.

На даче Олег буквально заставил Германа поесть и выпить водки. Помянули Кира. Махов еще раз сказал, что к вечеру все сделают, а ночью можно будет хоронить.
– Никто не узнает, все чисто. Памятник я уже заказал. За два дня сделают.
– Спасибо…
– Прекрати! Кир и мой друг тоже! Не забыл? И мне тоже погано!
– Извини, брат. Я только начинаю привыкать к мысли, что его нет.
Олег посмотрел на Германа и махнул рукой.
– Ладно, проехали. Расскажешь, что у вас там было?
– Давай потом. Это долгая история.
– Хорошо.
– Сейчас бы уснуть.
– Накати полный стакан, нервы отпустит, может, уснешь.
Герман поколебался, налил водки и заставил себя выпить все.
– Дрянь!
– Ничего. Знаешь. Думаешь, они уничтожат переход?
– Думаю. Если Харантик или Вал-Делей заколеблются, принцесса сделает точно.
– Да, эта девушка с характером.
– А еще водка есть? – ослабшим голосом спросил Герман.
Олег пошел на кухню, а когда вернулся, Ветров уже спал, упав на диван.
Сведенные судорогой нервы отпустило.
Хоронили Кира на небольшом кладбище, вдали от шума и суеты. Олег организовал все хорошо. И гроб качественный подобрали, и могилу вовремя вырыли.
Кроме Германа и Олега никого не было. Трезвые и прилично одетые могильщики стояли в стороне и покорно ждали окончания скорбной церемонии.
Священник прочел молитву и тоже отошел в сторону. Друзья встали рядом с гробом. Кир выглядел очень хорошо, никаких следов ранения. Лицо спокойное.
– Прощай, брат, – шепнул Герман. – И прости, что втравил тебя в эту историю.
– Прощай, Кир, – сказал Олег. – Прости за все.
Гроб накрыли крышкой. Работник прибил ее гвоздями и посмотрел на Германа. Тот кивнул.
Могильщики аккуратно опустили гроб в могилу, подождали, пока друзья бросят по комку мерзлой земли и стали ее засыпать. Потом заровняли ее и насыпали холмик. Поставили временный крест. К нему прислонили большой венок. Герман и Олег положили рядом цветы.
Олег рассчитался с могильщиками, добавил на поминки. Потом отпустил священника. Возле свежей могилы они остались одни с Германом.
Долго стояли молча. Потом Махов нарушил молчание:
– Что думаешь делать?
– Уеду.
– Куда?
Герман пожал плечами.
– За границу. Здесь жить не хочу. Это чужая страна.
Махов вздохнул.
– Может, ты и прав. Золото ваше уже на месте, ждет.
– Ждет… – повторил Герман. – Но Кирилла не дождется.
Голос внезапно дрогнул. Ветров кашлянул и уже спокойнее произнес:
– Надо найти сына Кира.
– Зачем?
– Он хотел после возвращения забрать его с собой. Кира нет. Надо помочь парню деньгами и вообще узнать, что у него.
– А что такое? Какие-нибудь проблемы?
Герман помялся, но потом рассказал о причинах развода Кира с женой. Олег едва сдержал себя, чтобы не выдать соленую фразу.
– Вот ведь гадость! Когда поедешь?
– Утром.
В Тулу, к сыну Кира, они поехали вдвоем. Олег не хотел отпускать Германа одного. Тот еще толком не пришел в себя.
По дороге Ветров немного оживился и коротко пересказал подробности их вояжа по другой планете. Олег крутил головой и про себя радовался, что Герману уже полегче.

Ветров готовился к тяжелому разговору с матерью мальчика Ириной. И не знал, сможет ли спокойно смотреть той в глаза. Все же с извращенками раньше дела не имел, да и сейчас не хотел. Но куда деваться?
Однако все вышло иначе. Дверь открыла пожилая женщина в темном наряде и с черным платком на голове. Увидев незнакомых мужчин, спросила, кто они. И после ответа не сразу и неохотно пустила в дом.
– Антон в своей комнате. Позвать?
Друзья огляделись. Большая, хорошо обставленная двухкомнатная квартира выглядела мрачно. Окна занавешены, на мебели слой пыли, цветы в горшках увяли. Непривычно тихо для дома, где живут несколько человек.
Герман почувствовал тягучий запах ладана и спросил:
– Что у вас произошло?
Женщина сперва махнула рукой, потом вдруг заплакала и сдавленно прошептала:
– Дочка умерла.
Бывшая жена Кирилла разбилась два месяца назад на машине. Только недавно села за руль и не сладила с управлением. А за три месяца до этого умер от сердечного приступа ее отец.
На бабушку Антона – Юлию Георгиевну – свалилось сразу два горя. Она почти полгода провела на таблетках и уколах, но кое-как встала на ноги. Хотя здоровье было сильно подорвано. Врачи настаивали на госпитализации.
Но куда ложиться, если в доме внук? Вот и ходит потихоньку, баюкает свое горе и присматривает за Антоном. А самой все хуже. Благо деньги еще есть. Покойный муж и дочка хорошо зарабатывали, оставили большую сумму. Но на всю жизнь все равно не хватит.
– Бог наказал! – сквозь слезы шептала женщина. – Вам Кирилл говорил, наверное, что моя Ириночка натворила?
Друзья промолчали.
– Бес ее попутал или в голове помутилось, сошлась с проклятущей извращенкой, сгубила душу! Сама-то потом поняла, да только поздно.
Олег сходил на кухню, принес воды. Женщина благодарно кивнула и выпила.
– Полгода назад познакомилась с парнем одним. Хороший человек, ничего не скажу. А потом… он как-то узнал о прошлом Ирины и ушел. Ириша сама не своя была. Плакала. В церковь ходила. Но видно не отмолила себя. Не прощают такого!..
– Значит, вы одни живете? – попытался сменить тему Герман.
– Да. Только тяжко мне. Слягу или умру, с кем Антоша останется?! В приют отдадут?
Олег заметил прищуренные глаза Германа и красные пятна на его лице. Внезапно тот встал.
– Я поговорю с Антоном?
Женщина только кивнула и отпила из стакана.
Антона Герман нашел в небольшой комнате. Паренек сидел на диване и играл в приставку. При виде незнакомого человека удивленно распахнул глаза.
Герман сжал зубы. На него смотрела копия Кира. То же выражение лица, те же глаза. И легкая полуулыбка на губах.
– Привет, – негромко сказал Герман.
– Ты кто?
– Я друг твоего папы. Меня зовут Герман. А ты Антон?
– Да.
– Ну, давай знакомиться.
Ветров пожал теплую ладошку мальчишки.
– А папа приехал?
– Нет, малыш. Он не приехал. Он не сможет приехать…
Слова застревали в горле. Герман откашлялся.
– А где он?
– Он?..
Как сказать ребенку, потерявшему за последнее время деда и мать, что и его отец погиб? Но врать бессмысленно. Да и жестоко.

Мальчик выслушал прерывистую речь на удивление спокойно. Может, привык, что близкие люди умирают. Только в глазах потух живой огонек и на лицо набежала хмурь.
– Бабушка говорит, бог забрал их к себе. Наверное, они ему нужнее…
В голосе паренька прозвучал такая тоска, что даже Ветрова пробрало. Он смотрел на сына своего друга и не знал, какие слова сказать, чтобы как-то утешить его.
А потом вдруг неожиданно для самого себя произнес:
– Антон. Я хочу взять тебя к себе. Усыновить. Как ты на это посмотришь?
Мальчик смерил чужого дядю пристальным взглядом и склонил голову набок, точь-в-точь как отец.
– Я буду твоим сыном? А как же папа?
– Он… он очень хотел, чтобы ты был вместе с ним. Но его теперь нет. Кирилл был моим другом. Близким другом. Значит, я могу взять тебя к себе. Если ты не против.
Антон закусил губу и задумался. Герман затаил дыхание. Почему-то теперь слова этого малыша значили для него очень много.
Паренек что-то прокручивал в своей голове, водя взглядом по полу, потом поднял голову.
– Я согласен.
Герман протянул ему руку.
– Договорились.
– А как же бабушка?
– К бабушке мы будем приезжать в гости.
Антон улыбнулся.
– Это хорошо. А как мне называть тебя?
– Как хочешь. Германом, дядей Германом. А хочешь папой. Мне будет приятно.
Мальчик кивнул.

* * *

А дальше все пошло в ускоренном режиме.
Герман описал расклад ошарашенной бабушке. Объяснил, что она просто не сможет ухаживать за ребенком. Ей самой нужен уход и лечение.
К Ветрову присоединился Антон, и вдвоем они одолели вялое сопротивление женщины.
Олег взирал на это с изумлением. И очнулся, только когда Герман попросил обеспечить Юлии Георгиевне полное медобследование и лечение.
Усадив Махова за телефон, Герман с помощью Юлии Георгиевны собрал необходимые документы и поехал оформлять опеку над ребенком.

В суде потребовали справки, согласие родственников, результаты обследования. И справку о доходах Ветрова.
Герман предъявил им квитанцию о состоянии банковского счета на миллион евро. И сотрудница суда сразу замолчала. Герман под это дело попросил ускорить процесс и пообещал простимулировать работу.
Потом пришлось везти в суд бабушку Антона. А после суда уже в больницу. Врачи осмотрели женщину и сказали, что нужна операция, но нет оборудования и препаратов.
Махов пообещал доставить нужное через двое суток.
– Оставите все себе, – сказал он врачам. – Но чтобы операция прошла отлично! И без осложнений.
Доктора только развели руками. К столь быстрому решению проблем они не привыкли.

Простимулированные судьи приняли ходатайство Ветрова об опеке над Антоном Шиловым и дали добро на выезд мальчика за границу.
Юлии Георгиевне сделали операцию и положили в стационар. К ней прикрепили сиделку. Здоровье женщины пошло на поправку. И она уже не поджимала губы во время визитов внука и Германа.

Антона Герман привез домой. И занялся оформлением документов на выезд из страны. Малыш привыкал к новой жизни и к Герману. И был вполне доволен. Детская психика более гибкая в этом отношении и быстрее адаптируется к изменениям.
За день до отлета Ветров отвез Антона на кладбище. На могиле Кира уже стоял памятник из черного мрамора. С фотографии смотрел улыбающийся Кирилл.
Антон, как научил Герман, положил четыре гвоздики к памятнику и отошел назад. Серьезно смотрел на фото отца и едва слышно вздыхал.
– Каким был мой папа? – спросил он.
– Сильным, умным, смелым. Надежным товарищем. Самым лучшим другом на земле!
– Я хочу быть похожим на него!
– Я буду рад, если ты станешь таким, как он.
Антон о чем-то задумался, потом поднял голову.
– А ты женишься на какой-нибудь женщине?
– Наверное…
– И у вас еще будут дети?
Герман присел рядом с мальчиком, заглянул ему в глаза.
– Будут. Но запомни: любить их больше или меньше, чем тебя, я не буду. Любовь не яблоко – на части не разделишь. Либо она есть, либо нет.
– Запомню, – кивнул Антон. – Мы скоро улетим?
– Завтра.
– А куда?
– В Англию. Это страна на западе Европы.
– Знаю. Это большой остров.
– Верно.
– А что мы там будем делать?
– Жить. Ты пойдешь учиться.
– Я хочу заниматься спортом. Чтобы быть сильным, как папа!
– Правильно.
– А у нас хватит денег?
Герман впервые после возвращения улыбнулся.
– У нас хватит их на много лет! Твой папа оставил тебе наследство.
– Значит, я богат?
– И даже очень.
Мальчик задумался.
– Но я все равно буду работать! Ведь я должен зарабатывать сам, да?
– Правильно. Тратить умеют все, зарабатывать – немногие.
Антон повернулся к Герману и почему-то шепотом спросил:
– А ты мне еще расскажешь про папу?
– Обязательно. Я расскажу тебе одну историю. Потом. И как мы служили вместе. А сейчас нам пора.
Антон подошел к памятнику, снял варежку и легонько провел рукой по фотографии Кирилла. Потом вернулся к Герману и посмотрел на него.
– Пойдем… папа?
– Пойдем, сынок.
В горле Германа запершило, и он откашлялся. Провел рукой по голове мальчика и взял за руку.
На душе впервые после гибели Кира стало легко. А в сердце начал таять ледяной шип…